Нежить в серверной

Иван не побрезговал принять душ в нечищеной со времён революции ванне, взлохматил, не расчёсывая, длинные волосы, разговорил пауков, обитавших за холодильником, а также вспомнил своё настоящее имя. Дабы не травмировать новоявленного родителя, факт излечения от амнезии решил скрыть и занялся делами насущными. Первым делом он опрокинул кухонный стол, разлил по всему полу пару вёдер воды, встал в центре лужи и принялся выводить некие хитрые пассы руками. В чём заключалась их полезность, было не совсем ясно... до тех пор, пока вода не испарилась, начертав пентаграмму в круге? Нет, лучше – пока пол не стал чистым и свежим. На очереди был холодильник, всё содержимое которого без рассмотрения отправилось в мусорное ведро. В морозилке Иван замешкался, вынимая бутылку водки, и выбросил два мешка с плесневелыми пельменями, пережившими три или четыре разморозки в отсутствие электричества. Затем вытряс из чудо-кармана своего плаща одну красную таблетку и закинул в пасть пустого холодильника. Что происходило в его недрах дальше, вампира ни капли не заботило, так как он ушёл на захламленный балкон, но не порядок наводить, а просто покурить. И подумать дальше. Разложить по полочкам всю имеющуюся информацию. — Городок провинциальный. Не слишком захолустный, но и приятного здесь мало. Умру со скуки, если задержусь подольше, нужно ехать домой. Занесло меня сюда два месяца назад, допустим, нечаянно. Очаровательная злая ведьма, вылакавшая из меня всю кровь, живёт в этом квартале, иначе бы я проснулся где-нибудь ещё. Найти её труда не составит. Заставить заплатить за причинённые неудобства — возможно, но без гарантий. Бросать Аркадия — некрасиво, но он переживёт. Тем более в его законопаченной грязью конуре места для двоих не найдётся, а если и найдётся — ютиться тут противно. Но вот незадача... не могу я пока вспомнить: ждёт ли меня кто-нибудь дома? Вампир вздохнул и взялся за перила тонкими, чуть желтоватыми от табака пальцами. Его длинная аристократичная фигура перегнулась вниз. Широкое озеро под балконом в островках земли со следами протекторов отразило элегантный костюм, белый шнурок с причудливым кулоном, выскользнувшим под собственной тяжестью из-за воротника... и больше ничего. Заспанный Аркадий, пасшийся за его спиной на пороге балконной двери, хрюкнул от испуга, решив, что молодой упырь собрался сигануть с четвёртого этажа. Иван подавил жестокий смешок: играл он профессионально и убедительно, да так, что липкие руки в панике обхватили его за ноги под задницей и заволокли обратно в кухню. — Это самое... — забормотал сисадмин, споткнувшись о табурет и прекратив пятиться назад со своим ценным грузом (который он и не думал отпускать), — старому дивану-клоповнику самое время отправиться на помойку. На дебетовой карте я храню кое-какие накопления. Не Рокфеллер, но на новую кровать хватит. Дву... двуспальную. — Ты же берёг бабки на домашний сервер, — меланхолично отозвался Иван и в лёгком, тоже наигранном отвращении рассмотрел державшие его руки. — В чём это ты измарался? Лысого гонял? А салфетки цивилизация придумала исключительно для буржуев вроде меня? — Ну извини, — оскорблённый в лучших чувствах Аркаша оттолкнул его и полез в раковину. Разболтанный кран включил ему только горячую воду... — А-А-А, ЕХАНЫЙ БАБАЙ! — и неслабо ошпарил кипятком. — Лёд в морозилке, — всё так же меланхолично заметил вампир и сел на край стоящего боком стола. — Достать? — Я САМ! — трясясь и подпрыгивая от боли, Аркадий бросился в холодильник, чуть не срывая его дверцу с петель, и издал ещё один вопль, истошнее предыдущего: — ЧТО ЭТО, БЛЯДЬ?! — Спасибо за комплимент, — скромно протянул Иван. — Это — если я правильно понял, на что ты смотришь — салями, балык, плавленый сыр, плесневый сыр и копчёный сыр. В сковороде — жаркое из кабана с грибами, в выдвижных ящиках — запас клубники и луковый конфитюр, а в плоском судке наверху — запечённые перепела. В дверцу я сунул молоко, шоколад и сливочный крем. В морозилке — гусиная печень, рёбрышки на суп, формочки для льда... и твоя водка. Сходить потом за хлебом? Аркадий бессильно помахал распухшими и побагровевшими граблями, завыл и засунул их в горсть кубиков льда. Жестом фокусника вампир извлёк из-за его уха шпажку для закусок и наколол на неё самую большую клубнику. — Кстати, тебе звонили на домашний телефон где-то без четверти пять, в офисе что-то упало, легло или сломалось, я не разобрался в терминологии. Просили срочно подойти, перезванивали два раза на мобильник... впрочем, торопиться тебе некуда, ты уже опоздал на три часа, — Иван ласково улыбнулся и надкусил сочную ягоду, отправив половину в рот. Брызнувший сок сделал его губы краснее прежнего. — Ну, я в булочную. Выбросив шпажку с недоеденной клубникой через плечо, вампир нашёл свой зонт-трость и покинул место преступления. Проводив его обезумевшим взглядом, Аркаша повыл ещё и со стоном влез мордой в подтаявшую морозилку. — А я ведь на тебя дрочил, ты, раскрашенная вошь с лысины великого Ктулху... — простонал он тихо, жалко и неразборчиво. В открывшийся рот мгновенно затекла колючая вода в кристалликах льда, он захлебнулся и, в довершение всего, получил захлопывающейся дверцей холодильника по голове.