легко

на улицах светят фонари таким же золотым свечением как и солнце, которое уже давно зашло за горизонт.в многоэтажках постепенно загораются окна всё тем же светом,только некоторые есть отличившиеся у которых свет розовый. вот глупые,спалят же и контору их прикроют быстро—думает про себя Аякс.да,он знает что это все ультрафиолетовые лампы для домашней растительности или какая нибудь светодиодка, однако он всегда позволяет всплыть этой глупой шутке в своей голове.выйдя из подъезда своего репетитора,он ощущает вкус воздуха у себя во рту, а лицо немного покалывает от небольшого морозного потока ветра. Чайлд в последнее время заметил это странное чувство в свой полости рта, переходящее потом в глотку. это чувство и запах ассоциируется у него со свободой,дело и не в воспоминаниях, а может просто в том, что он в кои то веки вышел на улицу.    если раньше он и был инициатором всех самых абсурдных действий,бывало дрался пару раз прямо в школьном коридоре, бывало даже со своей одноклассницей,то сейчас личность холерика выражается намного реже. догонялки по крышам гаражей и ислледовательские видео в местном заброшенном санатории, которые они с Альберихом ОБЯЗАТЕЛЬНО должны были отправить РЕН тв—всё это осталось как приятное воспоминание, но с каким то неприятным осадком, Тарталья и сам не разобрался что послужило этому причиной.ох, всё он давно понял после глубокого самоанализа—он просто скучает, ничего сложного.но ему давно уже всё равно,друг у него всё же остался, просто их дружба не будет прежней.кто бы мог подумать, что вместо соревнований по выкрикиванию матов на уроке географии, они будут заниматься душевной благотворительностью,ну да, в этом возрасте философами многие становятся. кажется мальчики повзрослели, а может они просто устали носить свои маски, что более вероятно.   чёрные кожанные осенние ботинки со стуком падают на плитку тротуара,хорошо сегодня нет дождя, так бы Аякс промок насквозь в своём пальто ебучем, как он его называет.он чувствует спокойствие, но не такое какое он чувствовал от антидиерессантов, это какое то такое, какое свойственно обычному человеку. то состояние, при котором тебе всё равно, что тебе всё равно.рыжеволосый даже не достаёт наушники и сигареты,на секунду его посетило осознание того, что ему прямо сейчас в этом момент хорошо и так, без всего что может тебя чем то занять. ничего положительного и не случилось,и плохое тоже никуда не ушло, это очередное мгновение когда Аякс что то чувствует, и это мгновение он ценит всем сердцем.   проходя по аллее,он замечает что совсем один. оно и понятно, время давно уже за девять вечера,нормальные люди уже вернулись с работы и проводят своё время с семьей. это он идёт с занятий, родители постарались.в детстве,когда ты маленький, ты хочешь играть и делать всё что угодно,только не заниматься учёбой. тогда Аякс сильно упирался и спорил с родителями,однако повзрослев он понял, что должен стать лучше всех.у него нет своих целей, он видит чужие и хочет прийти к ним первее других.   единственное что волнует Тарталью, так это надоедливая лямка рюкзака, которая так и наравит сползти с правого плеча.этот рюкзак несёт в себе воспоминания в моральном плане, в физическом же там лежат сборники для подготовки к ЕГЭ.как то прошлой осенью на этом рюкзаке во время дискотеки в школе дополнительных курсов один одногруппник решил блеснуть умом, написав чёрным маркером что Тарталья долбаеб.а рыжеволосый только засмеялся во весь голос, он так загорелся этой идеей, что теперь они вместе в коридоре сидя на диване расписывали его рюкзак.    поворачивая на перекрёсток, Чайлд смотрит как то особо внимательно на дорожный переход.ему понравилось сочетание жёлтых полосок и таких же цветом лежащих на на этой зебре листьев, ах, а всё это освещал уличный фонарь своим жёлтым, скорее даже оранжеватым светом.только этот фонарь и грел его по пути домой. перейдя на противоположную сторону и пройдя пару метров, он оказывается в полной темноте, какой контраст однако,тепло фонаря пропало.по левую сторону идет забор,за ним лишь деревья, которые скрывают за собой неосвещенную часть парка.а по правую сторону.. да Тарталья в душé не ебет,ничерта не видно!до следующего фонаря метров 30,этот участок его любимый,он мазохист в своём роде. всякий раз, когда он здесь оказывается в темное время суток Аякс начинает представлять что то страшное и жуткое, от этого включается мания преследования и становится невыносимо страшно, настолько что хочется истерически всё вынести на ровном месте,но он не перестаёт это всё выдумывать, даже когда в наушниках, он просто не хочет.ему хочется каждый раз проходить своё испытание на стрессоустойчивость.а когда Чайлд выходит на освещенную улицу, он думает о том, что буквально за поворотом этого дома следует его двор.он так хочет домой,но не хочет терять это чувство которое имеет сейчас. однако желание свалиться на кровать в своей комнате и выключить телефон надолго перетягивает одеяло на себя.