Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 1.

Серхио открыл глаза. Он находился в незнакомом месте. Слева лежала ровная степь, поросшая выгоревшей травой. Справа было невысокое строение из грубых бревен, а перед ним - утоптанная земляная площадка, окруженная большими камнями. Здесь было полно народа. На камнях и голой земле сидели странные зрители. Пятеро мужчин - крепких, обросших волосами и бородами, в звериных шкурах, коже и домотканом полотне. Многочисленные женщины выглядели аккуратнее, но и у них была та же одежда, огрубевшие от солнца и ветра лица, выгоревшие волосы, потрескавшиеся ногти. И так же выглядели актеры и актрисы на импровизированной сцене, столпившиеся возле лежащего на земле человека. Одна из женщин обтирала ему лицо мокрой тряпицей, голова его покоилась на коленях второй. - Диего, ты меня слышишь? - спрашивала первая женщина - смуглая, черноволосая, растрепанная, одетая в обноски, некогда бывшие приличным платьем. Серхио застыл. Незнакомая дикарка с резкими движениями и хриплым голосом, такая неженственная, такая неприлично свободная. К счастью, она его не видела. Вторая сидела молча - маленькая, краснолицая, с волосами светлыми, как солома, и настолько же сухими. Она плакала. Лежащий человек пошевелился и оказался Кантором - тоже обросшим, неряшливым, в поношенной, порванной и кое-как починенной одежде. Левый сапог у него просил каши. Он приподнял голову и тут же опустил ее обратно на колени Ольге. - Вот это я понимаю, - простонал он, - в театре мне и цветы подносили, и овации устраивали, но такой награды я еще не получал. - Очень больно? - спросила Ольга. - Ничего, - ответил Кантор. - А ну-ка пустите меня, - заявила протолкавшаяся сквозь толпу доктор Кинг, - эй, смотри сюда. Сколько пальцев? - Двенадцать, - ответил Кантор и вырубился. Ольга тихо завыла. Подошла виновница переполоха, на ходу убирая за пояс пращу. Она была на голову выше посланниц цивилизованного мира и широка в плечах почти как мужчина. Воительница смерила взглядом свою жертву, по-прежнему не выказывая ни малейшего раскаяния. - Давайте помогу, - сказала она, присела и без видимого усилия подхватила Кантора на руки. - Благодарю, - ответила доктор Кинг, - идем, ему нужно в лазарет. Она пошла вперед. Благодарная зрительница с триумфатором на руках двинулась следом. Анита села рядом с Ольгой, погладила ее по сухим волосам и с материнской заботой сказала: - Не плачь. У него голова крепкая. Вставай, сеньоре Эстелле нужна наша помощь. Надо подготовить смотровую.