Привидения особняка Палмеров/Haunting of Palmer Mansion

Прошел час, и Джулия обнаружила, что скачет на сыне. — Я… Я чувствую себя подростком… Ее лифчик давно был сброшен, она держалась за грудь и прижимала ее к груди, когда подпрыгивала на этом длинном шесте. — Пососи свои… ах… ах… соски, — Дэниел обхватил ее бедра и помогал управлять ритмом ее движений. — Я… никогда… — Джулия кое-что добавила к своему списку «первый раз». Она обхватила ладонями левую грудь и поднесла ее ко рту. Она втянула свой большой розовый сосок и обвела его языком. Ощущение было невероятно озорным и приятным. Вид его мамы, ублажающей свою грудь, заставил Дэниела достичь оргазма. С серией настойчивых ворчаний он оставил еще один груз внутри Джулии. Сосок выскочил из ее рта, когда она почувствовала горячие струи спермы, покрывающие ее внутренности. — Оххххх, Дэннииииииии. Она откинулась назад и позволила еще одному оргазму охватить ее. Ее руки раскинулись в стороны, пальцы делали неловкие, бессмысленные жесты. — Я чувствую это… Я чувствую это… Все тело Джулии содрогнулось, а ее влагалище ритмично сжалось вокруг члена Дэниела. Через несколько минут Джулия открыла один глаз и посмотрела на своего милого сына. Он выглядел измученным и совершенно счастливым. В воздухе стоял густой запах их пота и спермы. Она открыла второй глаз, и ленивая улыбка расплылась по ее лицу. — Ты… наконец… доволен? — она сделала глубокий вдох и выдох. — Ты так хорошо обо мне позаботилась, — Дэниел вздохнул. — Мой маленький человечек, — Джулия наклонилась вперед и прижалась грудью к его тощей груди. Она поцеловала его в лоб и прижалась щекой к его взъерошенным волосам. Ее влагалище непроизвольно сжалось вокруг толстого члена, все еще находящегося внутри нее. — Мой очень большой маленький человечек. — Мы можем снова заняться сексом? — Дэнни двинул бедрами и почувствовал, как киска его мамы дернулась в ответ. — Нам надо прибраться, тыковка, — но в тот момент Джулия не очень-то хотелось двигаться. — Я не имею в виду сейчас. Я имею в виду позже, — его член дернулся, и ее киска ответила. Какую чудесную маленькую игру он только что открыл. — Я имею в виду, что хочу продолжать заниматься с тобой сексом в будущем. Я никогда не хочу останавливаться. Джулия подумала о том, как лучше с этим справиться. Но у нее в голове было пусто. — Ты же подросток, Дэнни. Ты бы вставлял эту штуку в меня каждый день, весь день, если бы я тебе позволила. — Я серьезно, мам, — Дэниел взял ее за плечи и слегка приподнял, чтобы заглянуть в глаза. — Я не хочу останавливаться. — Как я могу отказать этому серьезному лицу? — Джулия медленно кивнула. — Но если мы сделаем это, тебе придется оставить Пенелопу в покое. И мы должны быть более осторожны. Джулия оглянулась через плечо на открытую дверь. — Обещаешь? — Обещаю, — Дэниел одарил ее широкой глуповатой улыбкой, и она улыбнулась в ответ. — А теперь давай приведем себя в порядок, — Джулия отстранилась от него, и его член вывалился из ее влагалища. Она посмотрела вниз между свисающих грудей на свою бедную щель. Она открылась, и из нее потекла сперма. — Черт возьми, Дэнни. Нам нужно много что убрать. *** Дэниела разбудил громкий стук. Он открыл глаза и уставился на темную спальню. Его окно было открыто, и занавески мягко колыхались в свете полумесяца. Где-то в доме снова раздался грохот, и Дэниел напрягся. Он посмотрел на дверь своей спальни и увидел, что она приоткрыта дюймов на шесть. Он думал, что закрыл ее. Он всегда ее закрывал. — Ты уже сделал это, Томми, — голос Фредерика разнесся по коридору. — Ты, должно быть, наполнил ее своим семенем, не так ли? Таинственные часы начали отбивать время, а затем с громким треском умолкли. Дэниел задрожал. Он закрыл глаза. — Где эта распутная кобыла? Где моя жена, которая раздвигает ноги для любого проходящего коня? — еще одна серия громких ударов наполнила дом нестройным звоном, когда Фредерик закончил отсчет времени. — Выходи, Элли. Холодная рука коснулась щеки Дэниела, и он открыл глаза. Элоиза была похожа на ангела, ее бледная веснушчатая кожа сияла в лунном свете. На ней была ночная рубашка, распахнутая ровно настолько, чтобы из-под нее выглядывала кое-какая ложбинка. — Нам пора, Дэниел. Он чувствует, что ты делал со своей матерью. — А что я делал? — прошептал Дэниел. — Размножался с ней, конечно, — Элоиза испуганно хмыкнула. — Пошли. Она взяла его за руку и вытащила из постели. Дэниел последовал за привидением, крепко сжимая ее холодную руку. Он вздрогнул, обнаженный, ожидая увидеть свои тесные трусы. — Убери эту ненавистную защиту, чтобы мы могли сбежать, — Элоиза подвела его к камину и указала на символ на полу у очага. — Хорошо, — Дэниел собрался убрать босой ногой символ, но его нога остановилась совсем рядом с солью. Он попробовал другую ногу, но все равно не смог дотронуться до нее. — Я не могу. — Это не обнадеживает, — Элоиза склонила голову набок и посмотрела вниз. Волшебное существо снова посмотрело на нее, светясь болезненным, мстительным зеленым светом. — Похоже, в тебе слишком много от дома, дорогой. Она крепко сжала его руку. — Я не хотела этого делать, но уходи через окно. Снаружи есть выступ. Идеальное место для такого худого парня, как ты. Там он тебя не найдет. Дэниел посмотрел на открытое окно спальни. — Давай, — Элоиза потянула его к окну, но Дэниел не двинулся с места. — У нас мало времени. — Я боюсь высоты. — Послушай меня, Дэнни. У тебя столько всего впереди. Но только не в том случае, если мой дорогой муж догонит тебя, — она отпустила его руку и опустила ночную рубашку, обнажив молочно-белую левую грудь. — Давай, успокойся. Она крепко схватила Дэниела за волосы и прижала его губы к своему соску. Он жадно глотнул холодную сладкую жидкость. Его страх на время отодвинулся в сторону. Элоиза нежно погладила его по волосам. — Дитя мое. Она осторожно оторвала его от груди и посмотрела ему в глаза. — Теперь-то ты готов взобраться на карниз? — К сожалению, нет, — Дэниел покачал головой. Элоиза раздраженно вздохнула. — В таком случае… Она снова крепко схватила его за руку и потащила через дверь спальни в темный коридор. Грохочущий грохот эхом прокатился по парадной лестнице с первого этажа. Элоиза приблизилась к лестнице. — Я отведу тебя к твоей матери. Там ты будешь в безопасности, — прошептала она через плечо. Громкий грохот теперь наполнял особняк, становясь громче с каждым ударом. — Предательство раскрыто, — низкий голос Фредерика отдавался эхом, когда он поднимался по лестнице. — Это не столько мальчик, сколько змея. Отойди в сторону, Элли. — Он нашел нас, — Элоиза замерла на верхней ступеньке западной лестницы. Она повернулась к Дэниелу и схватила его за плечи. В ее зеленых глазах мелькнул легкий намек на панику. — Беги в западную башню и запри за собой дверь. Положите это у двери. Элоиза достала один из Саматарских мешочков и бросила его в руку Даниэля. — Что ты собираешься делать? — мешочек казался тяжелым, словно был наполнен свинцом. Через него распространилась усталость. Звук шагов приближался. Теперь Дэниел мог разглядеть высокую широкую тень, решительно поднимавшуюся по восточной лестнице. — Я задержу бедного Фредерика, — Элоиза грустно улыбнулась Дэниелу и повернулась к мужу. — Беги, — прошептала она. Дэниел повернулся и побежал по коридору. Позади себя он услышал резкие слова. — Если бы ты могла убивать взглядом, то просто бы проткнули меня им, — Фредерик понизил голос. — Прочь с дороги. — Если он тебе нужен, то путь лежит через меня, — голос Элоизы звучал смиренно. — Очень хорошо, — голос Фредерика теперь звучал почти как змеиное шипение. Дэниел взбежал по лестнице в башню, открыл дверь сестры и закрыл ее за собой. Когда он бросил мешочек туда, куда было велено, он почувствовал, что его энергия возвращается к нему. Он больше не слышал, о чем они говорили, но вскоре приглушенные звуки насилия просочились через дверь. — Дэнни? — Бритни села в постели, протирая глаза. — Что ты здесь делаешь? — Бритт? — Дэниел подошел к кровати на дрожащих ногах. — Ты слышишь это? — Нет, — Бритни откинула в сторону свои волосы и прислушалась. — Нет, я ничего не слышу. — Правда? — Дэниел все еще слышал возню на втором этаже. Он глубоко вздохнул. Его успокаивало то, что сестра это не слышала. От этого Фредерик казался еще более далеким. — Слушай, мне приснился кошмар, можно я сегодня с тобой посплю? — Как тогда, когда мы были детьми? — Бритни слабо улыбнулась и приподняла одеяло. Под одеялом на ней была пижама. — Конечно, Дэнни. Она похлопала по простыне рядом с собой. Она смотрела, как ее тощий брат забирается к ней в постель. Она отвернулась от него и легла на бок. — Спасибо, — Дэниел прижался к ее спине и положил руку ей на бок, стараясь не касаться груди. Это было более чем утешительно. Звуки, доносившиеся снизу, затихли. Некоторое время они лежали, обнимаясь в тишине. — Дэнни? — голос Бритни был похож на сонный шепот. — Да? — Ты тыкаешь в меня своей штукой, — то, как она это сказала, было обычно и нечего смущающего. Они были близнецами, и между ними не было никаких причин для притворства. — Прости, — Дэниел повернулся на другой бок. Ему было стыдно за свою штуку, но когда ужас прошел, а ее тепло и запах окружили его, он ничего не мог с собой поделать. — Все в порядке. Это было просто немного неудобно, — она перевернулась, чтобы обнять его, и положила руку ему на бок. — Скоро кошмар отступит. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — Дэниел уже чувствовал, как кошмар отступает в объятиях сестры. Вскоре они оба тихо похрапывали. *** Когда Бритни проснулась, в круглую комнату башни проникло слабое утреннее сияние. Она потянулась и выбралась из постели. Снаружи уже наступила осень, и по комнате пробежал холодок. Она была счастлива за свою пижаму. Она подошла к двери, направляясь в ванную. Прежде чем открыть дверь, она наклонилась и подняла с пола маленький мешочек. Он пах той же травой, что и тот, что дала ей мать. Бритни пожала плечами, Джулия, должно быть, тоже дала один Дэниелу, и он уронил его, убегая от своего кошмара. Их мать действительно всерьез воспринимала эту навязчивую идею. Бритни открыла дверь и бросила мешочек на ближайшую полку. Она направилась вниз по лестнице. Тихое тиканье часов последовало за ней по коридору. Все было чистым, тихим и приглушенным на рассвете. *** Пикап выехал с их короткой подъездной дорожки. Пенелопа стояла на крыльце и махала мужу, когда тот спешил на работу. Она повернулась и вошла в дом, закрыв за собой входную дверь. Обычно именно в этот момент утром она пила кофе и читала новости. Но вместо этого она бросилась в спальню. Через минуту она уже лежала голая на кровати, яростно работая рукой над своей киской. Перед ее глазами плясали изображения молодых членов. Она подумала о Томасе. Ее воспоминания о времени, проведенном в запертой комнате, были окутаны туманом. Но она помнила тот момент, когда он засунул свой член в ее сопротивляющуюся киску. Ей понадобилось всего тридцать секунд, чтобы понять, что она упустила, выйдя замуж за Брэда. В конце концов она охотно занимала с Томасом позы, о которых раньше и не мечтала. Ей было так хорошо, и она даже умоляла его о большем. Томас стал настоящим откровением. Но большой член Дэниела был тем образом, который играл в ее сознании, когда она работала над своим утренним оргазмом. По сравнению с Брэдом и Томасом, Дэниел был милым и явно страдал щенячьей влюбленностью к жене своего брата. И его член попал во все нужные места так глубоко внутри нее. Пенелопа взвизгнула от оргазма, подумав о том, чтобы оседлать его. Ей нужно было сделать это снова. Голая и потная, Пенелопа наклонилась и схватила телефон с прикроватного столика. Она набрала номер Дэниела. Было еще рано, так что он, вероятно, еще не ушел в школу. Когда раздались гудки, ее сердце бешено заколотилось в груди. Вскоре дело дошло до голосовой почты. — Хм… Дэнни… привет, это Пен. Я… хм… мы… нам надо поговорить. Перезвони мне. Она повесила трубку и бросила телефон на кровать рядом с собой. Ее рука скользнула вниз, мимо ее кустика. А затем ее пальцы скользнули внутрь, и она заставила себя снова испытать оргазм.