Они были против

Мерещилось, как будто смерть подкралась, Однако у подножья баррикад Ещё флагшток багровый развевался И говорил: «Вперед! Нам шагу нет назад!» Не только по Европе этот призрак Шагает, а по миру в тьме ночной, По миру ходит призрак коммунизма, Израненный, уставший, но живой. Живой! И что ж такого в этом? Ну разве можно мертвецом Его назвать, ведь крови цвета Его бесстрашное лицо. И не вопите, вы, халдеи, Что он умыт в чужой крови! Ведь вы — жлобы и лицедеи, И с ваших рук позор не смыт, Фантом велик, как атмосфера. Он красен только потому, Что в нём кровь революционеров, С мечом встающих на борьбу. В нём кровь героев Сталинграда, И Ржева пули, и Москвы, И Курска крик, и Ленинграда Невыносимый глад и быт. В нём все — бесстрашные солдаты, И им никто не позабыт! В фантоме горести Хатыни, Страданья гвардии младой. В нём боль оставшихся в Берлине, Кто до Победы той Святой Не до́жил или не дожи́л и Погиб под канонады вой, И Лизы, Зины, Зои раны, В нём жертва тех, кто пал за мир, Армейца кровь и партизана, Матросов, Блау, их эфир Забрал в свои иные дали. Один героем пал в бою, Другой прошел войну, медали За это получил. Свою Он прожил жизнь, как подобает Освободителю страны. Багровый луч идей сияет, Вскипая яростью волны! В нём пламя яркое и угли, В нём обгоревший в пытке взор В агонии, безумной муке Солдат и мученик Лазо. В нём воля тех, кто тверже стали. В нём человечества оплот. В нём лучший вождь — товарищ Сталин, В нём вера в доблестный народ. Фантом, как небо в час восхода! Он был и будет, как рубин. Наполнен алым, как аорта. В нем Ким Ир Сен и Хо Ше Мин, Товарищ Кастро, Че Гевара, Альенде, Торрес, Корвалан. Неруда, Бунке, Чавес, Хара, Эрнандес. Вспомнить всех пора. Они слились во флаге алом. Их миллионы, звезд хорал, Бригады строй Рамоны Парра, Кому знаком и хлад, и жар. Они пришли тогда с пустынных Песчаных гор, холмов, морей И в знамени багровом пыльном Они едины и теперь. Пусть силы реакции настырны, Пусть кажутся они сильней. Да, силы реакции настырны, Но только кажутся сильней. Как крыса за объедок сытный, За доллар проорет лакей. И вам плевать, что был замучен Кровавым палачом СС Борец неутомимый — Фучик. Враждебен реакции прогресс. Вы те, кто совесть схоронили, Забив гвоздями её гроб. Вы, как сорняк, фашизм взрастили, Вставал тогда его флагшток. Да, кра́сный флаг, но цвета ада Его оттенок и внутри, Его не звезд сияньем, смрадом, Пропитан свастик черных вид. И желтых змей в блестящих касках Едины символы и цель, Да, тех, что в черных водолазках, Покрытых зеленью. Их тень В момент про Джельсомино сказку В жизнь воплощают и теперь. Да, это жизнь. Все в ней сурово. И чтобы всем глаза открыть, Идеи смысл, нужно слово Кровавой мукою умыть. И песни звон, и голос ясный Порою в жертву принести, Всю плоть, всю душу в час несчастья Отдать народу, отвести Весь страх! Всю слабость! Колебанья Отставить и идти вперед! Принять от рук врага страданья, Дав людям чистый небосвод. Вам не понять! Вы трусы, либо Садисты, лживых гадин трест. Или всё сразу! Вы на стыке Невыносимых жутких зверств. Вас ждут Сомоса, Стресснер, Франко, Батиста, Гитлер, Пиночет. Пожмут вам руку, хоть в обжарке Они уж много-много лет, Еще Дуарте, Муссолинини, Трухильо, первый президент. О первом президенте, впрочем, Хочу отдельно написать. Горят разгневанные очи Людей Союза и опять, И снова шельме все проклятья Из уст народа: «Падай в ад!» Такая, братцы, демократия, Такой вот, сестры, результат. «Иди к Раиске на попойку! Там сковородка для двоих Вам уготована! Там Борька Вас встретит точно как родных! И новых мальчиков чикагских С собою забирай скорей! Кагал халдеев буржуазных! Нам не вернуть теперь людей, Кто не пришёл домой с чеченской, Кого зарезал шовинист. Кто был убит на Красной Пресне, В кого стрелял тогда фашист. Кому писал Беляев песни, Неунывающий марксист. Путчист начищенным прикладом Забил афганца и юнца. Он бесконечно сыпал маты Без перебоя, без конца Должно быть, точно как солдаты Того, названье чьё cabrón¹. Как Димтер Бьярки, с автоматом Ходил и упивался он. Но справедливость есть, однако. Ответит за страданья враг, Но Димтер Бьянки chupasangre² Теперь в тюрьме. Товарищ, брат, Ты знал их имена когда-то? Скорей всего, ответишь «нет». А имена единых в стяге Ты знаешь точно, коль не слеп. Что остается тем, кто белый, На баррикадах черный, дом Оборонять остался смело? Идет сияющий фантом. Реакционеры стервенеют, Но он идет. Идет всё ж он. Что остается? Сплюнуть кровью И улыбнуться вопреки Невыносимо жгучей боли И крови высохшей реки. Карателей имен не вспомнят, Но а героев имена Поднимет к небу крик народный И понесет через века. Не только по Европе этот призрак Шагает, а по миру в тьме ночной, По миру ходит призрак коммунизма, Израненный, уставший, но живой. Живой! И что ж такого в этом? Ну разве можно мертвецом Его назвать, ведь крови цвета Его бесстрашное лицо. В нем кровь солдата и поэта! В нем сталь едина со свинцом! Мерещилось, как будто смерть подкралась, Однако у подножья баррикад Ещё флагшток багровый развевался И говорил: «Вперед! Нам шагу нет назад!»