Страницы забытых эмоций

***

      Наконец-то!!! Первая сложная миссия! Блэрр был очень благодарен десептиконскому логику, хоть и не хотел этого принять. Если бы не он… Ходить бы агенту до конца жизни на самые простецкие и лёгкие задания, которые даже после выполнения радости не приносят. Почему автоботы не с самого начала провели эту операцию? Не знали? Боялись, что будут осложнения? Шок же более логичнее все обдумал. Теперь все как раньше!.. Только нет больше того главы разведки… На его место поставили другого мужчину. Лонгарм был лучше. Намного… Он всегда был приветливым, решительным, умел быть хладнокровным когда это было нужно. Да и в принципе привлекал Блэрра. Ещё во время академии, когда его поставили преподавать. Всегда аккуратный, чуткий, ему легко было сказать правду и не хотелось врать. Голубая полосочка метнулась до мужчины с длинными фиолетовыми волосами, обняв его. — Спасибо! — Всегда пожалуйста, Блэрр, — бывший глава разведки оглянулся, погладив парня по волосам. — Как самочувствие? — Великолепно, все-как-раньше!!! Я-могу-нормально-использовать-скорость! Агент окончательно перестал бояться логика. Шоквейв грустно смотрел на него, машинально поглаживая по спине. У него собраны вещи. Придется… Хоть он и привык уже к Блэрру. Расставаться будет больно… Странная боль в душе, раньше он не испытывал ничего подобного. Только холодность. Надо просто принять. Если он останется, то начнутся вопросы. И то провести операцию еле как получилось уговорить. Зато теперь он счастлив. Об этом говорят и сверкающие глаза, и его прежние наивные разговоры и то, что он делится с ним всем, что произошло за день. Как раньше… — Блэрр, — он тихо и осторожно прервал парня, — я должен сказать тебе… Просто… Омега глянул на того. — Все-в-порядке? Что-то-случилось? — Я… Мне нужно уйти… — В-каком-смысле? Всегда уверенным и громкий голос ученого стал тише. — Насовсем… — он прижал парня к себе. Агент притих, пытаясь переварить информацию, а потом сжал его кофту. — Почему?! — Приказ таков… Моя отработка окончена. — П-почему-нельзя-остаться??? Мы-же-можем-хотя-бы-общаться. — Я десептикон… Понимаешь?.. — Шоквейв опять погладил парня. От того немного веяло ромашками. Надо запомнить это. — Я-понимаю… Но-и-что-с-того??? — Блэрр поднял голову, влажными глазами смотря в ставшие такими родными алые. — Мне Магнус четко сказал… Прости, солнце… Но так нужно… Тот уткнулся ему в грудь, кажется всхлипнув и судорожно обхватив кона ещё сильнее. Он привык к нему… Шок дал ему шанс чувствовать себя живым… Мужчина аккуратно поднял его лицо, стерев сырые дорожки. — Уже ничего не изменить, Блэрр… Прости…

***

Жизнь вернулась на круги своя… Все привыкли к новому главе разведки. Но не Блэрр. Кто-то уже и не помнил про Лонгарма, решив сделать вид, будто того совсем не существовало. И из-за того, что тот был шпионом? Это негласно стало запретной темой для разговоров. Жизнь просто текла как раньше. Никто не грустил из-за его ухода, наоборот, автоботы как будто вздохнули с облегчением, когда тот покинул базу. Блэрр молча вернулся в свой отсек. Рассказать про новый день было некому, да и не хотелось. Темная комната сразу окунула его в тоску и усталость. Декабрь… За окном уже идёт снег. Скоро январь. Темнеет совсем рано. Он не стал включать свет, с ногами забравшись на подоконник и глядя на жёлтый фонарь. Одинокий такой… Только хлопья снега летят мимо, как будто даже не касаясь его. Было удручающе тихо. Парень закрыл глаза. Если сидеть так, то можно спокойно подумать о чем угодно и не спешить. Никуда. У агента были какие-то мечты? Определенно да. Хотелось чувствовать себя просто любимым. Блэрр довольно рано потерял родителей. Он смотрел на своих сверстников, не понимая, что значит любить. Блэрр никогда их не понимал. Да даже сейчас. Многие уже в 28 лет имеют даже детей, что там говорить про мужа или жену. Он никому не мог довериться и всегда ждал атаки со спины. Он не открывался ни одному существу… Парень откинул голову назад, сдерживая подходящие слезы. На потолке плясали пятна света от фонаря, все время меняя очертания. Блэрр поджал колени, обняв их. От тишина хотелось завыть, чтобы она не звенела противно, ещё больше кромсая душу на части. Шоквейв… Да, он скучает по нему. По редким, не злым насмешкам, тому, что он всегда выслушивал, успокаивал, проводил время с ним, ещё больше зля Рэд Алерт… Да и раньше… Когда он был Лонгармом. Он сжал зубы, когда одна слезинка всё-таки показалась в уголке глаза. Никто никогда не видел, как он плачет. Это было просто немыслимо представить. И только Шоквейв в последний день на базе не только видел, но и сам вытирал эти слезы… Шлак… Как ни странно, десептикон не был разочарован, увидев слабинку агента, а просто успокаивал… Шок просто был чем-то… Очень… Близким… Он уткнулся лицом в колени, не сдерживая эмоции. Душа болела, как не болела никогда. Да. Шлак. Ему нравился десептикон. И именно сейчас этот десептикон был так далеко… Недосягаемо… Вряд-ли получится ещё встретиться… В последнюю встречу Шоквейв назвал его «солнце»… Он тогда даже не обратил на это внимание… А так приятно… Его взгляд алых глаз, длинные фиолетовые волосы… То, как он тихо разговаривал тогда… — Блэрр, о чем ты думаешь… Влюбиться в десептикона… Смешно даже как-то… Голос звучал сипло и незнакомо, зато хоть как-то развеял тишину на пару секунд. Но все равно было как-то одиноко… Делать ничего не хотелось. Незачем. И как Новый год праздновать?.. К автоботам он не пойдет… Все будут веселиться, болтать, достанут сверхзаряжку, будет очень, слишком шумно… Как в прошлом году… Пойдет побегает… Где-нибудь за городом… Снег будет взлетать из-под ног, оседая позади сверкающей пылью, морозный воздух в такие моменты приятно обжигает лёгкие и не даёт тоскливым мыслям завладеть сознанием. Можно будет до какого-то другого города добежать. Посмотреть на яркие витрины с ёлками и мандаринами, кутая нос в теплый шарф и пряча руки в карманах, послушать веселые крики и музыку… Блэрр опять закрыл глаза. Здесь слишком тихо, мертвенно тихо. А там будет слишком громко...

***

Он всё-таки решил побегать за городом. Снег не переставал идти крупными мохнатыми хлопьями. Раньше как-то бег приносил больше удовольствия. Если бы не Шоквейв... Если бы не Шоквейв, он бы сейчас не смог так бегать... Но и не мучился бы от душевной боли. Шлак... Плюсы и минусы... Он резко остановился, концы шарфа взлетели в воздух, задев волосы. Тучи медленно расходились, давая место ярким полным лунам. Красиво... Внезапно очень захотелось, как в детстве, поймать снежинку языком, а до этого стоять, глядя на небо, с которого сыплются миллиарды похожих снежинок. Блэрр резко упал в сугроб, смотря в небо. Было мягко, и вставать обратно не хотелось. Снег падал прямо на него, но как будто стал слабее. Небо постепенно расчищалось. Ночь начинается... Слева бесшумно мелькнула чья-то тень. Блэрра попытался вскочить, но из сугроба не вылезти также быстро, как упасть. Да он был в парке города, который был за 100 км от Иакона. — Любуешься? — над ним склонилось знакомое лицо с алыми глазами. Парень захотел подскочить, но получилось только ещё больше в снег провалиться. Мужчина легко поднял его, обняв за талию и отряхнув. — Не холодно? — Н-нет... Спасибо... Что он делает здесь, так далеко от города? С волос Блэрра ловко убрали снег. — Ты чего без шапки? — Да-просто... Забыл... — агент почувствовал, что душе стало немного спокойнее. Его сейчас обнимал очень знакомый мужчина с фиолетовыми волосами. — Замёрзнешь ведь так. Заболеть легче лёгкого. — он надел на него свою шапку, поправив прядь голубых волос. — А лечить мне надо будет. Блэрр прижался к нему. Снег окончательно перестал идти. — Почему-тебе? — Я это больше никому не доверю после того случая, а то ещё что-нибудь нахимичат. — То-есть-это-наша-не-последняя-встреча? — Все верно, агент Блэрр. А ты чего тут один лежал? У вас наверное сейчас празднуют. — десептикон посмотрел на луны. — Если хочешь, то можешь ко мне пойти. — Ну... Ну-давай. А-почему-один? — А с кем я ещё должен шляться по-твоему? Значит он тоже в новый год один ходит... — Ты-без-шапки-не-замерзнешь? — Блэрр поправил съехавшую на глаза шапку, та была ему немного велика. — Все хорошо. У меня наушники есть. — Тогда-ладно. — он шагнул и провалился по колено. — Шлак. Шоквейв не смог сдержать улыбки. — Тебе помочь? Парень мотнул головой, попытавшись выбраться самостоятельно, но это не дало никаких результатов. — Давай всё-таки помогу, ты глубоко забрался, солнце. — Блэрра свободно подняли над землёй, вытянув из сугроба. Тот снова обернулся, смотря на улыбающегося Шоквейва и его заботливые глаза красного цвета. Он снова его так назвал... — Точно не замёрз? — Точно... Мужчина попробовал снег ногой и нахмурился. Везде было очень глубоко. — Ты такой лёгкий. А точно. Ты же омега. Значит вполне логично. Как ты вообще сюда забрался? — десептикон аккуратно взял парня двумя руками, выбирая путь покороче. — И чего не в Иаконе? — Я-бежал, — пожал плечами Блэрр, устроившись на его руках, — и-тут-спокойнее. В-городе-слишком-шумно. — Тогда понятно. Он пошел к выходу из парка, тоже проваливаясь, но не так сильно, как парень. На них падал свет двух лун. Часы в Иаконе пробили ровно двенадцать раз.