Нити меняют цвет | Хамелеон

–+–

      Лер уже лежал в постели, когда матушка вошла в его комнату. Она пришла попрощаться с ним перед отъездом на север – в чужую страну.       – Еще не спишь, зайчонок? А ведь завтра тяжелый день. Рано вставать на тренировку. – беспокоилась она.       – Знаю, но что-то не спиться. – тоненьким голоском ответил мальчик. – Даже не знаю, как сказать. Мне кажется, что за мной кто-то следит. Будто в темноте что-то есть. Хотя я знаю, что ничего там нет.       – Беспокойство перед сном, значит? Понятно. Это ничего. Наверное, ты просто не слишком устал за день. Или наслушался всяких страшилок или другой дребедени от приятелей.       – Наверное… – вздохнул он. – Матушка, а вам обязательно уезжать? Почему нельзя послать к императору посыльного, как это было во все прошлые разы?       – Не все так просто, зайчонок. – женщина задумалась и присела на край кровати. – В этот раз все иначе. Но я не смогу объяснить всех тонкостей политики твоего отца. Лучше, спроси об этом деда завтра. У вас же завтра совместный урок?       – Угу. Только мне так надоели все эти уроки! Вот бы хотя бы денек ничего не делать. И не только на праздник, а в любой день. Вот захотел сделать себе выходной и все тут. Никто не смеет тебя беспокоить.       – Наша жизнь отличается от жизней других, Лер. Мы не можем себе позволить такую роскошь, как отдых. Но я отлично понимаю тебя. Непросто быть в нашем положении, правда?       Мальчик вздохнул и отвернул голову к окну. Матушка видела по глазам его расстройство и была прекрасно осведомлена, насколько сильно ее сыну не хватает простых детских радостей. А эти минуты, проведенные вместе, были сродни сокровищу, за которым охотятся самые отмороженные авантюристы. Погладив мальчика по плечу, женщине пришла замечательная идея, как бы приободрить сына.       – А хочешь, – прошептала она, – я расскажу тебе сказку, а, зайчонок?       – Правда?! – воскликнул он, едва не упав с кровати. – Конечно!       – Посдержаннее, дорогой. – придержала его матушка и уложила обратно. – Эту легенду написали дриады.

–I–

      Давным-давно, в далеких-далеких землях, была деревня Флюмин. Она была совсем простой, с самым простым народом. Все жили спокойно, не зная печали и горя. Но однажды до деревни дошли слухи о надвигающейся войне. О том, что Темный Владыка Артаон и его армия демонов идут покорять мир.       Но в то же время, жрецы храма Лазурного Пути увидели пророчество, в котором было сказано, что лишь избранный богами Герой может одолеть Артаона.       Слухи о пророчестве быстро разгулялись по деревне и о них прознала местная ребятня. Среди них была и троица закадычных друзей. Двое юношей – Дюра́н и Ура́н, и одна девушка – Тита́ния. Они яростнее всех спорили кто же из них является Легендарным Героем. Чтобы это выяснить они устраивали разного рода соревнования.       Однажды ребята поспорили, что тот, кто быстрее всех пробежит через лес, тот и будет зваться спасителем мира. Первым через лет пробежал Дюран. второй добралась Титания и третьим, наконец, добрался Уран. Но в этот момент случилось то, чего никто не смел и ожидать. Ребята увидели, что Артаон со своей армией демонов были на горизонте и двигались в сторону деревни.       Ребята рванули домой, чтобы известить селян о надвигающейся опасности. Друзья рассказали, что видели среди врагов не только ужасных чудовищ из ночных кошмаров, но и живших по соседству гоблинов, троллей и, даже, людей! Владыка завербовал и поработил всех существ, до которых смогли дотянуться его черные руки.       Флюмин стал спешно готовиться к обороне. Все женщины и дети укрылись в храме Лазурного Пути. Многие пали духом, однако Дюран верил в победу. Совсем скоро снаружи послышались звуки сражения. Мечи лязгали друг о друга, свистели тучи стрел, палицы бились о щиты, а боевые кличи людей и демонов слились в единый яростный гул!       И хотя защитники деревни были сильны, их ряды редела, пока воинство черных душ неумолимо росло. Наблюдая за боем через окна, друзья осознали, что без помощи им не победить. Воины падут, а остальные умрут от голода в осажденном храме.       И тогда Дюран вдруг вспомнил старинные сказания, передававшиеся из поколения в поколение. Предания, гласившие о том, что преклонивший колени перед Ма́ром – Богом Огня и Войны, непременно навлечет на себя его гнев, но также познает и его милость, ибо покровитель Флюмина уважает тех, кто осмеливается бросить ему вызов.       Упав ниц перед мраморной статуей, Дюран стал взывать к высшим силам. Храм Лазури озарило ослепительное синее сияние, отвратив от себя всех, кто был в храме. Когда же оно погасло, у каменных ног идола появился меч. Его красота была столь возвышенна, что никто, кроме Дюрана не мог хотя бы на мгновение взглянуть на него. Идеальное сокровище небесного царства переливалось радугами, суля своему избраннику несметную силу. Юноша принял его, взяв в руки.       Ощутив связь с Богами, он вырвался из храма…

–II–

      Женщина остановила свой рассказ, услышав бой курантов из прихожей. В тот же момент в комнату вошел мужчина в парадном костюме:       – Младший, ты еще не спишь? – удивившись спросил он. Мальчик покачал головой и прячась, упал головой в подушку. Оголив взор и украдкой наблюдая за отцом, Лер хитро разулыбался. – Любовь моя, карета подана, пора ехать. – обратился он к супруге. Кивнув, она встала с постели сына и поцеловала его перед сном.       – Но, матушка, а как же история? – пропищал мальчик, подскочив на кровати. – Ты ведь ее не дорассказала!       – Ничего, сынок, попроси дедушку ее рассказать. Он знает ее лучше, чем я. – ответила она и ласково погладила отпрыска по щеке. – Приятных сновидений, мой зайчонок. – произнесла она и зашагала к двери.       Мужчина пропустил ее и дал тоже решил дать наставление сыну: – Не пропускай уроки фехтования! – с серьезным лицом он погрозил пальцем. – На инициации спуску не дам. И учись с дедом. Даже если не захочешь махать мечом, стратегию не пропускай. Понял?       – Понял. – стеснительно ужимался Лер.       – Ну все тогда. Давай. – серьезность отца сменилась очередной улыбкой и махнув рукой он ушел.       За закрытой дверью послышались удаляющиеся шаги и скрип верхней ступени деревянной лестницы. «Плотник опять не починил ее» – думал мальчик, погружаясь в сон.

–III–

      Из звезд складывались силуэты, а разноцветные туманности раскрашивали их. Мерцающие изображения на фоне черных глубин небесного океана складывались в картинки и начинали двигаться сами собой.       Звездный силуэт юноши пал на колени перед статуей скрестив руки. Его ладони дотронулись вершин перед чело́м и тьма взорва́лась ярким светом. В его пучине показалось ржа́вости пятно, на котором проявился серебристый лик. Пугающий взор презренно испепелял юнца и тот раскинул руки в стороны, желая избавиться от огня, охватившего внутренности.       Звезды сменили положение, и юноша расселся перед посланником небес. Оголилась молодая душа, воссияв голубыми нитями внутри – в толще его телесной белизны. И нити эти, фонтанируя ввысь, покинули нутро через мальчишечье чело́, оставив лишь пустую оболочку. Все затихло. Но звезды не остыли. Серебристый лик дальше наблюдал за свети́льным телом и смиренно ждал.       Внезапно, на пустое, начали ссыпаться капли. Оранжевые, как туман вокруг посла. Становясь дождем, опадая в одну точку, они сформировали линию. Новая нить ткала иное наполнение. Завершив процесс, с последней каплей, юноша восстал. Даритель растворился, возжигая свет и символ сил своих даруя.       Смена звезд и оранжевая тень, смести́вши бирюзу́, проходит сквозь невзрачные останки, распыляя волны красноты́. Дойдя до самой мрачной тени с горящим золотым чело́м, совершил он один взмах, рассеяв звезд туманы, обеляя тьму. Однако, то было лишь началом.       Напугав плебеев рой свержением владыки, ведомый яростью возмездия, показав оскал, юноша ринулся вдогонку. Но не успел порвать мглу зелени, как посреди узрел тьмой оскверненное ничто. Еще раз пало ниц оранжевое тело, но не в мольбах, а в скорби позабыв о чувствах. Восстав, на руках дрожащих звезд виднелись тлеющие угли.       Испив последнюю надежду, десятки разноцветных тел висели перед пылким судьбоносным ликом, и взором, уготованным им от появления. Голубые нити витали над оранжевым челом, а прикоснувшись, стали красными и почернели, отмирая, иссыхая и опадая вверх – во тьму.       Проро́чий свет стоял перед костром собратьев, сжимая зелени пелену и наблюдая, как уходит в небытие знакомый образ, столь желанный, что нельзя проронить даже слезу. А с ним сгорает и земля, и небо. Он стоял там, думая о том – по силам яблоку ли сохранить их общую мечту? И новую надежду дать теня́м и све́там.       Рассказ №II – Ch[A]meleon