Пермь 2020

Я снова видел её. Её лисью и теплую улыбку, которая давала чудным образом невероятный прилив сил и спокойствие. Я снова слышал её звонкий смех. Приятный и радостный, он согревал мою душу и словно говорил, что всё будет хорошо. Я хочу к ней дотронуться, хочу снова ощутить её теплую и нежную кожу. Всегда удивлялся, почему у девушек такая нежная и приятная кожа, может…потому что, они девушки? Они отличаются от нас, от мужчин. Отличаются всем, но это не значит, что нельзя понять девушку или мужчину. Можно. Можно понять любого, если захотеть. Мы снова сидели на кухне. Маленькая кухня в серой панельке ещё советского времени. На плите кипела вода, где в скорее должны оказать спагетти по акции, что купила она. Она…она…она. Она посмотрела на меня, своими теплыми, наполненными радостью глазами. Я же улыбнулся, выдал улыбку на автомате. Нет, это не принужденная улыбка, я всегда улыбался, когда видел свою женушку. В горе или в печали, я пытался всегда улыбаться и не важно, есть повод или нет. За окном был вечер, осенний вечер. Мы любили собраться после тяжко рабочего дня на кухне, заварить чаю крепкого, да сушек в тарелку насыпаться, а дальше, не успевали и глазом моргнуть, как за окном сумерки, а на часах одиннадцать часов. И вот, я сейчас снова на неё смотрю. Смотрю и прекрасно осознаю, что всё это не реально, что это сон, что моя рыжая девочка давно уже не со мной. Стоило мне это осознать, как небо за окном стало быстро светлеть, затем и трястись. Облака начали растворяться, с неба падали птицы, а кухня начала тонуть в белом, обжигающим мои глаза свете. Пропала и она, моя милая и настала темнота. Настал холод. ПЕРМЬ 2020 Глава 1 Пермь — город мертвых Открыв глаза, я тут же заприметил газовую горелку. Синий огонек слабо грел консервную банку, дно которой давно уже почернело. Недовольно проворчав себе под нос, я повернул клапан и огонек потух. Интересно, как я долго спал? И сколько газу я выпустил просто так? Хотя, не просто так. Плюсы были, а точнее один. Было тепло. Расположился же я в старом пятиэтажном панельном доме. Здесь, как и в большинстве друг домов, не было электричество, не было целых окон и не выбитых дверей. Но видно, мне очень повезло с квартирой. Она была добротной. Двухкомнатная, кухня вся убита, плита перевернута, большая комната пустела, только на середине стоял табурет, на котором стоял старый телевизор от японской фирмы SONY. Не знаю, кто, да и зачем установил это не понятное сооружение, помню, что тогда я сильно напрягся. Сложилось ощущение, что я не один в этом доме. Вторая комната, в которой я и расположился, была нетронутой. Лишь обои слегка слезли со стен, да потрескались, а мебель была на месте. Диван, рабочий стол, шкаф, где была одежда. И проведя небольшое расследования, я понял, что это комната девушки. Не думаю, что парень будет носить юбки, да женские белые трусики с кружевами по бокам. Встав с дивана, я тут же замер. Прислушался. Дверь я закрывал, что входную, что здесь, в этой комнате. За каждой дверью была нехитрая сигнализация, леска с консервными банками. Я сплю плохо и любой шорох, пущай даже дождь будет по стеклу бренчать, всё равно буду слышать и не спать. Поэтому, первым делом, мне пришлось проверить мою сигнализацию. Где я спал, леска была на месте, как и банки. Осторожно открыв дверь, да выглянув в прихожую, обнаружил, что и там всё хорошо. На душе тут же полегчало, да так, что аж есть захотелось. Всё же долго я спал, раз есть так сильно хочу. Но ничего, в моём походном рюкзаке «Турист», лежало несколько хороших сухих пайков. Купить их здесь, не составит труда. Почти каждый уважаемы торговец, обязан иметь коробку сухого пайка. Ну, я так думаю. Сев на диван и пододвинув к себе свою рюкзак по ближе, я начал искать в нем свой сегодняшний завтрак и в дальнейшим обед. Достав заветную картонную коробочку и отодвинув рюкзак, я принялся не спешно её открывать. Мне спешить сегодня не куда. Товар я отдал ещё позавчера, а на днях распрощался с меткой «Должника», отдав капитану местной группировки не малых десять тысяч рублей. Для сталкера, это большие деньги. Считай, можно купить не плохую пушку за шесть с половиной, а на остаток патроны, да еду. Если останутся деньги, а такое событие у меня было довольно редким явлением, то можно в ближайшем баре и горло промочить. Коробка мне поддалась легко. Открыв её, я тут же заприметил мясные консервы и черный байховый чай с галетами. И на этом всё. Нужно мне ещё на обед себе оставить. Если, конечно до живу. И тут я вспомнил те дни, когда никого взрыва на аэропорту не было, когда улицы купались в летних лучах солнца, а люди не носили специальную одежду с противогазом, рюкзаком и с пушкой на перевес. Помню, как меня в те дни бесила фраза моих тогдашних друзей. «Эх, ещё до жить бы, до вечера». В те мирные дни, меня прям в холод бросало, когда я слышал это, а сейчас, весьма уместное выражение. Считай, сегодня ты пляшешь в баре и пытаешься закадрить со сталкершой милой, а завтра мутант тебя поимеет или того хуже, бандиты нападут и всё. Зона. Мать её за ногу. Не предсказуемая вещь, как жизнь. За ней нужен глаза, да глаз. И это уместно, как в сторону Зоны, так и в сторону жизни любого человека. Завтрак я уничтожил за мгновение ока. Дольше возился с приготовлением и отвлекался на разный шум из окна. То собаки местные пробегут, то ворон не с того не с сего закаркает. Там глядишь ещё чего. Ладно хоть человека не было слышно, да и не видно. Кто бы, что не говорил, но самое страшное существо в этих краях, это человек. С другой стороны, забавно выходит. Даже в мирное время, человек был самым опасным существом этого мира. Что же, факт остается фактом. Не зря же есть поговорка: «Хорошо там, где нас нет». За окном черт пойми, утро, день, а может ранний вечер. Небо здесь в Перми уже долгое время хмурое. Со временем, это свинцовое небо стало придавать мертвому городу некий шарм. Ну, так пишут в газетах. Мол, давай мёртвому городу, хмурое небо или там, в сером городе и небо серое. Чушь одна в общем, но иногда пробегают интересные статьи о ситуации в Перми, да и в таких городах, как Краснокамск, Чайковский, Березники и многие другие города, что в двухстах километрах от самой Перми. Все эти города тоже получили своё. Засунув руку в боковой карман рюкзака и нащупав что-то овальное, достал и отстал от рюкзака. В моих руках, поблескивая на тусклом свете с улицы, лежало очень важное оборудование. Так сказать, местный коммуникатор для поддержки связи и просмотра местных новостей, которые вещал некто, назвав себя Радистом. Нажав на кругловатую кнопку, что расположилась ниже экрана, тут же высветился экран блокировки. Пароль я знал, всё же, техника то моя. Время было обеденное, а если точнее то, без пятнадцать тринадцать. М-да, иногда удивляюсь сам себе. Долгое я спал, ничего не скажешь. Лег в час ночи, а проснулся…ну, скажем, что в двенадцать. Я же ещё проверял свою сигнализацию и поесть готовил. Убрав коммуникатор назад, да сложив все пожитки так, чтобы в экстренной ситуации мне ничего не мешало бежать, осмотрел эту комнату ещё раз. Да уж, хорошая комната. Обжить бы её, да окно заметить и жить даже можно. Только вот нельзя оставаться на одном месте долго. Нельзя. Здесь все же Зона, а не курортный город. Выйдя из подъезда, я внимательно осмотрелся, вновь достал коммуникатор и засунул его в специальный карман, который расположился на левом рукаве. Предварительно, я отключил у этой штуки звук общего уведомления, а то не дай что, придет уведомление от знакомых и всё, на пол улицы будет писк слышен. С местной фауной Пермской Зоны, лучше не шутить. Тут собаки не обычные, погладишь, так без руки останешься и это ещё хорошо, что руку оттяпают. Погода стояла холодная. Минус пять, показывал мой коммуникатор, но чуяло моё лицо совсем не минус пять, а куда больше. Благо костюм меня защищает от всего, кроме чертовой радиации. Убедившись в том, что ни какая тварь местная меня не поджидает за углом, я двинул вперед по улице Академика Веденеева, а точнее по дворам. В Зоне нет прямых и легких путей. Такие пути обычно приводят к старухе с косой, которая весело зубами пощелкивает и косу свою натачивает. Уж лучше через тропинки узкие топать, да через дворы. Пущай времени уйдет не мало, зато свечку никто не поставит на твою могилу. Вот с такими мыслями, я и двинулся не спешным шагом, проходя мимо дома, где спал. Всё же удивительное это место. Здесь всему надо учиться заново. Здесь не работают правила старого мира. Тут свои правила и писал их не человек, писала их сама Зона. Что такое Зона? Или же что есть Зона? Вопрос хороший. Ботаники в очках отвечают одного и тоже, заумно и нудно, но если на человеческом, то есть, на понятном большинству людей языке то, Зона, это то, что оставил после себя неизвестного рода взрыв, который произошел в 2015 году около местного Пермского аэропорта Савино. Сам взрыв сопровождался странным зеленным туманом, элементы которого были довольно токсичными. Из-за взрыва прошлось эвакуировать почти всю Пермь, так как туман распространял всё дальше и дальше. Но не только Пермь пострадала, туман пошел дальше и в итоге, в периметре 200 километров от Перми всё стало Зоной. Помню, как впервые услышал об этом. Меня тогда так эта новость ужаснула, что я уж начал паниковать, мол, зараза эта и дальше пойдет, но как утверждают ученные и военные комитет РФ, им удалось сдержать Зону возведя около неё некий периметр. Через этот периметр никто не может пройти и, если честно, пока, я верю им словам. С 2018 года об росте Зоны не гу-гу. А вот люди в Зону как-то пробираются. Находят некую брешь в стене и пролазят. Я вот тоже попал сюда через так называемую «дыру». Минуя ещё три типичных дома, как тот, где я ночевал. Я вышил к бывшему детскому садику Галактика. Забор его сильно потрепало время и местный климат. Когда-то, в первые годы так называемого нового поселения, местный бандиты закрепились на этом месте, заявив, что это их база. Только вот долго не просидели они там, военный патруль раньше частенько ездил по этим улицам, да и по другим, что дальше от центра Перми. Собаки эти военные стреляли в каждого и не важно, кто это был, молодой студент, девушка или старик. Эти суки даже стариков не щадили. Нажимали на пусковой курок так, словно перед ними не человек был, а мутант. Человек, страшное существо. Особенно в военной форме. А что же сейчас? Сейчас всё стало куда спокойнее, патруля нет, рейдов тоже, да и вертолеты стали куда реже осматривать местность в поисках нового лагеря, а если и вылетали, то кружили пару минут и возвращалась на свою базу в Залесном. Видать, информацию собирали, а может на нас, красавцев местных поглядеть решили. Всё же у нас, у сталкеров, жизнь вольная. Нет у нас поводка на шеи и не ждем мы косточек с хрящиками от начальства. Садик я обогнул около местного коллективного сада. Тропинка там было сильно заросшей, а под ногами одна противная грязь которая прилипала к моим черным берцовым ботинкам. Помогая руками убирать ветви деревьев, я старался также не наделать шума. Никогда не знаешь, где паскуда местная сидит, да зубы свои скалит, ожидая удобного момента. Я в Зоне не год. Места знаю, законы тоже. Но всё же, бывали случаи, когда и закаленные специалисты погибали из-за глупо допущенных ошибок. Вспомнив об этом, мне даже стало холодно внутри. Мурашки аж пробежались по моей спине, уходя куда-то в ноги. Вот оно, первое правило, всегда будь уверен в своих действиях. Вот стою я сейчас на одном месте, одна рука ветку придерживает, вторая на готове еще одну схватит, а левая нога вообще замерла в сантиметре от земли. Вот надо было мне это вспомнить именно сейчас. Тихо выругавшись и отпустив ветку, я сел на колени, достал из кармана коммуникатор и посмотрел время. Ровно час дня. Убрал аппарат назад, тихо выдохнул и начал успокаивать себя тем, что мысленно начал перебирать все простые числа. Таких чисел много и чем дольше ты их перечисляешь, тем лучше забываешь о своих проблемах. С одной стороны, это была огромная ошибка, вот так сесть и начать считать про себя, глядя на опавшие осенние листья, укрывавшие землю Зоны. 2…3…5…31…41…53…67. Недобрые мысли покидали меня, стоило мне вспомнить, какие числа ещё есть. 71…79…83…97. Остановившись на 101, я уже чувствовал себя хорошо. И думал сейчас лишь об одном, как бы поскорее прийти на бывший рынок Молодежный, где расположилась местная база сталкров, которые прозвали себя Рассвет. Встав на обе своих ноги, я отлично ощущал землю под своими ногами, ощущал, как холодный ветер обдувает моё грязное лицо. Сняв перчатку и проведя по нему рукой, я поморщился. Щетина мне была не к лицу, да и не нравилось мне бриться, после долгой задержки, не приятное потом ощущение на подобие раздражение, будет по мне бить на протяжение полутора дня. Надев перчатку назад и зафиксировав её запястье с помощью липучек, моё продвижение в сторону базы продолжилось. Шёл я также не спешно, ступая на землю так, словно ступал по минному полю. Одно неверное движение и всё, поминая сталкер Черного за пузырём беленькой. Тьфу ты, не в то русло мыслю. В другое…бабы. Да, бабу бы, да и пиво с фисташками… *** Местный бармен, пузо которого становиться лишь больше, а борода короче, обслужил меня быстро. Он всегда знает, что я заказываю одно и тоже. Пиво и охотничьи колбаски. Полноценной едой это нельзя было назвать, да и перекусом не как. Но душа моя пива хотела, да не то которое почти каждый местный бармен разбавляет водой местной, а самое настоящие. Такое, чтобы хмель чувствовался, а глотать приятно было. Отпив доброго пол кружки, да откусив одну четвертую от колбаски, мир стал мне добр. — Вижу, смакуешь ты, Черный — с ехидной улыбкой проговорил местный хозяин, сея заведения, протирая кружку. Само место называлось «Молодежным» и не просто так. Нет, тут не какой молодежи толком и не было. Просто бар расположился на бывшей станции «Молодежная», прямо в самом вокзале. Раньше, бар был не такой большой и располагался он в небольшом вагончике от старой электрички, которая стоит на ж/д путях. Вон она, через окна её видать было. А потом место стало обживаться. — Видишь-видишь — увлеченно лопая колбаски, подтвердил его слова. А лопал я быстро, хоть и ел не давно. Всё же колбаски куда аппетитнее, чем каши в консервах или те же овощи с продуктами. — Ну, чего расскажешь нового? Ты же с кислотных дач, как я понимаю. — А что там нового? — через силу поднял взгляд на бармена, дабы не показаться невежей. Тот особо на меня не глядел, его больше волновали стаканы и посетители, которые заходили в его бар. Забавное дело, самого бармена зовут Рыжий, но борода у него черная, а сама голова поблескивает на бледному свету, лысая то бишь. Почему именно Рыжий, сам не знал, когда спросил, тот лишь укоризненно на меня посмотрел и насторожено сказал: «Мала знаешь, дальше пройдешь». И больше я его об этом н спрашивал, не задевали эту тему. Всё же, жизнь мне дорога. — В основном, лишь территория группировок слегка изменилась, да и всё — продолжил говорит я, вновь отпив хмельного. — А ещё и говоришь, что нового нет. Говори давай, кто и кого, да за что гонит. — Рыжий, емае. Ну давай человеку поесть. Вот доем и всё тебе расскажу, хорошо? –тот лишь кивнул мне, мол, давай быстрее и пошел обслуживать нового клиента. В баре «Молодежный» была своя, особая атмосфера. Тут всегда было тепло, играла у какого-то гитара и ведь играло всегда что-то новое. Никогда не обращал внимание на тех, кто тут на гитаре бренчит. Мне особого дела до них нет, да и интереса тоже. Играют и пусть играют дальше. Все же гитара никогда лишнее не бывает, особенно в таком месте, как это. Моё внимание упало на грязное окно, верх которого был заделан металлическими листами. В окне я видел нос вагончика и сам рынок, который расположился чуть ниже бара. Народу на рынке было не мало и сразу было видно, за чей счет живет данное место. Здесь любой мог арендовать на время уцелевший прилавок или местечко, да торговать тем, чем Зона наградила. Жаль лишь то, что нет тут жесткого контроля продукции. Помню, бывало и такое, что куплю себе новую пушку и вот поглядишь на неё, да вроде нормальная, аж блестит. Блестит, это конечно хорошо, но это не единственный показатель качества, а вот как стреляет эта вещь, тут уже другое дело. Да только есть одна загвоздка здесь. На территории группировки «Рассвет» нельзя производить стрельбу, если только на базу не напали. Сама территория была довольно большой. Начало можно было брать от бара «Молодежный» и концом можно было считать местный колледж «Оникс». Хотели ещё занять бывший яхт-клуб, только вот посчитали это плохой идей и правильно сделали. Если от бара и до колледжа было место для укрытий и засады то, до бара и яхт-клуба, ничего не было, лишь открытая широкая дорога и ж/д мост, который тоже легко просматривается. Гитара на пару секунд стихла, раздался мужской приятный баритон, который прокомментировал следующие название песни. В этой песни всего четыре аккорда и простой бой. Даже такой новичок, как я, смогу освоить этот бой и аккорды за неделю, да и песня была, так сказать базовой в изучении основ на гитаре. Белый снег, серый лед, На растрескавшейся земле. Одеялом лоскутным на ней — Город в дорожной петле. Талант, как говориться не пропьешь! Парень пел монотонным голос, пел не спешно и в темп с гитарой. У меня даже складывалось впечатление, что Виктора Цоя вовсе и не сбивали на том проклятом шоссе, что этот легендарный гитарист того времени сидит сзади меня. Я аж обернулся, но увы, иллюзия сделало своё. За круглом столом, в окружение зачарованных слушателей, сидел белокурый пацан в сероватом комбинезоне. На гитару тот даже и не смотрел, а смотрел лишь на публику и глаза в нужные моменты округлял. — Долить? — Что? — не отворачиваясь от парня, спросил я. И тут же, меня огрело что-то большое и тяжелое по моему плечу. Страх меня тогда так схватил, что я чуть с табуретку не пал. Боль от плеча расплылась по всему телу горячей и неприятной волной. Быстро повернув голову в сторону своего обидчика, я уж было хотел пополнить его словарный запас, как обомлел, увидев морду Рыжего. — Что-что. На парней гляжу засматриваешься — всё с той же ехидной улыбкой проговорил мужик, специально похлопав меня по ноющему плечу. — Ага, баб тут редко увидишь. Вот и решил перейти на мальчиков — спокойным голосом проговорил я. — Да ты что…ты это…серьезно сейчас?.. — Да тьфу те! Нет конечно! — выдал я. — Шутка и не больше. — Шутка? Точно? — недоверчиво начав меня осматривать, спросил Рыжий. — Нет блин, мимо. Ну, конечно же точно! — Ну всё-всё — стал меня успокаивать он, вновь заулыбавшись во всю свою ширь. — Да я же прикалываюсь — странные у него были приколы, у этого Рыжего. Хотя и я не лучше. Но насчет мальчиков, я серьезно. У меня пока с головой всё ещё хорошо и привлекает меня самка, как и заведено в природе ещё с незанятных времен. Но не будем сейчас об этом. — Шутник… — проворчал я про себя. Тот беленький парень уже закончил играть песню. А что там играть? Коротенькая она, но зато с каким смыслом. Сейчас его пальцы бренчали неизвестный мне бой, а до ушей доходил ломанный английский, от которого меня воротило, как и от всего иностранного. — Ладно, рассказывай давай, как там на кислотных дачах дела — а я и рассказал. Всё рассказал, ничего не тая от друга, который иногда мне сосиски не считает и пивом просто так угощает. Да и сам Рыжий, хороший человек, пущай и чуточку вредный. Рассказал я ему о том, как бандиты нападают на бедных «Миротворцев», а те уже какой день не спавшие продолжают отбиваться от этой грязи в черных масках. С одной стороны, мне жаль бандитов, а с другой, руки чешутся вмазать им по роже их не бритой. Жалко потому, что тут, что в мире ином, не рады им. А кто бандиту будет рад? Никто. Только если не другой бандит, но случалось и такое, что и бандиты друг с другом воевали. Было это не так давно, года два назад. Я только притопал сюда, в Зону эту треклятую. Тогда помимо бандитов, была ещё одна бандитская шайка лейка и звали их «Жало». Вот что, а название группировки описывало их во всех возможных смыслах. Жалили только так. Любимое их дело, нападать ночью. Ночью их и можно было увидеть, в другое время суток, нет. Долго тогда другие группировки искали их базу. Искали везде, не доходя до центра Перми. Ведь нет там жизни не какой, лишь одна радиация и непонятные растения, прорастающие где только можно. Так вот…что-то ушёл я не туда. База их оказалась в самом конце Перми, в Голованово. Там раньше военные жили, так сказать. Но после того, как столкнулись с местной фауной Зоны, побежали прочь. Долго тогда кланы разных группировок содрогали воздух выстрелами, но уничтожали «Жало». Сейчас, мне неизвестно, что там в Голованово, да и дальше Левшино не ходил. — М-да — задумчиво выдал Рыжий, оттолкнувшись локтями от барной стойки. Музыка давно уже стихла. Гитарист ушел по своим делам и народу заметно приуменьшилось. Стало как-то тихо, но мне и так было хорошо. Тишина лечит. — Радует, что они сюда не лезут, на второй участок. — Ну так, им тут ловить нечего. — И то верно — ехидно улыбнулся бармен, вновь начав мусолить и так чистые кружки хлопковым полотенцем. — Мы хоть и не держим весь второй участок, но заняли очень хорошие места. Не могу уж я сказать точно, хорошее место они тут заняли или нет, но пока меня тут всё устраивает. Дальше мы уже говорили, о чем только можно было. Рыжий мне рассказал, что их командир хочет собрать несколько лидеров группировок и обговорить с ними одно важное дело. Меня это заинтересовало, хоть я и не когда не интересовался внутренней и внешней политой группировок. В попытке узнать хоть что-то, Рыжий лишь пожал плечами, мол, сам услышал, как местные обсуждали это, немного перебрав с алкоголем. Немного посидев в задумчивости, я всё же махнул рукой. На кой мне это знать, да и проблемы мне не нужны, недавно от них избавился, и как-то не хочется снова нажить их. По мимо этого, я узнал ещё немного про Левшино и то, что один сталкер говорил о том, что видел группу людей около лестниц, ведущих на Гайву. Гайва, это большой и пустой район, там нет людей, там лишь мутанты и разрушенные дома. Туда нельзя попасть из-за того, что рухнул мост около ГЭС, объединявший обе стороны. Можно было перейти по ж/д путям, но сколько раз не пытались, никто не мог. То радиация откуда-то возьмется, то начинаешь бред какой-то видеть, а кто-то рассказывал, что они спокойно себе шли, не какой радии там не было, за мозги их тоже никто не брал, да только стоило им зайти за старенький зелёный локомотив, как сами того не заметив, оказались спиной к Гайве, а лицом к станции «Молодежная». Послушав этот, я с опаской посмотрел в сторону Гайвы. Хочется мне верить, что тот человек был тоже пьян, как те, что выпалили информацию о планах некого собрания группировок. Мои же истории были скудны и серы. Я брал задания от кого только можно, дабы не быть жертвой бедноты в Зоне. Многие сюда приходят чтобы заработать на местных тварях да на поисках каких-нибудь тайн, только вот не знали они, что цены тут зверские и кусачие, а задания сложные. Рассказав ему всё то, что со мной за неделю приключилось, Рыжий с какой-то грустной улыбкой потряс своей совсем не рыжей бородой и долил мне пиво, сказав шепотом, что за платит из своего кармана. — А хотя знаешь — продолжил говорить я, убрав рукав пену со своих губ. — Есть у меня одна занятная история. — Опа — глаза Рыжего тут же заискрились, стоило мне заикнуться, что в моей жизни сталкера одиночки не так всё скверно и однодневно. — И чем же ты меня удивишь? Говорю сразу, крыса переросток не в счет — напомнил мне Рыжий старый случай с той чертовой крысой. Я тогда зеленым был, мало чего видывал в Зоне, и та огромная крыса меня очень напугала. И как же я гордился, что убил эту сволочь из ржавенького ППМ-а. М-да, старая история вызвала у меня неприятную дрожь в коленях. — Вот не скажу сейчас и всё — в шутка обиделся я, вновь присосавшись к пиву. — Ай, да ну тебе. Вспомни, зато, как бар ты тогда развеселил. Ну всё-всё, не буду я больше, только скажи мне, чего такого интересного у тебя было. Сам же знаешь, как я люблю слушать разные истории — тут уж правда была на его стороне. Рыжий любил послушать разные истории, пока стояла за барной стойкой. И ведь этот человек многое знал о Зоне, хоть и дальше Левшино не ходил. — Я тогда возвращался с Левшино, шел по Лянгасова, держась ближе к дачным домам. Сам же знаешь, прямой и короткой дороги никогда нет, да ещё и машин куча на дороге брошено. Хорошо, что не фонит от них радиацией. Так вот, темно было, фонарик хоть и горел на лбу, но дальше пяти метров ничего не видел. Иду себе спокойно и вдруг чуя я, что кто-то следит за мной. Прям таки кровожадным взглядом. Ну, я пушку с плечами, убрал предохранитель, дернул за створ и начал выцеливать тварь. Смотрю, а никого нет. — Да ты что?! — искренно удивился Рыжий, перебив меня. Он даже оставил бедную кружку в покое и внимал мой рассказ. — Ага. Думаю, наверное, по мозгам ударило, спать тогда хотел сильно. Только вот спать нельзя было, место то, где я шел, не самое лучше для ночевки. И в общем, долго я не стоял на месте, пошел дальше, но в этот раз держал пушку на готове. Прошел я дачи прошел я опрокинувшийся на крышу автобус и снова это же чувство меня сковало. Я мигом развернулся и увидел это. Три метра ростом, худощавые ноги и руки, глаза широко открытые, что в душу смотрят и вечно широко открытый рот. — Леший?! — не удержавшись, чуть ли не прокричал мне в лицо Рыжий. За моей спиной послышались удивленные голоса, говорящие о том, что народу на нас много среагировало. Хмуро посмотрев на своего друга, дав ему понять то, что ещё одна такая выходка и всё, шатер сворачивается, я соизволил продолжить свой рассказ. — Так вот. Да, ты прав, Леший. Я видел его тогда впервые и как говорилось в общем справочнике сталкера, при его встрече и зрительном контакте, тело словно кто-то или что-то парализует. Стоишь, как статуя и всё, не шаг вперед, не шаг назад. Легкая добыча для Лешего. Только вот не долго мы так стояли и пялились друг на друга. Его привлек звук, доносящийся где-то в лесу, и он туда ушел, размахивая своими длинными и худыми руками. Я ещё, наверное, минуту стоял, не мог отойти от шока, что увидел Лешего в живую. И если бы не этот звук, кто знает, сидел бы я сейчас тут с тобой. — А-а-а — начал заикаться Рыжий — Как он был одет, ну, что у него было? — Если мне память не изменяет — а она любила это делать — Вроде в рубашке он был, да в штанах…точно не джинсы и не спортивки. А тебе зачем это? — Да ходит тут одна молва, что обычно местные лесники, которые жили в лесах Перми, это и есть Лешие — я изумленно искривил бровь, услышав эту странную догадку. — Ну, ты сам подумай, Черный. Они живут в лесах, редко, когда выходят их них и шастают по городу. А спят они вообще странно, упрутся лбом об любое дерево в лесу и так спят. Вот я и задумался, а может и правда это, что Лешие, это бывшие лесники. — Ага. А Грибники, это бывшие грибники. — Да ну? — искрении удивился Рыжий. — Да конечно же нет! — раздраженно сказал я. — Если на мутанте растут грибы, это не значит, что до взрыва, она был грибником и факт того что его можно заметить лишь в лесу, погоды не делает. Слухи, они на то и слухи. Ты вроде взрослый человек, Рыжий. — А если оно так? — Хм…если оно так, то… — То ты месяц будешь на меня работать — я удивленно поднял левую бровь. — За просто так? — Естественно! Смысл победителю платить — а в его словах был смысл, да и чего уж тут не поспорить. Самому стало интересно, так это или нет. Но всё же, я даже не смотрел на ту теорию, что Лешие, это бывшие лесники, которые решили жить вдали от шумных дорого и серых панелек. И на том порешили, пожали значит руки и только мне стоило посмотреть не время, как у меня глаза выпали из орбит. Встроенные часы моего коммуникатора показывали пол шестого вечера. Это же надо было мне так заговорить с Рыжим. Тьфу ты, как две бабки базарные мы с ним. Стоит встретиться и всё, начинается. — Ох, мне уже пора. — Что, опять? Опять будешь искать место, где можно поспать, вместо того, чтобы прилечь у нас на базе? — Сам же знаешь, почему я у вас тут не сплю. — Да это же было всего один раз… — виноватым голос прохрипел бармен, словно это он меня тогда обокрал ночью, пока я нежился на раскладушке. Ещё одна постыдная история. Стыдно о ней говорить точно также, как и о той крысе большой. — И хватило. Я тогда месяца два прожил у вас на базе, работал то на одного торговца, то на другого. Хватило мне этого, я сам ещё в шоке, что хожу сюда, с интересом посматривая на ваш базар. — Ладно, понял я тебя. Но если что, место для тебя всегда найдется — с большим энтузиазмом и ехидной улыбкой, проговорил Рыжий. *** Вечерело довольно быстро и мне такой расклад со всем не нравился. Остановившись и посмотрев назад, передо мной маячила база группировки «Рассвет». А мне казалось, что я ушёл куда дальше, а она вон где, в трех минуты ходьбу. Может мне всё же и правда лучше остаться сегодня здесь? Но стоило мне об этом подумать, как в голове вышла небритая рожа Рыжего и его довольный оскал. Он же потом начнет меня донимать с этим, да и не дай боже, ещё и подшучивать будет, как с той треклятой крысой мутантом. Кстати, после той встречи, я крыс больше не видел. Решив пойти дальше, я всё дальше и дальше отдалялся от базы. Передо мной появился бывший завод «Искра», который славился своим узнаваемым названием в Перми. После «Искры», мне попался торговый дом быта «Топаз». В своё время, в это здание много кто ходил. Помниться, как и я туда частенько заходил. Было же время тогда. Сейчас же здание было в ужасном состоянии. Часть крыши обрушилась, а логотип здание в виде драгоценного камня топаз, лежал на земле, перекрывая главный вход. Бушевал сильный ветер, поднимая опавшую оранжевую листву с деревьев и уносил её в неизвестном мне направление. Через утепленный костюм, я почувствовал холод и это меня очень сильно смутило. Неужто барыга с Левшино обманул меня тогда, продавая этот костюм? Или просто этот костюм не был готов принять ветер Зоны? Я отложил этот вопрос на потом. Отложил его до тех пор, пока не пойду на Левшино. Дальше дорога шла без каких-либо памятников прошлого, можно было лишь с грустью посмотреть на старые, перекошенные временем автобусные остановки, под которыми я провел какую-то часть своей жизни. Снова я начал ностальгировать по тем временам, но стоило мне дойти до одного воспоминания, как я тут же привел себя в чувства и не успел опомниться, как стоял уже около местной школы под номером шестнадцать. Инженерная школа. Сюда я не ходил, когда жил в Перми, а ходил в другую, которая не далеко отсюда, но идти до неё сейчас опасно. Там теперь местная база бандитов, да и почти весь микрорайон Камский под властью этих ублюдков. Ночлег я всё же стал снова себе подыскивать в пару сотнях метров от того дома, где я вчера решил остановиться. Хотелось бы мне и снова там провести ночь, но черт его знает, что меня ожидает этой ночью. Поэтому, не стоит рисковать и долго сидеть на одном месте. Другое дело, когда ты находишься под защитой какой-либо группировки, но, когда ты один… Моё внимание привлек дом выложенный из красного кирпича или скорее всего кирпич был покрашен в этот цвет. Лишь подойдя ближе, тайна раскрылась. Дом был покрашен и как странно, краска ещё держалось на нем. Я сделал пару шагов от дома, посмотрел на него ещё раз. Большинство окон были в идеальном, нетронутом состояние. И это меня от него оттолкнуло, странный он какой-то, словно Зона его обошла стороной. Следующий дом меня больше устраивал. Он не был таким идеальным и это дело его идеальным для сегодняшней базы отдыха, но мне не помешало бы скинуть пару вещей в мой личный схрон… У каждого уважающего себя сталкера, должен быть схрон, это как голбец у бабушки в деревне. Так и тут в Зоне. Схрон помогает в трудные моменты жизни, особенно помогает тогда, когда денег нет, а есть и жить хочется. Мой же схрон находился не в очень приятном месте, но это был его большой плюс. По пути на Кислотные Дачи, они же КД, есть приветствующий знак, где написано, что это за район. Так вот, дойдя до него, нужно свернуть в противоположную сторону, налево, в сторону леса. И где-то там в лесах, есть дачи одна называется «Подлипки», а вторая «Солнечный». Ещё в первые дни появления сталкеров, обе эти дачи были базой для новичков, некой, давно ушедшей в туманного того времени, группировки «Нейтралы». Сейчас же это заброшенная база привлекала лишь местное зверье, да и меня со своим схроном. Поэтому первым делом, с утра, я схожу туда и положу нужные мне вещи, а за одно и проверю, в целости ли мой схрон ли нет. Пущай и место то, не из самых приятных, но в Зоне всякое может быть. Тем более, на данный момент, в Перми насчитывается свыше 10 тысяч не зарегистрированных лиц. В том числе и я. Комнату я долго не искал, мне главное, чтобы дверь была, да и не просто дверь, которая лежит рядом с проходом, а дверь, которая всё ещё выполняла свои функции. И такая мне нашлась на втором этаже. Внутри все было растаскано и побито. На кухне было много разбитой посуда, да и мебель там была поломана. В большой комнате был опрокинут диван и шкаф, из-за чего выход на балкон был полностью мне перекрыт, а вот во второй комнате, которая сразу бросалась в глаза, при входе в прихожую, было пусто. Лишь лампа свисала с порванного натяжного потолка. Тут я и решил остановиться. Теперь оставалось дело за малым. Я скинул рюкзак в прихожей и начал быстро готовить себе спальное место и неплохо было поставить сигнализацию, да только вот банки я не собрал и оставил их там. Осознав это, мне стало как-то не по себе от того, что придется спать так, надеясь на то, что мой чуткий слух меня не подведет. Нет так дело не пойдет, я сам себе не доверяю. Вот такой уж я человек. Но и идти в тот дом было как-то не по себе. За окном уже темень была, а я уже разложил спальник и поставил грелку с маленькой плитой. Не могу же я сорваться с места, оставив тут все свои вещи и сходить за банками, но и спать не могу без сигнализации… — Вот так засада…- недовольным голосом пробубнил я сам себе под нос, сев на холодный бетонный пол. Черт и ведь в округе не поискать этот металлом. Была конечно идея нарочно опустошить 4 консервных банок с кашей и тушенкой, но, во-первых, это трата драгоценного в Зоне ресурса, а во-вторых…я столько попросту не съем. И что же делать? Кто мне даст на этот вопрос ответ? Да никто… Из окна комнаты, мне виднелся тот самый дом, те самый 100 гребаных метров. Рукой же падать! Вот он! Он перед тобой, Черный! Ступай же, паскуда ты такая, ступай! Внутри меня рос и копился конфликт двух сторон, одна говорила мне идти, а вторая сиди, может всё и обойдется. И одна кричала громче другой, и я уже сам хотел кричать от беспомощности. Посмотрев на время в своём коммуникаторе, я тихо выругался, да таким искренним матом, что аж губу закусил от злости. *** По бетонным ступеням площадки, я поднимался, как кот, который ожидал увидеть другого кота, сидящего на этаже по выше. Я останавливался от каждого шороха, замирал, слушал и только тогда продвигался дальше. Ночью Зона кардинально менялась, она обнажала свои клыки и смотрела на каждого с жаждой убить какого-то. Мутанты по непонятным причинам, становились активнее, сильнее и злее. И лишь безумец выходил в такое время на улицу в одиночку. Так можно ли меня считать одним из них? До нужно мне этажа я поднимался долго, но ещё дольше, я шёл те 100 метров. Обходил каждую тропку, шёл исключительно по остаткам асфальта. Зайдя в квартирку, я тут же наткнулся на консервные банки и непроизвольно улыбнулся. Отлично, теперь осталось их собрать и… И тут я замер, стоило бледному свету на секунду осветить мне спину, как меня всего передернуло, будто током ударило. По спине пробежала неприятная дрожь, а сердце заколотилось с такой силой, что в ушах отчетливо можно было услышать его биение. С перекошенным от страха лицом, я быстро посмотрел назад себя, не помня даже того, как выхватил пистолет, который прихватил собой, как средства защиты. Фиговая конечно защита обычным ППМ-ом, но это хоть что-то. Нож ночью так себе соратник. К моему удивлению, за спиной было пусто и это лишь больше напугало меня. Я не знал, что мне делать, сидеть тут и гадать, что это было или быстренько забрать эти чертовы консервные помои и бежать что есть силы? Вторая идея показалась мне бредовой, одно из немногих правил Зоны гласит, что нужно быть при своем уме. В Зоне легко сойти с ума, я бы даже сказал, труднее от пули лечь намертво. Сохраненный рассудок уже говорит о том, что этот сталкер сможет выжить в Зоне, пускай и не на долго. Замерев на одном месте, я слушал, но кроме своего сбивчивого дыхания и биения сердца, я ни черта не слышал. Пришел закрыть свой рот рукой, но от этого не стало легче. Может, мне всё же показалось, спать хотелось сильно, вот и причудилось, Зона же. А если нет? А что если внизу прошла группа людей? А что если это бандиты, которые любя по ночам выползать и творить удуманное ими же? Вскоре раздался чей-то шаг. Меня тут же второй раз передернуло, я вскочил с места и это была моя ошибка. Консервная банка под моей ногой тихо сыграла свою роль и шаг тут же стих. Стих и я, сжимая потной и трясущейся от страха рукой пистолет, медленно заходил в квартиру спиной, пытаясь не задеть консервные банки вновь. Каждый мой шаг был подобно съемки в замедленном действии. Я ступал не глядя, пытаясь ещё в воздухе определить, куда я встаю. — Чего стоим, шеф? — послышался внизу чей-то негромкий хрипловатый голос, который тут же был заглушен недовольным шипением. Не померещился мне тогда тот бледный луч и шаг, можно было радоваться, да только чему? Тому, что у меня ещё мозги на месте? Сделав ещё пару шагов, я попал в прихожую, тут же начав в панике крутить головой, осознал, что особо прятаться тут негде. Даже шанса спрыгнуть не было, ладно бы второй этаж, но я сейчас был на третьем этаже. За окном лишь вид на дорогу с брошенными машина и всё. Деревьев там не было. Тем временем, шаг снова продолжился по площадке и теперь можно было точно сказать, что их там было не двое. Через силу, я насчитал троих…да, всего трое человек поднимались на этаж, где я сейчас находился. От этой информации, я осознал, в каком я ужасном положении. Смотря на мою нынешнею амуниция, я для них не являюсь особой угрозой. Пусть это даже и новички, у них пушки будут куда круче моей пукалки. — Да нет тут никого, шеф — вновь отозвался хриплый голос. — Вот видите, нет тут никого. — Видно, кто-то плохо знает Зону — в ответ послышался недовольный и мощный басовый голос другого человека. — Это как понимать? — нагло спросил его тот же голос. — Так, если будешь и дальше нарушать тишину, выйдешь отсюда и спать будешь на улице. — Ой, а ты меня заставишь? — Уж поверь мне, вас, бандитов, я жалеть не буду — дальше голоса стихли, а у меня в голове появилось уйма вопросов. Сам же я сидел на кухне, аккуратно спрятался под плиту, держа пистолет на готове. Пусть даже я особо и не полагался на него, но я никогда не упущу шанс побороться за свою жизнь. — Опа — раздался вновь хриплый голос прямо около входа. — Смотрите как, леска и баночки, неожиданно– в ответ ему была дана лишь тишина. Я же прижался к плите так сильно, как только мог. Сейчас было бы неплохо чуду появиться какому-нибудь. Вот взять и спасти меня, но видно у Зоны были на меня другие планы, да и зря я так сильно прижимался к плите. Плита слегка прошлась по бетонному полу, создав весьма неприятный и предательский звук. Тут я уж готов был под землю провалиться, но звуки затвора быстро привели меня в чувства. — Может…собака? — послышался наконец-то и третий голос. Он не был таким, как у других двух. Голос был куда мягче других, да и ещё и мужским был. — Тогда нужно её того самого, грохнуть — предложил хрипловатый голос. — Если хотим спать нормально. — И то верно, вот ты и пойдешь, а мы тут постоим — снова грубый голос. — Я? Да ты чего? Да я же…ай фиг с вами. Послышался звук перезарядки оружия. По звуку я определил, что оружие того типа, который пошел «собачку» пристрелить, стреляло дробью. Часть от часу не легче оставалось лишь надеяться, что у него смелости не хватит за плиту зайти. Сначала, некто осмотрел комнату, где я оставался на прошлую ночь. Что-то сказав своим, тот пошел дальше. Сталкер шел не спешно, ступал тихо и аккуратно. Словно тем самым говоря и показывая, что он знает, как нужно вести в определенной ситуации и было бы это видно, если не его несдержанность к разговору. Долго он не стал осматривать туалет с ванной и кажется, вообще их пропустил. Шаги ели уловимо приближались ко мне, а потом и во все стихли. Тут же яркий бледный свет осветил всю кухню, осветил и плиту, за которой сидел я, поджав ноги к груди. — Чисто, шеф — негромко отозвался сталкер, через несколько секунд, но уходить не собирался. Словно высматривал что-то или выжидал. Сердце моё продолжала неистово стучать, а в голове я прогонял незваного гостя. Гнал его хоть на этаж повыше, чтобы дать мне шанс убежать отсюда. К черту эти банки. Ну вот зачем я послушал другого себя и пошел за этими банками? Деньги пожалел или смелым стал? Черт с этими банками, черт с этим сталкером, который стоит на пути отхода, да к черту эту гребаную Зону! — Ты чего там стоишь? Идем, нам ещё нужно найти нам ночлег на утро — поторопил его голос. — А чего тут остаться не можем? Тут всем хватит места? — свет фонарика исчез, а голос начал удаляться в сторону другого голоса. Этого мне не хватало, чтоб они тут ещё и ночевать остались. Я тогда точно рискну своими ногами и полечу с третьего этажа. Но потом до меня дошло, что сказал владелец грубого голоса. Они искали место отдых на утро, не на сегодняшнюю ночь, а на приближающие утро. Сегодняшний вечер решил стать для меня загадочным и рискованным. Отогнав не нужные мысли, я снова прислушался. — Банки видел? Место чье-то, а нам не желательно с другими сталкерами сталкиваться в нашем нынешнем составе. — Да мля… — чуть ли не простонав, ответил хриплый голос. Бандит, сделал я заключение для себя. Точно бандит. Пускай мои и догадки могут быть и ложными, но дробным оружием пользуются под частую бандиты или новички, которым не хватает денег на оружие. Еще этот борзой и хрипловатый голос, словно прокуренный. Точно бандит, как и сказал грубый голос. Тогда другой вопрос, кто же тот, кто говорил грубым голос и тот, кто был младше их. Неужто тоже бандиты? Боже, чем я себе голову нагружаю, надо валиться отсюда, да и подобру. — Хочешь, можешь тут оставаться — холодно отозвался на его нытье грубоватый голос. — А мы с новичком семь раз подумаем и примем одно решение. — Понял я, понял. Шаги отдалялись, а я чувствовал, как на душе становилось легче. Выждав ровно минуту, я неспешно выглянул из-под плиты. Пусто. Никого на кухне не было. Аккуратно встав, я недовольно поморщился. Ноги затекли у меня, чтоб их. Но пришли они в чувство быстро, стоило мне слегка их помассировать. Дальше я действовал рискуя. Забавно это говорить, я рискую всегда, даже когда ем местную еду. Ну вот скажите мне, как колбаса и другая еда попадет в Зону? Как она проходит через Барьер, который сдерживает Зону? То тоже. Надо будет у Рыжего на досуге просить, если жив отсюда выберусь. За одно и расскажу ему эту историю, пусть уши погреет. Я уже начал представлять удивленное лицо бармена, тем самым невольно усмехнувшись. Ладно, хватит время терять почем зря, бежать надо отсюда, пока шанс есть. Прихожая была чиста, а шаги уже были надомной. Быстро дойдя до входа, я уже душой был на улице, бежал себе что было сил в темень без фонарика, дабы не увидели меня и не попытались проследить за мной. Да уже даже наслаждался едой и «кроватью» в своих воображения. Да только это было лишь воображение, которое подвело меня. Только стоило мне выйти за порог квартиры, как меня тут же с боку чем-то ударили. Били не наугад, били прицельно, знали куда бить и попали мне чуть ниже виска. Темная лестничная площадка тут же поплыла у меня перед глаза, а дальше, я покатился со ступеней вниз, особо не чувствуя боли. Неужто где-то прокололся? Или не услышал шаги, а может и вообще, меня тогда видно было сверху? В голове прокручивалось много вариации моей оплошности, но факт есть фактом, я оплошал. А ведь только сегодня вспоминал проколы опытных сталкеров. Последнее, что я увидел перед тем, как отключиться, это свет фонаря, который поднимался наверх. Неужто их было больше? Неужто это мой конец? Но я не хочу умирать. Никто не хочет умирать. Подождите, дайте мне хоть объясниться! Только я уже ничего не мог сказать. Я мог лишь созерцать, как свет гас в моих глазах, а дальше меня окружала темнота.