Новая жизнь вместе

Наверное, всему виной была горячая вода, а точнее пар от неё. И скользкая ванная, да. Зак просто поскользнулся, не заметив в банном тумане мокрый кафель. А Шон просто не мог дать любимому упасть. Так что Зак оказался в крепких объятьях. И конечно, совершенно случайно скользнул обнажённым торсом по горячему телу, сжимающему его в руках. Ну просто скользко было, знаете, как бывает. И совершенно точно не нарочно Зак оказался крепко прижат к влажной стене. Ну, чтоб подальше от мокрого кафеля, понятно же? И уж точно ничего удивительного, что в такой жаре кровеносные сосуды расширились и обеспечили твёрдый стояк у обоих. А вот как ребята оказались на сбитых сухих (пока ещё) простынях, они и сами уже толком не помнили. Только Зак вдруг понял, как изголодался по этому мужчине. По нежным, но жарким прикосновениям, по чутким губам, жадно изучающим его тело, по чуть терпкому запаху и ощущению влажных и немного колких волос между пальцами, когда он скользил ладонями по его голове. – Боже, как же я по тебе соскучился, – с отчаяньем выдохнул Шон куда-то в шею юноши, жадно впиваясь губами в нежную кожу. Ощутимо, но не больно. Зак рассмеялся, откидывая голову назад и крепче прижимая к себе любимого мужчину. – Мысли мои читаешь… Шон приглушённо рыкнул и перекатил их по постели. Теперь Зак оказался сверху и почти инстинктивно притёрся бёдрами. Оба застонали от прошивающего насквозь удовольствия. Неожиданно сильного, настолько, что они замерли на несколько секунд, чтоб перевести дух. Зак выдохнул и ласково обхватил родные губы своими, очертил контур кончиком языка. Горячие пальцы сильнее сжались на его бёдрах. В следующее мгновение Шон снова перекатил их, подминая Зака под себя. – Мой… – с наслаждением прошептал он, прокладывая дорожку влажных поцелуев от ямочки между ключицами вниз. И снова, с восхищением, словно пытаясь поверить: – мой… Зака как током пробило. – Шон!.. Он обхватил его бёдра ногами, всем телом подаваясь вперёд. Шон зашипел: – Что ж ты делаешь?.. – восхищённо выдохнул он, повторяя его движение. Зак откинул голову назад и тихо застонал. Ещё толчок. Шон прочертил ещё одну влажную дорожку, на этот раз снизу вверх. Нежно прикусил кожу под ключицей, сорвав с любимых губ ещё один стон. Прижался к ним в поцелуе. Толчок. Дрожащие пальцы, блуждающие по спине и плечам. Сбитое дыхание. Океан страсти в дымчато-синих глазах. Невозможное удовольствие, и ни единого шанса отказать себе в нем… Толчок. – Шон! Боже… Шон одной рукой перехватил любовника под поясницу, крепко прижимая к себе и увеличивая площадь соприкосновения. Зак закусил губу. – Возьми меня… – выдохнул он. Шон замер, стиснув в кулаке простыню и зажмурившись. Перед глазами плясали искры, дыхание перехватило. Он глубоко и рвано вдохнул и выдохнул, успокаиваясь – и помотал головой. – Нет… Нет, нет, малыш… – Шон, извиняясь, прошёлся короткими, заласкивающими поцелуями по округлой линии челюсти. – Нет, маленький мой, нет… прости… – Почему нет? – Зак распахнул глаза и с настороженным непониманием посмотрел на него. – Нельзя… Рано… – Шон мягко обхватил его губы своими, скользнув языком вглубь. Нежно прошёлся по нёбу и внутренней стороне щек, поддразнил, коснувшись кончика языка. – Почему? – требовательно вскинулся Зак, разрывая поцелуй. Дымчато-синие глаза смотрели почти с вызовом. – Я потом тебе объясню, – ласково шепнул Шон, вновь целуя – на этот раз глубоко и долго. – Всё обязательно будет. Просто… не сейчас. – Но я хочу… – попытался было протестовать юноша. – Шшшш… – Указательный палец очертил контур его губ. – Не пытайся сразу съесть десерт, минуя все остальные блюда. Шон мягко потёрся кончиком носа о нос Зака. – Чуть позже, мой хороший. Я обещаю. Зак с неохотой уступил. Желание никуда не делось, но он доверился любимому, положившись на его опыт. Только от расспросов Шон точно не уйдёт! Потом. Попозже. – А сейчас? – тихо спросил он. – Сейчас? – Шон улыбнулся в родные губы и прошептал: – просто обними меня покрепче. И получай удовольствие. – А ты? Шон аж подвис. С трудом сдержал смешок и выразительно приподнял одну бровь. – А я буду получать неслыханное удовольствие, если ты просто отпустишь себя и позволишь мне видеть тебя во всей красе. Зак сглотнул, чувствуя, как внизу живота взрывается солнце, разливаясь сладкой лавой по телу. Шон нарочито медленно наклонился к его лицу, тягуче поцеловал и жарко прошептал на ухо: – И слышать – тоже. Надавил на поясницу, прижимая к себе и одновременно подаваясь вперёд. Зак запрокинул голову, судорожно хватая воздух. – Вот так, мой хороший, – выдохнул Шон в шею любовнику, прикусывая нежную кожу. – Не сдерживайся. Тебе больше не нужно сдерживаться. Он прижался лбом ко лбу и перехватил ладонью оба истекающих, налитых члена, одновременно толкаясь бедрами вперёд. Зак всхлипнул, вцепившись в его плечи. Его разрывало изнутри от нежности; воздуха не хватало: он никак не хотел проталкиваться в лёгкие. Ему казалось, что до сих пор он даже дышать себе не давал. Не давал ходу собственному голосу, не давал звуку пройти через сдавленное горло. Потому что стеснялся самого этого звука: слишком сладкий, слишком свободный, слишком… Слишком. Шон толкнулся в руку, одновременно чуть сильнее кусая у основания шеи – и Зак застонал в голос, запрокидывая голову. От стыда вспыхнули щёки, а от наслаждения чуть сводило бёдра. Шон коротко счастливо рассмеялся, не останавливая тягучих толчков, и жадно поцеловал приоткрытые, чуть припухшие губы. – Боже, да! Маленький мой… родной мой… да, да, да! Зак чувствовал, как кружится голова – и, пожалуй, это было последнее связное осознание. Он зашелся криком под нарастающие, размашистые толчки. Вздрагивая всем телом, выгнулся навстречу, не в силах совладать с самоконтролем, так отчаянно проявляемым в те минуты, когда они были вместе раньше. Никогда ещё Зак не отпускал себя так. Он буквально растворялся в Шоне, в этом удивительном мужчине, перевернувшим весь его мир, попавшим в саму его суть, о которой он сам раньше и не подозревал. Чувствующем его так, как Зак сам себя не чувствовал. В то недолгое время, наполненное нежностью, в самом начале их отношений, Зак старался отключить голову и просто не думать. Не анализировать, не рассматривать, не взвешивать. Просто наслаждаться внезапным обретением. Но что-то внутри него в любой момент было готово сжаться и спрятаться в раковину – так, чтобы никто и никогда больше… и он держал себя. Не отпуская мысли, не наслаждаясь в полной мере. Но сейчас… Сейчас Зак захлёбывался собственным криком, изо всех сил цепляясь за сильные плечи, чувствуя, как бережно и крепко его держат. Зная, что ему не дадут упасть. Шон горячо шептал ему нежности, покрывая лицо, шею, плечи – всё, до чего мог дотянуться – почти лихорадочными поцелуями. И двигался, двигался… Волны удовольствия накатывали взрывной карамелью, сладко и горячо, нарастая с каждым отчаянным движением, каждым жадным поцелуем, каждым нежным словом – и Зак понял, что не выдержит. Толкнувшись ещё пару раз навстречу, он выгнулся, выплёскиваясь на их руки (и когда только свою опустить успел?) и крича любимое имя. Шон, крупно вздрогнув, с рычанием последовал за ним. Кажется, на какое-то время Зак провалился в полубессознательное состояние, потому что не помнил, как оказался обтёрт и заботливо укутан в нежные объятья и одеяло. Шон медленно водил носом по его виску, иногда мягко скользя губами. Зак долго и рвано вздохнул, пытаясь протолкнуть в грудь как можно больше воздуха. – Котёнок, – тихонько позвал его Шон. – Как ты? Зак поднял глаза. Несколько мгновений смотрел на него. А потом прижался к губам в благодарном поцелуе. По его лицу текли слезы. Впервые за пять лет. *** Они долго лежали в обнимку, обмениваясь мягкими, скользящими поцелуями. – Я очень тосковал… – прошептал Зак, не открывая глаз. Пальцы Шона дрогнули на его плечах; на мгновение он чуть крепче стиснул объятия. – Всё это время… с тех пор, как… Зак неловко замолчал, не высказывая очевидного. Шон поцеловал его в лоб, мягко коснулся губами кончика носа. – Я тоже, – тихо признался он. Нежно приподнял лицо Зака за подбородок, заглядывая в глаза. Бережно отёр ещё влажные щёки. Зак смотрел на него пронзительным взглядом, в нем плескалось отчаяние, вина, нежность и надежда. Он не знал, как подобрать слова, не знал даже, нужны ли они сейчас. Но сказать хоть что-то хотелось до подсасывания под ложечкой. В итоге он просто выдохнул единственное, что больше не подвергалось сомнению: – Я люблю тебя. Шон крепко прижал его к себе, тепло выдохнув в макушку. Он ещё помнил ту горечь от брошенных слов: «Я всё сказал. Проваливай!». Горечь, разделённую на двоих. Шону было больно от незаслуженной обиды. Заку было больно и страшно от… от чего? Шон задавался этим вопросом всё время их разлуки. Да, для Зака всё было внове. Да, он не был ни в чём уверен. Да, после эйфории зачастую приходит откат, это Шон знал по собственному опыту. Но было что-то ещё. И Шон очень боялся: не зная, что это, он пропустит момент – и всё повторится. Зак завозился в его объятьях, устраиваясь поудобнее. Шон невольно улыбнулся и провёл ладонью по его волосам. – Ты есть хочешь? Зак чуть качнул головой. – Пока нет… А ты? – он вскинул голову. – Ммм… возможно, – улыбнулся Шон. – После таких гонок аппетит разыгрывается. Зак хрюкнул и уткнулся ему в плечо. – В следующий раз я веду, – приглушённо пробурчал он. – Ого! Ты замахнулся на следующий раз? Да это победа! – Заткнись! – смущённо рассмеялся Зак, пихая Шона кулаком. Тот в долгу не остался и подмял парня под себя. – Попался! – Эй, прекрати! – Проси пощады! – Ни за что! Простынки сбились, подушки разлетелись в разные стороны. Парни с хохотом катались по постели, пока Зак не оседлал бёдра Шона, изо всех сил пытаясь прижать его руки к постели. – Сдаюсь! – капитулировал Шон, обмякая в любимых руках. – И что полагается победителю? – Зак с довольнейшей улыбкой изящно потянулся вперёд, не выпуская рук Шона, вытянутых у него над головой, и мягко коснулся его губ. – Продолжишь в том же духе – и второй раунд, – многообещающе отозвался Шон. – И ты думаешь, я откажусь? – Зак игриво скользнул губами по скуле к уху. Шон и не сомневался – тактильность Зака вызывала у него бурный восторг и буквально провоцировала на активные действия. И он бы с удовольствием провел и второй, а, может, даже и третий раунд, но тут дверь распахнулась, и замерший было на пороге Коди с восторженным воплем «бой подушками!» - влетел в их тандем. Парни ошалело раскатились, радуясь только тому, что мальчишка не заявился чуть пораньше. *** – Дверь надо будет запирать, - тихонько констатировал Зак. – Это точно, – поддакнул Шон, снимая с плиты турку. Даже при наличии кофемашины, такой вариант всегда казался ему вкуснее. После семейной потасовки они всё же спустились поесть. Коди заглотил свои хлопья и помчался смотреть мультики. А ребята остались на кухне переводить дух и пить кофе. - Кстати, наш победитель так и остался без приза, - Шон сделал глоток и выразительно приподнял брови. - Боюсь, мой приз уже недосягаем, - рассмеялся Зак. - Как ни прискорбно, - вздохнул Шон и хитро посмотрел на Зака. - Чего? – насторожился тот, чуя подвох. - Предлагаю альтернативу, - заявил Шон, откидываясь на спинку стула и изучающе глядя на парня. – Помнится мне, я тебе кое-что обещал, а так и не выполнил. Надо срочно исправлять ситуацию. Зак нахмурился, пытаясь вспомнить-сообразить, о чём он. Сдался – и вопросительно посмотрел на Шона. - Не помнишь? – с каким-то пугающим восторгом спросил тот. И, получив отрицательное покачивание головой, хлопнул в ладоши, потирая руки. – Это срочно нужно исправить! Допивай свой кофе и собирайся! Он подскочил с места, забыв про собственную ополовиненную чашку. - Куда? – Зак чуть не поперхнулся, когда Шон воодушевлённо хлопнул его по плечу и устремился к двери. - Скоро узнаешь! – уже из-за нее отозвался он. – Поверь, тебе понравится! И Коди тоже! Коди!!! Зак остался на месте. Его разбирал смех. И любопытство: что же такое задумал Шон? Юноша залпом допил свой кофе и кинулся одеваться. В конце концов, что бы Шон ни придумал, это однозначно будет просто потрясающим! *** - Не-е-ет… Ты шутишь? Только не это! – взвился Зак уже в машине, когда они выехали на дорогу. - В чём проблема? – лучезарно посмотрел на него Шон. Казалось, ничто сейчас не способно испортить ему настроение. - В чём? Да во всём! – Зак застонал, яростно потирая пальцами глаза и сползая вниз по сидению. – Зачем ты это затеял?! - Во-первых, я тебе обещал. - Я снимаю с тебя эту обязанность! – с готовностью вскинулся Зак. - Во-вторых – мы уже едем. - Остановись и открой дверь, я дойду до дома пешком! – взмолился Зак. - В-третьих… Чего ты так взъелся? Будет весело! Зак снова простонал и сполз обратно. - Я отказываюсь воспринимать это как свой приз, - мрачно пробурчал он. – Я требую сатисфакции. Шон расхохотался. - Как скажешь, сладкий! В таком случае, можешь считать, что нынешняя поездка – это мой приз! Зак страдальчески закрыл глаза. - Тебе понравится, - уверил Шон. - Сомневаюсь… - обречённо вздохнул Зак. – Я ненавижу шоппинг…