Чёртовы Ланнистеры

      Агата знала с самого начала, что семья не одобрит их отношения. Пускай они с Данте на самом деле не родня по крови, седьмая вода на киселе, но росли как кузены. Он тоже носит фамилию Харрис, у него тоже светло-русые волосы, которые на солнце отливают золотом, и на его щеках, когда он улыбается, появляются такие же очаровательные ямочки. Их с Агатой можно принять за родных брата и сестру. Но как же она рада, что это не так.       Данте целует её с таким жаром, что ноги подкашиваются. Он крепко прижимает её к себе, скользит ладонями по податливому телу, задерживаясь на волнующих округлостях, и Агата сладко стонет в нетерпении. Она не хочет сдерживаться, только не с ним. Она желает всему миру сказать, что Данте — только её. И плевать, что их кто-то осудит.       Агату забавляет, когда ему пишут поклонницы. Пускай Данте Харрис — не очень известный актёр, но на его счету есть пара отличных фильмов и сообщество фанаток. Их не смущают появляющиеся иногда в соцсетях совместные снимки с кузиной. Они не знают, что именно Данте предпочитает выбирать ей бельё, зато Агата в курсе, какое у него выражение лица на пике экстаза.

***

      — Тебе не кажется это странным? То, что Данте спит именно с теми, кто входит в состав нашей семьи? — интересуется как-то Элиза, заботливо наливая ей чай. Агате известно об их закончившемся романе, даже упоминание которого всегда приносило Элизе дискомфорт, ведь Данте приходится ей приёмным братом. Они тоже не родственники друг другу, но их тайные отношения вызвали бы ещё больше пересудов, стань о них известно в кругу семьи.       — Что сказать… Данте предпочитает не заморачиваться с поиском девушки, выбирая там, где поближе, — усмехается Агата. Элиза вздыхает, качает головой. Не осуждает, просто удивляется, что им так комфортно друг с другом. Её саму отношения с «братом» в свое время тяготили, и она была рада, что выпуталась из них.       — Да ладно, он очень хорош в постели. Полагаю, ты и сама в курсе, — подмигивает Агата. Элиза смеётся, а затем шутливо толкает кузину в плечо, смущенная такими откровенными речами.       — А ещё он милый, забавный, — добавляет Агата. — И добрый. Мне… Мне просто очень хорошо с ним.       — Тогда я рада за вас, — тепло улыбается Элиза. — Даже если остальные родные не примут ваши отношения, я всегда буду на твоей стороне.       — Я рада. Что до остальных… Мы с Данте как чёртовы Ланнистеры из Игры Престолов. Тоже родня, тоже блондины. И тоже будем вместе, как бы нас ни осуждали.       — Они были близнецами и, к тому же, плохо кончили.       — Плевать.       Агата не говорит об этом вслух, но ей нравится элемент порочности, мнимая запретность их отношений. Пускай кузенами они являются лишь условно, это… будоражит. Пожалуй, она просто устала быть хорошей девочкой, примером для подражания. Ей давно хотелось выкинуть что-нибудь сумасшедшее, но Агата не решалась, заботилась о своей репутации. Зато в объятиях Данте репутация — последнее, что её волнует.

***

      Когда Агата возвращается домой, Данте встречает её у порога, заключает в свои крепкие медвежьи объятия и жарко целует. Внутри него — бушующее пламя, и Агата готова гореть вместе с ним. Он будто подзаряжает её своей бешеной, неиссякаемой энергией. И удивительно, как таблоиды до сих пор не прознали об их истинных отношениях, ведь с ней Данте практически не сдерживает эмоции.       — Какой ты нетерпеливый. — Она чуть отстраняется и весело смеётся.       — Я скучал по тебе, — открыто отвечает Данте, и сила чувств в его взгляде словно окрыляет Агату. Ни с кем прежде она не ощущала себя такой любимой, желанной. И не подозревала прежде, что так будет именно с ним. Столько лет он являлся для неё лишь милым кузеном, с лёгкостью покорявшим киноэкран и девичьи сердца. Но Агата оставалась для Данте недосягаемой, пока они не разглядели друг друга по-настоящему, встретившись спустя два года разлуки. Один случайный поцелуй — и пути назад больше не было. Только не после того, как они познали вкус губ друг друга.       Данте вновь пылко целует её, затем подхватывает на руки и несёт в спальню. Агата счастливо смеётся, именно с ним чувствуя себя живой.       И ей плевать, если однажды журналисты разузнают об их романе и напишут скандальную статью.