Новая жизнь вместе

Шон вошёл в спальню и замер. Они поужинали. Зак остался убирать со стола, а Шон пошёл укладывать Коди. Это стало входить в уютную привычку – они, чередуясь, подхватывали друг у друга бытовые дела, без претензий и споров, соревнуясь разве что в том, чья очередь читать Коди сказку на ночь. В этот вечер Зак сам отправил Шона с племянником, заверив, что быстро доделает все здесь и будет ждать в спальне. Когда Коди тихонько засопел, уткнувшись носом в уголок одеяла, Шон убрал книгу, выключил ночник и тихонько прикрыл за собой дверь. На кухне было тихо и прибрано. Неярко горел дежурный свет, так что Шон, не мудрствуя лукаво, отправился наверх в спальню. И замер. Не то чтобы слова «буду ждать тебя в спальне» не имели для него вполне очевидный подтекст, но такого зрелища он все же не ожидал. С двух сторон от постели горели два ночника и свечи, полукругом расположившиеся на тумбе за изголовьем. А на постели, в гнезде из одеял и подушек, глядя на застывшего Шона из-под опущенных ресниц, лежал Зак. В пастельно-красных стрингах. Шон сглотнул. В штанах весьма заинтересованно дёрнулось. – Так и будешь стоять? – Чуть приподнял бровь Зак. – Нет, я ни на что не намекаю. Но ты тогда хоть кисточку возьми. – Боди-арт? – уточнил Шон, наконец вернув себе дар речи и медленно облизнувшись. – Титаник, – ехидно поправил Зак. – И кто из нас айсберг? – в глазах Шона разгоралось нешуточное пламя. Зак с непроницаемым выражением лица медленно поднял вверх правую руку: на указательном пальце покачивались вторые стринги. Глубокого лазурного цвета. Шон рванул вперёд, на ходу сдирая с себя футболку. Зак успел только откинуться на подушки, как его буквально припечатало к постели, а губы смяли в яростном поцелуе. В четыре руки, мешая друг другу, они расстегнули и, путаясь в штанинах, стянули Шоновы джинсы. – С цветом ты не прогадал, – восхитился Шон. – Сразу виден глаз художника. – Жаль, зелёных не было – они бы тебе ещё больше подошли, – выдохнул Зак в губы напротив, почти благоговейно стягивая чужое бельё. Шон зажмурился и перевёл дыхание. – Это на тебя так шоппинг подействовал, или что? – восторженно посмотрел он на Зака. – А это моя маленькая, сладкая месть, – довольно осклабившись, отозвался тот. – Боже, детка, что мне делать, чтобы ты мстил мне так почаще? – с мольбой прошептал Шон, прижимаясь к родным губам в каком-то отчаянном поцелуе. – Даже не знаю. – Зак чуть вывернулся, стиснул пальцами упругие бёдра и лукаво улыбнулся: – Сводить меня в художественный от Диор? Шон расхохотался, уткнувшись парню в шею. Зак воспользовался моментом и опрокинул его на спину. Лазурные стринги дразняще-медленно скользнули от лодыжек вверх. Шон откинул голову на подушки и прикрыл глаза, наслаждаясь распаляющими прикосновениями. Но до конечной остановки стринги самую малость не доехали. Зак остановился, вырисовывая кончиками пальцев круги на свободных от белья ягодицах. Шон вопросительно посмотрел вниз и столкнулся со странно задумчивым взглядом. – Я так понимаю, баббл-гам ты так и не купил, да? – Невинно уточнил Зак. Шон заворожённо наблюдал, как кончик розового языка медленно скользнул между губами парня. – Ладно, значит, буду импровизировать. Как ты учил. И неотрывно глядя в потемневшие оливковые глаза напротив, Зак тягуче медленно обвёл языком головку. Шон со стоном упал обратно на подушки. Никто, никогда не творил с ним ничего подобного. Не то чтобы у него вообще было много отношений. Всего трое (одни из которых он предпочёл бы не вспоминать никогда). Ни один партнёр не вёл себя так – и не вызывал такую бурю ощущений. Желание. Нужда. Нежность. Благодарность. Восторг. По всему было понятно, что Зак впервые занимается подобным делом – он действовал на пробу, неумело, интуитивно, но с такой искренностью, с такой самоотдачей. И именно это распаляло больше всего. – Радость моя… чуть прибери зубки, – выдохнул Шон, вплетаясь пальцами в мягкие тёмные завитки, когда Зак сильнее, чем нужно, прикусил нежную кожу. Тот на секунду замер и нерешительно посмотрел на Шона. Мужчина ласково улыбнулся и мягко обвёл большим пальцем влажные губы напротив. – Всё хорошо, – прошептал он. – Не останавливайся. Зак скользнул губами по твёрдому стволу, вновь заставляя любимого откинуться на постель. Сладость, медленно закручивающаяся спиралью в груди, тягучей горячей патокой стекала к низу живота, собираясь в плотный огненный шар. Шон почувствовал, как дрожат его бёдра под тонкими изящными пальцами. Будь Зак чуть поопытнее, он в пару движений подарил бы ему разрядку. Но юноша по-прежнему неумело изучал, пробовал, стараясь придерживаться хотя бы какого-то подобия ритма – и, боже, как же Шон боготворил это сейчас. Ему не нужен был оргазм. Ему нужны были эти горячие губы на налитой кровью плоти, это срывающееся дыхание (своё и чужое), мягкие волосы под дрожащими пальцами, огненная патока, мучительно медленно переполняющая всё внутри. Шон качался на этих волнах, понимая, что уже сам подаётся навстречу, что дыхание превращается в безудержный стон – и что момент истины не оттянуть. – Родной… – хрипло выдохнул Шон. – Я сейчас… Отстранись, пожалуйста… Зак отчаянно вцепился побелевшими пальцами во влажно поблескивающие бёдра и резко подался вперёд, беря на всю длину. Это стало точкой невозврата. Шон со стоном выгнулся, стискивая мягкие завитки. Зак дёрнулся в сторону, заходясь кашлем. Шон насколько смог отстранил его, но помогло мало: лицо и грудь юноши оказались заляпаны молочно-белым, а сам он продолжал кашлять, безуспешно пытаясь выровнять дыхание. – Зак? – Шон метнулся к нему, резко наклоняя вперёд и несколько раз хлопнув снизу вверх между лопатками. Зак судорожно хватанул воздух – и кашель пошёл мягче. – Подожди, сейчас… Мужчина дотянулся до бутылки с водой, ещё днём оставленной у прикроватной тумбы. – Давай. Небольшими глотками. Зак вцепился в бутылку, отфыркиваясь на каждом глотке. Шон с любовью и беспокойством гладил его по плечу и между лопатками, с трудом пытаясь скрыть сочувственную улыбку. Горячая патока остаточными каплями мерно пульсировала внутри. – Я сейчас, – прохрипел Зак, с трудом поднимаясь и направляясь в ванну. Шум воды, фырканье и звуки полоскания рта немного успокоили Шона. Вернувшись, Зак свернулся калачиком на постели и уткнулся лицом в ладони. Шон недоуменно моргнул и лёг рядом, мягко подтянув его к себе. – Прости, – выдохнул Зак сквозь сомкнутые пальцы. Шон обречённо вздохнул и уткнулся в них лбом. – Ты чудо и совершенство. Ты знаешь это? – Тихонько сказал он. Зак нервно мотнул головой и прижался к груди Шона. Какое-то время они тихонько лежали, обнявшись. Шон еле ощутимо перебирал короткие тёмные прядки, а Зак так и не отнимал от лица ладоней. – До сих пор горло слипшееся, – глухо проговорил он. Шон вздохнул. – Ты себя переоценил, – мягко отозвался он. – Я пытался предупредить… – Но у тебя же получилось! – почти с обидой вскинулся на него Зак, убирая, наконец руки. Шон украдкой перевёл дух. Пусть лучше злится и выговаривается, чем замыкается в себе. – Мы немножко в разных весовых категориях, – деликатно намекнул он. – Ты думаешь, у меня сразу всё получалось? Зак открыл рот, потом закрыл, потом надулся и ещё больше свернулся в калачик. – У меня ни с девушкой не получалось. Ни теперь, вот, – мрачно сказал он. – Так-так-так! – Шон решительно подтянул к себе парня, выковыривая его «из раковины». Приподнял лицо за подбородок, заглядывая в глаза. – Перфекционист ты мой ненаглядный. Во-первых – это дело практики. Ну-ка ответь, скольким членам посчастливилось наслаждаться твоим нежным язычком? Только честно. Зак покраснел. – Я так и думал, – довольно улыбнулся Шон. – И чтобы ты понимал – я в экстазе от осознания, что я первый. Да-да. И не надо на меня так недоверчиво смотреть. – Пожалуй, это единственное, от чего тут можно быть в экстазе… - буркнул Зак, отводя глаза. – Эй. Если ты не заметил, мне было хорошо, - напомнил Шон. – Девушки, по статистике, симулируют оргазм в девяноста процентов случаев. – Какое счастье, что я не девушка! – Какая разница – девушка, не девушка – если я тебе оргазм обеспечить не могу?! – Да ты моим оргазмом буквально подавился! Оба замолчали, глядя друг на друга. До Зака медленно доходило, а Шон пытался понять, что ещё сделать со своим упёртым партнёром, чтоб тот ему поверил. – Малыш… – Шон с какой-то отчаянной нежностью провёл ладонями по плечам юноши. – Ты не туда смотришь. – Зак коротко всхлипнул. – Оргазм – это прекрасно. Но то, что мы делаем, делается не ради него. Он вздохнул, на секунду прикрыл глаза и продолжил: – То, что мы делаем – прикосновения, поцелуи (в разные места, заметь) – само по себе ценно. Это – главное. Чувствовать тебя, – он медленно, смакующе провёл кончиками пальцев по округлому плечу. – Слышать. Понимать. Угадывать. – Шон оставил лёгкий поцелуй на губах юноши. – Видеть твоё наслаждение на протяжении всего процесса. Наслаждаться самому. Не торопясь. Не ставь разрядку самоцелью. Это наполняет куда больше, чем просто… дрочка ради дрочки. Оргазм – это шикарный бонус. Закономерный итог. Но лишь итог. И он не сработает без всего вышеперечисленного. Зак закрыл глаза и уткнулся любимому в плечо. – Кажется, я ничего в этом не понимаю… – обречённо проговорил он. – А как часто тебя любили вот так раньше? – спросил Шон. И когда Зак ничего не ответил, коротко кивнул. – Понятно. Он аккуратно выпутался из неловких объятий и сел у Зака в ногах. – Ты куда? – насторожился тот. – Не волнуйся, не сбегу, – невольно хмыкнул Шон. – Я тут живу, вообще-то. Он снова поднял бутылку с водой и открутил крышку. Зак приподнялся было сесть. – Лежи, – негромко, но твёрдо приказал мужчина. Зак, ничего не понимая, послушно улёгся обратно. Шон подался вперёд, чуть приподнял любовнику голову (Зак неуверенно дёрнулся снова подняться, но Шон на него шикнул) и бережно прижал горлышко бутылки к губам парня. – Расслабь гортань, расслабь челюсть. И пей медленными глотками, чтоб вода протекала в горло. Зак попытался и снова чуть не закашлялся. – Не торопись, – спокойно отозвался Шон. Его глубокий голос обволакивал. – Сглатывай понемножку. После четвёртого глотка стало ощутимо легче, хотя Зак всё же немного пролил. Шон отставил бутылку и наклонился к парню. Одним медленным и широким движением языка он собрал мокрую струйку от изящного изгиба челюсти до уголка губ и завершил движение мягким поцелуем в скулу. Зака прошило дрожью. Он судорожно выдохнул и посмотрел Шону в глаза. Тот ждал. Изучающе смотрел на любимого – и ждал. Мягко и нежно улыбался одними уголками губ – и ждал. И Зак понимал, что внутри всё переворачивается от одного только этого взгляда сверху вниз, что он ничего не может с собой поделать. И это уже не бабочки в животе. Это ощущение безостановочных прыжков на чудовищном батуте. Как Шон это делает одним лишь взглядом, даже не прикасаясь толком?! – Не думаю, что я так смогу, – хрипло выдохнул Зак, забыв, что мысль вслух он не озвучил. Шон покачал головой. – Не думай. Чувствуй. Широкая тёплая ладонь неспешно скользнула по ноге, от лодыжки до колена. Остановилась, мягко приласкав большим пальцем чувствительную кожу на сгибе. Второй рукой Шон едва ощутимо провёл тыльной стороной ладони по щеке юноши. - Ты нежный, – тихо выдохнул он. – Чувственный. Безумно красивый. – Рука продолжила путь кончиками пальцев от колена вверх по задней стороне бедра. Губы скользнули от виска до нежного местечка под ухом. Зак чуть выгнулся и невольно простонал. – И твой голос… Боже, ты знаешь, какой у тебя голос? У меня просто кинк на твой голос. Только на твой. Я только от него одного кончить могу. Представляешь – заходишь ты на кухню утром, говоришь «доброе утро» вот этим твоим чуть хрипловатым от сна голосом. А я отвечаю: «ага, и тебе тоже. Вот твой кофе, а я пока пойду штаны поменяю». Зак хрюкнул и уткнулся Шону в плечо, вздрагивая от смеха. Что удивительно, возбуждение не то что никуда не делось – оно усилилось на порядок. – Засранец, – всё ещё посмеиваясь, ответил он и с любовью посмотрел на Шона. – Вот, что ты со мной делаешь? – А на что похоже? – обворожительно улыбнулся Шон. – Это должна была быть моя маленькая месть, – с ноткой сожаления сказал Зак. Тёплая ладонь мягко скользнула под ягодицу, несильно и приятно сжав её по пути. – Можешь считать, что это она. И просто наслаждаться ощущениями, – предложил Шон, медленно выцеловывая чувствительную шею. – Ты же не оставил мне выбора, верно? – прошептал Зак, чуть откидывая голову и закрывая глаза. Шон что-то одобрительно промычал и спустился ниже, вырисовывая влажные узоры на тонкой ключице. – Смею тебе напомнить, что только что я сам занимался тем же, позволив тебе делать со мной, что хочешь. – Он облизнулся и чуть прикусил сосок. Зак едва слышно зашипел сквозь зубы и на мгновение стиснул плечи Шона. – И кстати. Думаю, твоя сладкая месть уже состоялась, увенчавшись оглушительным успехом. Хотя я не вполне до конца понимаю, в чём она вообще состояла. – Уделать тебя так же быстро и профессионально, как сегодня это сделал ты в примерочной, – ответил Зак, закусив губу и пропуская короткие волосы Шона между пальцами. – Мм… Вышло лучше, - улыбнулся мужчина, кружа лёгкими поцелуями по животу парня. Руки по-прежнему мягко скользили под ягодицами, с них на бёдра – и вновь вверх, дразняще нежно. И тепло. Поцелуи и прикосновения задавали какой-то свой особый ритм, и Зак поймал себя на том, что дышит в такт этому ритму. И чуть заметно подаётся навстречу – тоже. – Сладкий мой, – нежно прошептал Шон, мягко проведя носом по горячему паху. – Боже… - выдохнул Зак, запрокидывая голову. Шон тепло улыбнулся – юноша буквально почувствовал это кожей – и медленно провёл кончиком языка вверх от кромки волос до пупка. Зак чувствовал себя оголённым проводом, почти физически ощущая электрические разряды, пробегающие через всё тело. Шон медленно и сладко плавил его, даже не касаясь до боли эрегированного члена. И Зак понял, что долго так не продержится. Он дрожал в сильных руках, задыхаясь от нежности и не был способен ни на что, кроме как подставляться под ласки с безмолвной мольбой: «ещё… ещё…». – Пожалуйста… – выдохом. – Всё для тебя… Кончики пальцев. Тёплые ладони. Сладкая дрожь. Срывающееся дыхание. Любимый голос. Искры по коже. Пронзающая нежность… Зак не понял, как шагнул за край. Просто осознал, что тяжело дышит, и тело как мёд - тягучее, налитое. Шон изящным скользящим движением подался вперёд, накрывая собой любовника, и толкнулся тому в пах, уткнувшись лицом в шею. Зак обхватил его руками, прижимая к себе. Хватило пары движений. Шон ощутимо прикусил на пике – и длинно выдохнул, обмякая в объятиях. Так они и лежали, унимая дыхание. Шон – уткнувшись парню в шею и обнимая за плечи чуть подрагивающими ещё пальцами. И Зак – медленно и нежно скользя ладонями по волосам и прижимаясь щекой к влажному виску. – Я не знаю, как ты это делаешь, – признался он. – Ты же меня даже не коснулся. Шон чуть отстранился и посмотрел на него. – Разве? – лукаво улыбнулся он. Зак моргнул. И понял.