Тишина

Следующим же утром на работу Регину подвозил Лукас, не лишая себя удовольствия поговорить с Миллс, к тому же, после прошедшей встречи, она явно была не в духе. И то ли дело было действительно в этом, то ли, она все еще не могла отойти от того, что делит кабинет с девушкой, которая выводит ее из себя одним видом. Нужно было быть слепым или идиотом, чтобы не заметить то напряжение, что появилось в кабинете начальства, и то, как электризовался воздух, когда эти двое смотрели в глаза друг другу, мысленно обдумывая, как устранят конкурента. Регина действительно злилась, и больше всего ее раздражал тот факт, что пролистав поздним вечером резюме Эммы – у нее практически не было того, к чему можно было бы придраться, зацепиться и упрекать в этом всю оставшуюся жизнь. Свон и не выглядела полной идиоткой, но такого прекрасного образования и опыта работы, Миллс, признаться, не ожидала увидеть. - Как долго ты собираешься враждовать с Эммой? – наконец, не выдержал Лукас, на секунду отворачиваясь от дороги и замечая, как раздраженно женщина отвернулась к окну. Эта тема была явно неприятна для нее, ее можно было понять. Даже Тэтчер до сих пор чувствовал себя виноватым, понимая, что все самые близкие люди Регины попусту предали ее, не сказав ни слова, поставив в самое идиотское положение на том вечере. Лукас был одним из тех людей, который понимал, как трудно заслужить доверие Миллс и как легко его потерять, и это было его самым заядлым страхом. Он знал, потеряй он доверие – придет конец всему… всем его мыслям и желаниям. - До тех пор, пока она будет работать в моем кабинете. – сухо выпалила Регина, делая упор на слове «моем», дабы дать отчетливо понять свою независимость в работе. Мужчина вздохнул, мысленно обдумывая в голове план, как бы примирить суровую начальницу с Эммой, ведь Свон была поистине неплохим человеком для общения. Ему было это необходимо, чтобы те двое сдружились, сработались, в конце концов. Миллс молчала, думая о том, как поскорее бы избавиться от блондинки, то ли нанять киллера, то ли не сдержаться и убить ее голыми руками в собственном кабинете. К слову, об убийстве. Эта мысль прочно застряла в ее голове, когда стрелка часов приближалась к половине десятого. И это второй рабочий день! Регина ненавидела, когда кто-то опаздывал, она всегда придерживалась того мнения, что проще вообще куда-то не приходить, чем опаздывать. Однако, ее мысли тут же оборвались, когда в кабинет влетела взмыленная Эмма, едва не выронив из рук подставку с двумя стаканчиками кофе. Светлые распущенные волосы растрепались, прилипая к губам и закрывая часть лица, сумка неловко подцеплена рукой, а нога тем временем прикрывает дверь. «Ну уж закрывать мою дверь ногой – наивысшая наглость» - первое, о чем подумала Миллс, когда раздался хлопок. Эмма резко остановилась, наткнувшись на гневные глаза брюнетки, которые так и кричали: «Сделаешь шаг вперед, и ты труп». И девушка не ступала, чувствуя, как колотится собственное сердце, а рука, в которой была зажата подставка под кофе, дрожит. По ходу сообразив, что нужно что-то делать, ведь Регина не сделает первый шаг, Свон все-таки попыталась взять себя в руки, воодушевленно улыбаясь: - А я Вам кофе принесла. Попытка потерпела крах, когда недобрая ухмылка возникла на губах Миллс, а ручка в ее руках предательски затрещала от «объятий» изящных пальцев начальницы. Блондинки громко сглотнула, про себя проклиная свою невнимательность, и что из-за того, что она прежде не увидела пустой бак в машине, она умудрилась заглохнуть посреди улицы. Ладно хоть кофе купила. - Объяснительную мне на стол, мисс Свон, - все с той же улыбкой, мягко произнесла женщина, обнажая ряд белоснежных зубов, - обычно, опоздания у нас караются строго, того и глядишь, что кофе останется в моем кабинете, а Вы – нет. - Знаете, - начав раздражаться, Эмма резко сократила расстояние, поставив стакан с кофе на стол Регины, - а я думала, что начальству можно опаздывать и не приходится не перед кем отчитываться. Брюнетка окинула девушку, словно оценивая ситуацию, победная улыбка все еще царила на ее губах, как будто сегодня у нее было отличное настроение. Затем, она кинула взгляд на кофе, лишь на секунду подумав о том, что это действительно мило, но виноватый, на то он и виноватый, и в прощении не нуждается. - Правильно думаете, если что-то случится и я опоздаю, я не перед кем отчитываться не стану, - улыбка сошла на нет, а тон стал еще леденей, - а Вы здесь не начальство, чтобы так рассуждать. - В чем Ваша проблема? – оскалилась Свон, отходя к своему столу, лицезреть на Миллс у нее больше не было ни сил, ни желания. - В Вас. На этом разговоры двух девушек прекратились практически на полдня, они настойчиво не хотели замечать друг друга, даже сидя в одном кабинете. Регина сходила с ума от тишины, поэтому, ей пришлось довольствоваться музыкой в наушниках, к тому же, так было больше шансов не обращать на Свон внимание, если вдруг она захочет поговорить. С другой стороны, Миллс понимала, что так не может продолжаться вечность, и рано или поздно, ей придется наладить свое общение, если его можно так назвать, с блондинкой. Та, к слову, не возражала против молчания, царившего в кабинете, разбирая последние документы и полностью знакомясь с проектом, с которым должна была помогать Миллс. Она никак не могла до конца понять, откуда в женщине возникла такая яростная ненависть к ней, ведь в тот день, когда они встретились – ничего подобного не было. Понятное дело, что она была недовольна таким решением отца, той ситуацией, но в конце концов, Эмма действительно старалась угодить брюнетке. Взглянув на Регину, она никак не могла понять, откуда в женщине столько ненависти и отстраненность от всего? Она была так хороша собой, что, наверняка, вокруг нее все время кто-то крутился, желая вклиниться в ее жизнь, в ее постель. Эмма сама не понимала, почему подумала об этом именно в таком ключе, хотя отрицать очевидный факт, что ее начальница сексуальна – было глупо. Ее мысли прервал телефонный звонок Миллс, и не трудно было догадаться, что ее беспокоит Джейкоб. - Да, отец, я работаю! Я уже высказала свое мнение о твоем неудавшемся эксперименте… поэтому, с мисс Свон у меня нет желания работать… и к тому же, она опоздала сегодня, видишь, ты взял совершенно безответственного человека? Почему просто нельзя было доверить выбор мне? Ты слишком мнителен… Я ничего не должна, папа… это ты так решил! Пап, я не хочу ругаться с тобой, я все поняла… давай, пока! И я тоже люблю тебя. Зло отложив от себя трубку, Регина уставилась на ошарашенную несколько грубым разговором Эмму, которая тут же отвела свой взгляд, словно боялась гневной речи брюнетки. В последнее время ничего не складывалось должным образом, особенно тот факт, что Миллс была должна работать в компании со Свон. Нервным движением встав из-за стола, она захватила кое-какие бумаги, приближаясь к блондинке и замечая, как та напрягается. - Не волнуйтесь, мисс Свон, я не буду вас убивать. – мягче, чем хотела, произнесла та, останавливаясь напротив и подкладывая бумаги на стол. - Неужели? – скептически протянула девушка, не поднимая головы, будто была так занята, что не могла уделить должное внимание фигуре, стоящей напротив. - Как бы мне не было отвратно, но я должна признать, что мне нужно подготовить совместно с Вами некоторые бумаги для проекта, при необходимости внести поправки в том, что есть. Эмма искренне не понимала, откуда такое снисхождение к ней, но спрашивать не стала, дабы не злить Миллс лишний раз и не создавать себе проблем. Женщина молча подсела рядом, без лишних слов приступая к делу. К ее же удивлению, работа оказалась намного проще и быстрей вместе со Свон, время пролетело буквально незаметно. Регине не хотелось признавать это, но проект действительно достаточно продвинулся за несколько часов их совместных усилий. Они освободились уже к вечеру, когда офис почти опустел, а за окном стояла кромешная темнота, исключая несколько светящихся вывесок ближайших ресторанов и магазинов. В кабинете горела лишь настольная лампа на столе Эммы, освещая небольшой участок, где лежала уже разобранная документация. Блондинка устало потянулась на стуле, мельком наблюдая за тем, как Миллс массирует виски, после чего не спеша встала со своего места, разминая затекшее от усталости тело. - Хотите я довезу Вас до дома? Думаю, Лукас уже ушел… - неожиданно тихо предложила Свон, однако не прошло и пол минуты, как ее мечты и какие-то неоправданные ожидания тут же рухнули. - Я же сказала Вам, мисс Свон, что не нуждаюсь в вашей компании. Я вызову такси, всего доброго. В такой напряженной обстановке проходили и последующие дни, и эту ситуацию лишь на несколько часов сглаживал Лукас, отчего-то начав приглашать Регину по ресторанам, вероятно, чтобы та отвлекалась от раздражающих мыслей об Эмме. Хотя зачастую, они с Тэтчером разговаривали именно о ней, он с неподдельным интересом, спрашивал о том, как обстоят их дела, как продвигается проект, на что Миллс, как обычно, нервно дергала плечами, всем своим видом показывая, что эта тема ей крайне не интересна. А Лукас повторял одну и ту же фразу, что на все нужно время… Время. Регина не знала, что нужно ждать от времени, когда она сама не понимала, отчего так бесится при виде Свон, ведь та буквально лезла из кожи, чтобы угодить начальнице, а брюнетка была словно маленьким капризным ребенком, которого не устраивало ничего. Тэтчер старался быть с Миллс везде, приободряя ее, стараясь занять своими разговорами, он даже согласился какое-то время забирать ее из дома и возить обратно, после того, как женщина узнала, что ее водитель в больнице, а искать нового на короткое время – не очень-то хотелось. Однако, все это было с каким-то подтекстом, Регина словно чувствовала это, глядя на Лукаса и ища в нем подвох, хотя он никогда не показывал, что делал что-то ради чего-то. Такого не было никогда, еще с момента их знакомства. А потом, он стал приглашать Эмму обедать с ними, видно, замечая, что отношения Свон и Миллс стоят на мертвой раздражительной точке, где никто не хочет уступать друг другу. Однако, его решение тут же стало под сомнение, когда за совместными обедами, он чувствовал, как его разрывают противоречивые чувства. С одной стороны, он чувствовал, что обязан своей дружбой с Эммой, с другой, понимал, что Регина ему тоже не безразлична, и это чувство, как меж двух огней… Лукас никак не мог понять, отчего две девушки так взъелись друг на друга, словно просто вбили это дурацкое недоразумение себе в голову, и теперь уже не хотят отступать, но когда они смотрели в глаза друг друга, выкидывая очередные колкости, ему хотелось уйти. Просто не хотелось пасть случайной жертвой. Не выдерживая очередной попытки мирного обеда, Регина молча ретировалась, оставляя Эмму наедине с Тэтчером, который грустно наблюдал за тем, как уходит женщина, победно вскинув подбородок и соблазнительно покачивая бедрами. Королева всегда остается Королевой. - Это была плохая идея, - задумчиво протянула блондинка, ковыряясь в тарелке, - я уже не думаю о том, что ты был прав, когда посоветовал ее отцу взять меня. - Это всего лишь дело времени, Свон! – несколько резко ответил тот, пододвигаясь ближе, словно не хотел, чтобы кто-то со стороны услышал их. – Дай ей шанс полюбить тебя… иногда, нужно прогнуться, чтобы потом быть в шоколаде. - Так ты прогнулся? – прищуривает глаза та, но ответа так и не получает… Эмма зашла в кабинет, замечая женщину на своем привычном месте за столом, по нахмурившимся ее бровям, можно было понять, что Регина все еще злится на напряжение за обедом. И Свон могла бы понять это, так просто нарушить единение двух людей своим присутствием… Это практически не простительно. Медленно подойдя к столу брюнетки, девушка все-таки привлекла к себе внимание, и карие глаза с немым вопросом взглянули на нее. - Мисс Миллс, я подумала… может, хотите составить мне компанию? Я думаю сходить на выставку одного живописца сегодня вечером, говорят, он сам приехал из Италии, чтобы почтить нас своим присутствием… - Эмма, - это был первый раз за все время, когда Регина назвала блондинку по имени, снисходящем тоном произнося его, - почему Вы не можете понять, что мне не нужны Ваши подачки? Я не нуждаюсь в Вас и Вашей компании. Свон тут же выдохнула, и прежде чем развернуться, она еще раз взглянула в равнодушные глаза женщины, мельком скользнув по идеально красивому лицу, пытаясь понять, когда все это закончится. И если минуту назад ее сердце надеялось на то, что Королева оттает, по непонятным на то причинам, то сейчас, она вновь чувствовала раздражение. Развернувшись, она хотела выйти из кабинета, но неожиданно быстро подойдя к своему столу, взяла некоторые бумаги, чтобы уйти уже вместе с ними. - А знаете что? Плевать… Хотите быть конкурентками до конца жизни? Отлично! При этом работая в одном кабинете… это, конечно же, здравая мысль, мисс Миллс. – блондинке было практически плевать, как наливаются кровью и злобой глаза начальницы, а кулаки вновь сжимаются, это было так привычно… - С таким отношением к людям, Вы никогда не разберетесь, кто идет к Вам с добрыми намерениями, а кто держит нож за спиной, усыпая комплиментами. Последнее, что услышала Эмма, когда нервно хлопнула дверью, был какой-то шум из кабинета. Что-то разбилось.