Глава 39. Мааль-Бли
7 января 2023 г., 16:41
Доктор Кинг сидела на подоконнике и курила.
Настроение было настолько мерзкое, что даже вкуса табака она не чувствовала и дымила машинально.
Первая заповедь врача - умей отгораживаться. Жизнь строго делится на работу и дом. Особенно если тебе повезло в семейной жизни и у тебя есть муж, на которого точно можно положиться. Пусть он старше на пятнадцать лет, пусть связан с подпольем, но ты твердо знаешь, что в случае опасности он первым делом бросится спасать тебя и ребенка, а уж потом родную партию и такую мелочь, как собственная жизнь.
В Мистралии так не принято. Единственная ценность в глазах кабальеро - это его драгоценная мужская честь, а остальное уж как получится. Господи, как она ненавидела эти слова, за которыми стояло вовсе не то, что воображали восторженные дурочки вроде этой малышки Аниты. Сколько мужчин с проломленными головами и вспоротыми животами прошло через ее клинику, и все они защищали свою честь. На собственную жизнь им было плевать, но вовсе не потому, что чужую они ценили дороже. Наоборот - чужая не стоила даже упоминания.
Убитых ждали почетные похороны, где над свежей могилой взрослые друзья и родственники восхваляли их мужество и ставили в пример малолетним сыновьям и племянникам. Калеки сидели перед домом, курили, пили, грелись на солнышке, вспоминали былые подвиги, и их окружала свита благоговеющих мальчишек.
И новые толпы красивых пылких парней выходили в мир, и их встречали толпы девушек, готовых на все ради сказки, в ожидании которой прошло их детство.
Вот почему гораздо больше, чем покалеченных мужчин, она повидала на своем веку увечных женщин. Девушки бросались в мужские объятия бездумно, как мотыльки на лампу, и их ждала участь мотыльков. Они были свято уверены, что это их единственное предназначение - прыгнуть в огонь и сгореть. А потом они попадали в клинику доктора Кинг - брошенные женщины, наглотавшиеся яда, или заразившиеся дурными болезнями, или после подпольных абортов. Жертвы во имя любви, будь она проклята.
А тех, кому повезло встать на ноги, она выпускала в мир, зная, что скорее всего они вернутся снова. Анита уже почти оправилась, она бодра и весела, жадно выслушивает все, что ей ни расскажешь, даже порывается помогать в уборке палаты. Еще через пару дней ее заберут домой. А что я могу? Не удочерять же ее теперь, в самом-то деле.
