Сил не прошу

Все мышцы болели, как будто он очень долго лежал неподвижно, в голове стояла какая-то муть, во рту поселилась небольшая пустыня, в которую кто-то запустил стаю книзлов, страдающих недержанием. Но при этом ощущение удобной кровати под спиной и ни с чем не сравнимая магия отчего дома, мягко окутавшая непослушного наследника, недвусмысленно намекали на то, что Кричер не послушался приказа и всё-таки вернулся за ним и вытащил из, казалось, безвыходной смертельной ловушки. В комнате был кто-то ещё. Судя по тому, как родовая магия ластилась к этому кому-то, это мог быть только глава рода Блэк. — Отец… — Регулус постарался изобразить на лице максимально виноватое выражение и открыл глаза, только чтобы тут же удивлённо выдохнуть: — Вы кто? — Лорд Орион скончался семнадцать лет назад, — сочувственно улыбнулся парень с косой цвета красного дерева. — Меня зовут Расальхар Лестрейндж. Как вы должно быть уже почувствовали, я нынешний лорд Блэк. — Семнадцать лет? — неверяще прохрипел Регулус и закашлялся. — Вы были в магической коме, — сообщил Расальхар, помогая приподняться и напиться. — Мы только недавно обнаружили, что вы не погибли, и сумели вытащить вас. К сожалению, ваши родители были уверены в вашей гибели — родовой гобелен не отличает магическую кому от смерти. — Мама тоже?.. — договорить Регулус не сумел, хоть после неизвестного зелья проблем с речью не осталось. — Ваша матушка скончалась через несколько лет после вашего исчезновения, — подтвердил его опасения Расальхар. — Она до последнего пыталась вытащить Сириуса из Азкабана, а когда поняла, что надежды не осталось, заперлась в Блэк-хаус, где впоследствии и умерла в одиночестве. Сириус год назад пропал без вести, но надежды на то, что он жив, почти нет. К тому же он стал Предателем Крови, и я был вынужден отрезать его от рода. Из этой ветви Блэков вы остались один. — Поэтому род пришлось принять сыну кузины Беллатрикс? — вздохнул Регулус. — Сколько лет я пробыл в коме? Я не помню, чтобы Трикси была хотя бы на сносях, а принять не совсем свой род вряд ли возможно сразу после совершеннолетия. — Лордом Блэк я стал за месяц до того, как мне исполнилось семнадцать, — усмехнулся Расальхар. — А на момент вашего исчезновения мне уже был год, но об этом никому не сообщали. Это долгая и не самая весёлая история, не думаю, что у вас сейчас есть желание тратить на неё время. Вы были в коме семнадцать лет, лорд Орион скончался через пару месяцев после известия о вашей пропаже. — Кто ещё… умер за эти годы? — выдохнул Регулус. — Вы предлагаете мне прочесть вам весь архив колонки «некрологи» Ежедневного Пророка за семнадцать лет? — приподнял бровь Расальхар. — Если вас интересует кто-то конкретный, то лучше спросить именно о нём. — Мой… нет, неважно, я потом сам всё выясню со временем, — прервал сам себя Регулус. — Лучше скажите, как я выжил? И как вы сумели выяснить, что я в коме, и почему только сейчас? — Ваш партнёр жив, — с мягкой улыбкой ответил на так и не заданный вопрос Расальхар. — Но вы это и сами знаете — в случае гибели пары браслет становится обжигающе-холодным, это невозможно не почувствовать. Правда в случае комы он ведёт себя точно так же… — Барти всё это время думал, что я мёртв? — ужаснулся Регулус. — Увы, да, — кивнул Расальхар. — Когда браслет стал холодным, он так и не рискнул посмотреть на него, иначе заметил бы, что не проявился второй обязательный признак смерти партнёра — исчезновение цвета. — Нам всегда говорили только про холод, — возразил Регулус, поднимая к глазам руку, где переливались красками оба браслета. — Когда?.. — Две недели назад, — ответил Расальхар. — И да, именно тогда мы узнали, что вы живы. Что же касается вопроса, почему вы выжили, то там тоже всё достаточно просто. Инферналы в том озере подчинялись Волдеморту, а у вас стоит его Метка. Она защитила вас от нежити, а вода озера, которая помогала инферналам не рассыпаться в прах, погрузила вас в кому, так как это лучший вариант сохранения тела для живого человека. — Волдеморт?.. — Мёртв, а управление Метками перешло ко мне, — не стал делать вид, что не понял вопроса Расальхар. — Так что для вас я не только лорд Блэк, но и ваш сюзерен, имейте в виду. — Осталось узнать, что вы ещё и мой персональный целитель, чтобы совсем не иметь права вам возражать, — скривился Регулус. — Вы почти угадали, — рассмеялся Расальхар. — Я пока ещё не являюсь полноценным целителем, для этого мне ещё слишком долго учиться, но основные последствия комы уже успели убрать, и вас оставили под моим наблюдением. И как ваш целитель я предлагаю закончить на сегодня разговоры. Кричер вас сейчас накормит, потом вы выпьете все необходимые зелья и будете спать. Следующее пробуждение оказалось более комфортным — мышцы слушались намного лучше, голова была ясной, а почти обжигающее тепло на запястье говорило о том, что рядом находится самый близкий и любимый в мире человек. Регулус с улыбкой распахнул глаза и удивлённо уставился на девушку, сидящую в том кресле, которое в прошлое его пробуждение занимал лорд Блэк. — А где Барти? — не сдержался Регулус, только после этого осознавший, что браслет реагирует именно на сидящую перед ним ведьму. — Он не придёт, — вздохнула девушка. — Барти избегает меня, а перед вами считает себя виноватым. Поэтому заперся в Слизерин-холле и занимается самобичеванием. — А нас пустят в этот самый Слизерин-холл? — уточнил Регулус, решивший ничему не удивляться. — Хотелось бы всё же иметь возможность убедить Барти, что он не прав. — Да, конечно, у меня туда свободный доступ, и вам Харри его откроет, когда можно будет подниматься с постели. — Харри — это лорд Расальхар, или я ошибаюсь? — переспросил Регулус. — И я всё ещё не знаю вашего имени, мисс… — Харри да, Расальхар, — кивнула ведьма. — Он лорд Слизерин, поэтому те его вассалы, у которых нет возможности жить в родовых домах, получили приют в Слизерин-холле. А я… Меня зовут Гермиона Грейнджер, я маглорожденная, и я ваш третий соулмейт. В качестве подтверждения она коснулась руки Регулуса и браслет отозвался ожогом. — Вы слишком торопитесь, Гермиона, — Регулус перехватил её ладонь и поднёс к губам. — Вас так же, как и Барти, не устраивает моя кандидатура? — нахмурилась Гермиона, забирая у него свою руку. — Нет, что вы, я не стану спорить с магией, которая сочла вас нашей частью, — этих слов хватило для подтверждения его принятия связи, и Гермиона еле слышно облегчённо вздохнула. — Просто мы с вами почти незнакомы, а магия будет требовать закрепления связи как можно скорее. Для вас это может быть проблемой. — Я уверена, что справлюсь, — упрямо задрала подбородок Гермиона. — Я не хочу откладывать закрепление связи на целый год, а через две недели я уезжаю. Значит, это нужно сделать как можно скорее. _____