paradigm of love

— Откуда вы это знаете? — Спрашивает Хонджун — Пак Сонхва вёл дневник.. начиная с того дня, где описывал все, что происходило с ним в те дни, во время знакомства с Вами, — Отвечает Юнхо, — Но я читал лишь начало, поэтому это всё - что я могу Вам рассказать сейчас. — Понятно.. — Давайте сделаем перерыв в нашем общении.. Я думаю, чтобы узнать всю правду, которую Вы так хотите услышать, нужно разговаривать с Кан Ёсаном. — Да, Вы правы, — Хонджун выходит с этими словами из кабинета. В груди буря эмоций, чего-то непонятного, чего-то сложного, а глаза до боли щурятся, ощущая тяжесть. Проходя по коридору, тот ощущает какое-то колющее ощущение. Ноги сами направляются в чужой кабинет, — Ёсан, — Разговаривает сам с собой Ким. Дверь невежливо громко раскрывается, оставляя за собой шум. — Ты идёшь со мной, — Командует Хонджун. — Что.. О чем ты? — Ёсан в непонимании, а девушка, что была в его кабинете, была напугана, — Тебе совсем мозги отшибло? Вышел прочь с моего кабинета, пока я не вызвал охрану. — Где дневник Сонхва? — В лоб задаёт вопрос Ким. В ответ слышится лишь молчание. Тот раскрыв глаза, с ужасающим испугом смотрит прямо в яро злые глаза Хонджуна. Но после испуганного молчания, тот решается хоть что-нибудь сказать, — Откуда ты.. Знаешь про него?.. — Тот непонимающе смотрит в пол, пытаясь понять; где он ошибся, что конкретно заставило его, спустя много лет, узнать об дневнике, — ..Тебе кто-то сказал про него? — Сейчас это неважно. Либо ты прямо сейчас идёшь со мной и рассказываешь мне всё, либо сам отдаёшь его мне. — Так.. — Тот делает вдох, — ..Я на работе.. Дневник.. — Кан испуганно размышляет вслух, — Откуда ты..? Зачем..? Нет, это произошло не просто так.. — Хватит размышлять, в этом уже нет смысла. — Хах.. — Тот грустно смеётся, понимая, что Ким прав, — Ты прямо как в день нашего знакомства, Хонджун.. — На его лице появляется грустная улыбка, которая перешла в гримасу боли и грусти. Кан начинает вспоминать те беззаботные дни, отчего до боли тоскливо, — Я даже успел соскучиться.. Ёсан наклоняется к шкафчику в столе и достаёт записную книжку красного цвета, на которой был приклеен скотчем цветок ромашки, который уже превратился в гербарий. — Как же давно я его не держал в руках... — По щеке Ёсана стекает горькая, одна единственная слеза, — Что-ж.. Пришло время тебе всё узнать, так? Только не пожалей об этом, — Тот протягивает дневник, вытирая слезу, смотрит прямо в глаза Хонджуна, — Я надеялся, что этот момент никогда не наступит.. Хонджун, впервые ощущая настроение Кана, слегка тоскливо берёт дневник в свои руки. — А теперь прочь с глаз моих, не попадайся мне на глаза ближайшую неделю, я на работе, — Тот складывает руки в карманы халата, наблюдая за тем, как уходит Хонджун вместе с дневником. Тот проходит по коридору, смотря на дневник. Цветок был приклеен прямо посередине. Этому цветку точно не несколько дней и его меняли. Раскрыв его, на обложке можно было увидеть несколько маленьких пакетиков, в которых была измельченная трава. Похоже, это все те цветы ромашки, которые когда то были на обложке. От самого старого ничего толком не осталось. Кан Ёсан позаботился о том, чтобы оставить эти цветы в памяти навсегда. Он медленно возвращается в кабинет Чон Юнхо. — Здравствуйте ещё раз, — С этой фразой он проходит в кабинет, — Я достал дневник.. — Но как же.. — Его взгляд падает на красную записную книжку, — Ох, черт.. Я не продолжил его читать, потому что это было очень тяжело. Я от Вас никуда не денусь, так? — Да. Я собираюсь узнать всё сегодня. — Вы хотите, чтобы дневник я сам прочел Вам? Или Вы сами? — Я сам. — Ну, как знаете, — Тот садится на своё кресло. Ким садится на диван, напротив стола Юнхо и раскрывает книжку красного цвета.. Его глаза раскрылись в небольшом шоке,

"Здравствуй, Ким Хонджун. Я уверен, рано или поздно, но ты раскроешь этот дневник"

Чон делает отчаянный выдох и наклоняет голову в стол, морально готовя себя к тому, что ему придётся услышать. Сам Ким, после прочтения этой фразы, лишь несколько секунд молча смотрел на нее, перечитывая ее в своем разуме множество раз. Слишком тяжелое молчание в кабинете заставило обоих мужчин дрожать, от осознания происходящего.

***

Понимая, что запах ромашек идёт от Сонхва, а именно из его рта, тот напрягся. Ладони начали дрожать, а одна мысль о том, что он заболевает Ханахаки его пугает. Он не хочет умирать, не хочет прощаться с жизнью вот так. Смотря в зеркало перед собой, он замечает явные синяки под глазами. Как давно они у него такие? — Наверное, я просто перенервничал, — Говорит сам с собой Пак. Парень вышел из ванны, но его тут же встречает лужи из крови, что идут из зала. Шока они не вызывали, а вот ужас - ещё как. И как давно Хонджун вот так лежал, давясь собственной кровью? Как долго для него шли минуты ожидания Сонхва? Пак не хочет об этом думать, искренне не желает, но попросту не может. — Точно.. Я же зашел в ванну, чтобы набрать воду в ведро и убраться, — Подмечает Пак, напоминая о своей изначальной цели самому себе. Разговоры с пустотой успокаивали. Набирая воду в ведро, то наблюдает за этим, ожидая нужного момента, чтобы выключить её. Глаза невольно рассматривали бортики ванны. — Дешевый шампунь и мыло.. Это всё, чем он пользуется?.. — На душе появляется необъяснимая горечь, хочется выкинуть это всё и купить новое. Или попросту приехать в больницу и забрать Кима с собой, да только.. Есть ли в этом хоть какой-то смысл? Вода набралась уже достаточно и найдя на полу ванной какую-то тряпку, тот вновь вышел в коридор. Руки купались в прохладной воде, а после, выжимая тряпку от лишней воды, вместе с ней падали на пол. Тряпка будто не собиралась впитывать в себя красную жидкость, а лишь размазывать её. — Отвратительное зрелище. Сонхва вновь разговаривает с собой, лишь представляя себя со стороны, а после образ Хонджуна, что так невольно и неважно проявлялся в голове. Мысли о том, что он прибежит, прямо сейчас, нужно только подождать. Он побежит к нему в объятья и Ким скажет, что всё хорошо, больше он не болен. Больше нечего переживать. Скажет, что любит. С этой мыслью Пак стало словно тяжелее дышать. Тяжесть в груди становилась всё сильнее, а убираться силы попросту пропали.. Лужа крови впервые вызвала необъяснимую панику, голова вновь кружится, он не понимает, что делать. Где он? Сколько сейчас время? Что он тут делает? Почему под ним лужа крови? Он кого-то убил? Да. Точно. Медленно, но верно, он убивал, убивает и похоже, продолжит убивать. Убивать того, кого необъяснимо сильно полюбил. Так вот, что такое Ханахаки. Руки тяжелеют, — Нет.. Нет, я не могу больше убираться. Я.. Мне нужна помощь, — Признается самому себе Сонхва. Не смотря на лужу, тот выходит из коридора в зал. Однокомнатная квартира, в которой был упавший стул а по середине небольшая лужица крови. Совесть не могла позволить оставить хотя бы стул в лежачем состоянии, и тот его поднял. В голове лишь мысли о том, как он с него упал. Сначала он занимался своими делами прямо на этом столе, на котором.. Были цветы. Цветы ромашек. Тот медленно подходит к столу. Букет из полевых ромашек и записка.

" Сонхва, спасибо что ты со мной" — Ким Хонджун

Дрожащие руки взяли бумажку, готовые прямо сейчас порвать её, но вместо этого Пак лишь переворачивает её.

"P.S. это мои любимые цветы, я сам собирал, надеюсь тебе понравится ♥"

6

— Блять.. — Само вырвалось из губ. Мысли о том, как писал эту открытку Хонджун, как собирал эти цветы грели сердце, но так же и убивали его. Потому что Сонхва уверен, что из-за чувств, тот начал кашлять, и прямо после того, как закончил писать послание - начал задыхаться и захлёбываться в крови. Пак представляет, как он упал, как долго корячился от боли и как долго набирал номер скорой.. С каким трудом ему это удалось и вообще чудо, что он успел.. Еще бы чуть-чуть и.. — Хватит.. — Самому себе говорит Сонхва, — ..Хватит, хватит.. Прошу, дайте мне застрелиться, я больше не хочу думать об этом. Он стоит и смотрит в окно, пытаясь найти хоть что-то хорошее в сегодняшнем дне, но тут слышится звонок. Дрожащие руки достают телефон из кармана и тот в глубине души надеется увидеть "Хонджунни" большими буквами. Но вместо этого, там было: "Ёсан". От осознания того, кто ему звонит мурашки прошлись по телу волной, и никакой летний день не помогал согреться. Но Сонхва решает ответить на звонок, — Алло? — Привет, — Его голос звучал тише обычного, — Ты как?.. Щека болит? — Щека не болит.. — Пак решает не отвечать на первый вопрос. — Слушай, прости меня, я погорячился. Правда, я не хотел тебя бить.. — Всё хорошо, я понимаю, — Сонхва делает паузу как вдруг в горле и груди появился спазм, отчего захотелось кашлять, — Что-то ещё? — Ты где? Почему я не могу найти тебя в универе? Пак не в состоянии больше сдерживать кашель. По началу кашель казался очень громким и разрывающим, но со временем становился мягче. — Сонхва.. — Голос Ёсана вновь звучит серьёзнее обычного, — Что это за кашель такой?.. — Я просто выпил очень холодный энергетик, — Быстро и коротко отвечает Пак. — Так, — Тот выдохнул, но явно не до конца поверил словам Пака, — Ты где? — Гуляю, — Парень решает соврать. — А если честно? Ты у Хонджуна? Сонхва молчит. — Значит, у Хонджуна.. — Кан делает выдох, — Что-то случилось? Расскажи мне. Парень несколько секунд думает в молчании, а после говорит адрес, — Приедь. Пожалуйста. — Да, хорошо, — Кан сбрасывает трубку. Короткие гудки режут ухо, парень смотрит на время. Стул, на котором когда то сидел Хонджун теперь был занят Сонхва. Взгляд с окна медленно перешел на букет ромашек. Парень берёт его в свои руки и делает вдох. Полевые, когда-то живые цветы.. Пак вдохнул приятный аромат цветов и тут же дышать стало тяжелее. — Черт.. — Парень понимает, что если продолжит держать цветы в руках, а тем более, вдыхать их аромат, долго не продержится, — ..Как же паршиво. Сонхва положил букет обратно на стол, лишь наблюдая за ними. Он просидел так некоторое время, пока обычное действие, как вдох, не стало слишком сложным, — Я так больше не могу. Выходя из квартиры, тот быстрее бежит на улицу. И как только оказывается там, всей грудью вдыхает в себя свежий воздух. Кислород настолько сильно ударил в голову, что закружилась на какое-то время голова. К Сонхва подъехала машина желтого цвета, а из неё вышел Ёсан. — Привет, — Говорит парень, и подымает свой взгляд на парня. Его глаза раскрылись и в них читался страх, — Почему по твоей щеке размазана кровь?.. — Взгляд Кана спускается все ниже, рассматривая одежду Пака, — И руки в крови, одежда тоже... — Голос парня становится всё тише, — Ты что.. Убил его?.. — Можно итак считать, ты был прав, — Совершенно не думая отвечает Сонхва. — Ты.. Что ты наделал?.. Как..? Нет, стой.. Какого хуя, Сонхва? — Он позвонил мне, сказал, что ему плохо. Он вызвал скорую, но я приехал быстрее.. —Парень смотрел на свои руки, которые были в небольшом слое уже запекшейся крови, — ..Он начал умирать из-за меня... Из-за меня.. Прямо на моих руках.. Я впервые ничего не смог сделать.. Я просто дождался скорой... — С каждой секундой в глазах начинались наворачиваться слёзы, — Ёсан, его увезли на скорой, он в таком состоянии из-за меня.. Это всё я виноват.. Ты был прав, я полный идиот! Некоторое время молчания и Кан наконец решается ответить, — Он что-нибудь говорил тебе, перед тем как уехать? — Он сказал, что ему уже нечего терять.. — Тот делает паузу, набираясь смелости сказать фразу вслух, — ..Что он любит меня, что он хочет провести последние дни вместе со мной.. — Пиздец, — Не сдерживаясь отвечает Ёсан, — И что ты собираешься делать? Сонхва молчит. — Я не советую тебе в принципе его видеть.. — Холодно отвечает Ёсан. — Я не могу так. — А жить ты уже не хочешь что-ли? Сонхва, если ему сделают срочную операцию и ты его увидишь - ты либо умрешь, либо станешь, как он. — Нужно прибраться в его квартире, я не особо в состоянии.. Помоги, пожалуйста. — Стой. Ты соврал мне, что гулял. Про холодный напиток тоже ложь? — Нет.. Мне нужно было освежиться после всего этого. — Разве в твоём духе идти пить что-то холодное после нервной ситуации? Ты так вообще никогда не делал. — Теперь начал, пожалуйста, хватит. Давай закончим разговор на этом. Ёсан решает послушать друга и просто молча следует за ним. Он же должен ему доверять, правильно? Но он солжет, если скажет, что он не нервничает из-за этого. Зайдя в квартиру, Кана встретил ужас в самом мощном его проявлении. Лужа крови, а на пороге Сонхва по колено в крови. Он уже думал, что Пак лично убил Хонджуна, но увидев эту картину, в это хотелось верить всё больше. — Иди помойся, на тебя смотреть страшно, — Ёсан делает паузу, — Буквально. — А, ты про кровь.. Хорошо, я смою с лица и рук этот ужас.. Я даже не подумал, как я выгляжу со стороны, — Сонхва вновь смотрит на свои кровавые ладони, — ..Это совсем на меня не похоже. — Ты весь день на самого себя не похож. Иди умойся, я уж как-нибудь разберусь здесь. На этом пути парней ненадолго расходятся. Прошло несколько часов и всё это время Пак проторчал в ванне. Как только к нему постучался Ёсан и сообщил об окончании уборки, тот осмелился выйти. Лужи крови больше не было на полу, а мешанина из чувств так и не покидала Пака. — Ты как? — Спрашивает Кан — Вроде.. Вроде нормально. Ты как? — Запыхался. Ну и денёк. — И не говори.. — В голове снова вылез ужас из крови и ужасно громкого кашля Хонджуна, отчего тот завис на некоторое время. Его грудную клетку сжало, мешая дышать. Кашель могли слышать наверное все соседи. — Сонхва.. Обладатель этого имени ничего не мог ответить. Лишь кашлять, стараясь вдохнуть себя хоть немного. Ёсан подходит сзади парня и бьёт того по грудной клетке, помогая прокашляться. — Расслабься, — Советует Кан. Пак пытается, но выходит не очень. Но Ёсан правда помог. Последние секунды кашля были громкие, срывающие горло. На ладони, которая была приложена ко рту, появилась небольшая лужица крови. Отодвинув руку от себя, парни смогли её рассмотреть. — Блять, — Комментирует Сонхва. — Сука, вот как знал. Тебе не стыдно меня обманывать? — Кан уже не может себя сдерживать. — Нет... Это бред, я не обманывал тебя. — Скажи это своей крови из рта. — Я уже давно так кашляю, сегодня поеду к врачу. — Ещё есть возможность.. Шанс.. Если Хонджуну не сделают внеплановую операцию, то еще есть.. Возможность всё исправить.. — Ёсан звучал очень грустно и Пак уже сто раз пожалел, что ввязал его в это. Лучше бы Сонхва просто тихо, где-нибудь, умер. — Ёсан, это не ханахаки. Всё хорошо, я просто заболел. По щеке Ёсана скатывается слеза, — Не умирай, — Парень хватает его за руки, — Не смей.. Слышишь? Не смей меня бросать.

5

— Да, хорошо, Ёсан.. — Тот сжал чужие руки в ответ, стараясь успокоить, — Всё обойдется. После этой фразы Кан лезет в обнимку к парню, начиная плакать тому в плечо. Хоть со стороны Сонхва казался спокойным, внутри него царил хаос. Хаос из эмоций. Он понимает, что ему осталось недолго. Всё, что он говорит - бессмысленно. Он лишь делает хуже. — Ёсан, едь домой, — Тихо и ласково шепчет Пак. — И оставить тебя вот так? Ты издеваешься блять, — Горечь слёз росла всё сильнее. — Ёсан.. Услышь меня. — Почему ты такой блять?! За что нахуй?! Почему именно ты.. — Кан готов был рвать и метать прямо сейчас. — Пожалуйста, успокойся и едь домой. Тебе так будет лучше. Иди поиграй в какую-нибудь видеоигру, прошу. У меня есть еще дела. — Я не могу тебя оставить вот так. Ты мне нагло пиздишь даже сейчас. — Пожалуйста. Кан молчит. — Ёсан, пожалуйста. Тишина длинною в несколько минут стояла над обоями душами, изнывая их. — Хорошо.. — Ёсан сдается. — Спасибо, — Сонхва чувствует облегчение. — Если он тебя любит и его ничем не напичкали, то всё должно обойтись, — Сказал тот напоследок. Несколько секунд и Кан покидает чужую квартиру. Парень стоит посреди коридора, как только начинает звонить телефон. Неизвестный номер. — Алло, здравствуйте. Это Пак Сонхва? — Да, здравствуйте. — Вас беспокоят из клиники. Ким Хонджун очнулся, его состояние стабильно, но вас хотят видеть наши врачи. — Хорошо, скоро буду. В очередной раз вызывая такси, парень уже не ощущал прежнюю тревожность. Время проходит по ощущениям слишком быстро, чтобы хоть как-то описать происходящее. Сонхва просто выпал из мира, не желая смотреть на него. И вот, он уже стоит в регистратуре и к нему идёт врач. Смотреть в глаза стало стыдно, отчего тот просто направил взгляд в пол. — Здравствуйте, я лечащий врач Ким Хонджуна. Это Вы его близкий друг? — Да. — У Хонджуна есть мать или отец которым можно позвонить? — У него только я. Родители его оставили еще в подростковом возрасте. Врач несколько секунд молчал, решался на свои следующие слова, — Его состояние стабильно, но чтобы полностью его восстановить мы дали ему большую дозу специального лекарства и не думаю, что сейчас есть шанс с ним поговорить по хорошему. Сонхва так и не решается посмотреть в глаза врачу. — ...Если так продолжится, через несколько дней он умрет. Я рекомендую провести операцию на мозг. Нужно согласие кого-нибудь из близких. У него точно никого нет? Пак шмыгает носом от подступающих слёз, — Нет.. Никого нет.. — Тогда нужно Ваше согласие. — Я могу с ним поговорить?

4

— Можете. Но не рассчитывайте на что-то адекватное. — Я и не собирался, — Он мог бы сейчас разрыдаться, но не стал. Просто не может. — Оденьте халат. Медсестра вас проводит в семнадцатую палату. — Хорошо. Послушав врача, тот быстро нашел вешалку в медицинскими халатами. Через некоторое время к Паку подошла медсестра. Между ними завязался короткий разговор, о котором Сонхва сразу же забыл. Он был очень мимолётный и, по ощущениям, даже неприятный. Число "17" на двери пугало, а как долго дверь открылась со спины слышался женский голос с фразой "У Вас пять минут". Но Пак не хотел об этом думать. Его встретил лишь образ Хонджуна на больничной койке. Солнце с окна приятно освещало его вид, а его челюсть была перевязана бинтами. Ким смотрел в окно, пока не обернулся на звук. Они смотрят на друг друга. Сколько они вот так молча смотрели, Сонхва не хотел думать. Он бы мог вечность вот так просто смотреть. Его темные волосы приятно лежат на подушке, и как же сильно Пак хотел видеть такого сонного Хонджуна рядом с собой, на своей кровати. Стук сердца был громок и наконец, спустя время, Сонхва бежит к чужой койке. Он тревожно взял ладонь Кима в свои, начиная поглаживать и оставил на неё легкий поцелуй. — Я рад тебя видеть, — Сухо говорит Хонджун. Абсолютно холодно, без души. — Я тоже, — Пак вновь плачет, — Очень рад.. Что ты цел.. — Пожалуйста, не плачь.. — Ким ладонью тянется у чужой щеке, вытирая слёзы. — Боже.. — Кто бы мог подумать, что слышать такие слова, но не чувствовать в них эмоций - будет так тяжело. — Сонхва.. — Его голос начал хрепеть, отчего тот начал слегка кашлять вновь. — Я тебя люблю, — В лоб говорит Пак.

3

— Я тебя тоже, — Говорит Хонджун, — Я знаю это, но подожди, когда я поправлюсь. Я скажу это с искренней добротой. — Господи.. — Сердце издало очередной громкий стук.

2

— Я вылечусь и мы будем вместе.. Как же бездушно он звучит. Верить его словам вовсе не получается. Но Сонхва искренне хочет верить. — Потерпи еще немного, главное, не болей. Прекрати издеваться, Ким Хонджун. — Хонджун, — Тихо, сквозь слёзы, говорит Пак

1

— Тебе нужно сделать операцию на мозг.

0

— Да? — Эта информация не удивила Хонджуна, — А как же ты? — Прошу, не имитируй чувства. — Прости.. Но всё же.. Ты же не заболеешь? — Не заболею. — Обещаешь? — Обещаю.

"Ты противный лжец, Сонхва"