В жизни мы любим лишь раз,а потом ищем похожих

            На город опускался вечер. Многие дома и улицы уже покрыты белой пеленой, большая часть людей сидит по домам, но к ней не относился парень, что сидел на крыше. Золотая диадема тускло блестела на белых волосах цвета снега. Глаза отдавали бирюзовым, являясь в то же время лиловыми. Взгляд был совершенно мёртвым. Обладатель сидел и смотрел на закат в своем неизменно фиолетовом пиджаке.       Поднявшись с места спустя время, он подошёл к двери, но обнаружил её запертой. В последующий миг на неё обрушились удары, но столь умиротворяющую тишину крыши нарушали лишь простые постукивания ослабленного тела. За свою попытку он был вознаграждён — дверь стала открываться и из-за неё показались два парня. Первый подбежал к невольному заточённому, осматривая его побитое личико. — Как ты тут оказался? Над тобой издевались? — в поле зрения показался спутник спасителя с капюшоном, парень с перебинтованной частью головы, повязка покоилась на одном глазе, скрывая пустоту. — Я? Нет, всё нормальн-но, — голос предательски дрогнул при виде второго неизвестного ему человека. — Окей, как скажешь. Пошли отсюда, я уже продрог до костей здесь. Зима, как-никак, — брюнет поспешил затащить парнишку в помещение учебного заведения, но тот отдёрнул руку, отходя назад. — Ты чего? Мы не сделаем тебе ничего плохого, даю честное дружеское.       Найтмер неуверенно посмотрел на его ровесников и протянул руку, позволяя увести его отсюда подальше.       Обидчики не заставили себя долго ждать и уже ждали юнца на пороге у лестницы. — Найти, твоё время ещё не пришло, что ты вообще делаешь в компании каннибала и шизофреника? Нам стоит ждать пополнение в лице очередного чокнутого психа? — группа посмеялась, что явно не понравилось названным. — Моё имя Даст, вообще-то, грязная шавка с улицы Ленина, — Хоррор посмеялся над шуткой друга, но Найтмера спрятал за собой. — Ну, раз уж я каннибал, так почему бы нам не провести вкусно время? Шавки с соусом дорогие и безвкусные, мне нравятся сырые, — не успела потасовка начаться, как её пришлось прекратить.       К ним подбежал член студенческого совета Чино.       — О чём вы только думали?! А если бы я не успел вас остановить?Подрались бы, да разошлись? — Чино уже стоял у Найтмера, поглаживая его по голове и прижимая к себе. — Да и как вы вообще могли думать о том, чтобы издеваться над бедным учеником? Точно к директору вас пора, не первая ваша выходка, — Чино наконец-то отпустил парнишку. — Сколько же тебе лет? Ты похож на Дрима, случаем, не его младший брат? — Найтмер взглянул на Чино, что ожидал от него ответа. — Мне семнадцать, и наоборот, это Дрим мой младший брат, у нас разница в две минуты, — он смущённо отвёл взгляд.       Стоило только открыть рот, как дверь распахнулась, грубо ударяясь о стену от небрежного обращения. — Чино! Там Киллер из восьмого «А»‎!.. Он!.. — Блу пытался вдохнуть больше воздуха после бега для продолжения, но Чино понял его и без слов. Он рванул и скрылся в коридоре, где была слышна ещё одна потасовка. — Свалите все живо!       Этот голос был знаком. Найтмер встал с дивана и выглянул из кабинета, лицезрел альбиноса, бьющего другого учащегося. — Киллер, остановись немедленно, ты его так до смерти доведешь! — Чино держал руку Киллера и старался скинуть его с зачинщика, который уже еле дышал. — А не хуй со мной флиртовать! Я вам не баба, которая течёт от каждого комплимента!       Найтмер поспешил к месту драки. Чино уже сдался и просто удерживал чужую руку, не давая закончить начатое. Альбинос сидел на пострадавшем, который судорожно глотал воздух, прикрывая своё лицо. — Принцесса-бунтарка?       Киллер обернулся на Кошмара, пристально смотря в его лиловые глаза, а после покрылся румянцем при виде ехидства на лице обладателя после слов. Не зная, как это принимать, альбинос полностью переключился на Найтмера. Поднявшись с полуживого человека, он подошёл к подростку и чуть наклонился, смотря ровно на его лицо. — У тебя нос не дорос, я не буду с тобой драться, — Найтмер в ответ тыкнул того по носу, на что взгляд потяжелел. — Принцесса-бунтарка боится? Или мне вас называть мисс-у-вас-тушь-потекла?       Это было сродни полёту. Парень не жалел о сказанных словах, чувствуя лёгкость. На него посыпалась брань, Киллер в красках нецензурной лексики топорно расписывал его жизнь и чуть даже не набросился, если бы не бедные Блуберри и Чино. В ответ на грязь с уст Кошмара слетал лишь хохот.       Найтмер развернулся, вернулся в кабинет студенческого совета, прощаясь с бунтарём лишь взглядом. Тот закончил буянить, как только Кошмар их покинул и, выдернув свои руки из хватки совета, отряхнулся и поспешил их покинуть.       Все эти два года были для Кошмара цирком, но самым лучшим, ведь каждый раз, когда Киллер ввязывался в драку, являлся Найтмер. Тот шутил над «принцессой», после чего его всегда спасала случайность. Убийца стал для Кошмара лучшим другом, а Чино возлюбленным. Член студенческого совета был для него красавцем на все сто, что Киллеру не нравилось.       На парнишку, проходящего по коридорам, резко набросился Киллер, обнимая и трепя по голове. Кажется, они привлекли внимание всех остальных, судя по многим удивлённым взглядах, что скрестились на них. — Киллер! Тьфу, мать твою! — Киллер спрыгнул и тут же достал расчёску, отдавая её другу. — Спасибо. Чего это ты бросаешься на меня? Вроде всегда прибить хотел, — тот склонил своё лицо перед Кошмаром, заставляя смотреть в бездонные глаза. — Ты сегодня просто такая лапочка! — резко выдал Убийца, хватая того за щёчки. — Ах ты... Плагиат! — Кошмар вырвал своё лицо из лап этого тирана, показывая ему язык. Взгляд упал на часы и ученик, схватив свой рюкзак, что покоился на подоконнике, произнёс: — Прости, мне пора! Чино ждёт! — он поспешил до места встречи, пока эмоции Убийцы бушевали от ревности. Чувства точно будут не взаимны. — Ты — единственный, кто смог меня пережить, — после этих слов последовал звонок, говоривший Киллеру поспешить.       Время было не такое позднее, но Найтмер ждал своего любимого в кафе сразу же после школы. — Найти! Боже, прости, что задержался. Появились дела в совете, — Чино присел на сиденье напротив Кошмара, что сверкал только от появления его любви. — Ты будешь что-то кушать? — он сразу же схватил меню, не обращая внимание на то, что Кошмар просто хочет поговорить со своим парнем. — Нет, а ты что-то будешь, кофеёчек? — Найтмер любил так называть своего Чино, эти веснушки очень хорошо бы украшали кофе, что и дало идею для прозвища. Чино был озадачен, он не знал, что ответить на слетевшее с уст обращение, поэтому просто решил дать ответ только на вопрос. — Наверное, тортик какой-нибудь, — глаза Кошмара заискрились и тот продолжил: — Тортик такой же, как и ты, сладкий, — на этот столь явный флирт взгляд стал более озадаченным и перешёл на окно, наблюдая за прохожими.       Сколько бы Найтмер не пытался заигрывать с любимым, тот игнорировал. В худшем случае, просто говорил, что ему это не нравится и уходил из квартирки. Кошмар, как и любимый, закончил школу и те уже жили вместе. Чино всё время желал завести котов, кошку или хоть котят. Найтмер был против, не желая видеть его странную фобию во плоти. Вскоре он решился на признание в вечной любви и заботе, предложение пожениться, а там дальше как пойдёт.        Кошмар зашёл в ювелирный магазин и подошëл к витрине с обручальными кольцами. Белые волосы были чуть мокрые от осенней погоды, но это не очень мешало. Он осматривал бы кольца вечно, если бы не консультант. — Молодой человек, вам помочь? — этот голос был нежным и приятным. Оглянувшись на девушку, Найтмер понял, что не сможет выбрать что-то сам, и согласился. — Не помешало бы.       Девушка поспешила к витрине и стала расспрашивать парня о его любви, по которой он так страдает. Описание подошло к кольцу с прозрачным алмазом. Найтмер не знал, подойдёт ли оно его возлюбленному, но купил его, а после отправился домой.       Чино вернулся в квартиру, разулся и прошёл в зал. Пакет с продуктами выпал из рук при виде всей романтической обстановки. — Чино, я хотел кое-что сказать... — Чино резко прервал Найтмера, вырывая свои руки из этих пальцев и закрывая ему рот. — Найтмер, я хочу с тобой расстаться. Я с тобой был только из жалости к тебе, но не любви. Я не люблю тебя, слышишь? — он убрал руку со рта и забрал чемодан. — Я собрал его заранее, прости, что потратил твои чувства напрасно.       И он покинул дом, даже не смотря на реакцию Кошмара, у которого разрывалось сердце от этих слов. Он сел на диван, закрыв лицо руками.       Найтмер изменился совсем. Волосы перекрасил в чёрный, кожа от всех дней дома стала смугло-бледной, а в глазах пропала лиловая искра, теперь сверкая чисто бирюзовым цветом. Дрим не смог оставить без внимания своего брата, но, каждый раз приезжая, получал лишь просьбы покинуть дом. И он это делал.       Дрим рассказал Киллеру о случае с Найтмером, на что тот сразу решил наведаться к лучшему другу с подарком. Убийца постучал в дверь. Послышались щелчки замка. Выглянул Найтмер, но не такой, а совершенно другой, в корне отличающийся от прежнего себя. — Найтмер? Я тебя не узнаю. — взглянув на своего лучшего друга, Кошмар уткнулся ему в плечо, не отвечая на объятия, но и не отказываясь от них. — Может, пройдём? Я тебе чай сделаю, попьём вместе с угощениями, — он пошуршал пакетом, и Найтмер, взяв его за руку, потащил в квартиру.       Открывая разные шкафчики, Киллер находил важные части чая. Спросив, где у хозяина конфетница, заметил искомый предмет на столе. Схватив её, Убийца высыпал шоколадные конфетки и поставил их перед Найтмером. Включённый электрический чайник говорил, что всё для славного чаепития было готово, разве что исключением оставался сам чай. Пока чудо техники грело воду, Киллер поспешил к Найтмеру, что смотрел в пол и даже не думал поднимать глаза на угощения или гостя. — Найтмер, может быть, попробуешь? — тот протянул ему распакованную конфетку, ожидая, что Кошмар откроет рот. Взгляд одного глаза упал на лицо альбиноса, а после на предложенную сладость. Спустя мгновение во рту оказался сладкий батончик, а гость ожидал ответ на эту наглость. — Спасибо, очень вкусно. — хриплый голос заставил убийцу сжать фантик и тут же отправиться за чаем. — И как давно? — Киллер вернулся с кружками, поставил их на стол перед Кошмаром и присел рядом. — Что давно? — сорванный голос вновь заставил сжать ладони в кулаки. — Ты страдаешь из-за него. Дрим мне об этом совершенно недавно рассказал.       Глаза Кошмара заблестели от сдерживаемых слез и дали себе волю, пустили весь накопленный негатив, что будто солью отравлял рану. Шипящая от каждой щепотки, напоминала о прошедших событиях. О испытываемой боли, когда любимый рядом — только протяни руку, и он тут же говорит, что никогда не любил и не собирался. — Эй, извини. Я не хотел задеть тебя, всё хорошо? — Киллер тут же стал поглаживать крупную ладонь для того, чтобы успокоить Найтмера. Тот сжал белоснежную ладонь своего друга, резко притянул её к себе, потираясь щекой. — Пожалуйста, останься сегодня со мной, ты очень похож на него. Мне так не хватает любимого человека... — убийца не знал, что на это ответить, только стал поглаживать руку Кошмара сильнее, попивая чай. Ответ сам нашёл себя. — Хорошо. Если хочешь, я останусь сегодня с тобой.       Найтмер и не думал отпускать альбиноса, даже когда тот мыл кружки после их маленького чаепития. Боялся, что тот сбежит от него, оставит одного в пучине своих психических расстройств. — Найти, я не собираюсь от тебя уходить — грех оставить старика одного, — Киллер старался помыть посуду, пока его руку держали и не желали отпускать, потираясь о неё и вдыхая запах сладкоежки. Ему за «старика» дали слабого подзатыльника, отпустив, но всё равно не отходя. — Может, тебе пойти поспать? Выглядишь как смерть, — мокрое от влаги рук полотенце было повешено на крючок, а рука снова в плену у Кошмара. — Только если ты будешь рядом, — убийца хихикнул, утягивая свой тайный объект воздыхания в комнату.       Укладываясь на двухспальную кровать, оба завернулись в одеяло, тут же прикрывая глаза, но не отпуская рук.

***

— Так всё и было, — закончил свой рассказ Кошмар, допивая из кружки чай.       Тут же послышался голос с другой комнаты: —Ты забыл описать себя и меня в постели! Найтмер что-то буркнул, взял в руки конфетку, устремляясь в комнату к мужу, откуда послышалось весёлое «Ай!», смех и слова: «Конфеты не только вкусные, но ими ещё и убить можно! Вот это да!» Дрим лишь посмеялся с этого, смотря на возвращающегося брата.