Трудно быть Ангелом

      Сказать, что Азик был в полном ахуе — не сказать ничего, конечно. Его словарный запас был далеко не скупым, однако, фразы, в точности описывающие сложившуюся ситуацию, на ум никак не приходили. Светловолосое чудо смотрело на него ТАКИМИ умоляющими глазами, что у парня что-то под ребрами кольнуло. Какой, блять, шейх? Какой плен? Он совсем ку-ку или просто угашенный? Да не похож, вроде, зрачки нормальные, алкоголем не пахнет...       Неловкая пауза, вызванная высказыванием Азика, длилась долго. Молодые люди просто стояли, пялясь друг на друга. Оба не знали, что в такой ситуации вообще можно сказать. Красноволосый наемник поймал себя на мысли, что, в принципе, в словах этого чуда могла быть и доля правды, да и не похож он был на попрошайку или разводилу.       —...тапки-то где потерял?       —.........а?— Даниэль так долго и сосредоточенно ждал ответа незнакомца, что тихая ироничная интонация, с которой он задал свой вопрос, абсолютно выбила его из колеи,— а....тапки...— Даниэль уставился на свои босые ноги, немного посгибал-поразгибал пальцы, после чего снова поднял взгляд на парня, неловко улыбаясь, — забыл.       —.....забыл, значит....— Азик все больше дивился поведению этого глупо улыбающегося мальчишки. Нужно признать, улыбка была до мурашек на коже заразительной, из-за чего Азик издал нервный смешок, поправляя спадающий на лоб локон.       — Ну пойдем, подсоблю нуждающемуся,— с этими словами Азик повернулся в сторону лестницы и направился к верхним этажам.       — П-подожди, у меня в номере все документы! И там мои коллеги, они знают, что случилось, надо их предупредить и...— затараторило ходячее недоразумение, подбегая к наемнику и вновь цепляясь за рукав черной футболки.       Азик, сделав над собой самое большое усилие на свете, тяжело вздохнул и из-за плеча обернулся к юноше.       — Слушай, заюш, если все, что ты тут натараторил правда — через считанные минуты 40 разбойников Али-Бабы отправятся на твои поиски, так что времени на сбор манаток и пение прощания Славянки у тебя нет. Либо ты с благодарностью принимаешь помощь и молча следуешь за мной — либо оставайся здесь,— для пущей убедительности Азик выдернул несчастный клочок футболки из цепких длинных пальцев юноши и продолжил свой путь наверх.       Даниэль, понимая, что парень-то в принципе прав, ничего не мог противопоставить его аргументации, поэтому лишь молча пошлепал вслед за своим предположительным спасителем навстречу неизвестности.       Пройдя несколько пролетов, наемник зашел в темный уголок холла этажа и достал из берцев спрятанный складной нож.       — Пройдись-ка по тому коридору,— указал появившимся в руке холодным оружием в одно из направлений парень.       — Что? Н-но...зачем?— Даниэль не имел ни малейшего понятия, что происходит и откуда у этого парня холодное оружие. Ему говорили, что ношение любого оружия в стенах отеля строго запрещено.       — Меньше слов — больше дела, детка. Давай-давай, шуруй,— с этими словами незнакомец подтолкнул Даниэля в левый коридор, а сам подошел к его началу, приглядываясь к висящей на стене камере наблюдения.       Даниэль, послушно выполняя приказ незнакомца (в который раз за эту ужасную ночь), начал свой путь вглубь коридора. Когда Даня дошел до самого конца и уперся в окно, то логично предположил, что дальнейшие инструкции стоит уточнить. С этой мыслью он аккуратно обернулся в обратную сторону и увидел, как красноволосый парень, стоя на мысочках, двигал кончиком лезвия камеру на стене.       — Возвращайся, прижавшись к левой стене,— слова незнакомца гулом разнеслись по холлу, долетая до ушей Даниэля, после чего парень без лишних слов, вжавшись максимально в бежевую стену коридора отеля, вернулся на изначальную точку дислокации у лестницы.

***

      Через каждые 2 этажа наемник заставлял его проводить те же манипуляции, пока сам, используя нож, двигал камеры видеонаблюдения.       — А зачем мы это делаем?— Даня не мог унять своего любопытства, ибо поведение наемника вообще не казалось ему логичным. Он ведь сам говорил, что его скоро будут искать, зачем останавливаться, практически, на каждом этаже и тратить драгоценное время?       — Слышал когда-нибудь фразу "заметать следы"?— не оборачиваясь спросил незнакомец, поднимаясь все выше по этажам отеля.       — Ну....да,— Даниэль искренне не понимал, к чему парень ведет. Он в принципе криминальные фильмы не смотрел и махинации впереди идущего парня были для него совершенно непонятны.       — Тогда сам догадаешься. Ты, вроде, парень сообразительный.       Спустя некоторое время, когда оставался последний (тот самый) этаж, наемник резко остановился. Даниэль, не ожидавший такой резкой остановки, тихо ойкнув, впечатался в своего провожатого, сразу же бормоча извинения. Однако, похоже, парень вообще не обратил на это внимания, обернулся к Дане и спросил:       — Он там?— после чего глазами указал на верхний этаж.       Юноша, краснея, активно закивал.       — Стой тут,— с этими словами незнакомец скрылся в одном из коридоров.       Юный студент стоял, затаив дыхание, вслушиваясь в любой шорох. Время для него текло до устрашающего медленно. Сердце снова бешено застучало, в груди защемило, и краем сознания он начал понимать, что, кажется, начинается паническая атака. А вдруг с этим парнем что-то случилось? Вдруг его поймали? Даниэль начал искренне переживать даже не столько за свое шаткое состояние, сколько за безопасность своего спасителя. Воздух в легких начал стремительно заканчиваться.       Когда спустя некоторое время из коридора абсолютно бесшумно возникла красная макушка и рука, манерно манящая указательным пальцем Даниэля к себе, он почувствовал, как вся паника разом отступила, перебитая нахлынувшим чувством облегчения и радости. Выдохнув, Даня прошелестел в сторону затерявшейся в темноте коридора головы. Незнакомец шел куда-то вглубь, ничего не объясняя, но парень бы и не решился спросить — он сейчас занимался попытками успокоить дыхание и вернуть себе здравомыслие: отголоски зарождающейся панической атаки все еще давали о себе знать.       Оказалось, в конце коридора было окно, ведущее на пожарную лестницу, куда незнакомец и вел Даниэля. Ночи здесь были довольно прохладными и ветреными, поэтому, когда компания перелезала через окно на улицу, их обдало холодом, из-за которого по телу светловолосого пронеслось стадо мурашек, а пальцы моментально заледенели.       Азик вел горемычного на крышу отеля, рассуждая, что же делать дальше. Можно было, в принципе, просто вывести его из отеля, а дальше пусть сам разбирается — не маленький уже. Но что-то во взгляде юноши заставило Азика почувствовать укол давно позабытой совести (откуда она вообще, блять, взялась, вопрос интересный), не давшей ему решиться так и поступить. На крайняк можно на ночь его в своей хате упрятать, а утром на трезвую голову подумать, что делать дальше, да обстановку разузнать. То, что побег неудавшейся пассии шейха вызовет определенные волнения в местных кругах, было для Азика вполне очевидным фактом.       ЧВК арендовала их отряду несколько квартир в соседнем здании, что весьма облегчало путь побега. Но была одна проблема: камер много, по земле его без свидетелей не проведешь. Однако, у парня давно уже выработалась привычка заранее узнавать обо всех путях отступления из зданий. Именно по этой причине Азик и отправился прямиком на крышу, прекрасно зная, что здания расположены, практически, впритык друг к другу, и перебраться на соседнее не должно было составить особого труда.       Но так думал только Азик.              Даниэль же, осознав, что его спаситель стоит на краю крыши отеля и жестом указывает на соседний дом, чуть не словил новый приступ панички.       — П-погоди, погоди...мы что, будем сейчас прыгать ТУДА?— парень в растерянности смотрел то на незнакомца, то на крышу соседнего дома. Подойдя к самому краю ему открылся удивительный вид на узкий переулок между домами, уходящий больше чем на 10 этажей вниз. То, что от Даниэля и мокрого места не останется, если он упадет, было ясно как день.       — Ну да, а что, у тебя есть предложение получше?— изогнув бровь и усмехнувшись спросил этот странный человек.       — Н-но я не смогу перепрыгнуть! Тут очень высоко, и расстояние выглядит слишком большим, я же разобьюсь, если это сделаю...— блондин не мог себя заставить оторвать взгляда от пропасти между зданиями.       — Хах, а я думал, что все ангелочки умеют летать,— прокомментировал Азик.       —...а?— блондин наконец оторвался от созерцания темного переулка и, открыв рот, устремил свой полный непонимания взгляд на наемника. Ну что за кадр, я не могу. Он вообще откуда такой взялся?       — Не ссы, говорю, не разобьешься, я подстрахую,— с этими словами, дабы продемонстрировать безопасность выбранного пути, красноволосый парень, отойдя назад на пару шагов, разогнался и с грацией дикой кошки взмыл в воздух, профессионально и бесшумно приземляясь на крышу соседнего здания. После исполненного пируэта наемник встал, повернулся к осоловевшему Даниэлю и в театральной манере поклонился.       — Ну, видишь? Ничего страшного. Давай, время поджимает, разбегайся и прыгай.       Только после произнесенной незнакомцем фразы Даниэль осознал, что все это время не дышал, наблюдая за происходящим. Собрав всю свою оставшуюся силу и волю в кулак, он отошел на пару шагов назад, копируя еще минуту назад стоявшего тут человека. Сердце бешено колотилось, холодный ветер залезал под рубашку и легкие штаны, из-за чего все тело пробивал озноб, однако сейчас Дане до этого не было дела.       На долю секунды закрыв глаза, Даниэль сделал глубокий вдох…выдох…ну, поехали.       Устремив свой взгляд на красное пятно на соседней крыше, парень устремился вперед к краю каменной кладки, оттолкнулся босыми ногами и, ни на секунду не уводя взгляда с намеченной цели, прыгнул.

***

      — Эй, эй, эй, ангелочек, давай приходи в себя. Пять минут — полёт нормальный,— пытался привести в чувство это летающее недоразумение Азик, обхватив поперек живота. Парнишка оказался с яйцами и достаточно проворным: удачно перелетел выступ на здании и приземлился аккурат в готовые смягчить падение руки наемника. Но ноги блондинчика были чертовски длинными, а вес тела довольно тяжелым, поэтому парнишка немного ударился коленями при приземлении. Сейчас же он часто дышал и трясся как осенний лист, не реагируя на попытки Азика дозваться до него.        Даниэль не помнил, как приземлился, и допрыгнул ли вообще. В глазах все плыло, а дыхание никак не восстанавливалось. В какой-то момент, помимо стука собственного сердца, он услышал голос наемника. Сфокусировав зрение и пытаясь понять, что происходит, Даня сообразил, что сидит на коленях (которые неприятно гудели) на чем-то твердом, а прямо перед глазами было лицо красноволосого парня, активно что-то ему вещавшего и щелкающего пальцами.       — Я…умер?       Азик, изогнув бровь, смерил это ходячее недоразумение скептическим взглядом. Несколько секунд он пристально вглядывался в серые глаза напротив, что-то анализируя. Затем, ни на секунду не прерывая зрительного контакта, положил ладонь на щеку юноши. В висках Даниэля стучало так громко, что, казалось, сердце сейчас выпрыгнет из груди. В следующую секунду, что-то осознав, наемник по-змеиному ухмыльнулся и со всей силы ущипнул блондина за щеку.       — Ай!— Даниэль, совершенно не ожидавший такого удара исподтишка, приложил руку к горящей щеке и отшатнулся, плюхнувшись задницей прямо на холодную каменную кладку крыши.        Азик же, явно довольный последовавшей реакцией, все также дьявольски улыбался и встал на ноги, выпрямившись в полный рост.       — Ну что, больно? Если больно — значит ты либо на Земле, либо в Аду. Сам выбирай, где приятнее,— с этими словами парень протянул все еще ошарашенному и поглаживающему раскрасневшуюся щеку юноше руку.       Даниэль, потерявшись, некоторое время просто пялился на протянутую ладонь. Раньше он этого не заметил, но она была обернута черной тактической перчаткой, на пальцах были вытатуированы какие-то черточки и линии, а аккуратно остриженные ногти окрашены в черный цвет. Никогда такого не видел...интересно, эти татуировки что-то значат?       — Камон, спящая красавица, просыпайся. Я тут вечно стоять не буду,— усмехнулся хозяин необычной руки.       Словно очнувшись от странного дурмана, Даниэль встрепенулся и ухватился за протянутую руку помощи, попутно пытаясь понять, травмировал ли он себе что-нибудь. Коленки, конечно, горели, но это было не критично. Кажется, руки-ноги на месте и функционировали исправно.       — С-спасибо...— улыбнувшись сказал вставший Даниэль, переводя после этого взгляд на крышу отеля, с которой только что сиганул. Даже не верится, что он способен был на что-то настолько безрассудное. Что бы на это сказал его вечно ворчащий дядя?       Эта мысль показалась Дане настолько уморительной, что он не смог сдержать вырывающийся нервный смешок. Вновь переводя взгляд на своего спасителя, юноша обнаружил, что тот уже был на пути к двери, ведущей с крыши вглубь здания.       — П-погоди! А куда мы идём?— затараторил горе-студент, пытаясь догнать красноволосого.       — На хате моей переночуем. Не боись, там безопасно, кроме меня никто не зайдет. Завтра посмотрим что с тобой, горемычным, делать.       — Хорошо, я тебя понял...       С этими словами необычная парочка скрылась в темноте шахты лестничного пролёта.