Подарок

Курить вредно, Пить противно, А умирать здоровым жалко (с) Народная мудрость.

Позавидовать лейтенанту 6-го отряда готей 13 в это утро мог разве что труп. Голова раскалывалась, а сознание отказывалось адекватно воспринимать реальность. Перед глазами то и дело начинали плавать зеленые круги, говорящие о тяжелом похмелье, руки дрожали, а ноги отказывали тащить садиста-хозяина в офис отряда. Однако выбора не было, и Ренджи, молча, давясь кислой слюной, плелся по пыльной, еще пустой в это время улице в направлении злосчастного кабинета, где его ждали горы бумаг и холодно-презрительный взгляд капитана. Попытки вспомнить, чем же закончилась вчерашняя попойка, не увенчалась успехом, разве что к и без того мерзкому настроению добавилось чувство чего-то странного, да всплыл в голове перечень той дряни, которую Абарай успел вылить в себя за время празднования его N-ого дня рождения. Тяжесть похмелья объяснялась тем, что кроме привычного саке, на попойке силами друзей-риок конденсировались еще какие-то генсейские напитки с невыговариваемыми названиями и неописуемыми последствиями. Абарай смог вспомнить не больше пяти, но печень кричала, что их было намного больше. И вот в таком интересном состоянии рокубонтай-фукутайчо раздвинул створки фусума, вошел в кабинет и остолбенел. За его столом сидело нечто непонятного происхождения, и усердно строчило доклады, которые лейтенант должен был закончить к приходу капитана. Первая мысль, посетившая не очень светлую голову Абарая Ренджи, - завизжать как благородная девица, увидавшая мышь, - сменилась второй, не менее оригинальной: он таки смог допиться до глюков, а значит, пора вызывать санитаров из 4-го отряда. Впрочем, и эта мысль быстро покинула несчастного, уступив место щенячьему восторгу – если эта дрянь пишет за него отчеты, а писала она вполне вменяемо, судя по одному из листов, которые мигом протрезвевший лейтенант вытащил из стопки уже готовых бумаг, то значит, ему эти отчеты писать не придется, долой бумажную работу – да здравствует свобода! Наблюдая за кропотливой работой невесть откуда взявшегося помощника, Ренджи медленно вспоминал, что же произошло на знаменательном вечере. Воспоминания, наконец , соизволили соединиться в полную картину, и Ренджи был готов завопить от радости. Рикичики – Вот спаситель его непутевой головы. …-С-семпай, с днем рождения – заливаясь краской и подобострастно потупив глаза, промямлил Рикичики, протягивая лейтенанту небольшую коробочку, завернутую в грубую бумагу. -Спасибо, Рикичики – улыбаясь во все зубы, прогоготал уже слегка подвыпивший Абарай, похлопывая друга по плечу так, что тот шатался как хилое деревцо под ударами ветра, – а что это такое? – уточнил удивленный шинигами, разглядывая развернутый подарок, оказавшийся небольшой фигуркой странного существа, больше напоминающего пустого. -Нуу, мне сказали, что если положить это в воду, то можно как-то справиться с бумажной работой, - еще больше краснея и запинаясь, объяснял 3-й офицер, теребя рукав форменного косоде. -Спасибо, дружище! – еще больше развеселился Ренджи. – завтра обязательно опробую эту штуку... Последнее, что смог вспомнить задумавшийся лейтенант, это то, как он небрежно бросил сверток с фигуркой на стол, заставленный непочатыми бутылками – приношениями друзей. -Значит, все-таки замочил… - вслух проговорил Ренджи, довольно ухмыляясь своим мыслям. -Позвольте узнать, что здесь происходит – произнес холодный голос, за спиной лейтенанта. Голос принадлежал капитану 6-го отряда, вот уже несколько минут наблюдавшему за мыслительными потугами своего лейтенанта. -И кого вы замочили?