Пятьдесят оттенков слякоти

Крис победно воздевает руки к небу, повалив измотанную Настю в сугроб. Битва была по-настоящему жаркой, но ей удалось одержать снежную победу над соперницей, как и всегда. Только вот почему-то вокруг не раздаются аплодисменты и овации. Длинноволосая оглядывается в поисках зрителей. В поле зрения попадает только Кира, Лизу Кристина разыскать взглядом не может, как ни старается. — Кирюха, а куда Лизка делась? — с настороженностью спрашивает Захарова, широкими шагами сокращая расстояние между ними. Чует сердце, что-то тут не чисто. — Замерзла, пошла в хату, — не поднимая глаз, отвечает рублеными фразами блондинка. Шума, может быть, на это бы и повелась, если бы не знала подружку как облупленную. Делать вид, как будто под ногами происходит что-то настолько интересное, что оторвать взгляд невозможно — старенький приемчик, Кира так со школьных времен делает, когда стыдится. Значит, нашкодила, скотина. — Ты ей что-то сказала? — медленно начинает закипать Кристина. — Учти, я у нее тоже спрошу. У Медведевой желваки играют на лице. Гневный ответ заставляет себя ждать недолго: — Да вы заебали, обе. И она, и ты. Ты нахуя вообще ее позвала? Так сильно выебать ее хочешь? — Ты сейчас серьезно? Ты типа ее послала? Совсем с катушек слетела? — переходит на повышенные тона Шума. Такого малодушия она от своей подруги точно не ожидала. — Ты, блять, на себя посмотри! Как на ее зыришь, когда рядом с ней собака любая. Сожрать готова. А сейчас в говне полощешь. Она че тебе сделала? Не можешь вывезти отношения, так скройся и не отсвечивай! — как же руки чешутся залепить в эту тупую рожу. Но Кристина сдерживается, понимая, что есть дела поважнее — найти сбежавшую Лизку. Только вот у Киры другие планы — она сама набрасывается на подругу с кулаками. Кровавого месива было бы не избежать, если бы не Настюха, которая уже успела отряхнуться от снега и подойти поближе. — Э! Стопэ, девки! — короткостриженная втискивается между разъяренной двоицей. Она сдерживает Киру, цепляясь за нее и нависая всем телом. Крис только резко схаркивает на землю: — Ебанашка. Первые шестьдесят секунд Лиза страшно злится — ей кажется, что она даже готова ударить самодовольную блондинку. Но как только девушка с грохотом захлопывает за собой тяжелую дверь подъезда, вся ярость испаряется, оставляя после себя полное опустошение. Брюнетка чувствует тупую усталость, из-за которой даже ногами не пошевелить. Лиза сползает по стене, выкрашенной ядовито-зеленой краской. Сейчас она немного посидит, выдохнет, а потом соберет вещи и пойдет домой. Ебучий балаган, только не понятно, кто главный клоун — она или Кира. Хочется заскулить или даже взвыть, но на это тоже нет сил. Темноволосая слышит, как кто-то заходит в подъезд. Надо поднапрячься и встать, пока не появилась блондинка. К ее облегчению, на лестничной клетке оказалась Кристина. Тоже стыдно, но терпимо. — Лизок, ты чего? — длинноволосая смотрит пристально своими голубыми глазами, ласково поправляет темные волосы. — Живая? Пойдем? Лиза едва уловимо качает головой и шепчет: — Устала. Хочу домой. Захарову долго уговаривать не приходится, она уже вызывает такси, несмотря на повышенный спрос и конский прайс за пятиминутную поездку — Лизка сама не дойдет. После пишет Настюхе: просит, чтобы та увела подальше Медведеву, а еще следила за вечеринкой — она оставляет ее за главную. Что-то похожее уже было пару недель назад, в их первую встречу: Шума тогда тоже увозила домой разбитую брюнетку. Может быть, ей вообще не стоило вмешиваться в их с Кирой отношения? Знала же, что подружка у нее не сахар. Когда Крис усаживается на заднее вместе с Лизой, та слабо протестует, но длинноволосая ее даже не слушает. В хмельной голове с трудом шевелит шестеренками, чтобы как-то подобрать нужные утешительные слова и связать их во что-то членораздельное. Получается неидеально: — Лиз, прости. Ты послушай меня, по-братски. Я не думала, что она так может. Веришь, нет? Я тебе клянусь, зуб даю, я завязываю с этой темой. Нахуй эту Киру, она совсем берегов не видит. Было же кайф, правда? Ну, до… Черноволосая молчит, уставившись в пластиковую икону на приборной панели видавшей виды Лады. — Еще че-то она вякнет, я ее разъебу, отвечаю. Только ты это… не принимай близко к сердцу. Захарова поднимается в квартиру вместе с хозяйкой, подставляя ей плечо. Они заваливаются в коридор, где Крис еще раз оценивает ситуацию. Лиза совсем никакая, поэтому съебывать сейчас и оставлять ее тут вот так, сидящей на коврике в прихожке — вообще не по-пацански. Длинноволосая, сама от себя не ожидая, перевоплощается в наседку: помогает брюнетке стащить ботинки, стягивает с нее куртку, волочет обмякшее тело в комнату. Лиза в сознании, несмотря на то, что со стороны так не кажется. Когда Крис накрывает ее, свернувшуюся калачиком, пледом, она наконец говорит: — Спасибо, Кристин, не стоило. У тебя гости. Я на тебя не злюсь, честно. На Киру уже тоже. Просто не хочу с ней общаться. Я перебрала, сама виновата, — неубедительно врет брюнетка, — Прости, что испортила праздник. Кристине не хочется уходить: но аргументы «за» перевешивают — пьяная туса идет у нее дома, а Лизка уже в безопасности и хочет побыть одна. Если Медведева еще сама не съебалась, то можно наконец начистить ей ебало за такие приколы. Поэтому Шума тихо уходит, неслышно прикрывая за собой входную дверь. На подходе к хате Крис звонит Насте — просит спуститься. Нужен подробный отчет о происходившем во время ее отсутствия. Короткостриженная все понимает без слов и торопливо излагает, пока Шума тянется за очередной сигой. — Она тут хуячила все, вон, видишь, эту поеботу перевернула. — Неподалеку действительно одиноко валяется раскуроченный мусорный бачок. — Потом вернулась в квартиру, там начала как не в себя хуярить. Нажралась в зюзю за десять минут, че-то мычала про Лизку, про тебя. Я не поняла нихуя. Потом заперлась в сортире. Я думала, ее полощет, а она там ревет, что ли. Щас уходила, уже не слышно ниче было. Может, уснула. Хули, блять, у вас произошло? — Потом, — переводит тему Захарова, втаптывая бычок в мерзлую землю. Медведевой страшно повезло, что она сейчас в невменозе, иначе туда бы ее отправила Кристина, не пожалев об этом ни секунды.