О дне, когда настигло счастье

      Стрелка часов на кухне медленно приближалась к семи часам вечера — после семи должен был вернуться Чжун Ли с месячной командировки по работе. Чайльд, торопливо нарезал картофель для супа, боясь не успеть к приезду возлюбленного закончить приготовление ужина, и частенько поглядывал на часы. Он не знал чего хотел больше — поскорее увидится с Чжун Ли после разлуки или успеть все приготовить, чтобы тому было вдвойне приятна его забота.       После отъезда Чжун Ли, Аякс четко осознал, что в Ли Юэ у него мало друзей, а без возлюбленного дома очень скучно и тихо. Тарталья, выросший в многодетной семье и все детство окружённый сверстниками, не привык оставаться один, да ещё и в угнетающей тишине. Чтобы хоть как-то заполнить пространство шумом, он включал на фон музыку, телевизор или радио, которое сейчас было включено на фоне вместе с телевизором в зале. Такой шум создавал иллюзию оживлённости, которая всегда присутствовала дома в Снежной.       Тарталья скучал. Засыпать и просыпаться в одиночестве было тяжело, ему не хватало чужого тепла рядом, этого низкого сонного голоса по утрам, хитрой ухмылочки и серьёзных глаз. Казалось, что ещё ни один месяц в его жизни не тянулся так долго.       Тихо подпевая звучащей песне на своем родном языке, Аякс улыбнулся и выдохнул, стараясь держать эмоции под контролем. Совсем скоро вернётся Чжун Ли, обнимет его, поцелует и скажет, что тоже очень скучал. С этой мыслью он добавил в суп нарезанный картофель и принялся соломкой нарезать побеги бамбука, после также отправляя их в кастрюлю. Когда все необходимые ингредиенты были добавлены, Чайльд помешал суп и накрыл его крышкой.       Тем временем часы показывали половину восьмого вечера, солнце за открытым на проветривание окном исчезло с небесного полотна — наступили сумерки. Он подошёл к окну, облокотился руками на подоконник и стал разглядывать улицу. Счастливые голоса взрослых, звонкий детский смех, лай собак и гул машин — все это смешивалось в один успокаюващий звук и напоминало о Родине. Напоминало о свиданиях с Чжун Ли летними вечерами. Чайльд с первых встреч понял, что Чжун Ли не только умный и начитанный мужчина, но ещё и настоящий гурман — он обладал изысканным вкусом, умело критиковал блюда, да и в ресторанах пользовался уважением среди официантов и поваров. Когда они съехались и принялись делить бытовые обязанности, Чайльд без всяких сомнений взял на себя приготовление еды. Хотя готовить он не умел. Лучшим его кулинарным творением был крабовый салат, приготовленный в возрасте шестнадцати лет. Научиться готовить еду оказалось не так уж и сложно. Если Чжун Ли нравилось, значит Чайльд двигался в правильном направлении.       Вздохнув, он вернулся к приготовлению ужина. Пока доваривался суп, он решил начать накрывать на стол. Достал из холодильника ранее приготовленный салат, нарезал овощи и наполнил вазу фруктами. Завершающим украшением на столе стали бокалы и бутылка дорогого и настоявшегося османтусового вина. Чайльду не так уж и просто было найти это вино, можно даже сказать, что ему просто крупно повезло. Всё-таки этот вечер должен стать особенным, как тот день, когда они встретились.       Вернувшись к супу на плите, Чайльд попробовал его на вкус и довольно улыбнулся, выключая огонь на плите. В этот же момент где-то в коридоре хлопнула дверь — входная.       — Аякс! Я дома! — раздался низкий голос. У Чайльда побежали мурашки по телу — так давно он не слышал его вживую.       — Чжун Ли! — улыбнулся Аякс, выходя в коридор. Мужчина солнечно улыбался и не смотря на слегка уставший взгляд, счастья и тепла он излучал больше. Чайльд приблизился и поцеловал возлюбленного в губы, попадая в родные объятия. От его пальто все ещё веяло лёгким холодком, но даже это не перебивало естественный запах Чжун Ли, дурманящий Аякса во время объятий, сна и занятий любовью.       Крепкие руки Чжун Ли обняли его за талию, прижимая к себе. Чайльд невольно ухмыльнулся — лёгкие нотки собственничества возлюбленного всегда забавляли его.       — Ты как тут без меня? — спросил он, немного погодя.       — Скучал невыносимо, — ответил Чайльд и отстранился, заглядывая в карие глаза напротив. — Как прошла поездка?       — Не было ни одного дня, чтобы я о тебе не думал, — Чжун Ли оставил поцелуй на его щеке и принялся снимать пальто. — На самом деле не очень. Начальство многого требует.       Тарталья облокотился плечом о дверной косяк.       — Может всё-таки уволишься? Есть много мест получше, чем это. Ты умный и способный сотрудник, уверен, многие работодатели оторвут тебя с руками.       Чжун Ли последние два месяца до отправки в командировку жаловался ему на новое и очень требовательное начальство. Зарплату стали выплачивать нерегулярно, а работы только прибавилось из-за сокращения кадров. Чайльд видел, что работа стала приносить Чжун Ли все больше проблем и недовольства, пытался убедить его сменить работу все это время, а получал лишь кроткое «подумаю».       — По-       — Только пробуй снова сказать это, — Чайльд поднял указательный палец правой руки в угрожающем жесте и нахмурился. — Мне невыносимо смотреть как тяжело и с неохотой ты собираешься на работу. Пора с этом что-то делать.       — Я хотел сказать, что, пожалуй, ты прав, — спокойно ответил Чжун Ли, выдержав пристальный взгляд возлюбленного. — Эта командировка стала моей последней каплей терпения. Не переживай, заявление я уже подал.       Чайльд улыбнулся.       — Отлично! Долой неблагодарную работу! — хихикнул Аякс, заражая весельем Чжун Ли.       Затем они прошли в гостиную. Чайльд передал тому в руки заранее подготовленную стопку чистой одежды и полотенец, переговариваясь о каких-то мелочах.       — Иди мойся, а я пока закончу приготовление романтического ужина на кухне, — он хитро улыбнулся, ловя игривый взгляд золотистых глаз.       — Вот как? — на лице Чжун Ли засияла широкая улыбка. — Я заинтригован.       — Ты же не думал, что я не позабочусь о встрече с тобой спустя месяц? — в ответ принялся кокетничать Аякс. Чжун Ли наигранно нахмурил брови и задумался.       — Разве я мог сомневаться? — вопрос был риторическим, поэтому, не дождавшись ответа, Чжун Ли скрылся в коридоре, а затем хлопнула дверь ванной.       Довольный Чайльд вернулся на кухню. Радио продолжало играть какую-то веселую песню, но не заглушало звук воды в ванной. Не смотря на эту мелочь, Аяксу показалось, что дом снова наполнен жизнью и теплом. И для этого ощущения все лишь нужно было возвращение Чжун Ли с командировки. Конечно, они созванивались по телефону каждый вечер, хоть у его возлюбленного не всегда было много времени и сил на это. Им обоим было важно узнать друг у друга как прошел день.       Чайльд зажёг свечи на кухонном столе, выключил свет на кухне, оставляя только подсветку у кухонного гарнитура, после чего принялся разливать ароматный суп со свининой и побегами бамбука по чашкам.       Подтанцовывая и подпевая певице, звучащей из радио, Чайльд пропустил момент, когда Чжун Ли зашёл на кухню. Теплые ладони легли ему на талию, горячее дыхание опалило ухо. По телу пробежали мурашки.       — Обожаю, когда ты его готовишь, — ласково прошептал Чжун Ли, зарываясь носом в рыжие непослушные волосы любимого.       Чайльд тихо посмеялся.       — Да, после того самого пересоленного борща я набрался опыта в кулинарии, — он ловко выбрался из нежной хватки рук, плавно переместился к столу и оставил две миски с супом на нем. Затем развернулся и жестом попросил Чжун Ли присесть за стол.       — Тяжело было одному? — поинтересовался Чжун Ли и занял отведенное для него место. Только после этого Аякс занял свое и принялся откупоривать бутылку вина, дабы разлить по бокалам до начала трапезы.       — Ну-у, не совсем. Гладить вещи оказалось сложнее, чем я думал. Спасибо, что научил пользоваться стиральной машинкой перед отъездом, — он сжал зубы и приложил усилия, и уже через пару мгновений отложил штопор с пробкой от вина в сторону, наполняя сначала бокал Чжун Ли, затем уже свой.       — Ну, теперь я дома, все будет как прежде, — улыбнулся тот и взял в руки палочки для еды, приступая к трапезе. Чайльд проследил за тем, как изящные руки грациозно и уверенно вылавливают продукты из тарелки и направляют в рот. В их первую встречу в ресторане выяснилось, что Чайльд никогда не ел палочками, и сколько бы Чжун Ли с тех пор не пытался его научить, ничего не получалось. Вскоре Аякс сам попросил его бросить эту затею и приобрел для себя набор столовых инструментов.       Чжун Ли проглотил еду и глянул на Чайльда блестящими от счастья глазами.       — Очень вкусно. Я скучал по твоей еде. В отеле кормили скудно и безвкусно, приходилось дополнительно посещать кафе, да и кухня Мондштадта быстро приелась, — он схватил палочками кусочек побега бамбука и снова поднял взгляд. — Но вкус твоих блюд мне никогда не надоест. Есть в них что-то, что делает особенными, не похожими на другие.       — Любовь? — подсказал Аякс, довольно улыбаясь и склоняя голову набок. Чжун Ли не так уж и часто нахваливал его еду, а потому, каждое доброе слово в адрес его кулинарных способностей всегда ценилось на вес золота.       — Может быть, — Чжун Ли взял бокал в руки и протянул руку к Чайльду. — Предлагаю выпить за наше воссоединение.       — Без каких-либо возражений, — хихикнул Аякс и, стукнувшись с бокалом возлюбленного, медленно опустошил половину. В полумраке Чжун Ли выглядел очень романтично — свет и тени удачно подчеркивали черты лица, в глазах сияли блики от ароматических свечей. Чайльд опёрся щекой о руку и вздохнул, влюбленно глядя на своего избранника. В первую их встречу Чжун Ли был по-деловому одет и тогда он отметил, что официальный стиль одежды на нем смотрится очень сексуально. Но у себя дома… серая растянутая и постиранная бесчисленное количество раз футболка — не Чайльда ли? — выглядела на нем так беззаботно и по-домашнему. Чжун Ли любил наряжаться перед выходом из дома (даже за покупками), потому немногие в его окружении могли увидеть такой образ. А Аякс видел его каждый день и считал своей привилегией — видеть его простым и настоящим человеком, а не божеством — как было изначально.       Аякс хихикнул, потом ещё раз, и затем поймал вопросительный взгляд Чжун Ли.       — Это так забавно! — он откинулся на спинку стула, разводя рукой.       — Что ты имеешь ввиду? — не понял Чжун Ли, выравнивая о поверхность стола палочки для еды.       — У нас как бы, ну, свидание, да? По крайней мере я устраивал это как свидание. Поэтому видеть тебя в домашней одежде за романтическим ужином так забавно, — пояснил Чайльд и сел ровно. Чжун Ли задумчиво улыбнулся и опустил палочки в суп.       — Я люблю домашние свидания. Они… Другие, — взгляд Чжун Ли метнулся от тарелки к фоторамке, что стояла на кухонном столе — в ней фото с первого их свидания как настоящей пары. На фоне заката Чайльд смотрел в камеру, а Чжун Ли наклонился поцеловать его в щеку. Тогда они встретились в небольшой кафешке на пляже, перекусили и, когда село солнце, отправились к морю. Это был один из самых счастливых дней в жизни Чайльда.       Аякс хмыкнул и, опустошив бокал, тихо покинул кухню, зная, что Чжун Ли последует с ним на балкончик. Вдохнув прохладный весенний воздух, Аякс облокотился руками о перила. От мыслей в голове ноги стали ватными, от накатившего волнения стало не по себе.       Проверив наличие коробочки в кармане домашних штанов, Аякс закусил губу. Он намеревался связать жизнь с этим мужчиной. С Чжун Ли. За два года отношений произошло много событий, сблизивших их так, что Аякс не сомневался в том, что выбрал правильного человека. Пугала не сама возможность ошибиться, а некие другие обстоятельства…       Из тревожных мыслей его вывели заботливые прикосновения Чжун Ли. Аякс повернул голову к нему, встречаясь с мягким и теплым взглядом карих глаз, и ощутил как его плечи укрыли мягким пледом с одной стороны, а с другой прижался сам Чжун Ли.       — Не кусай губы, — поцелуй. — Дурная привычка. Что тебя беспокоит?       Знает его как облупленного.       — Я… — он начал, но продолжить высказывание не смог — слова встали поперек горла и, чтобы Чжун Ли не заметил его замешательства, перевел тему. — Я думал, что можно подарить Сяо на День рождения.       — М, — всё-таки заметил его ложь. — И что же? Если все ещё переживаешь из-за его отношения к тебе, то могу с уверенностью сказать, что ты ему понравился, — Чжун Ли улыбнулся и заправил рыжую прядку волос за ухо.       — Когда меня просили посидеть с Сяо, мы познакомились ещё ближе. Твой племянник, оказывается, очень любит рисовать, — Аякс невольно расплылся в счастливой улыбке, вспоминая дни, печаль которых скрасил пятилетний малыш Сяо.       Пару раз брат Чжун Ли просил его посидеть с ребенком, так как все взрослые были заняты делами, Сяо не с кем было оставить. Оставался только один вариант — парень Чжун Ли. Аякс с радостью согласился помочь, но надменный и брезгливый тон разговора при встрече с братом Чжун Ли, конечно, отпечатался в памяти не самым лучшим образом.       Однако, детей Чайльд любил и имел некоторый опыт няньки — где-то в далёкой Снежной по нему безумно скучали младшие братья и сестричка. С Сяо на тот момент они уже были знакомы, вот только этот ребенок отличался от тех, с которыми Аякс нянчился до этого. Он предпочитал молчать, вести себя сдержанно и неуверенно. Пришлось его разговорить и убедить в том, что дом дяди Чжун Ли — и дом малыша Сяо тоже.       После обеда они сели рисовать и общаться. Тогда явно зашуганный ребенок стал помаленьку раскрываться перед ним и чувствовать себя расслаблено — в тот день он нарисовал множество открыток для дяди Чжун Ли.       — Ты передашь мои открытки дяде? — поинтересовался Сяо, раскрашивая небо голубым карандашом. — Когда он приедет?       — Конечно передам. Хочешь, мы с тобой ещё письмо ему напишем? О том, как ты скучаешь, — с доброй улыбкой предложил Чайльд и подал Сяо фиолетовый карандаш, до которого тот не мог дотянуться.       — Папа говорит, что я ещё плохо пишу, — мальчик поднял на него взгляд. Сердце Чайльда в тот же миг кольнуло — было в этом взгляде что-то печальное и неприятное. — Он забрал у меня краски и цветные карандаши и не даёт мне рисовать.       Аякс замер. Значит ему не показалось и Сяо был опечален, потому что его лишили того, что приносит ему счастье. Он постарался сделать так, чтобы мягкая улыбка на лице не дрогнула и, отойдя от шока, погладил ребенка по спине.       — Я обязательно попрошу твоего папу, чтобы он вернул тебе и карандашики, и краски. Ты очень красиво рисуешь! Ну прямо великий художник!       Сяо впервые за день скромно улыбнулся и принялся ещё усерднее раскрашивать нарисованную ранее картинку. Тем временем на плите засвистел чайник — Чайльду пришлось отлучиться от созерцания увлеченного искусством малыша и разлить чай по чашкам.       — Убирай рисунки, чтобы не испортить, сейчас отрежу тебе торт.       Через пару минут Чайльд вернулся за стол, пил чай и внимательно слушал историю Сяо о том, как его мама пекла пирог и какие сильные впечатления получил, наблюдая за кулинарным процессом. В силу своего маленького возраста и небольших знаний о мире, дети удивлялись всему простому для обычного взрослого человека, с возрастом утерявшего веру в чудо. Поэтому Чайльд в каком-то смысле завидовал детям — перед ними открыт целый мир для изучения, никаких забот и проблем.       — Но мама не разрешила мне помочь ей, даже украсить пирог, потому что он был для гостей, — тут же поник Сяо. Аякс улыбнулся и заправил прядь темных волос малыша за ушко, наклоняясь к нему.       — Тогда в следующий раз, когда приедешь к нам, я научу тебя печь пироги, договорились? Будет твой кулинарный дебют, — Чайльд по-доброму посмеялся, а Сяо активно закивал головой.       — А какая начинка будет? — в его глазах засияли озорные искорки любопытства и радости.       — Ты хочешь ягодную или мясную? — усмехнулся Аякс.       — Ягодную! С клубникой! Мы можем приготовить пирог с клубникой?       Чайльд прикрыл глаза, задумавшись. Найти ягоду в начале весны будет непросто, но если постараться… Свеклу из Снежной в Ли Юэ он смог отыскать, а значит и клубнику отыщет.       — Можем, будет клубничный.       — Ура! — Сяо подпрыгнул на месте и задел коленками стол так, что чашки с чаем едва ли не перевернулись верх-дном. — Мой папа не прав! Ты хороший! Очень-очень хороший! И добрый! Хочу быть как ты.       Чайльд рассмеялся. Понравиться детям так просто. Но он ценил детскую любовь по отношению к себе. Он понимал, что хорошо ладит с детьми и многие берут с него пример. А пример хотелось показывать достойный.       — А твой папа в этом сомневается?       — Он говорит, что ты портишь дядю Чжун Ли, что ты дурачок, который тратит на него всё… Э… Как там… Бабло, точно, вроде так он говорил, — Сяо задумался, а у Аякса с лица медленно сползла улыбка. С семьёй Чжун Ли он виделся от силы всего раза три или четыре, но даже не подозревал, что мог оставить такое впечатление у брата своего возлюбленного. Слышать подобные слова от наивного ребенка было ещё ужаснее — научили же взрослые словечкам гнусным!       — Не говори такие слова вслух, хорошо, Сяо? Это некультурно, — Аякс опустил взгляд в чашку и погрузился в мысли. Чем же таким он не понравился родственникам Чжун Ли? Ну да, в день их знакомства он заплатил за Чжун Ли, потому что тот забыл кошелек, но это не значит, что их отношения держатся только на финансовой выгоде. На самом деле Чжун Ли много раз отказывался от предложения заплатить за двоих, когда они ещё жили по-раздельности. Так что же всё-таки не так?       — Хорошо, дядя Аякс. Не грусти только, пожалуйста. Ты правда очень хороший, — попросил Сяо. Чайльд поднял на него взгляд и невольно улыбнулся. — Ты любишь дядю Чжун Ли?       — Очень люблю.       — Почему?       — Ну… Он… Просто, наверное. Просто потому что он есть и любит меня в ответ.       — А почему людям нравится любовь мальчика и девочки, но не нравится любовь мальчика к мальчику?       Такой маленький, а уже задаёт такие серьезные вопросы…       Чайльд задумался. К сожалению или к счастью, ответ на этот вопрос он знал, но не думал, что сейчас нужное время, чтобы рассказать об этом Сяо. Уж больно не хотелось разочаровывать ребенка в грешности этого мира, показывать ему мир взрослых, полного злости, ненависти и безразличия. Нужно рассказать. Но немного позже и более подробнее.       — Люди глупые. Взрослые злые. Поймёшь, когда вырастешь, — ответил Чайльд и отпил остывшего чая из своей кружки. — Но никогда, Сяо, никогда не дай ненависти и безразличию тобой овладеть.       Чайльд вздохнул и опустил голову — прохладный воздух и контраст холодного железа с кожей отрезвляли разум, а тепло Чжун Ли пробуждало в нём позитивные эмоции и чувства.       — Так вот значит как… — прошептал Чжун Ли.       — Я не задумывался о том, как к нашим отношениям отнесётся окружение. Твои и мои родственники… Наверное, нам на-       — Подожди, Аякс. Ты, — Чжун Ли повернул его лицо к себе за подбородок и заглянул в глаза. В карих радужках напротив Чайльд мог увидеть целую бесконечность — этот взгляд казался таким глубоким и искренним, в действительности отражал душу их обладателя и истинные чувства, хранящиеся в сердце. — Самое драгоценное, что у меня есть. Мне не нужен никто другой. Ты — моя семья.       Чайльд ощутил как защипало глаза от появившейся влаги. Он вытер их тыльной стороной ладони и посмеялся. Вот он — идеальный момент.       — В таком случае, — он опустил взгляд, нырнул рукой в карман и достал бархатную коробочку, открывая. — Не желаешь ли ты стать моей семьёй и моим мужем официально?       Чжун Ли расплылся в широкой довольной улыбке, а на щеках проступил лёгкий румянец. Он прикрыл глаза и прижал возлюбленного за талию обеими руками.       — Согласен. Лишь бы ты был рядом, — Чайльд одел на его палец серебрянное колечко и мягко поцеловал пальцы руки. Они соприкоснулись лбами, прикрыли глаза, просто наслаждаясь теплом друг друга и звуками утихающего после тяжёлого рабочего дня Ли Юэ где-то на фоне.       По радио, которое все ещё было включено, тихонечко заиграла медленная и романтичная песня. Аякс улыбнулся и закружился в медленном и чувственном танце с новоиспечённым женихом. Со своим будущим мужем.

***

      Солнце озаряло очередной день августа, лучами пригревало кожу и заряжало позитивным настроением с самого утра. Стрелка часов указывала на без пятнадцать минут десять, когда Чайльд вынес тарелку из дома и оставил ее на столике в беседке сада на их участке. Сяо о чем-то оживлённо переговаривался с Итэром — новым другом, а, нет, уже парнем, встретившимся ещё в начале июня, когда только приехал в Спрингвейл погостить на лето у дядюшек после окончания школы. Чжун Ли невозмутимо попивал чай и читал книгу, переодически отвлекаясь на разговоры молодежи. Но стоило Чайльду оставить тарелку с горячими блинами и вареньем на столе, как разговоры и книги были тут же отложены.       — Приятного всем аппетита! — пожелал Аякс и сел около Чжун Ли, получая поцелуй в щёчку.       — Ты не представляешь, как я рад, что каждое утро в моей жизни начинается так, — улыбнулся он. Чайльд рассмеялся.       — Отплатишь позже, а пока ешь давай, ничего ведь не останется!       Наверное не может быть момента лучше, чтобы почувствовать себя по-настоящему счастливым, завтракая блинчиками в беседке под деревьями на своем участке в кругу родных людей, шутить, переговариваться и слушать шелест листьев над головой.       Скоро их семью ожидает пополнение…