Что ему подарить?

      Перед тем, как разъехаться по городам, они чуть ли не слёзно пообещали друг другу звонить и писать каждый день. Так как первый уезжал Пик, то на вокзале его провожал Вару. Разговаривали они с ним до последнего. И вот, стоило поезду отъехать, как спустя двадцать минут от Валета уже начали приходить сообщения. Проигнорировать Пик их не мог, поэтому с удовольствием отвечал, да и ему всё равно делать нечего.                               Переписывались они с ним не всю дорогу, просто в какой-то момент связь начала пропадать и пришлось попрощаться.       Второй раз Пик написал ему уже когда заселился в общагу. В тех сообщениях он доложил Вару; где заселился, первые впечатления, с кем проживает, что планирует в ближайшее время. Ответ прилетел почти мгновенно. [Вару — 14:48] Неплохой отчет, мне тебе потом такой же писать? [Чучело — 14:48] Желательно [Чучело — 14:48] Я ведь тоже хочу потом всё знать [Вару — 14:50] Окей [Вару — 14:50] Потом отпишусь, тормозит       Для Вашего понимания стоит уточнить, разница их отъездов всего в пару часов. Только Пику ехать не так долго, а Вару доедет только вечером. Но к этому мы вернёмся позже.

***

      После того, как диалог с объектом восхищения был закончен, Пик начал раскладывать остатки своих немногочисленных вещей. Попутно он размышлял о том, куда направиться после и чем заняться. Пока в голове был этот ход мыслей, вещи были разложены. В конце концов он решил разведать обстановку.       Оказавшись на улице, Пик осмотрелся и решил, что неплохо бы осмотреть кампус. Этим он и занялся, чтоб потом уже знать куда идти. Так и ушла пара часов, ведь после он пошёл смотреть город. Всё это конечно сопровождалось надеждой найти дорогу обратно.       Пошёл обратно он только после того, как увидел время на часах. Но увидел он его благодаря уведомлению с телефона. Там же он увидел и уведомление от Вару. [Вару — 18:36] Я доехал. Заселился. Комнату делю пока с одним парнем, но сказали что в будущем ещё подселят. В принципе тут чистенько, но это временно, мы просто только что оба въехали. Пока планирую шмот свой разложить, потом хз что делать [Чучело — 18:37] Остаток времени можешь по территории походить, но не повторяй моих ошибок. Я ушёл и ушёл далеко, а дорогу обратно помню плохо [Вару — 18:37] Не, я наверно пойду с вахтершей поболтаю. Всё таки рано или поздно, но она может не пустить меня ночью обратно [Чучело — 18:38] Не плохой ход. Тогда и с охраной не забудь тёрки устроить [Вару — 18:38] Я уже по пути с ними переговорил, общий язык мы с ними нашли [Чучело — 18:38] И почему я не удивлён? [Чучело — 18:39] Ладно, я пошёл обратно, потом если что напишу [Вару — 18:39] Окей, буду ждать       И опять несколько часов добирания до места его временного проживания. К сожалению, когда он дошёл часы показывали 22:05, а что это значит? А это значит, что его навряд ли пустят. В принципе так это и было. И где ему ночевать?       Подумав, походив вокруг здания, он дошёл до окон первого этажа где горел свет и постучал. В тот же миг подошла блондинистая девушка и наклонила окно.       — Что надо? — Довольно грубо ответила девушка. По видимости ночные гости ей не очень нравятся.       — Можно в окно залезть? Я живу на третьем, сегодня заселился.       — Ага, так я поверила. Не давно тоже парень впустил какую-то бабу и потом оказалось что она и не жилец вовсе, проваливай от окон!       — Я могу ключ показать. В конце концов впусти и я могу при тебе в свою комнату зайти.       — Ага щас, иди отсюда! — После этого окно закрылось и помимо этого мадам задёрнула штору.       Это конечно разозлило Пика, но не теряя надежды, он пошёл дальше стучать по окнам первого этажа. На второй попытке был парень, к нему присоединился ещё один, а на фоне было слышно третьего.       — Не поздновато ли? Мы гостей не ждём. — Он огляделся и его жильцы подтвердили.       — Я сегодня заселился, решил по городу прогуляться и не успел вернуться. Дадите залезть? Я потом к себе поднимусь.       — С какого этажа? — Спросил парень который стоял рядом.       — Третий. Можете со мной сходить если нет доверия ко мне.       — Ну ты подожди, мы посовещаемся. — После парни удалились и вернулись спустя минуту, которая казалась Пику вечностью. — Короче, сходим с тобой, всё равно если что вывести на улицу мы тебя сможем легко.       — Спасибо, если помощь нужна будет — обращайтесь.              В конце концов окно ему открыли и он залез. Парни ему конечно в этом помогли, после быстро обменявшись именами, они пошли на третий этаж. После чего разошлись. Вару в тот день Пик уже не стал писать, всё-таки было поздно.

***

      А что же было у Вару в то время? Сейчас и узнаем! Когда он распрощался с Пиком, остаток дороги разговаривал со своим попутчиком. От него он узнал и то, что направляются они в одно и тоже место.       — Погоди, то есть мы с тобой и учиться будем вместе?       — Сам в шоке. В таком случае, если место будет можем вместе жить. Как тебе идея?       — Годно, надо тогда на первом брать. Если что чтоб можно было ночные вылазки делать.       — А если занято будет? Или место только одно?       — Значит один из нас будет на первом, а другой там, где поселят.       — А занято если?       — Тогда хуй знает. Придумаем что-то.       — Окей.       Дальнейший их разговор будет не очень интересен, ведь они попросту обсуждали то, куда пойдут, чем будут заниматься, что будет если с комнатой на первых этажах не удастся и много чего ещё.       В конце концов доехав к пункту назначения, они пошли до общаги под весёлые разговоры и смешки. Пока попутчик брал им комнату, Вару уже вёл разговоры с охраной и довольно удачные, а после его наконец позвали. С комнатой на первом этаже им не повезло, но тем не менее им выпал второй этаж, да и так удачно! Дело в том, что окна выходили на козырек подъезда и можно легко спуститься. Когда дошли, он начал писать Пику. [Вару — 18:36] Я доехал. Заселился. Комнату делю пока с одним парнем, но сказали что в будущем ещё подселят. В принципе тут чистенько, но это временно, мы просто только что оба въехали. Пока планирую шмот свой разложить, потом хз что делать [Чучело — 18:37] Остаток времени можешь по территории походить, но не повторяй моих ошибок. Я ушёл и ушёл далеко, а дорогу обратно помню плохо [Вару — 18:37] Не, я наверно пойду с вахтершей поболтаю. Всё таки рано или поздно, но она может не пустить меня ночью обратно [Чучело — 18:38] Не плохой ход. Тогда и с охраной не забудь тёрки устроить [Вару — 18:38] Я уже по пути с ними переговорил, общий язык мы с ними нашли [Чучело — 18:38] И почему я не удивлён? [Чучело — 18:39] Ладно, я пошёл обратно, потом если что напишу [Вару — 18:39] Окей, буду ждать       Отправив ему последнее сообщение, он быстро скидал свои вещи и пошёл вниз. Там он переговорил с вахтершей, которой он не очень понравился по внешнему виду. Да и как она выразилась, парень отвлекает её от работы. Поэтому ему пришлось вернуться назад.       — Короче, Бес, бабка на вахте злая сидит, поэтому с ней пока можешь не пытаться брать тиму.       — Окей, понял. Не повторю твоих ошибок, задобрю её чем-то позже, а ты будешь на улице спать. — И он улыбнулся.       — В таком случае ты откроешь мне окно.       — А ты как паук по стене влезешь?       — Именно! Слушай, а у тебя что с именем? А то ты мне сказал звать тебя Бес, но тебя ведь не так зовут?       — Мисфаир, или Миса, но меня называют Бес.       — Почему?       — Ну знаешь история долгая, но могу с удовольствием рассказать. — С улыбкой на лице Вару развалился на своей кровати.       — Я весь во внимании!       — Это всё связанно с армией на самом-то деле. Ну а если подробней…

*Несколько лет назад*

      — За грубое нарушение дисциплины и за проявление неуважения к вышестоящему сану, рядовой Мисфаир приговаривается к наказанию в виде сорока ударов плетью. Исполнить! — голос капитана звучит сухо и ровно.       Миса криво усмехается, ловит взгляд капитана и замечает в его глазах непонятное смущение. Ну конечно, ведь с ним они пришли вместе и успели подружиться, пока были кадетами. Но Рейно дослужился до звания капитана, а Миса до сих пор оставался рядовым — и все знали, почему.       Мисфаир незаметно кивает капитану и растягивает губы в своей неизменной паскудной усмешке. Он держится прямо и гордо, пока его ведут к дыбе для наказания. Мельком оглядывает лейтенанта, нервно сжимавшего в руках плеть, заканчивавшуюся тремя хвостами. Долгим, пытливым взглядом рассматривает лица солдатов, собравшихся на представление — как же, Мисфаир наконец-то попался на горячем, не сумел выйти из воды сухим. Он видит ребят из своей роты, залихватски подмигивает им: мол, нет в этом ничего страшного, и не такое видали. Терпит, пока его руки привязывают к дыбе и упрямо молчит. Ему на самом деле страшно, очень страшно, но боится он не боли. Боится сломаться здесь и сейчас, на глазах у всех. А боль… она совсем не пугает.       После двадцати плетей он ещё стоял на ногах. После тридцати выдержка подвела его, ноги подкосились, повис на веревках. Но не издал ни звука, терпел боль, до крови кусая губы. Едва просвистел предпоследний удар — весь сжался, вцепился руками в веревки, наматывая их на кулаки. Щелчок. Свист.       Потом — едва дыша ждал, пока запястья освободят от пут и медленно сполз на землю, борясь с желанием взвыть от жгучей боли в спине. Под тяжелыми, недоумевающими взглядами заставил себя подняться с колен, вздернул на ноги огромным усилием воли. Тяжело дыша и чувствуя, как течёт по спине горячая кровь, поднял голову, встретился взглядом с лейтенантом. Заставил себя улыбнуться — все так же вызывающе, дерзко и нагло, словно не его спина располосована сейчас до мяса. Лейтенант не выдерживает его взгляда — отворачивает голову в сторону, почему-то нервным движением прячет трехвостую плеть за спину.       — Вот же отродье — цедит кто-то сквозь зубы и сплёвывает в сторону.       Мисфаир ищет глазами говорившего, хочет что-то ответить, но из горла вырывается лишь хриплый звук, постепенно переходящий в громкий, совершенно безумный смех, который он никак не может остановить. Притихший капитан глядит на него с выражением какого-то почтения на лице.       — Сумасшедший, — шепчет кто-то.       — Бестия, — тихо добавляют рядом, — Бес.       Миса стоит, улыбаясь во все зубы. Пожалуй, только на этом яростном желании доказать, что все переживёт, что сильнее, чем все думают, он и держится. Завтра скорее всего, не сможет даже встать, будет выть в койку и отлеживаться в лазарете, но сейчас он стоит прямо, не обращая внимания на озноб во всем теле, онемевшую от боли спину и холод, расползающийся по жилам. Ради этой минуты триумфа можно выдержать, можно выстоять, вытерпеть боль.       — Выкусите, сучье племя! — говорит он всем своим видом, упрямый и гордый. — Выкусите — и подавитесь.       Никто больше не посмеет назвать его выродком. И не станут больше его звать Мисфаир, словно забудут это имя, как постыдное явление. До самого конца службы он снискает себе сомнительную славу, и даже непосредственные командиры будут звать его просто — Бес.

***

      — Как-то так, или ты надеялся на другую, более эпичную историю?       — Куда эпичней этой? — Вару явно сидел в шоке. — Я бы на десятом ещё свалился! А ты выстоял!       В ответ ему был смех. Так и провели они вечер делясь воспоминаниями прошлой жизни.