Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 1.

- Ваше величество, а долго еще до утра? - Трудно сказать. Мы находимся в камере номер сто тридцать пять на втором подземном ярусе в восточном крыле. Окон здесь, сами понимаете, быть не может, и время измеряется приемами пищи. Но сегодня ужин уже был, так что... - бывший король выразительно развел длинными руками. Серхио вздохнул. Находиться в камере было тяжело физически, казалось, что потолок давит на голову. О том, чтобы уснуть, нечего было и думать. Для этого нужно хоть немного расслабиться, а он весь был как взведенная пружина. - Как вы это выдерживаете? - вырвалось у него прежде, чем он сообразил, насколько бестактен такой вопрос. Король ничуть не обиделся и сразу понял, о чем речь. - Я знаю систему изнутри. Начинал примерно в вашем возрасте. И специально тренировался, по собственному почину. Правда, мне было проще - Флавиус говорит, я такой один, и я ему верю. Вообще люди делятся на несколько категорий, - продолжал он наставительно, - есть особо чувствительные, вроде Жака, такие ломаются, едва переступив порог камеры. Есть покрепче - им требуется какое-то время, но рано или поздно сдаются и они. Есть особо упорные... в общем, вы поняли, - закончил его величество, заметив наконец, какими глазами смотрит на него собеседник. - Как вы можете? - выдавил Серхио, - и так спокойно... Вы же теперь сами... неужели вам нет никакой разницы? - Есть, разумеется. Но думаю, я это переживу. Конечно, мне может не повезти, но вероятность такого исхода составляет... - Да я не об этом! - заорал Серхио, вскочив на ноги и больно ударившись головой о верхние нары. - Вы что, не понимаете? - А, вот оно что. Сеньор Медина, я забыл, сколько вам лет. Не обижайтесь, но такое понимание приходит с опытом. Вы когда-нибудь пробовали управлять ... ну, не страной, а хотя бы торговой компанией? Если конкуренты держат определенные цены, вы волей-неволей должны делать то же, иначе разоритесь. Правда, иногда стоит нарочно снизить цены, чтобы самому разорить конкурентов... - Я не понимаю, - ответил Серхио с отчаянием, - при чем тут торговля и цены? - Я уже подошел к главному. Политика - та же торговля, только ведется она в других масштабах и другими средствами. Если даже к кузену Элвису в Лондру я засылаю шпионов, как и он ко мне... И это, заметьте, ближайший союзник, с которым у нас общие интересы. Что же говорить об остальных? У них имеется армия, полиция, контрразведка, тайные агенты и палачи, и им в голову не приходит, что в этом есть что-то плохое. Я вынужден не отставать, а вернее, играть на опережение, и тут на карте стоят не финансы, а свобода и благополучие страны. Вы предлагаете всем этим пожертвовать? - То есть вы хотите сказать, что все это, - Серхио мотнул головой в сторону железной двери, - нужно ради свободы? - Увы, - вздохнул бывший король, - не обижайтесь, но я повидал много молодых идеалистов, и как раз они, столкнувшись с реальностью, легче всего бросаются в другую крайность. - Ваше величество, - не выдержал Серхио, - я не могу поверить, что вы человек. Такое ожидаешь услышать от дьявола, про которого рассказывает падре Себастьян. - Не преувеличивайте, - махнул рукой Шеллар. Внезапно он лукаво прищурился, и каменное лицо сразу ожило. - А вы не боитесь говорить мне такие вещи? Я вполне могу выбраться из этой передряги и припомнить вам... - Простите, - хрипло ответил Серхио, чье негодование уже схлынуло, а страх начал возвращаться, - я должен был спросить. Когда бы еще представился такой случай.