Bye, Peter Pan

После этого Питер Пэн вернулся только под конец воскресенья. Раньше Питер никуда не уходил. Они могли до хрипоты спорить с Микеле, но тогда хоть ворчания паренька наполняли голову Локонте. А сейчас Микеле валялся на кровати в полной тишине с котом Флорана на животе и вопреки своей привычке совсем не игрался с животным. Так что, когда рядом с ним приземлился мячик Марса, Микеле аж подорвался с места. - «Живущий один», ты выпил все молоко, - угрюмо сообщил мальчик с подоконника. - Питер! Ты вернулся! Я... Я боялся, что молоко испортиться без тебя, - Микеле нагло врал. Просто все выходные он не мог отвлечься от одиночества работой, так как театр закрывался на включение отопления. Поэтому все время Микеле, не зная чем себя занять, слонялся бездумно по квартире, пил литрами любимый Питером напиток, какао, и говорил с котом. Ему было обидно до чертиков, что Марс не может ему отвечать так, как это делал Питер. Поэтому когда пришел его юный рыжеволосый друг, Марс был безжалостно скинут с живота, а вместо пушистого тела, руки Локонте теперь сжимали того мальчика на подоконнике. - Хэй, ты весь холодный и мокрый! Иди сюда, скорее! - Микеле втащил Питера в комнату, так что тот кубарем скатился на пол, ударился головой, но зато заметно повеселел. Все то время пока они пили чай и ели мороженное, вопреки обещанию согреться, Локонте непрестанно рассказывал о том, какой Марс ленивый, и о том, как он мучил его все выходные. Маленькая квартира снова заполнялась смехом Питера, как будто тот никуда не уходил. Даже Марс, виновник заливистого веселья, деловито пришел на кухню и улегся на кухонном столе. Вдоволь насладившись обществом друг друга, они попрятали мороженое, оставив, правда, чашки, и оба (а, точнее, трое, считая кота) завалились спать. Локонте закрывал глаза с надеждой выспаться, но сегодня он был бы даже не против проснуться ночью и пойти к Питеру на крышу смотреть звезды. Но его ночью разбудил не Питер Пэн. В дверь позвонил. Микеле лениво потопал открывать двери, попутно думая, кому потребовалось его общество в час ночи. На пороге стоял Флоран, который, судя по виду, только-только прилетел. - Здравствуйте.. То есть, привет! Прости, я не думал, что ты спишь в такое время, - в этот момент их почтил своим присутствием Марс, который с громким мяуканьем подскочил к своему хозяину. Чему Мот был очень рад и тут же потрепал кота по мордашке. Локонте в это время постепенно просыпался и начинал осознавать происходящее. Вместе с Микеле проснулся и Питер в его голове. Питеру не надо было говорить, Микеле и так прекрасно чувствовал, что мальчик не спит, а наблюдает за ними с Флораном из окну комнаты. То, что мальчик молчал, напрягало, но это было лучше, чем совсем не ощущать его. Тем временем Флоран, который, как успел заметить Микеле, заметно загорел за пару дней на ласковом итальянском солнце, продолжал: - Просто я вроде ухожу спать раньше тебя, ну, как слышно по звукам в квартире, хотя после того, как ты мне сказал, что живешь один, я вовсе не уверен в своем слухе... - Флоран безобидно засмеялся. - Так вот, я подумал, что проще будет забрать Марса сейчас, да, котяра? Но кот не был настроен отвечать и сел к ногам Микеле. Тот постарался улыбнуться, но все равно получалось напряженно, как у ребенка, которому отказали купить шоколадку, объяснив, что живот заболит. - Но Марс мне совсем не успел надоесть, мог бы и не спешить его забирать, - Локонте чуть не сбился на «нам» думая о том, что если бы кот остался у него, то они бы с Питером еще успели наиграться с ним. Но Флоран был непреклонен и учтив. - Нет-нет, что ты, я ж тоже по нему соскучился. И да, за все царапания и клоки шерсти, - Мот начал копаться в своем необъятном рюкзаке, который, судя по всему, был единственным багажным местом, и выудил оттуда бутылку вина. - Небольшой подарок с твоей родины. Там сейчас как раз виноградный год выдался. Честно, я не знал, какое вино ты любишь, выбрал на свой вкус. Надеюсь, я все еще хороший повар с хорошим вкусом, - Флоран улыбнулся и протянул бутылку. Но столкнулся с недоуменным взглядом Локонте. - С-спасибо, но я вообще-то не пью... не пил особо вина... никогда, - Микеле смутился, и на этот раз Питер одарил его сдавленным смешком в голове. «Ничего эти французы не понимают, я ж говорил! Какао вкуснее!» - Ты не пил вина?! Мой сосед-итальянец, живущий во Франции, не пил вина?! - Флоран от удивления чуть не поставил свой рюкзак на Марса, и от этого кот громко мяукнул, напоминая о своем присутствии. Микеле лишь продолжал смущенно кивать. - Та-ак, тогда это надо срочно исправлять. Ты свободен в следующую субботу? Я работаю в ресторане недалеко отсюда, придешь туда? - Если не заблужусь, то постараюсь, - Локонте наконец-то оторвал свой взгляд от разглядывания своих носков. - Значит, договорились. Потому что так дела не делаются!.. Микеле еще некоторое время походил по квартире, собирая вещи Марса, а потом проводил Флорана с питомцем, помогая дотащить соседу вещи. По возвращению в квартиру его встретил знакомый рыжеволосый паренек. Вопреки ожиданиям, Пэн улыбался, а это неминуемо означало, что сна у него не в одном глазу. Локонте боялся, что после того, как Флоран пригласил его в ресторан, Пит совсем завянет, но нет. Парень жаждал обсудить все это, причем немедленно. - Значит, кто-то вырос и нынче по ресторанам ходит? Тогда зачем тебе я? - Питер уселся на полочку в коридоре и так усердно болтал ножками, что оттуда сверху свалилась любимая кепка Локонте. - Ты мне нужен хотя бы для того, чтобы мне было в кого кинуть что-то! - с этими словами Микеле замахнулся кепкой на Питера, но кидать не стал. Дождался пока парнишка сожмется в ожидании удара, а потом через минуту, украдкой открыв один глаз, обнаружит Микеле, красующимся перед зеркалом в «метательном снаряде». - Хэээй, это было нечестно! - на голову Микеле обрушился удар ногой с полки. - Не бейся! Я хотел тебя вообще спросить.... - Никаких вопросов пока мы не пойдем на крышу! Я вообще-то скучал, - Питер всем своим видом, а особенно высунутым языком и наглой улыбкой, показывал серьезность своего заявления. - Один вопрос - иначе защекочу. Мои руки тоже скучали по тебе, - Микеле усмехнулся и, кажется, ему удалось убедить несносного парнишу. - Так вот, что если я пойду в этой кепке к Фло? - Мик! Так вот, зачем я тебе - для глупых вопросов?! - Не, ну а что? Давай я еще к самому соседу пойду и спрошу: «Кхм, сударь... Мсе Моооот, как Вам мой головной убор? Угоден ли он будет вам через неделю? Или нынче мода на котелки? Ах, нет? Прошу меня простить, я и не думал, что дело дойдет до ковбойских шляп,» - Микеле, как и подобает актеру, тут же вошел в образ и заставил Пэна, чуть не свалиться со своей полки. - Ладно, я понял, ты не особо жаждешь отвечать на мои вопросы. Пойду-ка я и вправду к соседу, - Микеле попробовал повернуться к двери, но на плечи к нему взгромоздился его рыжеволосый друг. - Нет-нет-нет, Мик! Так не пойдет! Пошли наверх, ну ээээй! - Питер начинал клянчить, и он прекрасно знал, что Микеле недолго это сможет терпеть. Через минут 10 они уже оба сидели на любимом скате крыши и болтали. Каждый рассказывал о своем. Обычно они даже друг друга плохо слушали: у каждого наготове была «самая лучшая история в мире» и оба наперебой рассказывали ее. Собственно, следующая неделя прошла в таком же режиме: Микеле наконец-то вернулся в театр, по которому искренне скучал. Он получил новую роль в очередной странной постановке. Ему снова приходилось учить много слов, так что в гриммерке, да и дома, Питеру Пэну доставалось от своего друга. Но рыжеволосый тоже в долгу не оставался и не упускал возможность совершить какую-нибудь безобидную пакость: например, припрятать второй носок перед самым выходом или выключить утренний будильник и разбудить Локонте за 10 минут до выхода. Причем Пэн был изощрен в своих шалостях. Он мог начать утро своего друга, облив его бутылкой воды. На все ругательства Микеле, Пит с воинственным кличем убегал в другой конец комнаты и оттуда кричал, что «таким способом будят настоящие пираты». За такое в Пэна обычно летела подушка, а потом, периодически, налетал и сам Микеле, который носился по квартире, судорожно собираясь и бормоча под нос, что ему нужно было еще слова повторить и что сегодня Питер должен остаться без сладкого. Несмотря на то, что всю неделю Микеле был страшно занят репетициями, он все равно не мог выкинуть из головы приглашение Флорана. А суббота неумолимо приближалась. Вернувшись домой в субботу днем, Микеле повалился на кровать без особо настроения что-то делать. Вообще по субботам у них был облегченный график репетиций, потому что, как правило, в субботу ставился какой-нибудь спектакль, сцену подготавливали к постановке, расставляли декорации и все такое. Иногда Микеле с Питером оставались после своих репетиций, усаживались на бельэтаже и тихо смотрели, как актеры бегают перед спектаклем. Обычно, это было достаточно забавно: взрослые состоявшиеся актеры, у которых уже вечером спектакль, носились по всему залу, прогоняли особо сложные сцены, одновременно пытаясь решить проблему внезапно оторвавшийся пуговицы. Если бы Микеле располагал своим вечером, то они бы, конечно, остались посмотреть на этот кавардак с участием коллег Локонте. - Пит, давай я сейчас пойду к Флорану и скажу, что не смогу прийти, м? - А вот и нетушки! - звонкий голос зазвучал прежде, чем показались свесившиеся через подоконник ноги мальчика. - Если ты сам не пойдешь на ужин, то я тебя потащу! - Мне бы твой энтузиазм! - Микеле повернулся посмотреть на своего друга. Тот скорчил недовольную рожицу. Питер не любил сложных слов. - Ладно-ладно, ничего я отменять не буду, просто расскажи, зачем тебе это? - Как «зачем»? Пэн был настолько удивлен, что влетел в квартиру. В прямом смысле - влетел. Обычно Микеле просил его не летать по помещениям, но сейчас эмоции мальчика шкалили. Он подлетел к шкафу Микеле и нырнул в него почти целиком. Оттуда методично стали вываливаться какие-то вещи. - Пит, перестань, что ты делаешь с таким серьезным видом в моем шкафу? - Микеле перелег на живот, чтоб ему было удобно наблюдать за мальчиком, и залился смехом. Через некоторое время из шкафа, окруженного уже приличным количеством «выброшенного» белья, появился Пэн, причем с очень хитрым видом. - Помнишь, ты спрашивал у меня, в чем тебе идти в субботу? - Погоди, Пит... Питер заткнул уши и демонстративно заболаболил, перебивая голос Микеле: - Ничего не знаю, но ты должен надеть это! С этими словами из глубины шкафа на кровать полетели черный пиджак, позвякивая цепями, старая рубашка в клетку, металлический пояс... Микеле ели уклонился, иначе бы все эти побрякушки набили бы ему синяки. - Питер, скажи честно, ты решил вытрясти половину шкафа только лишь для того, чтоб достать мои старые костюмы еще с театрального кружка? - Ничего не «честно»! - голос мальчика звучал очень обиженно. Кажется, тот правда со всей серьезностью подошел к вопросу наряда. Микеле еще раз взглянул на костюм от своего юного дизайнера. - Надеюсь, Флоран простит отсутствие моей любимой кепки сегодня? «Флоран... Флоран...». Питер все еще бурчал, правда, уже только в голове Микеле. За годы совместного существования Локонте запросто мог различить голос, когда обида у рыжеволосого паренька набирает обороты, а когда спадает на нет. Так вот сейчас был второй случай. - Пит, или ты перестаешь дуться и мы выпьем какао сейчас, или я сейчас же переодеваюсь в твой наряд и никакого какао не будет. Что-что, а пятна Флоран точно не одобрит! - Микеле тут же высунул язык. В ответ Питер улизнул в шкаф с обиженной мордашкой. - Я иду на кухню, а вас, мистер Пэн, я попрошу сложить все вещи в шкаф, а то я приготовлю только одну чашку, - прокричал Локонте, вставая с кровати. «Размечтался!» - послышалось за спиной у Локонте. Обернувшись, Микеле увидел задорно улыбающееся лицо мальчика. - Почему это я размечтался? - Микеле как раз ставил на плиту молоко. - Потому что ты не будешь кипятить отдельно себе какао, а потом мне. Так что я все равно получу свою чашку, - с видом победителя, гордо задрав острый нос, парень уселся на одну из полочек на кухне. - Если ты сейчас же не слезешь оттуда и не пойдешь убираться, то я преспокойно солью часть молока в раковину, и вся твоя теория - пффф! - Локонте сделал характерное движение руками. Это всегда очень смешило его друга. Питер так рассмеялся, что кубарем скатился с самой верхней полочки, задевая головой все склянки, стоящие рядом. С громким грохотом Питер свалился на пол. Вокруг него еще некоторое время крутилась перечница, пока, наконец, не остановилась у ног Локонте. Сам мальчик лежал без движения. «Так лучше, Капитан?» Иногда Пэн решал не произносить вслух свои фразы, а пользовался тем, что его и так слышат. Вот и сейчас он «молча» сел и нагло улыбнулся. Микеле, хоть и знал, что его маленький друг никогда не падает по-настоящему, каждый раз попадался на его трюк. Локонте надулся и легонько пнул Питера ногой. Рыжий вскочил на ноги (явно не без помощи своих летательных способностей), и продолжил смеяться. Правда, уже совсем бесхитростно. - Ладно-ладно, сейчас уберу твой шкаф, злюка! Пока Микеле разливал какао по чашкам, из его комнаты еще слышались смешки. Буквально через минуту Питер, весьма довольный (непонятно,чем больше: шалостью или тем, что он умничка и помог убраться), пришел на кухню и отхватил себе свою любимую чашку. Почти с полной уверенностью можно было сказать, что вся вываленная одежда была просто скомкана и запихнута в шкаф, и Микеле об этом догадывался, но он был рад сидеть на одной кухне со своим другом, болтать ногами и знать, что сейчас Питер, хоть и улыбается, но точно понимает его волнение перед этим вечером и поддерживает. - Мик, знаешь, я тут подумал, - начал Пэн, дуя на свой горячий напиток, - я не пойду с тобой сегодня. То есть вообще не пойду... - Погоди-погоди, как это? - Не переживай ты так, хэй! Я просто хочу, чтоб ты потом мне все сам рассказал, не хочу это видеть, не хочу тебя отвлекать, - Пэн отхлебнул и хитро улыбнулся. - Но... - Неееет! - Пэн засмеялся, предугадывая вопрос. - Я не собираюсь никуда уходить, еще чего! Если Флоран начнет тебя обижать, ты только скажи! - Пэн состроил воинственную рожицу, что понемногу успокоило Микеле. - То есть ты обещаешь меня не подслушивать? А то мало ли что, я могу наговорить, когда выпью! - Микеле поднял одну бровь и ухмыльнулся. - Честное питер-пэнское! - засмеялся рыжий. - Только если ты и вправду пойдешь в моей одежде! Интонация обиженного ребенка сделала свое дело. Микеле очень скоро стоял у входной двери в «нужной» одежде и трепал рыжие кудри Пэна. - Я скоро приду. Ну, или меня принесет наш сосед. В любом случае, я не потеряюсь, не бойся. И много на крыше не сиди, там похолодало, парень, - Микеле подмигнул Питеру и скрылся за дверью. Флоран ждал его у ресторана, немного растрепанный и даже сосредоточенный. Но, увидев издали Микеле, тут же улыбнулся. Он не стал сразу признаваться Микеле, что причиной улыбки послужил наряд соседа, правда сделал это, когда они вдвоем с Микеле успели прикончить бутылку полусладкого. Микеле нахмурился немного после этого замечания, но принесенная вскоре еда заставила забыть его обо всех обидах. Микеле полностью доверился вкусу молодого кулинара, попросту растерявшись в бесконечном меню. Мот не ошибся, мясо было невероятно сочным и таяло во рту. И если в начале вечера Микеле старался многозначительно молчать и не кривиться на вкусе вина, то под конец уже с жаром рассказывал разные истории про Италию из детства. После этих историй Мот почувствовал, что, побывав в Риме, пусть только в гастрономической поездке, прикоснулся к чему-то волшебному и теплому, из самого прекрасного времени жизни. Нетрудно было заметить, как Микеле тоскует по этим беззаботным временам, как ему не хватает всех родственников. Голос Микеле, и без того немного капризно-детский, стал звучать все более волнообразно, периодически исчезая в высотах фальцета. Флоран не без удовольствия отмечал такие мелочи алкогольного опьянения в своем соседе. - Ну и как знакомство с вином? - бархатный перекатывающийся голос вплыл в голову Микеле. Тот поморщился: обычно там обитал только голос рыжеволосого мальчика, которого как раз сейчас не хватало. - Похоже на странный виноградно-яблочный сок... - О! Да вы, господин сосед, ценитель! Этот виноградник действительно растет рядом с яблочным садом, - Флоран тепло улыбнулся. Микеле сейчас выглядел очень растеряно. Мот почему-то вспомнил, как сидел за столом взрослых и его заставляли пробовать разные вина за обедами - немного, конечно, - и говорить об их вкусе. Маленький Флоран всегда очень боялся, что его выводы окажутся неправильными, взрослые рассмеются. Так и сейчас Микеле как будто ожидал, что «взрослый» воспримет его несерьезно. Правда, полбутылки вина делали свое дело: Локонте расслабился, причем настолько, что Мот решил, что, наверное, пора уже прогуляться немного. Локонте даже опомниться не успел, когда Мот оплатил счет. - Я же позвал тебя в свой ресторан, даже не думай переживать о деньгах, - с улыбкой произнес Мот. Уже скоро соседи прогуливались набережными Сены. Несмотря на прохладный ветер, вечер выдался на счастье недождливым. Два с лишним часа они бродили узкими улочками Парижа, их разговор не затихал, лишь едва прерывался поочередным прикладыванием к бутылке вина. Выйдя из ресторана, Микеле как будто почувствовал себя «в своей тарелке». Флоран, привыкший к таким количествам выпитого, с удивлением обнаружил, что Микеле - точно ребенок, не особо слушает собеседника, наперебой говорит о вечных репетициях и строгих режиссерах. О том, как его периодически достает его Питер, хотя он очень милый. Еще он говорил, какие звезды в Париже красивые и что в Италии звезды уже немного другие. Под конец Микеле притащил Флорана на один из мостов и заставил смотреть на те самые красивые звезды. Он умудрился так напирать на перила моста, что Моту пришлось обнять его и удерживать от падения. Микеле быстро дышал, как будто боялся не успеть показать все миниатюрные светила на небе. Потом он ткнул куда-то вверх со словами: «А вот любимая звезда Пита - средняя в поясе Ориона! Видишь, Фло?». Флоран усмехнулся про себя, что нужно было, видимо, напоить Микеле, чтоб тот выполнил просьбу называть его покороче. Еще он отмечал про себя, что давно у него не было такого забавного и счастливого вечера, как сейчас. Мало того, судя по поведению «опоенного», веселый вечер продолжится: не бросать же Микеле под его квартирой, придется поспать красноречивому итальянцу в обществе Флорана и Марса. - Юный астроном, - позвал Мот прямо на ухо, - пойдем домой. А то завтра твой строгий режиссер не будет рад твоему опозданию. Сможешь мне показать, где твой театр? Я тебя завтра отвезу на машине. - Да-да, Фло, конечно, покажу. Но подожди, а как же звезды? - на Фло уставились удивленные глаза Микеле. Они никуда не убегут. Всю дорогу до дома Микеле пришлось вести, потому что он категорически отказывался смотреть куда-либо кроме неба. В лифте Микеле уже начал посапывать на плече Флорана, но был ласково разбужен. Добравшись до общего этажа, Мот для приличия и без особого сопротивления порылся в карманах Локонте и, обнаружив там ключи от квартиры соседа, успокоился. «Это чудо хоть ничего не потеряло, уже хорошо!». Затащив Микеле под сонное и возмущенное мяуканье Марса, Флоран уложил «гостя» на диван. К тому времени Микеле уже был в полудреме и лишь инстинктивно свернулся калачиком. Флоран, присев рядом, еще с минуту смотрел на безмятежное лицо спящего Микеле. Потом наклонился ближе и легонько поцеловал соседа, стараясь не разбудить: - Спокойной ночи, чудо, обещаешь мне завтра рассказать про Питера? На удивление Микеле даже что-то удовлетворительно промычал. и облизнул губы. На утро Микеле разбудил запах корицы. Приятно потянувшись, он открыл глаза. И тут же проснулся окончательно. Услышав знакомое требовательное мяуканье, Микеле с трудом сообразил, что он у соседа. - Доброе утро! - бодрый голос Флорана подтвердил догадку. - Иди завтракать, там расскажешь мне, что мне с тобой дальше делать. На кухне Микеле ожидала большая кружка какао и свежеиспеченный круассан. Сам Мот уселся на барную стойку и пил оттуда свой кофе. - Откуда ты... - Узнал про какао? - Мот засмущался. - Если честно, всегда удивлялся, зачем тебе столько какао домой. - Так ты следил за мной?! - Микеле чуть не подавился круассаном. - Не больше, чем ты думаешь. Успокойся, я просто приглядывался, можно ли у тебя оставить Марса или нет, - по утренне-кошачьей улыбке Мота было невозможным понять, лукавит тот или нет. - Ну и почему я прошел экзамен? - Микеле был все еще растерян, восполняя по крупицам вчерашний вечер. - Я думаю, я не первый, кто говорит тебе, что ты чудесный ребенок, - Флоран спрыгнул со своего места, потрепал Микеле по голове и пошел в свою комнату, оставляя своего «гостя» в недоумении и заторможенности. Не успел Мот застегнуть все пуговицы на рубашке, как в комнату заглянул Микеле: - Почему это мне еще кто-то должен был говорить, что я «чудесный ребенок»? - у Микеле гулко билось сердце. Еще немного и он поверит, что он вчера проболтался. - Ну, ты вчера весь вечер твердил о своем Питере, - усмехнулся Мот. - Кроме того, обещал рассказать о нем. - Мне нужно к себе домой, - резко перевел тему Локонте. - Твои ключи у тебя в кармане, я тебе не держу, но тебе до выхода еще часа два вроде, можешь так не торопиться... Ты же один живешь, - голос Мота резко потерял вчерашнюю уверенность. - А вот и не один! Микеле бесцеремонно выбежал из квартиры соседа, как обиженный ребенок. Вставляя ключ в знакомую дверь, он все еще повторял «не один, не один», стараясь себя убедить, что Питер Пэн не станет обижаться на действие алкоголя. Но рыжеволосый парень был своенравным. В квартире оказалось пусто. Сначала Микеле не поверил своим глазам, пробежался еще раз по комнате, позаглядывал под кровать, под стол, в ванную... На каждой зеркальной поверхности была нарисована маленькая звезда подводкой: на двух зеркалах, на телевизоре, на всех четырех форточках и даже на микроволновке и холодильнике. Раскрытая косметичка Микеле лежала на подоконнике, с которого обычно они с Питером Пэном перебирались на крышу. Локонте зачем-то открыл подводку, кисточка которой, как ожидалось, была сильно растрепанна мазками по твердым поверхностям, положил ее в карман и стал перелезать через подоконник. Последний шанс. Микеле вылез на черепичный скат и увидел рыжеволосую голову, любующуюся восходом. Микеле аж вскрикнул от счастья и, поскальзываясь, подбежал к Питеру. Но его встретили совсем безрадостно. - Я тебя достал? Микеле усмехнулся: - Ты же обещал не подслушивать! - А ты обещал вернуться скоро, - обычно так долго Питер не бывал угрюмым. - Видел мои звезды? Вот столько часов я тебя ждал. - Ты что - ревнуешь? - Микеле уселся рядом, облокачиваясь на старую печную трубу и потрепал плечо своего друга. - Да ты чего?! Дело не в этом же! - Питер повернулся со своим детским обиженным лицом, которое потом немного подуспокоилось. - Ладно, что ты расскажешь о вчера? Микеле пододвинулся ближе и приобнял Пэна. - Ты ж со своим «честным питер-пэнским» все вчера подсмотрел, как я понял. - Не все, - Питер надул губы, - просто не смотри с ним звезды! - Значит, ревнуешь, - Микеле дернул рыжий локон, который тут же отпружинил назад. - Нет. И не потому что, я упрямый. Он на тебя плохо влияет! - Господин Питер Пэн, попрошу объяснить вашу позицию относительно мсье Флорана Мота, - голос в нос заставил на редкость серьезного Питера хоть немного улыбнуться. - Мною он был уличен только в откармливании меня! - И опаивание! Ты уже не такой... - Питер, наконец, не сдержался и кинулся обнимать своего друга. «Не такой, не такой» - голос пронесся в голове Микеле. - Какой «не такой», Пит? Я все так же люблю какао и мороженое. А еще люблю запахи нашей консьержки и булочной на углу улицы. В конце концов, люблю свою кепку и эти цепочки на джинсах , - Микеле приободряюще позвенел металлическими цепями, навешанными его другом. Он все говорил и говорил, сам стараясь себя убедить в волшебности всех этих вещей. Как будто сейчас все это развенчивалось, теряло блеск. Он туманно помнил вчерашнюю ночь, но даже она не казалась ему волшебной, все больше забавной, уютной, неожиданно теплой. Внутри росло чувство, как будто еще неделю назад он пританцовывая прогуливался от театра домой, а сегодня он всего лишь пройдет это расстояние. - Пит, слушай, я все еще люблю неожиданный дождь и подправлять твои пятиконечные звезды. Хочешь, буди меня сегодня в 2 ночи, посмотрим на звезды, хочешь? Питер Пэн отодвинулся немного и заглянул в глаза своему другу. - Н-не х-хочу. У тебя глаза какие-то другие. И мысли не те! Питер оттолкнул Микеле и отвернулся, свесив ноги с крыши. - Я же тебе миллион раз просил не читать мои мысли, - Микеле постарался улыбнуться, но выходило как-то странно. Улыбаться в спину мальчика. - Питер, я знаю, ты тот еще упрямец, а еще я знаю, что ты меня слушаешь сейчас. В общем, парень, ведь правда похолодало. Заходи на какао, ты же знаешь, как о себе заявить, - с этими словами он протянул тюбик подводки Питеру и поцеловал в макушку. Микеле показалось, что он слышит, как Питер улыбнулся, и слышит, как начинается дождь. А потом он слышит первую каплю падающую на землю. И дальше, среди набирающего обороты гула дождя по крыше слышится: «Неожиданный дождь начинается!»