Эхо моих кошмаров

Элисон глухо смеётся, смотря результаты очередного психологического теста. Он вторит то же, что и десяток предыдущих тестов, научных статей и подкастов. Клинический Нарциссизм. Элисон знает, что это за расстройство, откуда оно берётся, и почему оно у неё. Скорее всего. Сама себе она поставила диагноз еще в шестнадцать и с тех пор у нее ни разу не возникло сомнений. Как и мысли о лечении. Её расстройство еще никогда не шло против неё, только помогало добиваться целей, держать голову на высоте и быть тем, кем она является. Элисон нравится подолгу смотреться в зеркало, проводить часы, наводя марафет и ловить восхищённые взгляды. Её все слишком устраивает, чтобы что-что менять. Но она смотрит в светло-карие глаза Рене и думает, насколько она красива. Как изящно движется на поле, как ловко крутит в руке нож-бабочку и заливисто смеётся. Элисон смотрит и ловит себя на мысли, что любуется. Что подругу хочется прижать ближе, поцеловать в нежно-розовые губы и положить руку на бедро. Хочется сесть чуть ближе, когда Рене объясняет тему по конспекту, хочется иметь право на то, чтобы назвать её своей. Но её останавливает другая мысль: она причинит ей боль. Неизбежно. Как бы сильно она её не любила, клинический нарцисс — монстр в отношениях. Она уничтожит Рене и всё то прекрасное, что в ней есть. Поэтому она отводит от подруги глаза и неизбежно натыкается на взгляд Кевина. Он прекрасен в лучах утреннего солнца, не смотря на холод стадиона и недовольство команды внеплановой утренней тренировкой. Кевин объясняет нудную тактику игры, но его голос хочется слушать вечно. Он отточенным приёмом выбивает снаряд из рук Робин и, чёрт, как это прекрасно. Элисон наблюдает за завораживающей грацией его движений и ей невероятно сильно хочется быть ближе. Подойти, прижаться к спине, положить руку на плечо. Ей хочется иметь право сесть ближе, отхлебнуть из его кружки, одеть его футболку. Задержать взгляд чуть дольше, не получив при этом безразлично-предупреждающий взгляд Эндрю. Но она понимает, что причинит боль и ему. Поэтому Элисон лишь чуть тяжелее вздыхает и отводит взгляд. Когда они объявляют о своих отношениях команде, Элисон поздравляет их громче всех, а потом напивается вина со спрайтом и впервые серьёзно задумывается о лечении. Потому что вместе они вызывают в ней непередаваемую бурю эмоций.Восхищение, злость, ревность, желание. И от этого к ним тянет еще сильнее. Ей становится сложнее с каждым днём реагировать на них, по долгу не смотреть, и делать вид, будто все в порядке. Пока Ваймак объясняет что-то в комнате отдыха, она смотрит на то, как Рене кладёт голову Кевину на плечо и испытывает такой прилив эмоций, что не понимает, ей плакать, смеяться или все одновременно. Элисон переводит взгляд с них на стенку с фотками и добрые три раза бьётся головой о спинку дивана. Просто чтобы прийти в себя. Она игнорирует обеспокоенные вопросы Рене, и взволнованный взгляд Кевина. Она не хочет видеть, замечать их. Она не хочет причинить им боль.