Неожиданное пополнение в команде Озен

      Стрелок не спеша шёл по узким улочкам Орта. Город был очень красивым. Все дороги были выложены каменной брусчаткой. Дома стояли очень близко друг к другу, настолько близко, что кое-где, казалось, с трудом могли протиснуться два человека. Затем узкие улочки сменялись широкими, петляя и перемежаясь между собой, как будто не люди строили этот город, а огромный сумасшедший паук плёл свою огромную, только одному ему понятную паутину. Город был древним, ну или, по крайней мере, очень старым. Идя по нему, Стрелок заметил, как одна архитектура сменялась другой. Переход был плавным, еле заметным, но всё же существенным. Округлые крыши домов сменились треугольными, и дома приняли более готический вид. Было видно, что весь Орт представляет собой некое смешение культур, верований и ценностей. Много веков люди прибывали сюда в поисках удачи, тайн и наживы. Каждый оставил тут что-нибудь от себя. Орт впитывал это всё как губка, разрастаясь и становясь всё больше. Это уже давно был не город, а был храм. Храм, посвящённый разбитым жизням, судьбам и мечтам.       — Или надгробие, — тихо прошептал про себя Павел, читая мемориальные таблички на краю пропасти с именами не вернувшихся из Бездны. Достав пачку сигарет, Стрелок закурил. Потягивая сигарету, он стоял на краю пропасти, вглядываясь в чернеющую дыру посреди города.       «Много ты тут сожрала людей, погань», — подумал Стрелок, докуривая.       — Сожри и это, — сказал он, выкинув окурок в пропасть. Затем открыл дверь бара и вошёл внутрь. В помещении было темновато и тесновато, но довольно уютно. Аккуратные деревянные столики стояли по периметру, а на окнах виднелись занавески. В дальнем конце зала находилась барная стойка. В заведении пахло чем-то вкусным. Стрелок подошёл и, нажав на колокольчик для посетителей, принялся ждать. Погодя окинул помещение взглядом. Зал был полупустой. В пяти метрах от него за столом сидели трое искателей и что-то рьяно обсуждали. Двое мужчин усердно шутковали, а небольшая и стройная женщина между ними смеялась и периодически закрывала руками красное от неловкости лицо. В паре метров от них сидел молодой парнишка лет двадцати на вид. Он был невысокого роста, с пепельно-белыми волосами и очень серьёзным лицом. Парень листал какую-то книгу, то и дело поглядывая на Стрелка.       — Звоните ещё. Она, наверное, не слышит, — спокойно сказал парень.        Стрелок позвонил ещё раз, и к нему вышла хозяйка заведения. Невысокая, немного полноватая женщина средних лет, с приятным округлым лицом и платком на голове. Сама женщина была одета в простое рабочее платье и больше всего была похожа на кухарку, чем на бармена. Она посмотрела на него немного удивлённо. Новый гость всё-таки отличался от большинства местных.        — Здравствуй, хозяйка. А есть ли у вас что-нибудь выпить и закусить? — вежливо спросил Стрелок.        — Конечно, что Вам принести? — радостно и даже немного восторженно ответила женщина. — К нам нечасто заходят новые посетители.       — Принесите чего-нибудь горячительного, градусов так под сорок. И любое блюдо на ваш вкус. Вот что у вас так вкусно пахнет? — потирая руки, поинтересовался Павел.       Он не знал местной кухни и поэтому полностью положился на вкус хозяйки.       — Я вижу, Вы не местный, — заметил молодой парень за столом.        — Нет. Я недавно сюда прибыл: всего неделю назад.        — Вы турист?       — Нет, я по работе. По научной работе, вернее, — сказал Павел и присел за один столик с парнем. — Вы не против?        — Нет, садитесь, — юноша закрыл книгу, положил её на стол.        — Честно говоря, Вы мне и нужны. Я должен через три дня вести экспедицию иностранцев на второй слой. Вы Павел Стрелецкий?       — Да, — удивлённо ответил Стрелок.        — Я Дзируо. Лунный Свисток, а также воспитатель в местном детском приюте «Бельчеро». Именно вас моей группе поручено сопроводить на второй слой.       — Это хорошо, что мы с Вами вот так вот встретились.        — Наверное, — неуверенно и устало сказал Дзируо. — Я сомневался, но решил согласиться на эту авантюру, так как приюту нужны деньги, а иностранцы хорошо платят за такую работу. Да и международные отношения тоже важны.       Тут хозяйка заведения принесла графин и целую тарелку печёного мяса с овощами. Пахло всё просто замечательно. Стрелок немедленно взял графин и налил себе стопку, после чего, не закрывая пробку, вопросительно посмотрел на парня. Тот, недолго думая, кивнул.       — Ещё что-нибудь? — спросила гостей хозяйка.       — Вторую стопку, — произнёс Дзируо.       Вторая стопка не заставила себя долго ждать. Стрелок проводил хозяйку взглядом. Затем налил Дзируо до краёв. Поставив стопку, посмотрел на собеседника. Взгляд его стал предельно серьёзен.       — Расскажи мне про Бездну.        Дзируо понял, что разговор будет долгим и серьёзным. Хоть он и впервые видел этого человека, и это не способствовало искренности. Ещё больше не способствовало доверию то, что это был иностранец, а значит, потенциальный враг в возможном будущем. Искателям запрещено контактировать или слишком много болтать с ними. Немало погибло искателей в конкурентной борьбе с иностранными рейдерами. Учёный, конечно, был исключением. Парень это понимал, но воспитание и вдолблённую с детства пропаганду так просто не переступить. Хотя это было в его интересах. Как-никак им вместе идти в одно из самых опасных мест на Земле. Дзируо опрокинул стопку с пойлом и заговорил. 

***

      Ночь пролетела быстро. Павел лежал на своей кровати в каюте научного судна. Он пришёл поздно, где-то в пять утра. Тем не менее, спать он не мог. Рассказанное этим парнем не давало ему покоя. Стрелок оделся и вышел на палубу корабля. Он долго стоял, глядя на водную гладь: думал, рассматривая рыб, плавающих в воде возле пристани. Затем достал сигарету и закурил.       «Как всё-таки напоминает мне Зону эта самая Бездна. Хотя, если подумать, Зона была рукотворной. Дело рук человеческих. Результат вышедшего из-под контроля эксперимента. Ошибка заигравшихся учёных, которые строили из себя богов, — думал про себя Стрелок, потягивая сигарету. — Тут же эта Бездна. Вроде то же самое, да только не то. Бездну не люди создали. Она тут давно. Сколько? Четыре тысячи лет? Десять тысяч? Почему мы раньше о ней не знали?»       Стрелок задавал себе вопросы, ответы на которые, возможно, ещё предстояло узнать.        «Такая притягательная и жуткая. На вид дыра как дыра, но чем-то всё-таки манит туда людей. Хотя... А что тут думать? Бабки – вот что заставляет людей туда лазить. Работы другой тут всё равно немного. Семьи кормить надо».       Стрелок всё размышлял про себя, слегка улыбаясь, не переставая смотреть на горизонт и восходящее за ним солнце.        «Хотя я сам не лучше. Сколько раз я к центру Зоны ходил. Людей терял, здоровье гробил. Со зверьём голодным дрался и в аномалии попадал. И ведь шёл, зараза, зубами цеплялся, утирая кровь, пот и слёзы. Всё равно шёл. А зачем?»       Сигарета уже давно догорела и обжигала ему пальцы. Стрелок выкинул её в воду, тихо выругавшись про себя. Затем потупил взгляд на рыб в воде и плавающий окурок.       — Желания я свои шёл исполнять. Самые сокровенные, самые выстраданные, такие, что если не исполнятся, то хоть в петлю лезь, — сказал шёпотом Павел. Тут на палубу зашёл ещё кто-то. Обернувшись, Стрелок увидел начальника экспедиции. Старичок лет шестидесяти, немного сгорбившись, расхаживал по палубе. Это был профессор Нестеров. Большой человек, в своё время сделавший много открытий в областях физики. Ныне же усталый старик с флегматичным видом, одетый в свой лабораторный халат, прогуливался по палубе корабля.       — Зайдите ко мне после завтрака, Стрелецкий, — сказал Нестеров, покосившись на Стрелка, когда проходил мимо. Затем направился в сторону своего кабинета.

***

      Стрелок уже битый час сидел и выслушивал от заместителя тираду о международных отношениях, о важности для науки, деньгах и прочей лабуде, которая Стрелка заботила не сильно. Павел понимал, что хотя бы из соображений субординации выслушать начальство нужно было. Он терпеливо сидел и с железобетонной выдержкой выслушивал всё. Нестеров молчал всё это время, потом жестом осадил заместителя. Тот заткнулся сразу, как будто невидимая рука затолкала с размаху ему в рот кляп.        — Вы можете идти, Вербицкий, дальше я сам. Идите лучше проверьте, как там дела со снаряжением. Проследите, чтобы всё было как надо, — обозначил фронт работ Нестеров, и заместитель тут же встал и вышел за дверь. Стрелок остался с профессором один на один. Нестеров уселся в кресле поудобнее и облокотился о стол, подперев руками подбородок. Вид у старика был напряжённый и даже немного уставший.        — Послушай, Стрелок. Я знаю, ты не сильно горел желанием покидать институт, но пойми. У меня оперативников полевых, способных эту дорожку протоптать, пока нет. И вряд ли будут.        Стрелок понимающе кивал. Нестеров уже был стар. Его, наверное, сюда и отправили, чтобы избавиться, дабы он не мешал молодым делать в институте свои дела.        — Я тебя поучать не буду. Ты в своё время предостаточно с мутантами дрался и по норам лазил.        — И под пулями ходил, — добавил Стрелок.        Нестеров, выдержав паузу, продолжил:       — Вот поэтому ты этим и займёшься. Более опытного оперативника и представить себе трудно. Обозначу только цели и задачи. Первое: сбор образцов растений, животных и почвы. Второе: расстановка научного оборудования, обслуживание и снятие показаний. Третье: разведка. И ещё одно, не основное, но тоже важное. Чем лучше наладите отношения с местными, тем проще нам всем будет работать. Правители Беорски считают наше сотрудничество перспективным.       — А что, местные сами не могут зверюшек фотографировать и в земле ковыряться? — переспросил Стрелецкий, явно давая понять, что не повёлся на россказни Нестерова. Профессор улыбнулся. Стрелок был проницательный человек, не зря легенда Зоны и старший научный сотрудник в институте.        — Проклятье – это как местные называют воздействие пропасти при подъёме. Хотя по данным датчиков на корабле, а также установленных в городе, понятно, что не только при подъёме, а всё время нахождения в пропасти и в каком-то определённом радиусе возле неё. Мы пока предполагаем, что это какое-то излучение, запускающее мутагенные изменения в организме человека. Имеет накопительный эффект при многоразовом подъёме. Чем глубже, тем сильнее воздействие.        — Источник где-то в глубине этой ямы, — перебил профессора Павел.        — Скорее всего, — продолжил Нестеров. — Мы просмотрели при помощи РЛС корабля дно вокруг острова и саму пропасть. Дно вокруг острова имеет систему пещер, соединённых с Бездной. Но они находятся очень глубоко. Само дно Бездны не обнаружено, — Нестеров развёл руками.        — Как это не обнаружено? — удивлённо переспросил Стрелок.       — А вот так. Сигнал перестаёт отражаться на глубине двадцать тысяч метров. Уходит в пустоту и не возвращается. Там ещё что-то вроде подземного моря или озера, мы пока не можем понять. Помех много, да и мощности РЛС не хватает.       — Дугу бы тут построить, — немного улыбаясь, сказал Павел.       Нестеров засмеялся.        — РЛС «Дуга» стоит, как четыре этих города. Вряд ли такое тут когда-нибудь построят. Да и места тут нет. Кратер с ямой и обрывы по бокам. Оборудование, которое тебе дадут, нужно будет установить в Бездне по периметру, через каждые тысячу метров вглубь. Оно нужно для изучения этого... хмм... Проклятие, в общем, — Нестеров откинулся в кресле и посмотрел в иллюминатор корабля.       — Я могу идти? — вставая со стула и потягиваясь, произнёс Стрелок.        — Идите готовьте снаряжение.

***

      В оружейке было светло и просторно. Стрелок прошёл мимо стеллажей с научным оборудованием. За столом в конце комнаты сидел Новиков и ковырялся в каких-то электронных платах. Погружённый целиком в работу, он не сразу заметил Стрелка.        — Здорово, братан! — специально крикнул погромче Стрелок.       Новиков вздрогнул и, кажется, чуть не выронил паяльник из рук.       — Охуительная шутка, — заикаясь, сказал Новиков. — Прям одна охуительней другой.       — А какая была другая? — спросил Стрелок. Новиков зло посмотрел на Павла.        — Ааа. Ты всё про тот случай, — припомнил Стрелок, чуть закатив глаза. — Слушай, ну там я не виноват. Я просто тебе не успел сказать тогда.        Стрелок вспомнил, как Новикову, пока тот отлучился по делам, положили целую ложку ядерной горчицы в суп. Тот пришёл и, достав ложку из супа, сразу отправил всё в рот. У Новикова тогда чуть глаза не выпали. Тарелка с супом сразу полетела в голову одному из младших научных сотрудников.        — Как ты догадался? — спросил Стрелок.        — Интуиция, блять! — раздражённо ответил тот. — Ладно, не ссы, на тебя я не в обиде, — сказал Новиков и, положив паяльник, закрыл крышку прибора.        Стрелок сел за стол, достал пачку сигарет из кармана и, вынув одну никотиновую палочку, посмотрел на Новикова.       — Не против?       — Кури, ради бога, — разрешил техник, включая посильнее вентиляцию.        — Я вообще за снарягой к тебе.        — Всё готово. Иди за мной.        Стрелок с техником прошли в комнату со стеллажами, один из которых был забит металлическими ящиками.       — Вот эти внизу четыре ящика твои: забираем.       Стрелок с Новиковым быстро всё перетаскали на главный стол. Ящики стояли открытые, и поэтому можно было рассмотреть всё в мельчайших деталях. В первом лежал научный бронекостюм, чем-то напоминающий «Севу», только более массивный и бронированный. Все жизненно важные органы были прикрыты бронированными пластинами и вставками. Замкнутая система дыхания отсутствовала. Её место заняла усиленная система фильтрации и вентиляции. Шлем был также закрытого типа и по-прежнему напоминал шлем скафандра, но был не полностью стеклянный, а только наполовину. Всё, что можно было, Новиков усилил и укрепил. Во втором лежала Гаусс-пушка. Почти такая же, как и раньше, только катушек добавилось и конденсаторы были чуть больше. Катушки же со стволом техник прикрыл элегантным пластиковым кожухом. Вообще оружие приняло божеский вид. Не было торчащих во все стороны проводов, как на кустарщине из Зоны, которую использовал «Монолит». Хороший заводской экземпляр ручной работы. В остальных ящиках разместились рюкзак, аптечки, сухпайки и прочие расходники. Жизненно важная мелочь, без которой не обойтись в Зоне, да и в Бездне тоже. Всё, что лежало на столе, радовало глаз. Стрелок отлично помнил, как сталкеры целое состояние готовы были отдать за подобную снарягу. Он сам, когда только делал свои первые вылазки, был рад простой кожаной куртке и старой двустволке. И ничего, обходился как-то. Даже самая лучшая броня и отличная волына в руках не гарантировали, что их носитель останется жив. Хотя в некоторые места в Зоне соваться без хорошего снаряжения было просто самоубийством: будь ты хоть Рэмбо и Клинт Иствуд в одном лице. Тут хоть ты пополам разорвись, а выше головы не прыгнуть.       — Тяжеловат костюмчик. Не считаешь так, Лёха? — спросил Павел.       — Это только на вид. Я столько гравитационных артефактов понапихал, что он от силы килограмм пятнадцать весит. Плюс ко всему повышенная защита от мутантов, а значит, от местного зверья, тоже должна помочь. Бронеэлементы съёмные. Надо добавил, не надо – снял. Защиту от аномального воздействия убрал. Аномалий тут нет, поэтому зачем лишний вес таскать. Ещё пара артефактов на восстановление сил и остановку кровотечения.        Тут он замолчал, но вскоре снова продолжил:       — Есть, правда, ещё один костюм. Но он ещё не готов. Да и это явно перебор будет. Его я тебе потом как-нибудь покажу. Ты же учёный, а не танк.        Новиков был гениальным техником. Может из консервных банок пулемёт сделать и два цинка патронов к нему. Не зря его Нестеров к экспедиции привлёк. Новиков разглядывал всё это великолепие, и по выражению его лица кто угодно бы понял, что он прямо гордится своей работой.       — Батареи повышенной ёмкости не забудь для Гаусс-пушки. Пробивная способность по сравнению с предыдущей моделью у неё повыше будет, но и заряд от батареи она жрёт тоже будь здоров. Всего тебе батарей на 200 выстрелов. Экономь, потому что они дорогие, что пиздец. Ну и возьми с собой ещё что-нибудь попроще. Рельса – это, конечно, круто, но старую добрую картечь никто не отменял.        Стрелок сидел и слушал его, докуривая сигарету. Затем посмотрел на Новикова.       — Рельса – это действительно хорошо. Я помню, как одного наёмника с неё успокоил. Спрятался за БТР и думал, что в безопасности. Так насквозь и его, и БТР. Вот его дружки, наверное, удивились. — Этот случай даже вызвал у Стрелка еле слышный зловещий смех.       — Монолитовцы вертолёты военных с этих крошек сбивали, — заметил техник.       — Сам видел, лично, — подтвердил Стрелок. — С голой жопой, я смотрю, вы меня не оставили. И на том спасибо. Пусть пока лежит, заберу в день отбытия. — С этими словами он выбросил окурок в ближайшее ведро и пошёл к себе в каюту.

__________