Ты была частицей моего мира

      Джинн Гуннхильдр врывается в кабинет и почти падает в кресло, судорожно перебирая бумаги. Листы летят на стол, на пол, в стороны. Она быстро ищет, лихорадочно пролистывает папки, а затем резко разворачивается к компьютеру, вбивая запрос за запросом. Пусто. Ничего. Будто всё подчистили специально. Удалили. Стерли. Спрятали от копов. Джинн сжигает зубы. Она не может звать программистов — слишком много лишних глаз. Ей нужно самой понять, кто такая Е лань. Та самая девушка из Фатуи, что была на празднике. Та, что слишком странно переглядывалась с Е лань. Здесь явно что-то не так. Она уже почти решает бросить это дело, когда взгляд цепляется за знакомую печать. Документ Фатуи. Оригинал, переданный Нин Гуан. Джинн замирает, вчитываясь строчка за строчкой. Сердце ускоряет ритм. Е Лань работает на Фатуи. И её задание напрямую связано с Нин Гуан. Телефон вибрирует. Одно короткое сообщение от неизвестного номера: «Зря». Грохот выстрела разрывает тишину кабинета. Пуля входит точно в центр лба. Тело падает на пол, опрокидывая стул. Бумаги взмывают в воздух и медленно оседают рядом. Руки судорожно задевают стол, монитор, телефон — и в следующую секунду ещё несколько выстрелов прошивают технику. В кабинет вбегают сотрудники и застывают. Начальница лежит на полу — неподвижная, с пулей в голове. Осколки пластика и стекла вперемешку с бумагами устилают пол. К вечеру весь отдел стоит на ушах. Скорая приезжает быстро, но уже слишком поздно. Джинн Гуннхильрд мертва. Бэй узнаёт об этом сразу. И сразу же понимает, кому должна сообщить первой. Новость разлетается по городу со скоростью пожара. Все каналы, все ленты, все экраны — только об этом. Бэй выходит из палаты и набирает Лизу. Гудки тянутся мучительно долго. Слишком долго. — Лиза! Ты чего так долго не отвечаешь? — Прости, я была в душе… Что-то случилось? — Сделай одолжение. Возьми стакан воды и поставь перед собой. Потом просто слушай меня, хорошо? — Бэй ходит из угла в угол, сжимая телефон в руке. — Минуту… — слышно, как Лиза наливает воду и садится, — Я слушаю. Бэй закрывает глаза. — Я не знаю, кто это сделал… но Джинн застрелили. Сразу после того, как она зашла в свой кабинет. Тишина. Тяжёлая. Давящая. — Что?.. — Джинн мертва, Лиз.

***

      Нин Гуан находилась в своей палате одна, удручено смотря в окно на один и тот же пейзаж — ей нельзя много двигаться и нервничать, так как организм восстанавливается от пулевого ранения и переутомления. Глава Цисин глубоко вздохнула и начала рассматривать свои руки, в то время как её мысли были заняты всем, чем можно и нельзя: что происходит в её жизни? Что будет в будущем? Будет ли она счастлива в этом будущем? Кто стоит за этим и желает её смерти? На ум приходит пока только один человек. Её раздумья прервал звук открывающихся дверей, в палату зашел Чжун Ли с пакетом доставки еды и сумкой, по видимому, с вещами.       — Ты как себя чувствуешь? — спросил он, опуская сумку на пол, принявшись доставать еду из пакета. Едва уловимый запах горячей еды дошел до Нин Гуан и дал знать о том, что она голодна. — Честно, отвратительно. Я не знаю как жить дальше вне страха и постоянного стресса. За мной следят, возможно, даже сейчас, и хотят достать мою голову для кого-то. — Давай ты сейчас не будешь об этом думать? Знаю, что звучит довольно глупо, но сейчас важнее твое восстановление, а остальным как обычно займемся мы. — Не могу. Здесь не обойтись только Вами, это знают все. Тут стоит кто-то более серьезный. Чжун вздохнул и поставил перед ней пластиковую тарелку с горячей едой. Гуан поблагодарила за это и начала кушать. Чжун пробыл с ней ещё какое-то время, пока наконец не пришла Бэй Доу. Они коротко попрощались и Доу села рядом с больничной койкой, внимательно рассматривая задумчивое и усталое лицо своей жены. — Ты как? Болит что-то? Хочешь чего-нибудь? — Нормально, всё хорошо, — сухой ответ вылетел из губ сразу же, словно автоматизированный. Это расстроило Бэй Доу ещё больше, но она понимала, что Нин надо отдыхать, поэтому предложила лечь поспать. На удивление она согласилась и почти сразу же уснула. Бэй молча рассматривала лицо своей жены и еле сдерживала свои эмоции. Она должна была, хоть и слишком много всего навалилось за какую-то неделю. Спустя какое-то время на смартфон Нин Гуан пришло сообщение от Аято. Бэй Доу долго колебалась и всё же открыла его: «Добрый день, глава Цисин! Надеюсь, вы в порядке и идете на выздоровление. Что касаемо нашего дела — мы нашли участников произошедшего конкретно с вашим рестораном, но смотря на новости, я предполагаю, что это делают эти же люди под влиянием какой-то конкретной компании. Если вы хотите узнать больше, то всё как обычно, основная сумма на мой счет и документ со всей информацией у вас на почте. С вами приятно иметь дело, Цисин. Я всё ещё рассчитываю на прогулку в парке с вами)» Бэй замерла от прочитанного. Неужели мужчина, не имеющий образования, хорошего места в обществе и в принципе с плохой репутацией, может добыть столько информации за такой маленький срок? Пробыв в недоумении ещё какое-то время Бэй всё же отложила телефон в сторону и попыталась отвлечься, только было бы чем. Она не придумала ничего лучше, кроме как смотреть на свою спящую жену.

***

      Е лань буквально летела из города, лишь бы не попасться на глаза сотрудников Фавониус и Цисин, но знала, что это будет трудно. В связи с последними новостями, люди от обоих организаций были расставлены на каждом шагу города и за его пределами, скрыться от глаз и ушей было не под сильной задачей для обычного человека. Но не для Е лань. Оставив машину в каком-то непонятном районе города, она бросилась к уже знакомому фургону, где ее ожидала женщина с мероприятия закрытия года. — Ты долго, Е лань, — сказала женщина с белокурыми волосами, выдыхая дым изо рта. — Тебе какая разница? Или не получится угодить ему? — Я б сказала, что скорее всего тебе стоит волноваться на этот счёт, ведь господин очень недоволен положением наших дел, Е лань. Через несколько часов фургон остановился перед массивным зданием в готическом стиле, с использованием сложных конструкций и декоративных элементов, создающих ощущение лёгкости и воздушности. Две женщины вышли из автомобиля и направились внутрь, их встретили прислужники, открывающие массивные двери внутрь собора. Пройдя по длинному коридору, где были картины древних правителей Российской Империи, их жен, их достижений, они остановились перед главной дверью. Она выделялась среди остальных — красные тона, подсвечиваемые горящими факелами, элементы черных заостренных арочных свод и усиливающие пилястры, что позволило создать эффект устремляющихся ввысь дверей. Вся эта композиция кричала о могуществе, внушая благоговейный страх и ощущение ничтожности перед величием этого места. Двери отворились, и взору предстал большой зал, в центре которого стоял стол, во главе которого сидел человек. Рыжий затылок долго не поворачивался в сторону пришедших, что заставило напрячься обеих женщин. Наконец фигура в чёрно-красном пальто поднялась со стула и взглянула на Е Лань. — Ты провалила задание. — Я знаю. И ты знаешь, почему я это сделала, — грубо и резко отчеканила Е Лань, смотря ему в глаза. — Непозволительно так себя вести в рядах Фатуи. Согласно нашему кодексу, ты нарушила сразу два пункта и моё условие. Что же будем делать? — руки сложились на груди, взгляд снова был отведён в сторону. Сложно было понять, что у него на уме. — Ты грозился увольнением, если я не ошибаюсь. — Я прекрасно помню свои слова, но я не буду этого делать. Иди отдохни пока. Может, потом возьмёшься за ум, — фигура повернулась к женщине спиной, давая понять, что диалог окончен. Е Лань стояла в шоке ещё пару минут. В смысле — он её не увольняет? В смысле — он позволяет ей отдохнуть? За долгие годы ей ни разу не давали отпуска. И самое главное — чего он добивается? Наконец Е Лань подала голос: — Я хочу уволиться. — Нет. Я не хочу терять такого сотрудника, как ты.