Всё моё - твоё

Первую сковородку Шень Вэй принёс, когда захотел накормить Чжао Юньланя завтраком после приступа гастрита. Тогда он просидел у постели всю ночь, просто любуясь, как Чжао Юньлань безмятежно спит, а когда за окнами заберзжил рассвет, обнаружил, что на кухне нет нормальной посуды. Шень Вэй несколько опасался реакции Чжао Юньланя на самоуправство, но тот с видимым удовольствием поглощал здоровую еду, не задумываясь о её происхождении, и традиционно пытался затащить его в спецотдел. Шень Вэй традиционно отказывался, но мысленно дал себе зарок по возможности следить, чтобы Чжао Юньлань питался регулярно. Каждый раз, оказываясь в квартире напротив, Шень Вэю мерещился укоризненный взгляд в спину. Он убеждал себя, что сковородка - предмет неодушевлённый и не может грустно вздыхать и печально смотреть на него, но фантомное ощущение взгляда преследовало до тех пор, пока он не принёс вторую сковородку. - Прости, - он нежно погладил ручку. - Теперь тебе не будет скучно. Чжао Юньлань к прибавлению кухонной утвари отнёсся равнодушно, возможно, просто ничего не заметил. По-настоящему Шень Вэй развернулся, когда Чжао Юньлань потерял зрение. На столе обосновались кухонные весы, на плите красовался новый чайник, а в шкафу прибавилось тарелок. Да и вся квартира приобрела более жилой вид. “Так чисто здесь было примерно… никогда” - прокомментировал Да Цин. Шень Вэй скромно улыбнулся. Прочем, прозревший Чжао Юньлань быстро вернул квартире вид первозданного хаоса. - Шень Вэй? - Чжао Юньлань поднял голову от подушки. Шень Вэй дёрнулся и попытался что-то спрятать за спину. - Что там у тебя? Шень Вэй принял равнодушный вид, но покрасневшие уши выдавали с головой. - Кастрюля, - он пожал плечами. - Медная посуда позволяет... - Ага, - зевнул Чжао Юньлань. - Ты не против, если я ещё немного посплю? Разбуди, когда закончишь. - Ты не против? - Всё моё - твоё, - Чжао Юньлань широким жестом обвёл квартиру и снова уткнулся в подушку. - Аналогично, Чжао Юньлань, - улыбнулся Шень Вэй. - Аналогично.