Минус

*** - Отвали… - я откинул медного цвета чёлку с лица и усмехнулся. Он приподнял левую бровь и изучающе посмотрел на меня. - Ты груб. - Ха, – совершенно без эмоций отпарировал я – тоже мне, новость. Я к тебе не за этим пришёл. - А зачем? – зелёные глаза кокетливо блеснули, парень облокотился на спинку скамьи, у которой мы стояли. - Жаль мясо из тебя не получится. Не вкусный ты.… А-то жрать охота, - я резко достал пистолет. Глушитель сработал. Пуля пробурила для себя туннель в его голове. Тело ослабло и повалилось на скамью. Я докуривал сигарету. Спустя пару минут я откинул бычок в сторону. Мои руки спрятались, в карманы, предварительно убрав пистолет. «Минус один». Зачеркнул я в блокнотике своего сознания. *** Ты сидел на той же скамье, на которой лежал вчера труп твоего друга. Жалко? Мне - нет. - СВОЛОЧЬ! - Блондин сорвался с места и накинулся на меня с кулаками. «Хехе! Как здорово, как здорово, что все мы здесь, сегодня собрались». - Руки убери, от моего воротника, - мой небрежный толчок вперёд. Я опустил взгляд вниз. Ты же ниже меня. Помнишь? - Зачем ты позвонил мне? Сказать, что я скотина? Это не новость. Это факт. Ты забираешь у меня время. МОЁ время, - говорил спокойно, но с нажимом - Сказал бы лучше "спасибо", что тебя не тронул. А хотел. Только не я хотел. Мой брат. Переломать тебе кости. Я остановил. Спросишь "зачем?". - НЕ СПРОШУ! - Истерично крикнул тот и вновь подошёл впритык, чтоб во второй раз попытаться накинуться на меня. - Да что ты делаешь-то? - отмахнулся я, словно от надоедливой мухи - Ну, не ровня мы. Не ровня, не нарывайся. ТЫ всё сказал? - НЕТ! Я достану тебя! Я ТЕБЕ ОТОМЩУ! Я сделаю всё, чтобы тебе стало плохо! НЕТ! Ещё хуже! – взмахи его рук мелькали перед глазами. Походило это на то, когда едешь в автомобиле и боковым зрением замечаешь мелькание вывесок магазинов, кафе, баров, салонов... Раздражает. Глаз начинает дёргаться и охота проморгаться, или, ещё лучше, просто закрыть глаза и отвернуться. Так я и сделал, закрыл глаза и отвернулся. Просто ушёл. Правильно. Я хотел оставить тебя в живых. Когда мёртвый, тебе всё равно потерял ты... или нашёл. А он чувствует. Он понимает. Это хорошо. Правда жаль, наверно, что только мне хорошо. *** - Привет, - я улыбнулся, немного наигранно. Тот лишь кивнул, и слегка повёл плечами, не удосужившись даже взглянуть на меня. Скотина, к тому же обидчивая. Тебе в детстве не говорили, что на обиженных воду возят и в рот…. Значит, не говорили. Ничего, я скажу. - Извини, что отвлекаю от трапезы, я ненадолго – быстро глянув на содержимое его тарелки, я присел напротив. Красноволосый кивнул, разрешая. Или не разрешая, мне было уже всё равно. - Послушай, дружище. У меня тут к тебе дело. Я прекрасно знаю, что лучше тебя никого нет.… В этом деле ты сечёшь, как никто другой… - Не юли. – резко прервав мой монолог и посмотрев мне в глаза, прошипел тот, – Что тебе нужно? Мои губы неестественно растянулись, изображая усмешку. Какой ты взрывной. Хех. А сам твердил из раза в раз «спокойствие – это сила». Что ж никто и не говорил, что ты когда-то показался мне сильным. Хотя, постойте-ка, я вру. Ведь было такое. Ну, ничего, всем свойственно ошибаться. Только вот не всем свойственно прощать. Хм. Я вот – добрый. Я прощаю. Иногда. - Уу! Не кипятись, родненький, - мой голос походил на голос соловья, ну, по крайней мере, я уверен, что ранее мне не приходилось щебетать с такой интенсивностью в каждом слове – Всё куда проще. Не напрягайся. Я же сказал тебе, что ненадолго. Скоро всё закончится. Пара глаз напротив, недоверчиво сощурившись, уставилась на меня. Облобызала и была такова. Всё это меня смешило. Внутри я сам надрывался от хохота. От истеричного хохота. Мне было действительно смешно. Я ведь чувствовал его страх. Я видел его. Мог потрогать. Играл на нём, словно на балалайке. Спросите: нравилось ли мне? Нет. Но разве необходимо об этом знать кому-то, кроме меня самого? Тоже нет. Хотелось поскорее всё закончить и уйти обратно. Вернуться туда, откуда я пришёл. - У тебя осталось совсем немного времени. Я не собираюсь тратить на тебя, больше, чем ты того заслуживаешь – грубо резанул тот. - Слушай, ну ты точно зануда. С тобой даже говорить неинтересно. Всё-то ты знаешь, даже мои заслуги, – чуть наклонившись вперёд, я прошипел – Хотя на самом деле, не знаешь, даже крупицы того, чего должен бы был. - Я никому ничего не должен, – Кажется, я начинал его напрягать. Это было видно по сжатым кулакам, и чуть приподнятым плечам, в которые, еле заметно, вжималась голова. Он смотрел исподлобья. - Себе. Должен. Ну, и мне немножечко. Ты же поделишься? – я подмигнул. Так, по-доброму. Вы не забыли? Я же добрый. Не забыли? Хорошо. - Так что тебе нужно?! – голос дрогнул, толи от злости, толи от негодования, толи от страха. - Мм… - я потянулся. Всё шло так, как я и задумал. Это человек такой. Он сам себя может съесть. Вот же странный. Мне совершенно непонятно, как можно самого себя, проесть до такой степени, чтоб чуть ли не умертвить. Он сам будет мучиться догадками. Сам будет изводиться. Что-то додумывать. Решать. Главное – это ему дать наживку, чтоб проглотил. А там, она вцепится своей изогнутой сущностью в его кожу, где-то на уровне глотки и будет тянуть. Тянуть. Тяаааааануууууууть…. Красота! А я даже пальцем его не трону. Даже не прикоснусь. Противно. - Мне нужно то, что принадлежит мне. Ты знаешь, о чём я. А ведь он действительно знает. - Я не понимаю о чём ты. – У меня внутри что-то щёлкнуло, словно внутренние часы. Тик-тик-тик-тик-тик… Часы. Они всегда начинали отсчитывать время. Он проглотил. Да. ДА! Он её будет жевать. Она будет доставлять ему боль. Страааааашшшшноооооо? Я улыбнулся своим мыслям. Хорошо. Хе, и снова только мне. Парадокс? Нет, закономерность. - Понимаешь… - тихо-тихо. Мой голос теперь стал изображать шум листьев от лёгкого, ночного порыва ветра. - Прекрати!!! Его не вернуть! Он умер! Умер! – сорвался на крик. - Умер?! – к нам подошёл официант – Господин, Вам плохо? - Увидите его отсюда!!! ВЫГОНИТЕ! - Друг, что с тобой – я чуть приподнял брови, с проникновением смотря то на официанта, то на красноволосого – Ты что? Господи! Ему плохо. Помогите. Вызовите, пожалуйста, скорую. - КАКУЮ СКОРУЮ!?!?! – он подскочил, и накинулся на меня. - Что ты делаешь? Дружище, да что с тобой! Успокойся. Ну, ударь меня, хочешь? Ударь! Меня хватанули за руки, оттащили от него. - Господин, мы вызвали врачей. Ему помогут. Не переживайте. *** - Часто ли вы замечали за своим другом такое? - Вы знаете, - я улыбнулся, горько-горько, немного нахмурил лоб, будто вспоминая что-то, хотя на самом деле всё было в голове, «как на ладони» - Он... Когда потерял семью, он иногда срывался. Он может ударить. Избить. А потом сказать, что не помнит. Я думал, что это пройдёт… Рука врача опустилась мне на плечо. - Ничего. Мы постараемся сделать всё возможное. - Спасибо доктор! Спасибо! Доктор поспешил уйти. Конечно, спасибо обычно говорят за что-то. А «что-то» ещё не случилось. Лишние слова, были лишним грузом на его плечах, который я вешал на него. Усиленно. Посидев ещё немного в приёмной, перед кабинетом доктора, я таки встал и вышел. Его увели. Он вырывался. С силой. Он огрызался. Потом пытался взять холодностью и спокойствием. Но врачи, рассмотрели это как частичную атрофию нервов. - Психиатрическая больница тебе пухом, - мысленно кинул я. Я запустил руку в волосы и слегка взъерошил их. «Минус два». *** «Сколько их интересно мне знать? Неужели все за мной? Странно, но я не собирался быть избитым именно сегодня». Я шёл по улице, медленно и чуть втянув голову в плечи. Было чертовски холодно и морозно, а моя ветровка лишь создавала видимость верхней одежды, задача которой состоит именно в том, чтобы защищать от холода. В нескольких метрах от меня стояла шайка. Кажется, ожидавшая, точно мою персону, но сегодняшний прикид никак не мог соответствовать моему повседневному виду, поэтому капюшон, скрывавший черты лица, а кофта и штаны-размахайки прячущие мои габариты, были как нельзя кстати. «Ты боишься? Я не желаю тебе зла. Я просто хочу тебя убить…» - улыбка коснулась моих губ, я задрал голову вверх и посмотрел на плачущее дождём и снегом небо. Сегодня определённо не самая лучшая погода для прогулок. Зато столь романтичная. Прям как ты любишь. Грусть всегда тебе нравилась больше всего. Тебе нравилось ощущать её всеми пальцами и каждой клеточкой тела. Ты странный. Для меня. «Наверно, страшно жить в собственном страхе. Страшно жить с мыслью о том, что не умеешь чувствовать, правда? И всегда стремишься прочувствовать всё ещё раз, и ещё… Только я не понимаю этого… » - мысли струились по всему телу, легонечко цепляясь и давая возможность себя осознать. Я поднимался по дороге, которая напоминала собой горку. Небольшую и каменистую. Такие дорожки чаще всего встречались только в деревушках. Но ведь твоему поселению можно присвоить что-то подобное, правда? Я не успел спросить тебя об этом. Да и мы редко разговаривали с тобой на эту тему. Рука ухватилась за дверцу ручки и чуть согнувшись в локте, потянула на себя, проверяя: заперто или нет? «Не заперто…» - тихо проговорили губы, двигаясь в беззвучном шёпоте. Я не удивился. Будь, что будет. Отпечатков всё равно не найдут. Разве что подошва кроссовок. Но я их всё равно выброшу. Или ещё лучше сожгу, заодно погреюсь. Так я думал, тихонечко пробираясь в дом. В большой, немного бедноватый, но прибранный. В ноздри ударил запах крови. Я потянулся за ним. В центре зала лежал ты. Кровь, словно паутина, за твоей спиной расползлась в разные углы комнаты, собираясь у плинтусов в багровые сгустки. А возле руки записка. Я дотянулся до неё и, выхватив, быстро прочитал: «Я всегда мечтал уйти… ». «Дурак» - поднимаясь, подумалось мне, и я закурил, закрывая за собой дверь дома. Как же я всё-таки не люблю слабых и слабовольных людей, пытающихся зависеть и жить без зависимости. Глупость какая. «Минус три…» - капля дождя упала мне на нос, и я неслышно чихнул. Подтверждая последнюю, касающуюся тебя мысль. ***