Гарри Потер переписана история

Гарри Поттер — необычный мальчик во всех отношениях. Во-первых, он терпеть не может летние каникулы, во-вторых, любит летом делать уроки, но занимается ночью, когда все спят. А самое главное, Гарри Поттер — волшебник. Он сидел в автобусе и вспоминал свои два года в школе. А самое главное, что его интересовало, это друзья. Он так хотел наконец-то с ними встретиться. Сам этого не понимая ему не хватало Гермионы и Рона. Рон Уизли и Гермиона Грэйнджер — лучшие друзья Гарри. Рон вырос в семье волшебников и знает столько всего интересного, о чем Гарри и понятия не имеет. Хоть он летом живет на Тисовой улице, в доме № 4. Но мысленно он был возле них и представлял как было бы хорошо провести летите каникулы с ними, а не с Дурслями. Гарри очень скучал без своих друзей! И почти так же, как и друзей, ему недоставало квиддича. Это самая популярная игра в волшебном мире. Очень опасный вид спорта, но такой интересный! Хоть Гермиона и не понимала его увлечения этой игрой, но поддерживала все время и это не могло не радовать. Он сам не понимал как ему хотелось чтобы она все время была возле него. Для Гарри это лето было немного интереснее. Если даже вспомнить приезд тетушки Мардж — сестры дяди Вернона. Она должна была быть у них неделю и он пытался сделать все чтобы не начать нервничать. Гарри — несовершеннолетний волшебник. И ему законом запрещено заниматься колдовством за пределами школы. Все пошло не так как он хотел, но Гарри не могло радовать то как Мардж раздуло и она полетела далеко от сюда. Но Гарри не мог позволить чтобы врали о его родителях. И сейчас он ушёл с дома Дурслей и ехал куда-то на автобусе. Сказать что он сожалел нет такого не было, но единственное что он не понимал это то что будет делать дальше. Сейчас Гарри не уснул бы и в простом автобусе, который без грохота едет себе спокойно, а не летит сотни миль в секунду. В голове ворочались тяжкие думы: что его ожидает и как там тетушка Мардж, все еще висит под потолком? Высунув язык, Стэн читал свежий номер «Ежедневного Пророка». На первой полосе был большой снимок. Человек с фотографии прищурился, глядя на Гарри. Усталое, с длинными спутанными волосами лицо было странно знакомо Гарри.       — Кто это на газете?       — Сириус Блэк. БЛЭК ВСЕ ЕЩЕ НА СВОБОДЕ! Сегодня Министерство магии сообщило, что Сириус Блэк — самый опасный преступник за всю историю тюрьмы Азкабан — до сих пор не пойман.

***

Не прошло и 5 минут как Гарри уже был в кабинете и напротив него стоял министр магии.       — Гарри, я министр магии — Корнелиус Фадж. Гарри знал это. Он уже видел Фаджа, но тогда на нем была отцовская мантия-невидимка, а Фаджу это знать не полагалось.       — Признаюсь, Гарри, — начал Фадж, разливая чай, — мы все изрядно поволновались. Сбежать от родственников, да еще подобным образом! Я уж думал… Слава богу, с тобой ничего не случилось! Фадж намазал булочку маслом и протянул тарелку Гарри.       — Ешь, Гарри. Ты еле держишься на ногах. А у меня хорошая новость. Мы вернули мисс Марджори Дурсль в ее обычное состояние. Несколько часов назад на Тисовую улицу прибыли два специалиста из отдела по устранению последствий случайно наложенных заклятий. Мисс Дурсль сделали прокол, и воздух из нее вышел, кроме того, изменили структуру ее памяти, так что она все начисто забыла. Словом, ничего страшного не произошло. Фадж поднял чашку и ласково, как любимому племяннику, улыбнулся Гарри. Гарри же от удивления не мог слова вымолвить.       — Хочешь знать, что думают твои дядя с тетей? — поинтересовался Фадж. — Не скрою, они очень рассердились. Однако следующим летом они готовы тебя принять. А вот Рождество и пасхальные каникулы придется провести в Хогвартсе. Гарри обрел дар речи:       — На Рождество и пасхальные каникулы я всегда остаюсь в Хогвартсе. А на Тисовую улицу я вообще не хочу возвращаться!       — Не говори так, Гарри. Ты просто переволновался, — озадаченно проговорил Фадж. — Они же твои родственники. Не сомневаюсь, в глубине души вы… любите друг друга. Гарри спорить не стал. Не до того. Сейчас решается его судьба.       — А теперь подумаем, — Фадж намазывал вторую булочку, — где ты поживешь последние две недели каникул. Я советую тебе остановиться в «Дырявом котле».       — А как… а как же наказание? Фадж сощурился.       — Наказание? О чем ты, Гарри?       — Я же нарушил Закон о несовершеннолетних волшебниках! — горячо сказал Гарри.       — Ну что ты, мой мальчик! Да неужели мы станем наказывать тебя за такие пустяки?! — воскликнул Фадж, взмахнув булочкой. — Это был несчастный случай. За раздувание тетушек мы в Азкабан не сажаем!       — Свободна одиннадцатая комната, Гарри, — сказал министр. — Тебе там понравится. Добавлю только одно. Уверен, ты меня поймешь. Ни в коем случае не ходи в магловские кварталы. Гуляй по Косому переулку, и как только начнет темнеть — сейчас же домой. Том будет за тобой присматривать.       — Хорошо, — протянул Гарри. — Но к чему все это?       — Не хотим, чтобы ты снова потерялся, — весело рассмеялся Фадж. — Шучу, шучу. Просто нам спокойнее, когда мы знаем твое местонахождение… Ну, в общем… Фадж вдруг закашлялся и надел полосатую мантию.       — Так я пошел. Меня ждут дела, сам понимаешь.       — А вы еще не поймали Блэка? — вдруг спросил Гарри. Пальцы Фаджа стиснули серебряную застежку на мантии.       — Что-что? Так ты уже слышал? Увы, увы. Не удалось пока. Но мы его обязательно поймаем. Непременно. Такое в Азкабане приключилось впервые. Стражи вне себя! — Фаджа слегка передернуло. — До свидания, Гарри. Они пожали руки. И тут Гарри вспомнил одну вещь.       — Г-господин министр, у меня есть одна просьба.       — Я тебя слушаю, — улыбнулся Фадж.       — Третьекурсники в Хогвартсе будут ходить в Хогсмид. Но мне тетя с дядей не подписали разрешение. А вы не могли бы подписать? Фадж замялся.       — Нет, — со вздохом сказал он. — Сожалею, Гарри, но я не твой родственник и не опекун. — Но вы министр магии, — умолял Гарри. — И ваше разрешение… — Нельзя, Гарри. Правила есть правила, — твердо сказал Фадж. — Вот в будущем году ты наверняка будешь ходить в Хогсмид. Но, честно говоря, мне кажется, тебе бы лучше… вообще… Не будем об этом. Я пошел. Счастливо оставаться, Гарри.

***

Оставшееся время Гарри проводил в комнате которую ему дали на время. Возле него уже были все вещи и он просто ждал встречи со своими друзьями. Но только и сам не ожидал что все произойдёт так быстро. Гуляя по улицам он их увидел. Вот они! Вдвоем сидят в кафе-мороженом Флориана Фортескью! Рон еще больше усыпан веснушками, Гермиона очень загорела, оба что есть силы машут ему. Не веря своему счастью, Гарри уселся рядом с друзьями.       — Не прошло и года! — улыбнулся Рон. — Мы были в «Дырявом котле», но нам сказали, что ты куда-то ушел. Мы и во «Флориш и Блоттс» заходили, и к мадам Малкин, и…       — Да я на той неделе все купил, — пояснил Гарри. — А как ты узнал, что я в «Дырявом котле»?       — Папа сказал, — ответил Рон.       — Гарри, ты и вправду раздул свою тетю? — серьезно спросила Гермиона.       — Я не хотел, — промолвил Гарри. — Просто не сдержался. Рон покатывался от смеха.       — Это не смешно, Рон, — укоризненно сказала Гермиона. — Знаешь, я удивлена, что тебя не отчислили.       — Я тоже, — признался Гарри. — Не сомневался, что меня отчислят. Он посмотрел на Рона:       — Слушай, Рон, а твой папа не знает, почему Фадж не наказал меня?       — Наверное, ответ кроется в самом тебе, — пожав плечами, хихикнул Рон. — Знаменитый Гарри Поттер — вот и все дела. Мне трудно даже представить, что Министерство сделало бы со мной, надуй я свою тетушку… Причем им пришлось бы сначала выкопать мой труп, потому что мама прибила бы меня на месте… А если честно, узнаешь все у папы вечером. Мы тоже остановились в «Дырявом котле». Гермиона тоже с нами. Завтра все вместе двинем на Кингс-Кросс! Гермиона, улыбаясь, закивала.       — Родители привезли меня сюда утром со всеми вещами.       — Здорово! — воскликнул Гарри. — Так вы уже купили учебники?       — Смотри. — Рон вынул из сумки длинную, узкую коробку и открыл ее. — Новая волшебная палочка. Четырнадцать дюймов, ива, волос из хвоста единорога. А там все учебники. — Он махнул рукой на большую сумку под креслом. — Что скажешь о «Чудовищной книге»? Продавец чуть не заплакал, когда я сказал, что нам надо две.       — А это у тебя что, Гермиона? — спросил Гарри, указав на три битком набитые сумки в соседнем кресле.       — Я же буду изучать гораздо больше предметов. У меня здесь все по нумерологии, уходу за магическими существами, прорицанию, изучению древних рун, изучению маглов…       — Зачем тебе изучение маглов? — воскликнул Рон, закатывая глаза. — Ведь ты — урожденная магла! Твои родители маглы! Ты и так все про маглов знаешь!       — Но маглов очень интересно изучать с волшебной точки зрения, — серьезно возразила Гермиона.       — А есть и спать ты когда будешь? — спросил Гарри. Рон все хихикал. Гермиона пропустила вопрос мимо ушей.       — У меня еще есть десять галлеонов, — сказала она, вынув кошелек. — У меня в сентябре день рождения, и родители заранее дали мне денег на подарок.       — И ты, конечно, купишь замечательную книгу? — невинно поинтересовался Рон.       — Нет, не книгу, — сдержанно ответила Гермиона. — Мне очень хочется сову. У Гарри есть Букля, у тебя Стрелка…       — Так Стрелка не моя сова, она семейная. Лично мне принадлежит только Короста.       — Рон достал из кармана свою крысу. — Вот она, мне надо ее показать специалисту. — Он положил Коросту на стол перед друзьями. — По-моему, в Египте ей не понравилось. Короста похудела и порядком облезла.       — Тут неподалеку есть зоомагазин, — произнес Гарри, изучивший Косой переулок как свои пять пальцев. — Посмотри там чего-нибудь для Коросты, а ты, Гермиона, можешь купить там сову. Расплатившись за мороженое, они пошли в «Волшебный зверинец».       — Как насчет крысы, — сказал он Гарри. — Мы были в Египте, и с тех пор ей не по себе. Короста, как почти все имущество Рона, досталась ему в наследство от братьев. Крыса принадлежала когда-то Перси. Она была худая и старая, не сравнить с сородичами в клетке.       — Сколько лет этой крысе?       — Не знаю, — протянул Рон. — Очень старая. Она перешла ко мне от брата.       — А какие у нее есть волшебные способности? — поинтересовался Гарри       — Ну-у, — замялся Рон. — По правде говоря, Короста никогда не проявляла ни малейших волшебных способностей. Гарри и Рон ждали Гермиону возле магазина, потому что Короста не могла спокойно находится там. Им не пришлось долго ждать Гермиону она вышла с магазина необычным животным, руках у нее вместо совы был огромный ярко-рыжий кот. У Рона отвисла челюсть.       — Ты купила этого урода?!       — Смотрите, какая лапочка! — восхищалась Гермиона.       — Ты права, только чтобы она не съела Коросту. — Гарри гладил кота.       — Гарри поверь ему не будет интересна какая-то Крыса.       — А ты о Коросте подумала? — Рон похлопал по карману. — Она нуждается в тишине и покое. А с этим котярой ей никакого покоя не будет!       — Ну хватит дуться. И не волнуйся, Глотик будет спать в моей спальне, а Короста в твоей. Бедная киса. Ведьма говорит, что Глотик несколько веков провел в магазине. Никто его не покупал.       — Интересно почему? — съязвил Рон. После этого тройка друзей пошла дальше бродить по улицам. Гарри и Гермиона не могли оторваться от кота. Несколько раз они торкались один одного руками. Это было скорее случайностью чем специально, но двоим было приятно.

***

Сегодня Гарри собирался ехать в Хоквардс они все уже прибыли на вокзал. Мгновение — и металлический барьер позади, они на платформе № 9 и ¾, а вон и «Хогвартс-Экспресс». Алый паровоз пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников. Миссис Уизли расцеловала своих детей, Гермиону и наконец заключила в объятия Гарри. Она долго его не отпускала, он даже смутился и все-таки был искренне рад, когда она чуть не в десятый раз его чмокнула. В поисках свободного купе Гарри с Роном и Гермионой пошли по коридору. Удача им улыбнулась в самом конце вагона. В купе находился всего один пассажир, дремавший возле окна. Троица переступила порог. Странно. «Хогвартс-Экспресс» предназначен для школьников, и, кроме волшебницы, развозившей тележки с едой, взрослых они раньше не видели. Незнакомец был одет в поношенную, штопаную-перештопаную мантию. Болезненного вида и изможденный, но совсем еще не старик, светло-каштановые волосы едва тронуты сединой. Ребята закрыли дверь и сели подальше от окна.       — А это кто такой? — шепнул Рон.       — Профессор Р. Дж. Люпин, — не замедлила с ответом Гермиона.       — Откуда ты знаешь?       — Посмотри на чемодан. — Она показала на полку над головой мужчины. Маленький потрепанный чемодан был перевязан веревкой, аккуратно связанной из множества маленьких веревочек. В одном из углов была надпись: «Профессор Р. Дж. Люпин».       — Интересно, что он преподает? — Рон, прищурившись, глядел на его бледный профиль.       — Защиту от темных искусств. Только по ней нет преподавателя. У них было уже два учителя по защите, на первом курсе и на втором. Ходили слухи, что на эту должность наложено заклятие.       — А потянет ли он? — засомневался Рон. — Похоже, он и сам под заклятием… Ну, выкладывай, — повернулся он к Гарри. И Гарри все им поведал, включая предупреждение мистера Уизли. Рон сидел будто громом пораженный, Гермиона прижала руки к губам и, немного погодя, сказала:       — Значит, Сириус Блэк из-за тебя убежал из тюрьмы, Гарри… Ты должен быть очень… очень осторожен. Не ищи себе неприятностей.       — Я их не ищу, — буркнул Гарри. — Это они меня ищут.       — Надеюсь, у Гарри хватит ума не выслеживать этого психа, — сказал все еще не пришедший в себя Рон. — Блэк ведь хочет его убить. Друзья восприняли известие хуже, чем ожидал Гарри. Испугались, похоже, не на шутку. Во всяком случае, гораздо сильнее, чем он.       — И как это он сбежал? — поежился Рон. — Из Азкабана? При такой-то охране? Ведь он сверхопасный преступник.       — Его должны поймать. — Голос Гермионы был тверд. — Я слышала, сейчас поднята на ноги даже полиция маглов.       — Гарри, но с тобой будем мы! — Глаза у Рона сверкнули. — И никакой Блэк не посмеет…       — Рон, не говори глупости, — возразила Гермиона. — Блэк днем, на людной улице столько человек убил! Неужели он, увидев нас, испугается и оставит Гарри в покое? Говоря это, она расстегивала ремни на корзине с Живоглотом.       — Не выпускай! — крикнул Рон, но было поздно. Живоглот легко выпрыгнул из корзины, потянулся и вскочил ему на колени. Внутренний карман у Рона задрожал, и Рон довольно грубо отшвырнул кота:       — Пошел вон!       — Как не стыдно, Рон! — возмутилась Гермиона. Рон не остался бы в долгу, если бы профессор Люпин в эту минуту не зашевелился. Все трое замерли, но профессор повернул голову в другую сторону и, слегка приоткрыв рот, продолжал спать. Гермиона посмотрела на часы.       — Но нам еще далеко ехать, — заметила она.       — А чего же мы останавливаемся? Поезд ехал все медленнее. Шум двигателя утих, зато ветер и дождь за окном как будто усилились. Гарри, находившийся ближе всех к двери, выглянул в коридор. Из других купе тоже высовывались любопытные. Поезд дернулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму.       — В чем дело? — раздался позади голос Рона.       — Ой! — вскрикнула Гермиона. — Рон, это моя нога! Гарри добрался до своего сиденья.       — Может, авария?       — Не знаю… Что-то зашуршало, и Гарри увидел на фоне окна смутный силуэт Рона, протиравшего запотевшее стекло.       — Там что-то движется, — сказал Рон. — По-моему, к нам спешат люди. Глаза Гарри метнулись вниз, к горлу подступила тошнота. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. Рука торчала наружу долю секунды: существо как будто почуяло взгляд Гарри и поспешно спрятало ее в складке черной материи. То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще все вокруг. Присутствующих обдало стужей. У Гарри перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце. Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Погрузился в холод. В уши хлынул поток воды. Его тащило вниз, вой усиливался. Откуда-то издалека донесся жуткий, пронзительный вопль мольбы. Гарри хотел помочь, все равно кому, попытался шевельнуть руками, но не смог. Его окутал густой белый туман…       — Гарри! Гарри! Ты в порядке? Кто-то шлепал его по лицу.       — Что… что? Гарри открыл глаза. Светят фонари, подрагивает пол. «Хогвартс-Экспресс» снова в пути, и горит свет. А он что, упал с сиденья? Рон с Гермионой склонились над ним, стоят на коленях, позади профессор Люпин. Гарри хотел поправить очки, и его затошнило, на лбу выступил холодный пот. Рон и Гермиона уложили его на сиденье.       — Ну, как ты? — забеспокоился Рон.       — Ничего. — Гарри бросил взгляд на дверь. Существо в капюшоне исчезло. — Что это было? Где тот… ну который выл?       — Никто не выл. — Рон недоумевающе покачал головой.       — Но я слышал вой. Что-то громко треснуло, и все вздрогнули. Профессор Люпин разломал на части большую плитку шоколада.       — Держи, — протянул он Гарри самый большой кусок. — Съешь и станет полегче. Гарри взял, но есть не хотелось.

— Вы не знаете, кто это был? — спросил он Люпина.       — Дементор. — Люпин раздавал шоколад всем остальным. — Один из дементоров Азкабана. Все смотрели на него, не веря ушам. Профессор Люпин скомкал пустую обертку и сунул в карман.       — Ешь, — повторил он. — Увидишь, станет легче. Простите, я ненадолго уйду, мне надо кое-что сказать машинисту. Люпин скрылся в коридоре.       — Гарри, ты и вправду в порядке? — Гермиона тревожно смотрела на друга.       — Я так и не понял, что произошло. — Гарри вытер пот со лба.       — Ну, понимаешь, этот дементор стоял здесь и осматривался (я так подумала, лица-то я его не видела), и ты, ты…       — Наверное, это был обморок. — Рон никак не мог успокоиться. — Ты вдруг обмер, упал и забился…       — А профессор Люпин подошел к дементору, вынул палочку, — продолжила Гермиона, — и сказал: «Никто из нас не прячет Сириуса Блэка под мантией. Уходи». Но великан не шелохнулся. Тогда Люпин что-то пробормотал, и из палочки на дементора посыпались серебряные искры, тот развернулся и тотчас исчез. Пока они говорили все это время Гарри держал руки Гермионы и сжимал ее. Он не хотел ее отпускать, но сам не понимал почему. Они так сидели до самого приезду.

***

С того моменту прошло много времени. Гарри пережил пророчество от учителя, приход Сириуса в Хоквардс и самое главное для него близость с Гермионой. Ну если быть точнее из-за постоянных ссор Рона и Гермионы, они не особо общались и поэтому Гермиона больше времени проводила с Гарри. И он сам не понимал что эму это все нравится. Если быть точнее ему нравится быть с ней все время. Гарри чувствовал себя спокойнее возле неё. Но после того как Гарри упал с метлы из-за дементеров, Гермиона не отходила от него неделю. Хотя он и чувствовал себя уже лучше она волновалась за него.       — Гарри, хочешь я останусь с тобой на эти выходные.       — Нет, Гермиона ты и так провела возле меня одни выходные не хочу чтобы потеряла ещё одни. Лучше пойди со всеми в Хогсмид и отдохни там.       — Мне больно от того что ты будешь опять один тем более после второго случая с дементорами.       — Можешь не волноваться со мной все буде хорошо, тем более я думаю что будет лучше если ты пойдёшь.       — Уверен?       — Да, и тем более у меня есть ещё дела здесь.       — Какие?       — Потом узнаешь.       — Хорошо. Гермиона обняла Гарри и пошла одеваться в Хогсмид.