Трудно быть Ангелом

      Минуя запасной выход, молодые люди первым делом решили изучить обстановку вокруг: поскольку здание находилось в шаге от отеля, где произошли вчерашние весьма насыщенные события, была высока вероятность, что кто-то Даниэля ищет. И ежу понятно, о чем они думают: куда в незнакомой стране может податься сбежавший иностранец без документов и денег? Азик был готов отдать руку на отсечение, что первым делом они пройдутся по всяким бомжатникам, заброшкам, а также лагерям беженцев. Стоит лишь объявить в узких кругах небольшое вознаграждение за информацию о местонахождении такого приметного экземпляра, и вот уже любой из этих бедняков готов будет на любые ухищрения, дабы подзаработать. Насрать им всем, что будет с этим парнем, им главное деньжат подзаработать — так все в этом мире и работает. Не важно, где ты — в России, США или каком-нибудь Гондурасе. Люди везде одинаковые, уж этот урок он выучил на всю жизнь. А вот белобрысое недоразумение, мнущееся рядом с ним, явно до конца этого не понимало. Азик знал этот взгляд очень хорошо: у самого когда-то очень давно был такой же (ага, в другой жизни). Наивный, полный веры в людей и добро. Странно, что после вчерашних событий парень его не потерял, ну, еще не вечер. Их тернистый путь только в самом начале, и если Азику уготована участь показать этому одуванчику, какая жизнь на самом деле — он, так уж и быть, возьмет на себя это тяжкое бремя.       Выглянув из-за угла на главную улицу, молодые люди увидели нескольких военных, сопровождающих группу сотрудников Красного креста, которые с взволнованными лицами подбегали к каждому прохожему с какими-то бумажками. Даниэль увидел среди них Клару и Анну: они выглядели целыми и невредимыми, однако лица их были полны ужаса и паники.       — Смотри-ка, они, походу, поручили твои поиски Крестовикам,— присвистнув, прокомментировал красноволосый наемник.       — Ну....они же мои коллеги.       — Аааа, ну тогда понятно...Стоп, коллеги?— Азик перевёл удивленный взгляд на юношу и резко оттащил его обратно за угол здания.       — И когда ты собирался мне об этом рассказать?       — Ну, ты не спрашивал. И вообще, ты вчера сказал, что мне нельзя ни с кем связываться, разве не так?       Наемник выглядел немного растерянным, по-новому разглядывая юношу, стоявшего напротив него. От этого пристального взгляда Даниэлю стало немного не по себе, он совершенно не понимал о чем думал его товарищ.        Неловкая пауза длилась некоторое время, после чего парень, вздохнув, похлопал юношу по плечу и развернулся в сторону переулка:        — Так-то оно так. Был бы ты левым, можно было попробовать через них тебя до границы переправить тайком. Но раз ты у них числишься, да они еще и такой кипишь устроили, везде свеча твою мордашку, вариант отпадает. Значит, будем добираться своим ходом.        Даниэль, поравнявшись с красноволосым, решил уточнить ситуацию:        — И какой у нас план? Что мне нужно делать? Ты же ничего не рассказываешь, а я, как бы, не спец по побегам...       — Не кипишуй, работают профессионалы. Сейчас найдем какой-нибудь транспорт, насколько возможно проедемся на нем. Там, где совсем жестко будет — придется на своих двоих обходами пробираться. Главное на границе чтоб проблем не возникло,— Даниэль был искренне поражен, насколько спокойно и уверенно Азик говорил о плане побега из страны, охваченной террористами. Речь и тон наемника были настолько умиротворенными и звучали настолько обыденно, что юноша даже сам начинал верить, что сбежать отсюда будет плевым делом, если он в сопровождении этого парня.       — Хорошо, я тебя понял. Я могу чем-то помочь?       Азик резко остановился, переводя заинтересованный взгляд на это белобрысое недоразумение. Ухмыльнувшись, он изогнул бровь и уточнил:       — И чем же ты можешь мне помочь?        Даниэль, алый как маков цвет, начал бормотать, мол, ему неловко, что парень все организовывает сам, а он ничего не делает, он хочет хоть чем-то помощь, может вещи понести, или еще что, Азик, я же в этом всем не разбираюсь не издевайся, пожалуйста.       Тихо посмеявшись над реакцией Даниэля, наемник с максимально пафосным лицом положил руку на плечо юноше и торжественно произнес:       — Детка, все, что от тебя требуется — делать то, что я скажу, и тихо помалкивать, пряча свою невинную мордочку от взора местных. Это весьма облегчит мне работу. Такую помощь ты сможешь мне оказать?       Даня, алея еще сильнее (хотя куда уж больше подумаете вы), активно закивал, раз в сотый повторяя слова благодарности.       — Ну вот и славно. А теперь погнали, нам еще местную маршрутку поискать надо.       С этими словами Азик развернулся на каблуках и направился куда-то вглубь столичных дворов.

***

      Сколько они шли, виляя по самым темным переулкам города, Даниэль сказать не мог. Он лишь все больше поражался точными знаниями местности своего сопровождающего. Азик мастерски ориентировался, вовремя останавливал юношу, когда мимо них проходили люди, огибал особо людные места, по пути умудряясь курить откуда-то взявшуюся электронку.       Через некоторое время, когда солнце было уже в зените, молодые люди вышли, практически, к границам города. Здесь скопилось довольно большое количество людей: местные жители выходили и заходили в город, десятки наемников (видимо, отрядами) стояли у военных машин и о чем-то громко переговаривались, везде сновала пресса и представители других организаций. В общем — жизнь кипела.       Азик, приведший их под козырек одного из домов на углу улицы, внимательно оценивал ситуацию, словно, ища кого-то в толпе. Обнаружив нужную цель, парень подманил юношу наклониться к нему поближе:       — Значится, кажется, я знаю, кто может помочь нам транспорт нарыть. Ты стоишь рядом, глазки в пол, и молчишь. Если с тобой начнут разговор — делаешь вид, будто, вообще язык не понимаешь. Окей?       — Да, конечно, без проблем,— Даниэль был настроен максимально вжиться в роль и, в подтверждение своих намерений, опустил пониже козырек кепки и уверенно кивнул.       — Вот и славно, погнали.        С этими словами Азик, грациозно лавируя между снующими по площади людьми, направился к одиноко стоящему и курящему у бронетранспортера мужчине в камуфляжном военном костюме.              Мужчина, встретившись взглядом с красноволосым, ухмыльнулся, затушил сигарету и помахал рукой, продемонстрировав, что узнал:        — Дес, какой сюрприз! Не видел тебя со времен Йемена, дьяволенок,— мужчины поприветствовали друг друга крепким рукопожатием, после чего Азик, скалясь хитрющей улыбкой, пихнул кулаком мужчину в грудь.       — Танк, а я смотрю, ты все на пенсию не собираешься. Не боишься до старости не дожить?       Мужчина, громко расхохотавшись, похлопал красноволосого по плечу и прокуренным голосом прохрипел:       — Что ты, куда мне на гражданку, я же там от скуки застрелюсь. Так что, какими судьбами? Ты же явно ко мне не просто так подошел, я тебя давно знаю.       Азик, все также по-змеиному улыбаясь, поднял руки в примирительном жесте:       — Ну-ну, что ты из меня совсем мерзавца делаешь. Но ты прав, я к тебе по делу. Мне тут поручили новенькому экскурсию провести,— с этими словами парень махнул рукой в сторону затихшего Даниэля,— сам понимаешь, надо показать зеленому, что тут да как делается.       Мужчина заинтересованно взглянул на прячущегося под кепкой юношу.       — Чет он совсем зеленый. Не жестковато его сразу в горячую точку-то?       — Ой, ты себя вспомни. Лучший способ научить кого-то плавать — бросить в воду, сам же знаешь.       Мужчина, хрюкнув, одобрительно закивал:       — И то верно. Все-то ты лучше других знаешь, чертяга. Ну смотри, тут до ближайших деревень автобусы регулярно ходят — беженцы, сам понимаешь, да и пацаны наши на гулянки катаются. Если куда подальше надо — это вам дальше по улице: там бомбила неплохой, правда ручку подсластить надо будет. Собирает народ до Тузы, дальше не поедет, сразу говорю — там дальше очко полное и беспросветное начинается.       Азик, одобрительно кивнув, достал из кармана рюкзака 3 сигареты и протянул мужчине:       — Спасибо, выручил. Давай, не помри тут, может, свидимся еще. Если что — ты меня не видел, договор?       — Обижаешь, я братьев по оружию не сдаю.       Еще раз пожав друг другу руки на прощание, красноволосый махнул Даниэлю и направился в сторону указанного Танком переулка.

***

      Машиной, о которой говорил Танк, оказался небольшой автобус. Даниэль видел, как на таких в город привозили беженцев — старый и потрепанный, автомобиль явно отживал свои последние деньки.       Азик указал Даниэлю ждать на месте и вальяжной походкой направился к мужчине, который стоял, опираясь спиной на дверцу автобуса.        О чем мужчины говорили Даня не слышал, однако, судя по довольным лицам обоих и бумажке, засунутой наемником в нагрудный карман рубашки второго, все пока шло по плану. Красноволосый поманил Даниэля за собой, залезая в потрепанный автобус.       В салоне народу, практически, не было: впереди сидела женщина с ребенком (судя по одежде — местная), еще парочка журналистов, тихо переговариваясь, расположились в задней части автобуса, а по центру все было пустым.       Заняв место у окна Даниэль снова поправил кепку (это уже начинало походить на какую-то нервную привычку: Даня не был параноиком, но лишних проблем своему сопровождающему доставлять не хотелось). Азик же, стянув капюшон, плюхнулся со вздохом на соседнее сиденье, с томной улыбкой прикрывая глаза.       Через некоторое время водитель, докурив очередную сигарету, уселся в свое сиденье, громко хлопнув дверьми, что-то крикнул в салон на неизвестном языке, и автобус тронулся с места.        Юноша с интересом наблюдал за тем, как разглаживались черты лица парня, сидящего слева от него, когда тот был с закрытыми глазами. Даниэль впервые за все время смог подробно разглядеть яркий макияж, сережки и септум в носу у парня. Удивительно, как кому-то может настолько идти такая нестандартная внешность, еще и профессия у него такая...ну...Даня мало в этом понимал, но разве наемникам не нужно быть неприметными? Тысячи вопросов крутились в светлой голове юноши, пока причина этих дум блаженно пребывала в состоянии покоя, не подозревая о крутящихся в голове его соседа мыслях.       — Слушай, а почему тот мужчина назвал тебя Дес?       — М?— Азик, не открывая глаз, слегка дернул головой в сторону собеседника, после чего снова откинул ее на подголовник сиденья: ему было очень жарко,— ну, погоняло у меня такое.       — А оно что-то значит?       — Мгм, значит.       Судя по лаконичному ответу, его собеседник совершенно не собирался рассказывать Дане о значении своего "погоняла", поэтому юноша решил перевести тему:       — Азик, это, у меня сейчас, конечно, денег нет, но я все верну, как только домой вернусь, обещаю.       — Хоспади, вернет он. Тебе 18-то хоть есть?       Даниэль, покраснев, возмущенно прошептал:       — Вообще-то мне 22.       Наемник, ехидно оскалившись и хрюкнув, пробормотал:       — Агааа, ну совсем большой мальчик, значит. И откуда нынче у 22-летних водятся денежки? Удачно пристроили на работу?       — Вообще-то, я студент....       Азик, лениво приоткрыв глаза, направил свой взор на лицо собеседника.       — Студент?       — Ну да, я на 3 курсе медицинского учусь,— с улыбкой произнес юноша.       —....пиздец. А сюда-то тебя как занесло, студент?       — Ну, можно сказать, практика?— ответ показался Даниэлю настолько глупым, что он, краснея, тихо засмеялся. Азик, смотря на пытающегося сдержать громкий смех блондина, тихо захихикал.       — Бля, ну ты даешь, нашел где практику проходить,— на этих словах оба поняли всю абсурдность их диалога и не смогли удержать более громкого смеха, привлекшего внимание впереди сидящей женщины. Помахав рукой, мол, все в порядке, Азик пытался остановить свой смех.       — Это что же получается, у меня теперь долг перед страной? Вернуть на родину будущего медицинского работника?— все еще смеясь спросил красноволосый.       — Ну, я был бы очень рад подобному раскладу,— улыбаясь, пробормотал Даниэль.        Парни еще некоторое время хихикая смотрели друг на друга, после чего красноволосый, тихо вздохнув, снова закрыл глаза и устроился поудобнее на своем сиденье.       — Спи давай, студент, пока возможность есть.       Даниэль же, бросив последний взгляд на соседа и тихо угукнув, перевел взгляд на вид из окна, постепенно погружаясь в дрему.

***

      Проснувшись от очередной встряски, причиной которой послужила раздолбанная проселочная дорога, Азик лениво открыл глаза. В салоне было темно, значит, ехали они уже долго. Попытка парня размять затекшую спину была пресечена наличием чего-то очень тяжелого, расположившегося на его правом плече. Повернувшись, наемник обнаружил затылок черной кепки, из которой торчали блондинистые кудри сгорбившегося Даниэля, тихо посапывающего на его плече.       — Ну, это уже наглость,— ухмыльнувшись, тихо прокомментировал ситуацию Азик, но будить или трогать юношу не стал. Жалко, что-ли? Ну, может быть, чуть-чуть. Пусть пока спит, он ему полный сил для будущего рейда нужен. Да, определенно поэтому....        С этими мыслями, воспользовавшись ситуацией, парень поудобней устроил голову поверх затылка Даниэля и лениво уставился в окно автобуса, за которым проплывали бескрайние степи позабытой Богом страны. В салоне царила умиротворенная тишина, перебиваемая иногда особо громким посапыванием лежащего на плече наемника юноши.