Мы знакомы с моих четырнадцати

Старшая обхватывает ее нижнюю губу, шепча что бы та сделала то же самое со своей верхней. Чикиной кажется что со стороны это выглядит слишком идеально, и она очень хочет это увидеть. Так что отстраняется под недовольное мычание впереди. — надо… снять это, ну, на видео. что бы вспомнили, — Кира ухмыляется и тянется за тем самым откинутым телефоном. они ставят его на стол и садятся напротив друг друга, направляя телефон на себя. зачем это вспоминать утром, если вроде как невзаимно?.. Запись идёт. Юля первая двигается вперёд, сжимая чужую руку лежащую на ее талии. Кира кладёт свободную руку на щеку младшей, и прижимается к ней губами ещё ближе. Звёзды взрываются в небе, и их головах. С нежности они переходят на страсть, окрыленную желанием. На улице дождь ебашит кажется, но им так всё равно. Их языки уже сплетаются в каких-то яростных движениях, и они ещё не знают насколько стыдно будет смотреть это видео утром, после такого количества алкоголя. У Юли уже мокреет всё от одного лишь ощущения «двойного» языка в своем рту. На утро не помня ничего, Юля копается в своем телефоне, и чисто случайно натыкается на то видео. Щёки пылают, внизу живота просто костер распаляют, взгляд отвести невозможно. Кира обращает внимание на звуки с телефона мелкой. — ты там порнуху что-ли смотришь? , — Чикина от испуга роняет телефон, слава богу экраном вниз, и начинает оправдываться. — да там просто видео… ну, из телеги. кароче, ты поняла. реклама типа, — Юле думается, что реклама алкоголя и пропаганда лесбиянок. И легче просто сделать вид, что не было никогда никакого видео с их пьяным поцелуем. Кире ни за что нельзя узнать, что её любимая подруга планирует дрочить на видео с ней в главной роли. Юле уже пятнадцать как два дня, и она вновь в пик заката зовёт свою подругу к себе домой на очередное распитие вина ее мамы. Кира приходит с недешевым шампанским, каким-то вишнёвым тортом, и такого аромата помадой на губах. У Юли уже есть первый пирсинг, а ещё кажется впервые полностью осознанная влюбленность в девушку, о чем никому пока что знать не нужно, тем более самой захватительнице ее сердца — с которой они сейчас сидят и попивают сладкое вино. — Юльчик, как так вышло что ты не интересуешься мальчиками? , — Чикина вздрагивает и краснеет от такого личного вопроса. не будет же она говорить что с самых тринадцати лет втюхана в свою подругу, которая хоть и выглядит как транс — кажется любит парней. — кто сказал что не интересуюсь? , — конечно интересуюсь. настолько что каждый вечер смотрю лесби порно и кончаю, представляя что ты проделываешь со мной те же вещи, что показывают на таких сайтах. — ты ни разу не говорила о них. хотя о девочках тоже не заикалась, это странно, — Кира подвыпившая, и она точно знает что задала бы этот вопрос и на трезвую голову, это просто был вопрос времени. — ты тоже не говорила ни о том, ни о другом. мне вот мальчик совсем недавно перестал нравится, — да, он мне правда нравился. не будем уточнять что речь идёт о дворовой собаке. Кире ведь необязательно об этом знать? — ух-ты! и мне не сказала? подружка ещё называется. мне вот мальчики не нравятся, — сердце Чикиной делает тройное сальто внутри, и кажется на пару секунд перестаёт стучать. может, теперь ей можно рассказать что у неё слегка мокрые трусы от одних только её рук? — да там с мальчиком несерьёзно было… а в каком плане мальчики не нравятся? , — Юля откладывает бокал вина, боясь что разольет содержимое от шока. и хорошо, что она это сделала. — да во всех. другое дело девушки… особенно когда формы пышные, ну, не худенькие такие, — Чикина застывает с выражением лица показывающим весь ее ахуй. но эйфория быстро проходит, как только доходит что она уж точно не интересует подругу. взгляд теряет прежний блеск, и теперь она лишь натягивает улыбку. — я удивлена… хотя, по тебе можно сказать что тебе девушки нравятся. мама знает? , — тётя Наташа точно рада не будет, думает Юля. — нет конечно, она мне голову открутит. слушай, а ты же не встречалась ещё ни с кем? , — если Чикина и застала три пары отношений блондинки, хоть и не знала даже пола, не то что имени, то Кира не помнит ни одного намека на отношения с кем-либо у младшей. — ну… нет, — Юлю смущают такие вопросы, ведь все ее одноклассницы уже во всю тусят с противоположным полом. — и не целовалась? , — Чикина начинает догадываться в дальнейшем развитии событий, и кажется краснеет уже до состояния «помидор». от нервов она начинает заламывать пальцы. нельзя ведь ей сказать что они целовались по пьяни, Юля и сама не помнит как это вышло. — не-а, — делая вид что ее это не колышет, Кира хлопает в ладоши видя насколько та красная и хихикает. — так давай научу, чего же не попросила раньше? , — Медведева ждёт чужого ответа, но Юля лишь ещё больше краснея и жмурясь до белого шума неловко кивает. Кира вновь посмеивается и проводит большим пальцем по мягкой щеке «подруги» напротив. Юля поджала ноги под себя, Медведева же повторила ее действие и начала оглаживать уже нижнюю губу, медленно переходя на верхнюю. Она облизывает губы, а Юля прикрывает свои глазки и машинально приоткрывает губы. Кира останавливает движение на губах, и легонько хватая Чикину за подбородок, притягивает ее к себе, выдыхая ей прямо в губы. Юля вздрагивает, и Кира лишь шепчет: — не забывай дышать, мелкая, — она прикасается к губам нежным чмоком, и через секунду уже обхватывает нижнюю губу своей уже кажется не просто подруги. Юля просто застывает, позволяя старшей делать всё самой. Кира шепчет той, что бы она тоже самое делала с ее верхней губой, и Чикина с дрожащим вздохом касается чужой крашенной губы сначала на пробу, а после входя во вкус начинает повторять Кирины движения. Со временем нежность перерастает в Юлино дикое желание слизать кажется всю помаду, и она «обмазывает» своей слюной обе чужие губы́. После вздрога Киры, Юля резко отстраняется от девушки. Но она кажется этому недовольна, из-за чего вновь, всё так же нежно хватает Чикину уже за шею и притягивает к себе, буквально раздвигая её губы своим раздвоенным языком. У Юли все мысли вылетают из головы, глаза широко открыты, и просто ступор. Через пару секунд таки прикрывает глаза, привыкает к ощущению трёх языков в своем рту, и уже потихоньку сплетается языком с чужим. Они отстраняются друг от друга с пиздецки пошлым чмоком. У Киры беззаботная улыбка на губах играет, и остатки помады только ближе к уголкам. У Юли же одышка, спиной прижимается с размаху к стенке позади себя, и закатывающиеся глаза. — теперь хоть какой-то опыт будет, — Кира усмехается, и начинает собираться домой, ведь скоро должен возвращаться Юлин папа. Уже подходя к коридору, где старшая обувается она все же решается озвучить такой волнующий вопрос. — Кир. а я вот тебе… ну. я симпатичная для тебя? кароче, в твоём вкусе? , — большое количество алкоголя вытесняет половину смущения, и не удерживает такой вопрос в себе. — ты, Юля, пиздецки красивая с самых маленьких, — Медведева наклоняется к Чикиной, целует ту в щеку, и уходит слегка хлопая входной дверью. Юля стоит с красными щеками, а после залетает в комнату и падает лицом в подушку, издавая невнятные звуки. Кира не сказала ровным счётом ничего, что могло бы обещать им хотя бы попытку на отношения, но Чикиной достаточно всех событий за сегодняшний вечер, что бы потом вновь мастурбировать не на порно, а на воспоминания прямо на своей кровати. Не дай бог блондинка узнает о ее всё время напряжённом клиторе. Они всё ещё подруги, такие посиделки продолжаются, правда без алкоголя и поцелуев, что не может радовать Юлю. Как назло мама не приносит алкоголь, и у Киры не находится даже какого-то дурного и горького пива. А повторить тот вечер хочется просто безумно. Кира уже у Юли не только в голове, она кажется растекается у нее в крови, стоит двадцать четыре на семь перед глазами, и на губах чувствуется помада. Нет, Юля точно не лесбиянка. Она точно всё ещё мечтает о мужском прессе, о мужских крепких руках, и о Кирином взгляде. Так, нет. Последнее точно лишнее. Чикиной кажется что она совершает самый страшный грех когда просто думает про Медведеву не в дружеском плане, что уж говорить про представление её рук на теле, ее крепчайшие руки, как она и писала в своем дневнике, идеально бы смотрелись на фоне Юлиных хрупких костей, желательно где-то в области лобковой. Было бы вообще восхитительно. Но не все мечты сбываются, так что очередной вечер без алкоголя уже начинает надоедать. Только разговор с Кирой как-то удерживает Юлю у нее дома. Что бы перестать заполнять все мысли своей взрослой подругой, она решает попробовать сблизиться с ребятами из класса Киры. Единственная, кто ее привлекает хоть как-то — Виолетта. Харизматичная, за любой кипиш, если коротко — душа компании. И она в первый же день признается что лесбиянка. Юля поражена ее честностью, и принятием себя. Конечно она прошла не маленький путь к такому достижению как признать себя такой же как и все. С такой особенностью тем более. Они оказывается похожи, а ещё у Малышенко зависимость от наркотиков, и кажется невзаимная любовь с лучшей подругой из их параллели. — бля, понимаю, — и хлопает по плечу подругу на очередной ночевке. Кира сама вылетает из головы в такие моменты, жаль что всего на пару минут. — в каком плане? пацан какой-то есть? , — и вновь ухмылка нарезает на ее лицо, — или может девчушка, а? традиционная наша. — нетрадиционная… Брюнетка будет долго расспрашивать подробности, и явно ахуеет когда узнает кто это. — е-ба-ну-ться, — произносит по слогам подруга, после чего радостно пищит, — так и знала! ты бы видела ваши взгляды со стороны. просто как со страниц романа какого-то сошли, — и улыбается, ярко очень. Юле не так весело, ей только веселица и светит. — у неё девушка вроде недавно появилась. первая, — и смотрит так грустно, но Малышенко энтузиазм свой не теряет. — она всё равно по тебе сохнет. вы же с ее четырнадцати не разлей вода. она кучу раз за тебя с кентами пиздилась, что уже о многом говорит, — она заправляет длинную русую прядь подруги за ухо, — ты для неё, поверь мне, важнее той «девушки». может она тебя заменить ей пытается, не думала? — не может быть такого. ей нравятся постарше, и Оля точно входит в эту категорию, — вздыхает так печально, что Вилка даже на секунду зависает с сочувствующим взглядом. — вот увидишь, получится у вас! а если нет — ко мне приходи. друг друга утешим, так сказать, — и подмигивает в щеку целуя. Юля же смущаясь посмеивается. Первый раз за весь октябрь, хотя сейчас уже двадцать девятое — Чикина появляется на пороге квартиры тети Наташи. Они снова сидят на кухне. Юля пишет понравившиеся цитаты из книг себе в блокнот черной ручкой, а Кира куда-то отходит, но возвращается через пару минут. — не понимаю, почему ты весь октябрь ко мне не приходила? чем занята была? , — и расставляет бокалы на столе, — кстати, смотри что откопала, — Медведева подмигивает младшей, и достает с верхней полки вино, — оно тут давно уже, вообще отлично, мать забыла про него. Наливает, и приглашает к себе в комнату на двухместную, уже близко знакомую Юле кровать. Пока тётя Наташа спокойно отрабатывает свою ночную смену с мыслями о том, что Киронька уже давно спит — сама Киронька уже бухая в ноль, и кажется Юля совсем чуть-чуть трезвее. Ей достаточно будет новости о том, что та девчонка у них дома что бы впасть в ярость. То, что происходит между ними каждый раз под воздействием алкоголя — не знает даже Виолетта. Как и Кира не знает о дружбе между двумя девушками. — знаешь, я может и не сказала бы тебе об этом на трезвую голову, но целоваться с тобой — буквально можно сравнить с поеданием шоколада, — Юлино смущение под влиянием алкоголя просто сидит в клетке, так что она даже не краснеет на данные слова. лишь желание повторить чувствует. — так поцелуй снова, по мне же видно что я не против, бля, — Кира лишь расфокусированно смотрит на девушку напротив, будто совершенно не веря в ее слова. — ты же по мальчикам… — она откладывает бокал, и хватает ту за две руки, двигая к себе. — бля, вроде это ты сказала, что губы мои нравятся, — явно показывает что оправдываться не будет. Они ведь просто ещё раз поцелуются по пьяни? Конечно, обыкновенный поцелуй. Футболку Юлину они сняли просто что бы было не так жарко, рубашка Киры пропала по той же причине. Лифчик младшей они четыре раза вдвоем пытаются расстегнуть просто так. Просто он давит. Но они всё ещё не сделали ничего кроме поцелуя по пьяни. Второго. Наверное, просто так ведь соседи во втором часу ночи стучали в сорок пятую квартиру тёти Наташи, которая сегодня на ночной смене. Наверное, ошиблись дверью. Просыпаться Кире просто отвратительно. Голова трещит и кружится, подташнивает, и губами двигать сложно. Видимо они снова поцеловались. Кира лишь мечтательно улыбается и смотрит на младшую. Улыбка пропадает моментально. Она безусловно как всегда милашка — утыкается в чужое плечо вздернутым носиком, улыбается каким-то своим снам. Но голые плечи выглядывают из-под одеяла, намекая своим видом на что-то большее, чем простой поцелуй. А потом она вспоминает всё, что произошло этой ночью. По сути — действительно ничего особо грешного. Кира всего лишь яростно отлизывала четырнадцатилетней девчушке. Она хватается за свои белокурые пряди зачесывая их назад, и произнося лаконичное «блять». Чикина просыпается через минут сорок, честно говоря Кира не считала. Она просто лежала и винила себя, за то что посмела прикоснуться к ребенку в нетрезвом состоянии. Если окажется что она у девчушки первая — она никогда не отмоется от чувства вины. Юля кажется не осознает что происходит, пока не чешет ключицы, понимая что на ней нет одежды. Кира правда не смотрела есть на ней хотя бы низ, она вообще по большей степени не двигалась, в страхе разбудить девушку рядом. — я правильно понимаю? мы… — старшая лишь кивает, задумчиво всматриваясь в потолок. наверное, там что-то очень интересное. явно не столь интересное, как голая подруга под боком, но приходится рассматривать, — жёстко, — она лишь привстает на локтях, видимо в поисках чего-то. — потеряла что-то? , — смотрит с насмешкой на младшую. — я не могу найти трусы, — улыбка лезет на чужое лицо с колоссальной скоростью, — не ржи, сука такая. споила меня, трахнула небось, ещё и ржет, — Юля всем видом показывает что либо ей все равно на произошедшее этой ночью, либо ещё не осознала, так что старшая на какое-то время отставляет чувство стыда на задний план. — никого я не трахала. языком разве что, — Чикина бьёт ее по плечу, — вот ваше бельё, мадам, — Кира достает откуда-то возле тумбочки чужие трусы, протягивая подруге в руки, — мы ведь просто забудем это, да? , — на что младшая лишь со смехом кивнет, натягивая белье, отворачиваясь от Киры, что бы она не видела ее грудь. хотя за ночь она наверняка насмотрелась, а судя по засосам ещё и не раз прикоснулась. А потом катаясь на качелях Кира будет рассказывать как чуть не порвала Юлины стринги, что приходили соседи от громких стонов из их квартиры, о том что Чикина очень хорошо срывается на фальцет когда захочет. Конечно же они забудут об этом, списывая всё на алкоголь. Но смогут ли они списать следующий проеб на женскую дружбу? Смогут, и не один. Юлиному папе всё не сидится на попе этот год, посему он решает попросить дочь позвать ту самую Киру Медведеву — грозу двора и их района в гости, так сказать на чай. Чикина еле держится, что бы не сказать что она уже приходила на чай, и в итоге пила она далеко не какие-то индийские травы с водой, а ее собственные слюни, но на последних силах держит язык за зубами. Кира конечно соглашается, и кажется Юлин папа действительно интересует Медведеву как человек. Как отец он может и не очень, но собеседник из него хороший. — вот ты мне, Киронька, скажи — Юленька хорошая подружка? , — охуенная, хочет сказать Кира, но быстро удерживает язык за зубами. — отличная. честное слово, у меня много подружек было, но она прям почти идеальная. громкая конечно иногда, но в некоторых ситуациях это очень влияет на меня, в хорошем плане, — Юля, сидящая с ними поняла подъеб, по поводу секса по пьяни, и ударила Медведеву по ноге под столом. — ой, надо же! а как девочка? ну, вы же девочки лучше разбираетесь. женственная она у меня? , — он был слегка подвыпивший, но от этого выстраивался только более интересный диалог. — конечно! и красивая очень. не матерится, не пьет, и не курит даже! , — приврать приходится, но прикрыть девчушку хочется. — ой, Кирюш, радуешь меня. Юльчик, зови подружку почаще! Я же думал зечка какая-то, а она вон какая, молодчинка. и в спорте преуспевает, и в учебе. бери пример с таких людей! — ее отец отправляется спать, и Юля благодарит Киру за столь подходящее враньё. — ну, батя твой ниче такой, если разговорить. — и смотрит будто в душу, выпивая чай до дна. — бывает иногда у него такое, не спорю. не хочешь пойти завтра вместо физ-ры куда-то? , — Юля все силы в кулак берет что бы произнести столь обычные для приятелей слова. — а погнали. там за поворотом, ну, как идти в табакерку есть тропинка в парк. видела? Чикина удивлённо качает головой, на что старшая называет ту «отсталой» и так сказать приглашает пошататься по парку. Они расхаживают по красивому, явно редко посещаемому парку и разговаривают обо всем подряд. Пока Кира не решает рассказать очень важную новость. — у меня кстати, девушка появилась, Аней зовут. со двора нашего, подруга твоя бывшая, помнишь? , — помнит. отлично помнит. У Юли в глазах темнеет на пару секунд, и мир сужается до микроскопических размеров. Кажется, ее мир — один лишь взгляд Медведевой, и сейчас этот мир рушится на глазах. Она помнит. И непонятные взгляды свои на Аню, когда та вновь заикалась о Кире. Это ведь неправильно. Воспоминания прокручиваются очень быстро, но четко. — ты как-то часто на неё смотришь, вы знакомы? , — маленькая Юля замечает заинтересованные глазки своей подруги обращённые главной бунтарке их двора. — не знакомы, к сожалению, — Чикина лишь кривится. как может интересовать такая девочка как Кира?.. — к радости. она противная, ты вспомни как она девочке вот такой кусок волос вырвала! , — и делает из пальцев кружочек, указывая на размеры. — и что? она крутая. приснилось вчера как она меня на руках таскает, прикинь! , — у Юленьки лишь ладошки в кулачки сжимаются от из ниоткуда взявшейся злости. — лучше бы Костя приснился. он ведь за тобой со второго класса бегает! , — Аня на это лишь глазки закатывает и цокает. — да какой Костя?! ты посмотри на неё, и сравни с Костей. он меня за руку взять побоялся бы, что уже говорить за заступиться. другое дело Киронька, — девочка лишь ещё больше кривится, искренне не понимая своей реакции. — фу. ты и про меня так думаешь? , — и резко немного отсаживается с прищуренными глазенками. — нет конечно! мое сердце занято ей… — Юля вновь смотрит на девушку закатывая глаза и переводя тему. Она не понимает, как всё пошло в другую сторону. Сначала искренне кривилась от такой «неправильной влюбленности», а потом и сама в нее вгрязла. Ей просто повезло, что она осмелилась тогда подойти к «гопнице» с их двора. — как думаешь, я ей нравлюсь? , — Аня вновь заводит эту тему уже давно надоевшую маленькой подруге. — думаю, ей нравится Ванька из их класса, — Анюта из другой школы, и она представить не может что тот самый мальчик — постоянно бьётся с Кирой. надо же как-то отвлечь подругу от больной влюбленности! — это ещё что за чмырь? красивый? между ними что-то есть? , — Юлька уже начинает жалеть о своих словах, но терпеливо придумывает лживые истории о их «чувствах». — ну не знаю… мне кажется что есть. какие у них взгляды, не представляешь! симпатичный такой паренёк, чуть выше Киры, — всё это абсолютная правда. взгляды действительно удивительные — будто убивают друг друга одними глазами, но Ане это знать не надо. — а вы с ней в школе общаетесь? ну, она к тебе подходила? , — Юля зачем-то решает соврать. она знает что подруга несомненно поверит, так что уверенно мелет бред. — подходила, и мы здороваемся каждый день, — с важным видом Чикина лжет своей лучшей подружке, которая гневные взгляды в сторону брюнетку на качеле кидает. Юле хочется выйти в окно или вскрыть вены, лишь бы это противное чувство ушло из груди. Сердце бьётся невыносимо быстро, и кажется не планирует тормозить хотя бы на секунду. Её душат рыдания, хрустальные слезы скатываются по бледной коже, и она решается сразу же написать Виолетте. «чушка с девятого класса» вилка, пиздец у неё девушка появилась скажи что у тебя есть бухло, и я могу завалиться к тебе сегодня «вилонька столовая» дело — хуйня. жду у себя (´; ︵; `) Выпив достаточное количество алкоголя для откровенностей — Юля вываливает всё, что накопилось с юных тринадцати лет, а Виолетта лишь выслушивает с редким «пиздец». А после признается что та самая подруга из праллели — это Чикина, и обречённо смотрит на шокированную подругу. Хватает печально вздернутых Юлиных бровей, что бы Малышенко не сдержала слёз. — боже, Вилка… мне так жаль, прости меня! ты же сама понимаешь, я не могу. ну, взаимностью ответить, — Вилка на это лишь смеётся сквозь слезы, вытирая целые соленые дороги на щеках. Юля обнимает подругу, гладит по волосам, и до сих пор не верит в ее слова. Она верила в то, что она просто любит тактильность. Даже если от чужих рук она всегда фукала, принимая лишь Чикину. Виолетта просит всего один поцелуй. Что бы отпустить ее, раз и навсегда. Она знает что это не поможет, знает что все остальны тайны придется хранить одной. Юля не должна знать о стихах, просвещенных ее персоне. Не должна знать и о куче цветов, так и не доставленных по чужому адресу из-за накрывающего с головой страха. Она просто не хочет переставать общаться. Юля соглашается на поцелуй. Всего один, нежный и показывающий всю боль невзаимности поцелуй. — один! ничего не значащий! , — Юля указательным пальцем мелькает перед лицом подруги, которая уже третий раз пытается прикоснуться к чужим губам, — и. — да дай мне уже губы свои поцеловать, блять! , — не выдерживает старшая. Вся неловкость улетучивается в момент, когда Вилка нежно прижимается к мягким губам подруги. Затягивает в глубокий поцелуй, и даже начинает дразнить, слегка покусывая ее нижнюю губу, после чего сразу зализывая. У Юли образ Киры перед глазами мелькает, но она явно входит во вкус. Это не измена, ведь они ничего друг другу не должны. Злость на Медведеву обливает цунами, от чего она лишь прижимается к подруге всё ближе, представляя хмурые взгляды Киры на это. Кира ведь ненавидит Малышенко. Когда отстраняются у обеих одышка, кровь в жилах закипает. А Юля не знает как теперь будет смотреть Кире в глаза. — у меня болтушка есть (болтушка/эфедрон — наркотический раствор, которым нужно обмакнуть ткань и подложить под язык, либо же «порошок» желтоватого цвета, который надо снюхивать) есть, хочешь поделюсь? , — и бровями играет. Чикина застывает и отводит взгляд, — не ссы, маленькую дозу дам, скоро утро уже — побежишь домой сразу, ну или к Кире, — и плечами пожимает, а младшая лишь рукой машет аля «живем один раз». — неси свою болтушку уже, — и готовится к приближающейся жести. не зря. Виолетта первая на пробу какой-то скидочной карточкой собирает из кристаллов на столе «дорожки». — смотри. закрываешь одну ноздрю, второй наклоняешься и вдыхаешь, после чего желательно откинь голову, что бы порошок хорошо прошел внутрь, — и она совершает все только что озвученные действия, морщась после неприятных ощущений в носу, — твоя очередь, — и пропускает Юлю к столу, с уже готовыми дорогами «песка». Она повторяет указания. Закрывает правую ноздрю, наклоняется и вдыхает левой порошок, сию же секунду закидывая голову назад, сдерживая чих от движений в ноздре. — хуя се. молодец, держишься, — Юля радостно улыбается, ожидая обещанного прилива сил. Тот самый «прилив» наступает очень невовремя. Тогда, когда ей пора идти домой. Виолетта, которой не в первый раз нюхать отходит быстро, да и доза у нее была поменьше — чисто для расслабления. Юля начинает видеть какие-то яркие пятна, а Виолетта чуть ли свои волосы уже не рвёт. — бляяя, дело плохо. по тебе за километр видно, что ты под чем-то, — она держит лицо той за щёки, и всматривается в расширенные зрачки. радужки почти не видно, и Малышенко становится жаль своих подруг, которые наблюдали за ней в таком состоянии, — да не дергайся ты! , — Юле на месте вообще не сидится. хочется и прыгать, и бегать, и Вилку поцеловать на эмоциях. хочется всего и сразу. Мир будто становится красочнее, голова правда немного гудит, но не обращать внимание можно. У неё перед глазами Виолетта слегка расплывается, и хочется смеяться с перепуганного лица той. Почему она так переживает, хочется спросить. — п-почему ты такая, ну…бля…напущенная? не… нарушенная? та бля. напуганная! , — и смеётся не в силах остановиться. Вилка проклинает себя за то, что предложила младшей порошок, и понимает что домой ей нельзя из-за отца, но скоро придет мама. она выпрет Юльку из их дома одним пинком. — знаешь номер Киры? , — Чикина напрягается, наверное пытается вспомнить не номер, а кто это. — да…знаю, — Малышенко мысленно ликует, и просит вписать цифры в телефоне. Кира просыпается от звонка неизвестного номера, с одной лишь мыслью послать нахуй. Переступает через себя и отвечает на звонок, сонно проговоривая «алло». Приходится подскочить когда она слышит голос одноклассницы. Малышенко? — бля, Кира, только не сбрасывай, — голос у нее дрожит, и Медведева уже готовится к каким-то агрессивным рассказам, вызванными очередной порцией «веселящего порошка». в их классе уже давно слухи ходят, а Кира не раз видела Виолетту под наркотиками, — Юлька твоя нанюханная, некуда пристроить. у тебя же мама сегодня на ночной? Кира сонно моргая пытается переварить сказанные только что слова. — блять, — да. идеально описывает ситуацию. но как ответ на вопрос не сойдет, — она у тебя? , — слышит возню на том проводе. — ага. блять, уйди от шкафа, Чикина! , — Медведева всё ещё плохо веря и осознавая всю ситуацию просит Малышенко довести Юлю до ее квартиры, на что та измученно соглашается. Виолетте придётся выслушивать истерики от Киры, как только она узнает что Юля взяла наркотики именно у нее. — ты же понимаешь, что об этом нельзя никому говорить? мне будет пизда, — она разочаровано смотрит на одноклассницу, которая во время разговора пытается напоить Юлю чаем с лимоном. — та ясен хуй. чем ты думала вообще, я понять не могу, — и качает головой осуждая, пока Чикина пытается воротить нос от уже пятой кружки чая, — пей, блять! я щас насильно залью его в тебя! — мне кажется ты слишком грубо с ней обращаешься, — она то прекрасно знает о Юлином отношении к своей горячо любимой подруге. и прекрасно знает о своем отношении к младшей. — а мне кажется что если она не будет пить этот ебучий чай, она может раз и навсегда потерять пульс, — и смотрит озлобленно на Юлю, когда та случайно разливает на Кирину руку чай, — проходили уже… не хочу что бы она от наркотиков тоже пострадала. — по тебе сейчас не скажешь, что ты реально за нее переживаешь. у тебя всегда покер фэйс и отсутствие эмоций, или только с ней? , — Кира аж застывает, а потом медленно поворачивает голову в сторону Малышенко. — ты впихнула в нее наркоту, привела ее ко мне, буквально выгоняя из дома, и хочешь сказать что я не переживаю? она чуть ли не самое дорогое, что у меня есть в этой жизни. и сейчас именно я с ней вожусь, — Виолетта даже слегка краснеет от этих слов. сделала поспешные выводы по выражению лица и манере общения, — может со стороны это и выглядит грубо, но у Юли точно такой же способ общения со мной. это как наша привычка или фишка. — самое дорогое — это Аня, да? , — Кира хмурится и вглядывается в лицо одноклассницы, — не смотри так, она рассказывала, — и кивает на девчушку на кровати, проваливающуюся в сон. — да, — и смотрит на Юлю будто виновато. Виолетта вдруг начинает злиться на Киру, за отсутствие должного внимания к их общей подруге, из-за чего решает выдать их секрет. — бля, мы так странно к наркотикам ночью пришли. она пришла ко мне на ночевку, — Кира лишь бровь выгибает. заинтересована до белого шума в голове, но не показывает, — выпили, потом пососались, а по… — вы целовались? , — она яростно делает вид что просто удивлённая из-за ориентации подруги. — типа того. я ей призналась в любви, и мы как-то вдвоем потянулись. охуенно целуется твоя лучшая подружка, — Виолетта наслаждается чужой плохо скрываемой агрессией и добавляет, — стонет тоже охуенно, — и это видимо добивает Медведеву. — знаю. если любишь, не нужно к ней лезть, — очень сдержанно для Киры. постарается для Чикиной не пиздануть ту об стенку. — да щас. кому она тогда будет жаловаться на твои слова, которые ее задевают, и на невазимную любовь, — Кира в ахуе, она уже даже не скрывает, а Виолетта смеётся, — та ну, она тебе не говорила? я в шоке. лучшие подруги ещё, она страдает уже больше года по челику одному, — делает акцент больше на мужской пол, а потом добавляет интригу, — чувихе, если точнее, — и улыбается самоуверенно. Кира руку в кулак лишь сжимает, — это я, кстати, — медный таз вновь бьёт блондинку по затылку, и она держится на честном слове. Занавес падает. Что-то разбивается внутри на осколки. Злость накрывает с головой, и она случайно чересчур сжимает Юлино запястье, от чего та через сон мычит. Киру будто медным тазом по голове пиздануло, и она с отвращением осматривает Малышенко сверху-вниз. — пиздишь ведь, да? , — смотрит с прищуром и ухмыляется, — ты не могла ей понравиться. она не предпочитает девочек. — ты плохо её знаешь. либо же она тебе не доверяет такие секретики, — и плечами пожимает якобы незаинтересованно, скрывая свое восхищение своим умением пиздеть. — не может быть такого, — злость сменяется на разочарование в себе. неужели она недостаточно внимания проявляет ей?.. — не понимаю, чё ты так паришься, если у тебя есть девушка, — и глаза закатывает подходя к Юле, сжимая ее руку под удивленный взгляд Киры. — потому что ни одна девушка с ней не сравнится, — Виолетта грустно хмыкает. она согласна на все сто процентов. Юля — как май среди зимы. Теплый, обдувающим ветерком и с кучей цветов. С ней хочется провести всю свою жизнь. От одной лишь её улыбки растает кажется даже сердце самой ледяной королевы. Кира на своем опыте проверила ещё пару лет назад, тогда, на качеле. — бля… девочки, вы такие расплывчатые, — Юля подаёт охрипший голос, и те самые девочки к ней подлетают. — Юленька! как ты себя чувствуешь, милая? , — Кира кривится от слишком ласкового обращения. Завидует. Она то так сделать не может. Не имеет права на такое лучезарное солнце. — Вилонька… ты такая красивая, — Малышенко краснеет, пряча в рукавах кофты свои щёки и улыбку, — и Кира тут, смотри! что я тут делаю? и где мой танцпол? , — Медведева в непонятке косится на брюнетку рядом, не вкуривая «какой танцпол?». — солнышко, тебе показалось. никаких дискотек не было. ты просто дёргала выключатель, — Кира сто процентов прыснула бы в кулак, если бы не злилась на то, что Виолетта забирает у нее лучшую подругу. — Юль, тебе не плохо? голова не кружится? , — подкладывает под голову руку, поправляя подушку. — нет. а тебе? , — она не понимает зачем у нее это спрашивают, а Вилка на это смеётся. — явно не хорошо после этой ночи, — осматривает Малышенко, — ты вообще помнишь что-то? — Кир, она ещё не отошла. надо как-то ее усыпить, пусть придет в себя, — и качает головой смотря на по-прежнему широкие зрачки девчушки. — ладно, щас что-нибудь придумаем. Пробуют и колыбельные петь, и сказки читать, и чай с снотворным впихивать — ни в какую не засыпает. Юля лишь смеётся с двух девушек. В итоге бросают это дело, обдумывая ещё способы. Виолетта ложится рядом с Юлей, и та перестает сильно брыкаться. — Кира! быстро легла, серьёзно! , — видя недоверчивый взгляд самой старшей девушки. Они укладываются все вместе, и Юля даже начинает засыпать под недовольные комментарии Медведевой по типу: « расскажу, что лежала с Малышенко в одной кровати — не поверят » « не дай бог кто-то узнает об этом » « положи руку мне на плечо, удобнее будет » Вилка удивляется, но без слов закидывает руку. Так и засыпают. Малышенко с левого края, Медведева с правого, а Чикина между ними. Когда просыпаются, а Юля ещё спит — начинают ссориться. Началось всё с обычной фразы Киры о чувствах к Ане. — ты не умеешь с Юлей общаться нормально! Кира с раздражением закатывает глаза и вглядывается прямо Виолетте в глаза. — ты блять не та, кто меня судить будет. Она ещё не сильно злая, пытается не кричать что бы не разбудить младшую. — зачем ты ее мучаешь?! Уже устав ходить вокруг одной темы при этом скрывая ее — брюнетка решает рассказать тайну Чикиной. — это она меня мучает, а не я ее! Виолетта с раздражением закатывает глаза повышая тон. Да ладно, Юля мучает Киру. Это даже звучит смешно. — у тебя девушка появилась, а не у неё. Не скрывая очевидного факта она решает высказать всё своё недовольство. Терпеть издевательства над шестнадцатилеткой, недавно ставшей блондинкой спящей сейчас в кровати — просто невыносимо. — и что? какая вообще разница, если она в тебя влюблена? Пришло время вскрывать карты. Комбинация отвратительная, но оттого не менее успешная. — да она по тебе течет ещё с самых маленьких, а ты как дура не замечаешь! трахаешься с какими-то шавками, пока она ревет мне в плечо из-за этого. хоть бы раз о ней подумала всерьёз, блять. она чуть в окно не кидалась, когда про Аню услышала. ты ведь замечала ее тягу к себе, не надо врать. Виолетта уже не стесняясь кричит, пока Кира разочарованно впускает пальцы в свои блондинистые короткие пряди и тяжело выдыхает присаживаясь на ближайший стул. Дыхание спирает, в голове стучит молотом и повторяется мантрой «сама виновата». Она кажется не врёт. Судя по её агрессии — мелкая правда страдает по ней. И не первый день. А Вилка страдает по мелкой, что за любовный треугольник? Медведева точно не захочет рассказать ни брюнетке, ни своей кисе о том, что все эти девушки — ничто, по сравнению с ней, её по-детски любимой Юлечкой. Её голубые глазки мерцают даже в ночи, часто зависая на пепельной блондинке. Она ни за какие деньги не расскажет о том, что мечтает о милой девушке перед сном. Не расскажет о том, что помнила каждую ночь вместе, и каждый поцелуй. Не расскажет и о том, что кажется её ранее нежная влюбленность перерастает в болезненную, из-за чего приходится искать замену маленькой девочке. В голове регулярно — раз в две недели, мерцает образ ее Юленьки, в возрасте тринадцати лет. С длинными, ещё русыми волосами, без семптума, и без единой татуировки. Хочется вырвать все волосы от боли, и понимания ничтожно маленького шанса на отношения с невинной Юлей. Она никогда не расскажет, лучше будет пытаться заменить кем-то другим, кем-то, с кем есть шанс на взаимность. Они просто подруги, делающие друг другу больно вечной френдзоной. У Киры лишь блокнот посвященный Юленьке, с твердым названием «мы познакомились в мои четырнадцать». Медведева перестала туда записывать каждую встречу с этой девчонкой только после первых серьезных отношений, месяц-два назад. Ей казалось, что Чикина выветрилась из головы. Но потом она вновь впечаталась так крупно, что Кира будто чувствовала ярлык во всё сердце: «М+Ч=френдзона». Аня кажется не такой солнечной, не такой искренней, не такой смешной. И вообще не такой, как хотелось бы Кире. Они с Юлей с самого детства разные. Медведева хорошо помнит как те ссорились из-за якобы отсутствия женственности у Чикиной. Хотя она у нее присутствует даже сейчас, с ее совсем короткими блондинистыми волосами. Их ссоры слышал каждый во дворе. Кира хорошо помнит что Юля злилась на подругу из-за неё, Киры. Но почему — она так и не осмелилась спросить за столь большое количество времени. — я тебя прошу, не делай Юльке больно. признаюсь, я соврала, она по мне не сохнула никогда, хотя я по ней с пятого класса, — похлопывает её по плечу, и уходит домой. вечером, того же дня — моя жизнь кажется катиться к чертям со дна. «чушка с девятого класса» вилка, это пиздец она сказала что нам надо перестать общаться если ты сейчас скажешь, что я не могу к тебе придти — я повешусь. Виолетта же сидит с Кристиной и Кирой, не слыша уведомлений из телеграма. Только под вечер заходит в сеть, и вздрагивает от прочитанных строк. Похоже, Кира не поняла. Она пишет Юле что та может завалиться к ней прямо сейчас, но та не заходит в сеть. Не проходит и часа как Малышенко в слезах стоит у сорок пятой квартиры тёти Наташи, тарабаня в железную дверь. — ты ебану. что-то случилось? , — Кира стоит в одной лишь длинной футболке, а сзади мелькает женский силуэт. Аня. — ты, ебанная тварь, знаешь что сделала? , — Медведева хочет предъявить за обзывательство, но не успевает и рот открыть, — головой думать умеешь? какого хуя ты с Аней? , — и кулак в стену летит. Кира не понимает ничегошеньки, — она с окна сбросилась вчера ещё. записку просила тебе, суке, передать, — и впихивает той в руки листок, исписанный гелиевой ручкой с верха до низу. Кира не может вдуплить, кто умер. — кто умер то? , — Виолетта собиралась уходить, но сейчас замерла. после развернулась, подошла к однокласснице и со всего размаху влетает с кулака ей в скулу. пострадала не только стена. — твоё почти самое дорогое в жизни, — и уходит громко всхлипывая. До Медведевой доходит. Её Аня в квартире ждёт, она всегда готова ноги раздвинуть, и никогда не перечит. Идеальная. Но не такая, какая нужна Кире. — вся твоя идеальность, в твоей неидеальности, — зачитывает первую строчку записки, и уже хочет застрелиться. Она знает что будет думать, и сжирать себя виной не только этой ночью, но и дальнейшие. Она никогда не признает, что Юлина идеальность была не в несовершенстве, а в наивности, и большой любви ко всему миру. Любвеобильность — это плохо, далеко не идеально. Но для Медведевой ее минусы казалиси самыми большими плюсами. Она просто не смогла предложить той быть вместе, когда узнала что у её любимой Юленьки — рак, прогрессивно ухудшающий ее здоровье с каждым днём. Не хочет она видеть как та умирает, и просит просто к ней не подходить больше. Она долго будет жалеть о своих словах, но это потом. Сейчас ее ждёт голая, совсем нелюбимая Аня, так что она отставит мысли на задний план, продолжая запускать пальцы в свою девушку. Листок остаётся на лучшие времена в тумбе. Тётя Наташа как чувствовала тогда, четыре года назад — Кира не просто так шастает с каким-то ребенком по всем дворам, гаражам, и безусловно не просто так просила у мамы деньги на «Love is'ки» для какого-то «мальчика». Мальчиком оказалась маленькая девочка, которая расцветала как самые яркие цветы когда Кира приносила ей какие-то конфетки или цветочки. Тётя Наташа слишком поздно поняла, что её дочь не появляется дома в дождь не потому что сидит у той самой, уже вызывающей доверие Юльки дома, а потому что в этот момент у какой-то новой девушки с их двора дома сначала распивает вино литрами, а после делает той самой хозяйке квартиры далеко не для их возраста вещи, переносясь мысленно на их первый поцелуй у Чикиной дома. Кажется, она сойдёт с ума раньше Юлиных похорон. Аня думает, что вновь забрала у своей бывшей подруги всё самое лучшее. Ей точно не надо знать, что каждую ночь Кира рассказывает во сне не какие-то несвязные вещи, а описывает свои любимые голубые глаза. Ане не надо знать, что Кира обожает голубую радужку, ведь у нее глаза — почти черные, как ночь. Ей точно не надо знать, что Кира каждый раз как выпьет видит на ее месте — когда-то давно пригретую под сердцем фигуру своей первой любви.