Мёртв внутри

Влад делает последние штрихи в своей внешности, распыляя спрей для волос и освежитель для рта. Он улыбается себе сверкающей улыбкой в зеркало и разворачивается, чтобы выйти из ванны, поправляя свой пиджак. Сейчас только раннее утро и пока еще есть немного времени перед тем, как начать новый рабочий день. Влад становится неосязаемым и спускается на кухню. Конечно, у него много денег, и он мог бы нанять столько прислуги, сколько захотел бы, но Владу не нужно, чтобы хоть кто-то смел засунуть нос в его дела. Даже на чуть-чуть. А с новым секретом такого и подавно нельзя было допускать. К тому же готовить ему не было в тягость, а уборку пыли он поручал своим призракам. Говоря о секрете, готовка на вторую персону Влада невероятно воодушевляет и будоражит, и каждый день словно в первый раз. Раньше, когда он еще был наивным мечтателем, ментально застрявшем во времена университета и глупой влюбленности, у него было много мыслей и снов о том, как он делал бы завтраки в постель для Мэдди, проводил бы с ней все утро, лежал бы с ней в постели, говорил всякие глупости и целовал бы… Но Мэдди так и не согласилась. Мэдди уже в прошлом. Она не знала, какое счастье упустила… И какое несчастье этим на себя навлекла. И, если кто спросит, Влада это нисколько не тревожит и не печалит. Нет, конечно, у него все еще остались к ней чувства, но-о-о… Он получил кое-что получше. Разве не прекрасно получить желаемое, пускай и в другом виде, и одновременно отомстить ей и ее придурку-мужу, Джеку? О, это было потрясающе! Подпевая выдуманной мелодии, Влад заканчивает приготовление, выключая сковороду, и раскладывает еду по двум тарелкам. В чашку он наливает кофе, а в стакан — молоко. Он садится за стол и, практически не дожидаясь, когда бекон и пюре остынут (все благодаря его призрачной сердцевине), быстро уплетает свою порцию, ведь прежде чем отправиться на работу, он также должен успеть проверить своего дорогого Дэниела. Аккуратно вытирая губы салфеткой, Влад встает и ставит остальное на поднос. Не желая тратить время на подъем по лестнице, он становится призраком и летит наверх прямо в комнату мальчика, специально оборудованную так, чтобы никто, кроме него, не смог ни войти, ни выйти подобным образом. Дэнни лежит там, свернувшись калачиком, и любой, кто увидел бы, мог бы подумать, что мальчик спит, однако Влад знал лучше. Дэнни не спит. На это указывают его напряженные плечи, его натянутая спина, его голые ноги, согнутые под красивым углом. Кроме того ранние солнечные лучи из окна падают как раз на ту сторону, где Влад ранее оставил его, заботливо укрыв. Сейчас же Дэнни просто откинул покрывало в сторону и отвернулся, прячась от солнца. От Влада. Он ставит поднос на тумбочку, садится на кровать, соприкасаясь бедром с бледными ногами, и тянется к своему мальчику, нежно обхватывая плечо. — Дэниель, поднимайся-я-я. Еда ждет тебя. Влад понимающе хмыкает, когда Дэнни напрягается еще больше в своем защитном коконе под его хваткой. Кажется, мальчик не скоро к нему привыкнет. Но ничего. Как бы он этого ни хотел, люди всегда привыкают. Даже если это полупризраки. — Я уезжаю, так что веди себя как умница. Услышал? Влад заводит черную прядь за ухо и наклоняется, целуя мальчика в щеку. Дэнни не реагирует, лишь смотрит прямо, лишенный каких-либо мыслей. Мужчина слегка вздыхает и проводит рукой по футболке вниз, оглаживая поверх боксеров напряженную ягодицу и бедро. Теперь ему почти хочется просто оставить Эмити Парк на пару часов без мэра и снова ощутить эти мягкие контуры, услышать эти красивые всхлипы, попробовать на вкус эту нежную кожу… Он уклоняется прежде, чем Дэнни успевает нанести удар. Влад хватает его руку с небольшим разочарованием. Он проснулся в хорошем настроении, так что ему не хотелось сейчас начинать ссору и омрачать этим весь оставшийся день. Однако упрекнуть мальчика нужно было. Не стоит ему позволять такое плохое поведение — это никогда не заканчивается хорошо. — Нет-нет, Дэниель. Никаких резких движений. Ты же помнишь, что может случиться? Дэнни не отвечает и, дернув рукой, продолжает пытаться спрятаться в кровати, не желая никак с ним взаимодействовать или даже смотреть в его сторону. Влад задумчиво сжимает его запястье вместе с металлическим браслетом на нем и проводит большим пальцем по бледной коже. В первый день этот тощий подросток в знак протеста знатно разворотил комнату этими самыми руками. Влад знает, что мальчик не был слаб, он в конце концов сражался с призраками и с ним самим как на равных. Но это лишь благодаря силе призрака. Без этих способностей он все еще оставался обычным мальчиком, а Влад все еще был взрослым мужчиной, превосходящим его по массе и силе. Влад вздыхает и отпускает его руку, возвращая ее в изначальное положение. Времени осталось совсем немного, ему нужно спешить. Он разберется с этим позже. — Ладно, барсучонок. Не скучай. Влад растрепывает его волосы напоследок и, снова став призраком, пролетает сквозь пол, оставляя мальчика одного. ㅤ Дэнни не слышал ни хлопков двери, ни шуршания колес. Он почти не чуял запаха еды, оставленной позади него. Все, что было в его голове, это пустота. Всепоглощающая, бесплодная, бескрайняя черная пустота. Все его тело онемело от синяков, засосов, укусов и царапин, он едва мог понимать положение своего тела и конечностей в пространстве. Он почти не осознавал, что Влад уже давно покинул комнату. Эту чертову комнату, из которой ему не было выхода, как и не было ключа от чертового браслета, который ударял его током каждый раз, когда он смел прикасаться к нему пальцами. Он остался один. Взаперти. Единственная слеза наконец покатилась поверх старых соленых дорожек.