(не) мой истинный

— Простите за опоздание, мы были очень-очень заняты! — с этими словами Кай влетел в кабинет, таща за руку Бомгю, на лице которого отчётливо читалось, чем именно они были заняты. Хюнин запрыгнул на ближайшую парту, а Бомгю неторопливо уселся рядом, закидывая ноги на стол, с интересом глядя на доску, где Субин под диктовку Тэхёна разработал целую схему. — А это что? — Это наши гипотезы и планы, — отозвался Субин, отряхивая руки от мела. — Планы чего? — поинтересовался Кай, беспечно болтая ногами, и Чхве кивнул на надпись «поиски соулмейта». — А зачем нам план? Можно же просто обежать весь универ, так быстрее и проще! — фыркнул Кай, и Тэхён за учительским столом едва слышно хмыкнул. — По сути это мы и собираемся делать. — Тогда зачем это всё? — Хюнин обвёл исписанную доску нетерпеливым взглядом. — Что за гипотезы такие? — Это наши предположения, кто может оказаться моим соулмейтом. — Разве это не все студенты? — Кай пожал плечами, и Субин задумчиво кивнул. — И студенты, и преподаватели, и даже уборщики. Я не знаю, какая может быть разница в возрасте соулмейтов, в интернете пишут, что они обычно ровесники, но бывают разные случаи, так что надо учитывать всё. Ещё мы подумали и решили, что это, скорее всего, младшие курсы, потому что, когда я бывал здесь в прошлом году, никогда не чувствовал ничего необычного, так что логично предположить, что моего гипотетического истинного тут ещё просто не было. Либо он старшекурсник, который перевёлся, это сузит наши поиски, если мы сможем достать информацию о тех, кто пришёл из других универов. Ну, и про преподавателей не стоит забывать. Бомгю щёлкнул пальцами. — У нас в этом году пришёл новый препод по философии искусства. Субин кивнул. — Хорошо. Ну, и ещё моим истинным может быть вообще случайный человек, который непонятно как тут оказался. Кай похлопал глазами. — С чего бы? Чхве пожал плечами. — Не знаю, просто хочу всё учесть. — Ладно, а когда мы перейдём к интересной части? — зевая, спросил Хюнин, и Субин вздохнул. — Ты имеешь в виду поиск моего соулмейта? Ну, мы решили по очереди наведаться к каждому факультету и вертеться возле них, пока я что-то не почувствую. — Но у нас же тут дофига факультетов! Ты до конца жизни будешь слоняться от одного к другому! — Кай склонил голову набок, и Чхве снова вздохнул. — Другого плана у нас пока что нет. — А может, дать объявление на весь универ о том, что ты ищешь соула, и попросить всех тех, кто в тот день чувствовал себя необычно, написать тебе? Субин поёжился. Этот план был слишком… экстравертным, если так вообще можно говорить. Нет уж, он на такое никогда не решится; к тому же он уже и не помнит точной даты. — Не надо, я лучше сам как-нибудь… Если повезёт, мы вообще пересечёмся в коридоре где-нибудь. — Ну как хочешь. — Кай соскочил с парты, потирая руки. — К кому направимся сначала? Первыми Субин выбрал однокурсников Кая, так что уже на следующий день вместо отменённой первой пары, во время которой он мог бы сладко спать в своей кроватке, поехал вместе с Каем в его университет. — А как быть с охранником? — поинтересовался Чхве у самого входа, на что Хюнин лишь махнул рукой. — Спокойно. Я столько раз пропуски забывал, что для него уже как родной. Просто скажу, что ты мой однокурсник. — Ну ладно… — неуверенно отозвался Субин, чувствуя себя до ужаса неловко. — Доброе утро, господин Чон, вы прекрасно выглядите! Знаете, ваши усы сегодня ещё более величественные, чем обычно, если честно, они — мой предмет вдохновения, я бы рисовал их часами! — с этими словами, нимало не смущаясь взглядов людей вокруг, Кай подлетел к столику охранника, который прищурился, окидывая студента почти весёлым взглядом. — Хюнин Камал Кай собственной персоной. Снова потерял пропуск? — Не потерял, а забыл, — поправил Кай, и охранник усмехнулся. — Ну, хорошо хоть не как в прошлый раз с этими твоими мышами. Хюка приложил руку к сердцу, глядя на мужчину с видом страдальца, которого ужаснейшим образом оскорбили и оклеветали. — Во-первых, не мыши, а крысы, а во-вторых, это правда! Биба погрызла мой пропуск, и притом без капли сожаления! Вы бы слышали, как аппетитно она им хрустела… — Ну всё, хватит, — охранник оборвал начавшийся было монолог художника, качая головой. — Имей в виду: моё терпение не бесконечно, и когда-нибудь я перестану пускать тебя без звонка в деканат. — Верю, я исправлюсь, честно-пречестно! — Кай низко поклонился, тут же хватая Субина за руку. — Только мой друг тоже забыл свой пропуск, пропустите и его, пожалуйста. Мужчина с недоверием оглядел сжавшегося от волнения Чхве. — А тебя я совсем не помню. — Вы чего, это же Ким Сону, мой прекрасный друг! Не могу поверить, что вы его не помните… — расстроенно произнёс Кай, и охранник вздохнул. — Вроде в начале года мелькал тут какой-то Ким Сону, тоже постоянно без пропуска. — Ну вот, опять потерял. А с кем не бывает? Все мы не без греха, что поделать? — глубокомысленно произнёс Кай, и мужчина покачал головой, пропуская их. — В следующий раз будете звонить в деканат. — Обязательно! — прокричал Кай, таща Субина через большой холл. — Надо же, сработало… — удивился Чхве, и Хюнин захихикал. — Да даже если бы пришлось звонить деканату, ты бы назвался Сону. Он так редко тут появляется, что его голос уже и не помнят, а учится он вместе со мной, так что никто ничего бы не заподозрил. Кстати, надо будет не забыть отметить его на философии, я ему обещал. Субин спешил за Каем по извилистым коридорам, то и дело беспокойно оглядываясь. Почему-то казалось, что каждый встречный преподаватель вот-вот схватит его за руку и выведет вон, говоря о том, как неправильно Чхве поступает, слоняясь по чужому университету. — Не парься, — Хюка явно заметил его волнение, крепче сжимая руку друга. — Всё будет нормально. Может, нам повезёт, и мы прямо сегодня найдём твоего соула. Субин пожал плечами, пытаясь игнорировать то, как его сердце трепещет от одной лишь мысли об этом. От волнения и нетерпения оно колотилось явно сильнее нужного, а ладони потели, стоило Чхве лишь на секунду представить, что прямо сегодня, может, всего через несколько часов он встретит свою любовь. Чёрт, неужели это правда? Субин глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Не стоит обнадёживать себя раньше времени; кто знает, может, никакого его истинного тут вообще нет, и это всё какая-то ошибка. — Слушай, а… что делать с теми, кого сегодня нет? Тот же твой Сону, например… — поинтересовался он чуть хриплым от волнения голосом. Кай пожал плечами. — Если что, я им всем напишу и попрошу собраться отдельно. А Сону уже нашёл свою истинную… на день раньше нас с Гюшей, представляешь? Он так хвастался, я чуть не умер от зависти. Остаток пути прошёл за рассказами Кая о том, кто и как у него на курсе познакомился со своим соулмейтом. — Пришли! Кай влетел в аудиторию, на ходу давая пять нескольким однокурсникам, сразу закидывая рюкзак куда-то на верхние ряды. — Привет всем, у кого-то есть конспекты за предыдущую неделю? Какая проверка тетрадей? Ну и ладно, выкручусь как-нибудь. Хэй, Гониль, шикарная причёска, а ты где её делал? Кстати, ты вроде говорил, что вроде недавно чувствовал где-то истинного? А, уже нашёл? Поздравляю-поздравляю. Субин слушал щебетание Хюнина с однокурсниками, пытаясь подгадать момент, чтобы спросить, а что ему, собственно, делать. — Просто посиди здесь до начала пары. Если твой истинный будет в этом кабинете или где-то рядом — ты сразу почувствуешь. — Ладно… — Субин уселся в самом углу верхнего ряда, неуверенно оглядывая людей вокруг. Ничего даже отдалённо похожего на ощущения возле соулмейта он не чувствовал, испытывая лишь грызущее чувство неловкости. Начинало казаться, что план он выбрал глупый и плохой и что ничего он таким образом не добьётся, только время потратит впустую. Аудитория постепенно заполнялась сонными студентами. Самым активным оставался Кай, который то и дело махал другу, кажется, подзывая к себе и своей компании, но Субину совершенно не хотелось ни с кем знакомиться или просто разговаривать, так что он положил голову на парту и прикрыл глаза. Чхве бы, возможно, мог бы и уснуть там, но минут через двадцать Кай похлопал его по плечу, сказав, что пара вот-вот начнётся, и объяснил, как добраться до библиотеки, где, как они решили, Субин проведёт первую пару. Вдруг повезёт, и среди людей там попадётся нужный им человек? Субин плёлся в библиотеку, не переставая мысленно материться. Весь настрой куда-то испарился, но Чхве упорно пытался думать о том, что всё будет нормально. Ну да, а кто ожидал, что всё так сразу получится? Да и в конце концов глупо опускать руки после первой же попытки. Его истинный всё ещё где-то здесь. Они просто не могут не пересечься рано или поздно, и ради этого момента стоит постараться. Заново воодушевлённый Субин вошёл в большую светлую библиотеку и мысленно отметил, что она выглядит очень удобной и даже уютной. Повсюду кресла и столы для учёбы, которые заняты редкими зевающими студентами. Оно и неудивительно, всё-таки сейчас только первая пара. Чхве выбрал себе небольшой, чуть прикрытый шторой подоконник между стеллажами и нацепил наушники, сразу поставив будильник. Можно будет подремать полтора часика, а потом… Субин зевнул, мысленно планируя зайти в кофейню возле уже своего универа. На вторую пару он точно не успеет, так что заранее попросил Чана отметить его, а потом скинуть конспекты. Пока что можно расслабиться и… помечтать о будущей встрече с соулмейтом? Чхве смущённо улыбнулся. Представлять такое всегда было… волнительно… Но как можно удержаться и не гадать, каким именно будет этот момент? Может, они случайно столкнутся в коридоре, как в настоящей дораме? Субин выронит учебники или что-нибудь вроде того, а его истинный или истинная, извиняясь, тут же начнёт помогать всё собрать, а потом их руки вдруг соприкоснутся… Или это будет специальный момент? Может, они решат не касаться друг друга сразу, а выждать подходящую минуту? В голове сразу возник образ их, целующихся на каком-нибудь мосту в свете заходящего солнца. Его лучи осветят их фигуры, и мир обоих навечно преобразится… станет ярким, сочным, красочным, таким волшебным и влюблённым, что… что до сжатых кулаков и прикрытых глаз хочется, чтобы эта мечта наконец стала реальностью. А ещё ведь важнейший вопрос: как будет выглядеть любовь Субина? Он мечтательно уставился в окно, рисуя в голове образ идеальной девушки или парня. Хотелось бы, чтобы этот кто-то был… чуть постарше, наверное? Сильный и заботливый, чтобы с ним можно было чувствовать себя как за каменной стеной. А ещё… немного дерзкий, наверное, плюющий на правила, готовый ради своей любви на всё. Ну и романтичный, конечно. Боже, интересно, каким же будет их первый поцелуй? А вдруг Субин налажает, он ведь никогда раньше не целовался… но и его истинный ведь тоже, да? Тогда бояться нечего: его соулмейт точно всё поймёт. А кому первому начать целоваться? Вот бы истинный Субина взял инициативу на себя, самому-то слишком… смущающе. Даже если это пока только в фантазиях. — Ой, — мысли Чхве прервала отодинувшаяся штора, за которой показалась растерянная девушка. Субин подумал было, что это учительница или библиотекарша, которая собирается отчитать его или ещё хуже — выгнать из университета, но по внешнему виду — большие очки на носу, копна тёмных густых волос, белая блузка с серой юбкой, сумка через плечо и очень удивлённый взгляд — было ясно, что это тоже студентка. Причём очень взволнованная. Девушка быстро оглянулась и торопливо уселась к парню, закрыв за собой штору. — Подвинься. Чхве неуверенно подобрал под себя ноги и уставился на незнакомку, совсем ничего не понимая. Она быстро взглянула в ответ, виновато пожимая плечами. — Извини, обычно я тут прячусь. Я скоро уйду. — Ладно… — пробормотал Субин, вплотную прижимаясь к стене. Пара минут прошла в тишине. Девушка молча сидела, с тревогой пялясь на закрытую штору, а неловкость в воздухе, казалось, вот-вот — и начала бы похрустывать. — От… от кого прячешься? — опуская наушники на плечи, спросил Субин, надеясь хоть немного разрядить обстановку. — Пару прогуливаешь? Девушка вздохнула. — Да, хотя, вообще-то, не планировала. Пришлось сбежать, лишь бы не видеться со своим истинным. — Чего? — Субин взволнованно повернулся к студентке, которая грызла ноготь, опустив голову. — Он что-то тебе сделал? Девушка мотнула головой. — Я его даже ни разу не видела. Чхве непонимающе похлопал глазами. — Тогда почему прячешься? Девушка прислонилась к окну, устало выдыхая, по-прежнему смотря в сторону. — Не хочу с ним встречаться, вот почему. Быстро взглянув на Субина, она снова вздохнула, но на этот раз с нескрываемым раздражением, явно прочитав в его глазах удивление. — Да что такого-то? Вот только не говори, что я обязана быть с ним и просто не понимаю своего счастья, мне и от мамы этих лекций хватает! Как будто ты хоть что-то понимаешь! Девушка отвернулась, сердито поджимая губы, пока Субин растерянно глядел на неё, совершенно не зная, что говорить в такой ситуации. Но студентка сама заговорила спустя пару минут после тяжелого вздоха. — Прости, что срываюсь на тебя, я просто… устала. Она повернулась к Чхве, виновато смотря исподлобья. — Мне просто… вообще не хочется отношений. Хотя я и знаю, что буду, наверное, в них счастлива, не хочу, и всё. Мне и одной хорошо. Не хочу брать и влюбляться в незнакомого человека, а потом жить с ним всю жизнь. Субин склонил голову набок. Вряд ли ему удалось хорошо скрыть изумление во взгляде, и оно так же отчётливо прозвучало в следующем вопросе. — А… почему? — Не знаю я, не хочу, и всё! — студентка плотно сжала губы, и Чхве виновато отвёл взгляд. Как странно. Не хотеть отношений? Ещё и без конкретной причины? — А… ты уверена? Может, ты познакомишься с ним и передумаешь? Девушка поджала губы. — Нет, спасибо. Действительно странно. — Но почему? — недоумевающе повторил Субин. До него просто не доходило, как на полном серьёзе можно так думать. — Да не знаю я, мне неприятно даже просто думать о том, чтобы всю жизнь терпеть кого-то рядом. Мне одной просто прекрасно живётся, уж поверь. Субин умолк на пару минут, пытаясь осмыслить услышанное. Но… это нормально, наверное? Все люди ведь разные, так? — Ну… почему бы и нет? Вполне возможно, ты не одна такая, — неуверенно протянул он и ободряюще добавил: — Не могут же вообще все хотеть отношений. Девушка грустно улыбнулась. — Надеюсь. Но… мне почти двадцать четыре, и все спрашивают, когда я найду истинного, заведу семью… а я не хочу. Вообще. Субин пожал плечами. — Может, тебе всё же стоит попробовать с ним поговорить? Вдруг он думает так же? Студентка покачала головой. — Не хочу я с ним разговаривать. Я и видеть-то его боюсь. Соулмейты же влюбляются с первого прикосновения, но я точно не отступлю от своей мечты и своих принципов, а тогда… тогда, возможно, придётся до конца жизни мириться с этим чёртовым чувством влюблённости, если не хуже… — А как же цвета? — спросил Субин, с интересом глядя на девушку, которая запустила пальцы в пушистые волосы, пожимая плечами. — Я привыкла. К тому же я слишком не люблю перемены, предпочитаю стабильность… И вообще, вдруг эти цвета того не стоят? Вдруг они мне вообще не понравятся, а назад уже ничего нельзя будет вернуть? — Может быть… — задумчиво отозвался Субин, пытаясь переварить только что полученную информацию. Девушка снова вздохнула, подтягивая к себе колени и обхватывая их руками. — Мне очень стыдно перед ним, ему ведь наверняка очень хочется встретиться, а я… собираюсь забрать документы и переехать, лишь бы не видеться с ним. — Ого… Сочувствую. — Субин неловко похлопал девушку по плечу, и она прикрыла глаза. — Я видела его только мельком со спины, и уже готова поклясться, что он ужасно красивый. Бедный… — Так вы учитесь вместе? Студентка кивнула. — Он недавно перевёлся на факультет моей подруги, и я… сразу почувствовала, что мы с ним соулмейты. Это был настоящий кошмар. Можно пооткровенничать? Субин с интересом кивнул, и девушка приподняла рукав блузки, обнажая на тонком запястье уродливые белые полосы. — Это после того, как я его увидела, — девушка всхлипнула. — Мне казалось, что я ненормальная и что это неправильно — не хотеть быть со своей судьбой, тем более что и мама так говорила. И я… пыталась как-то заставить себя поменяться. Прочитала кучу книг про истинных, искала плюсы в отношениях и семье, но, боже, меня тошнит от одной мысли об этом. Иногда я ненавижу себя из-за этого. Она закрыла лицо руками, и Субин робко погладил студентку по плечу, всё ещё не до конца её понимая. Совсем не хотеть быть вместе с кем-то? Не хотеть встретить свою любовь и прожить с ним или с ней счастливую жизнь? Внезапно вспомнились слова Тэ о своём соседе и его соулмейте. У них вроде довольно натянутые отношения… так, может, у девушки есть основания думать, что в любви нет ничего хорошего? Субин сам по-прежнему был с этим не согласен, но уж что он понимал точно, так это то, что ненавидеть себя за собственные желания не стоит. — Ну-ну, ты чего? Ты не… неправильная, да и… м-м-м…в конце концов, кто вообще сказал, что иметь отношения и семью обязательно? — Все вокруг… — пробормотала девушка, тихо всхлипывая, — книги, фильмы, даже чёртова реклама шоколадного молока! Зачем там эта целующаяся парочка, которая рассказывает, как они счастливы, что нашли друг друга? Почему бы не рассказать про блядское шоколадное молоко? — Главное ведь жить, как ты сама хочешь, а не как говорят люди из рекламы молока, — негромко подметил Субин, и девушка пожала плечами. — Я понимаю. Просто это так… тяжело. Мама постоянно говорит, что я ломаю жизнь и себе, и ему… Хорошо хоть другая за меня заступилась, когда первая предложила попытаться найти лечение. — Студентка подняла голову, глядя на Чхве заплаканными глазами. — Лечение! Представляешь? Что за бред? — Конечно, бред. — Субин снова осторожно погладил её по плечу, пытаясь отогнать целый вихрь самых разных мыслей по поводу услышанного, и незнакомка грустно улыбнулась. — Я думала, что если побольше узнаю об истинных, то всё-таки захочу… ну… найти своего… — она убрала прядь волос за ухо, рассеянно смотря на Чхве. — Только мне эта информация никак не помогла, тем более что я не всё поняла, там куча биологических и психологических терминов… Субин с интересом склонил голову набок. Он никогда даже не задумывался, как именно соулмейты берут и влюбляются друг в друга. — А… что там говорилось? — Много чего, — девушка нахмурилась, словно пытаясь припомнить точно, — насколько я поняла, при любом контакте со своим истинным в мозге выделяются серотонин и дофамин, так что ты всегда испытываешь счастье, общаясь или просто находясь рядом со своим истинным. Но как именно человеку выбирается соулмейт — неизвестно. Просто он есть абсолютно у каждого. — Интересно, — заворожённо пробормотал Субин, и студентка кивнула, поднимая на него взгляд. — А что ты? Субин непонимающе похлопал ресницами. — Что? — Ты уже нашёл своего соулмейта? Чхве качнул головой. — Пытаюсь его найти. Я тут буквально из-за этого, так-то я из другого университета. Брови девушки взлетели вверх. — Серьёзно? Он тут учится? — Ну… я так думаю. А ты с какого факультета, кстати? К вам случайно новенькие не переводились? Незнакомка на миг задумалась. — Кажется, нет. Я с четвёртого курса режиссуры, а вот к подруге на факультет дизайна помимо моего истинного переводился ещё парень, но у него есть соулмейт, так что и там можешь не искать. Субин кивнул. — Ясно. Спасибо. Девушка робко поглядела на него, теребя в пальцах прядь волос. — А... как ты думаешь, я… поступаю глупо, желая отчислиться? Субин улыбнулся как можно дружелюбнее, надеясь таким образом хоть немножко подбодрить собеседницу. — Это и правда сложно… Если честно, я и не задумывался, что такое бывает, но… наверное, почему нет? Люди разные, кто-то может очень хотеть найти свою любовь, как я, а кого-то может устраивать всё как есть, как тебя. И если ты действительно понимаешь, что не хочешь встречаться с ним, то…ну…может…не нужно издеваться над собой? Это неоднозначное решение, и я бы, наверное, всё же попытался встретиться со своим истинным… Но это твоя жизнь, а не моя, и тебе решать… Наверное, можно попытаться как-то досрочно сдать все экзамены, всё-таки год скоро закончится, жалко так всё бросать. — А как же он? Это ведь так жестоко… Субин задумался. — Я не знаю, но… мне кажется, всё-таки не стоит ломать себя ради кого-то, не думаешь? Девушка кивнула. — Ты прав... Субин ответил улыбкой. — А если ты в себе всё ещё сомневаешься — сходи к хорошему психологу. Мне кажется, он поможет тебе разобраться с собой. Студентка усмехнулась. — Общаемся минут двадцать, а меня уже к психологу посылают. Пока что это рекорд. Субин тихо рассмеялся. — Понимаю. Но я правда думаю, что это не будет лишним и уж точно не помешает. Девушка отодвинула штору и спрыгнула вниз. — Ладно, я… ещё раз всё обдумаю. Спасибо, что позволил тебе поныть, и… за то, что выслушал, тоже спасибо. Чхве кивнул. — Удачи тебе. — Только бы не столкнуться с ним сейчас. — девушка устало улыбнулась и махнула Субину. — Ладно, я пойду. — Пока. Чхве помахал в ответ и натянул наушники на голову, в которой кружилось настоящее торнадо от самых разных вопросов. И много людей считают так же, как эта девушка? Как она вообще поняла, что не хочет влюбляться? Может, стоило всё-таки посоветовать поговорить со своим истинным? Отчаянно хотелось с кем-то обсудить целую, по ощущениям, тонну новой и неожиданной информации, и Субин торопливо открыл чат с Каем.

Ковальски🐧:

Ты когда-нибудь думал о том, что можно не хотеть влюбляться?

Кай ответил почти мгновенно. Бро откуда такие мысли Ты всего лишь не нашёл соула с первой попытки Это не повод думать что ты никогда не влюбишься Я знаю ты переживаешь но не бойся так Субин покачал головой, испытывая одновременно лёгкое раздражение и благодарность за такое беспокойство.

Я не про себя

Я просто тут встретил девушку, которая боится видеть своего истинного

Ну Это нормально Типа Я тоже боялся, когда только увидел Гюшу Но потом мы взялись за руки и я влюбился *стикер с сердечками*

Она не это имела в виду

Она вообще не хотела его видеть

И влюбляться тоже

Что? ээээ Странно Мне кажется она ещё передумает Типа Как можно не хотеть….. это ряльна странно

Не знаю

Я подумал, почему бы и нет?

Наверняка таких людей много

Ну Я о таком никогда не слышал И совсем этого не понимаю Я бы ни за что не отказался от жизни с Гюшей *стикер с сердечками* *стикер с сердечками* Субин выключил телефон и задумчиво покусал губу. В целом, другого ответа он и не ожидал, но всё-таки… Может, Кай прав, и девушка думает так, потому что не понимает, что упускает? И стоит ей увидеть свою любовь — она передумает? Или всё-таки её собственные убеждения для неё важнее любви? И может ли она влюбиться, если не хочет этого? Как вообще соулмейты влюбляются друг в друга с первого взгляда? Мама в детстве говорила про магию любви, но разве это не странно? Почему Субин никогда об этом не задумывался? Он устало потёр виски, чувствуя, как голова набухает и вот-вот взорвётся от количества вопросов. Что-то в последнее время он узнаёт много неожиданного о соулмейтах. По итогу в собственный универ Субин так и не пошёл. Вторую пару он провёл с Каем и первым курсом художников, у которых было окно (а Хюка просто прогулял), надеясь вновь почувствовать те ощущения, как тогда, когда рядом был соулмейт, но ничего не было. В процессе он снова заговорил с другом о девушке и получил тот же ответ. Кай считал, что это странно и неестественно, а Субин только пожимал плечами. После прозвеневшего звонка Хюнин вывел друга из здания и умчался на пару, похлопав напоследок по плечу и попросив не расстраиваться, потому что они ещё обязательно найдут любовь Субина. Выйдя за территорию университета искусств, Чхве зевнул, рассеянно огляделся и, вспомнив, что где-то тут есть кофейня, направился туда. Там он и просидел ещё неизвестное количество времени, решив обдумать мучивший его разговор с незнакомкой позже, когда голова перестанет раскалываться, и едва не уснул за просмотром какого-то ролика на YouTube. Отвлёк его голос Тэхёна, стоявшего возле столика старшего и вынимающего из уха наушник. — Привет. Как успехи? Субин пожал плечами. — Никак. Но отсутствие результата — тоже результат, да? — Не помню такой поговорки, — хихикнул Тэхён, кивая на свободный стул у столика. — Я подсяду? — Конечно, — Субин засуетился, оглядывая тарелку с наполовину доеденным десертом и почти пустой стаканчик, — будешь кофе? — А ты чем-то, кроме кофе, питаешься? — хмыкнул Тэ, и Чхве пожал плечами. — Я без него не могу функционировать. Доживёшь до третьего курса — тоже таким будешь. Тэхён усмехнулся, глядя на Субина, отправляющего в рот кусочек чизкейка. Тот тут же спохватился, кивая на десерт. — Ой, хочешь? Могу отдать оставшуюся часть. — Спасибо, не люблю чизкейки. — Серьёзно? Это же самая вкусная штука в мире, — изумлённо отозвался Субин, и Тэ пожал плечами. — Предпочитаю лимонные тортики, вот это действительно самая вкусная штука в мире. — Не понимаю, но не осуждаю. — Субин в один присест доел оставшийся кусочек и облизнулся, прикрывая глаза. — Божественно. А как там твои портреты? Тэ скользнул по нему неожиданно задумчивым взглядом, рассеянно отозвавшись: — Да всё так же. — Сочувствую. — Субин опустошил стаканчик с кофе и зевнул, прикрывая рот ладонью. — Будешь что-нибудь? Тэхён качнул головой, безэмоционально глядя на скомканную на столе салфетку. Субин встал на ноги, потягиваясь и мысленно причитая, потому что спина неожиданно уколола резкой болью, а в глазах потемнело от такого резкого подъёма. — Эй, всё хорошо? — Тэ нахмурился, рассматривая Чхве, который прикрыл глаза, простанывая: — Ста-а-арость… — Обещаю разрисовать тебе гроб. Если вдохновение появится. — Это так мило с твоей стороны, я тогда напишу пару четверостиший на твоём могильном камне. — Ну, вряд ли ты меня переживёшь, — невозмутимо отозвался Тэ, но выражение его лица тут же изменилось. — Подожди, ты что, стихи пишешь? Субин почувствовал, как щёки предательски загорелись. — Ну-у… — Правда? — в больших глазах Тэ сверкнул неподдельный интерес, и Чхве смутился, отводя взгляд. — Ну, бывает иногда… но у меня слишком давно нет настроения… — А дашь почитать? — Тэ поднялся с места, хлопая в ладоши с горящими глазами, и Субину хотелось провалиться сквозь землю от стыда. — Да они позорные абсолютно, мне даже думать о них страшно. — Я уверен, они очень крутые. — Тэхён улыбнулся, сверкнув одинокой ямочкой на правой щеке, и Субин задержался на ней взглядом, пожимая плечами. — Я их обычно никому не показываю, извини. — Всё хорошо, я понимаю. Но, если тебе понадобится благодарный слушатель — позвони мне. — Да у меня даже номера твоего нет, — хмыкнул Субин, и Тэ отчего-то смутился, опуская глаза в пол. — А… ну да, извини. — Да чего ты извиняешься? — Чхве склонил голову набок, пытаясь заглянуть в тёмные, как виденное недавно над мостом ночное небо, глаза. — Всё нормально? — Прости, я просто… не знаю, я… Я опять себя накручиваю. — Как же знакомо, — Субин ободряюще улыбнулся, надеясь успокоить Тэ. — Но я был бы рад, если бы ты дал мне свой номер. Я бы скидывал тебе музыку и картинки с бельчатами. — Почему именно с бельчатами? — на губах Тэхёна снова расцвела робкая улыбка, и Субин тихо хихикнул. — Ты похож на белку немного. Ну… мне так кажется… Оказалось, когда Тэ удивлённо распахивает глаза, они становятся просто огромными, и Субин не смог отвести взгляда, словно действительно надеясь увидеть там поблёскивающие звёздочки. — Ну, на котёнка ещё немного. Щёки Тэ окрасились в нежно-серый, и он отвернулся, смущённо глядя куда-то в сторону. — Надеюсь, на Креветку, — тихо пошутил Тэхён, а после добавил ещё тише: — А ты на кролика похож. — Кролики милые, — Субин улыбнулся, неторопливо направляясь к выходу из кофейни. — Так я смогу заполучить твой номер? — Да, к-конечно… Извини, у меня просто никогда не просили номер, я немного смущён. Они покинули кофейню и присели на ближайшую лавочку, где Тэхён вбил в телефон Субина свой номер с милой полуулыбкой. — Я, кстати, нашёл одну песню, подумал, тебе понравится, — возвращая мобильник, произнёс он, и Чхве заинтересованно склонил голову набок. — Жду не дождусь послушать. — Можем хоть сейчас, — отозвался Тэ, тут же взволнованно добавляя: — Если ты не занят, конечно! Субин покачал головой, старательно отгоняя от себя мысли о курсовой и куче домашки. Он, конечно, ещё в начале года пообещал себе не оставлять всё на потом, но по итогу снова откладывал почти все дела, чудом сдавая их за пару минут до дедлайна, а от уколов собственной совести отмахивался, считая, что ещё морально не готов к тому, чтобы садиться за работу заранее. Тем более что, даже когда он пытался это сделать, сразу же находился десяток дел, которые он отложил на потом ранее, и в результате всё время уходило на них. Да и вообще, нужно же баловать себя и отдыхать, правильно? Субин считал, что да. — Не занят. Тэхён просиял, сразу принимаясь шарить по карманам, наконец извлекая оттуда спутанные проводные наушники. Субин, щурясь, поднял голову вверх, откуда ласково оглаживали лицо белые солнечные лучи, не стесняемые ни единым облачком на светло-сером небе. В такую погоду хотелось гулять, а совсем не заниматься учёбой, которая, словно тяжёлый камень, давила на спину всю зиму и осень. За это Субин и любил весну: всё вокруг кажется таким светлым и вдохновляющим, так что он наконец вылезает из дома по собственному желанию, а не по принуждению, и гуляет иногда до самой ночи. — Давай погуляем? — разглядывая танцующие от лёгкого ветра веточки аккуратно подстриженных кустов, предложил Субин, и Тэ явно смутился, но кивнул. — О, отлично. Куда пойдём? — Ну, мне нужно побыстрее продолжить работу над портретами, так что было бы здорово, если бы мы начали двигаться в сторону моего дома. Субин кивнул, хотя уже мысленно представлял, как будет возвращаться домой, используя гугл карты, и всё равно наверняка забредёт не туда. Но это явно легче, чем тратиться на такси — и так стипендию ещё ждать и ждать. Тэ протянул ему наушник и кивком указал в сторону, куда им предстоит идти. Они идут по городу, погружённые в плейлист Тэхёна, который лишь изредка прерывает молчание, чтобы узнать мнение Субина по поводу той или иной песни, и тот поначалу с интересом отвечает, но, завидев на лавочке спереди парочку влюблённых, вспоминает о встреченной утром студентке и снова погружается в раздумья. Тэ рядом явно замечает это, кидая на старшего несколько робких, но заинтересованных взглядов, но всё-таки ничего не спрашивает. Зато Субин вдруг понимает, что может поговорить о произошедшем и с Тэхёном. Интересно, он будет считать так же, как и Кай, или согласится с Чхве? А может, у него есть совсем другое мнение? — Послушай, можно… можно тебя спросить? Тэ кивает, и интерес в его больших глазах мерцает крохотными звёздочками. — Как ты думаешь, могут ли люди не влюбляться в своих соулмейтов? Кан склоняет голову набок и щурится, глядя на Субина. — А в кого же тогда им влюбляться? — Ни в кого… — Чхве пожимает плечами, — типа… им просто не хочется заводить отношения, строить семью, и всё такое… Тэ отводит задумчивый взгляд, уставившись куда-то в пустоту. — Не знаю… никогда о таком не думал, но… наверное? Хотя это… очень необычно. Ведь если ты отказываешься от своего истинного — ты отказываешься от любви в принципе, а это ведь… очень тяжело. Наверное, — добавляет Тэ, опуская голову, и Субин пожимает плечами. — Ну да. Но ведь… на Земле где-то восемь миллиардов человек, да? Наверняка среди них много таких, которые добровольно отказываются от своих соулмейтов? — Может быть, — медленно отзывается Тэ, покусывая нижнюю губу, — но я бы так не смог. — Ясно… можно ещё вопрос? — Чхве отчего-то неловко спрашивать это, но младший кивает, так что он пулей выдаёт: — Как ты вообще осознал, что влюбился в своего истинного? — Ч-чего? — Тэхён поднимает голову и смотрит непонимающе и неуверенно. — Почему ты спрашиваешь? — Я… я просто впервые задумался, как люди вообще влюбляются. И типа… тебя никогда не интересовало, что именно влечёт нас к нашим соулмейтам? Тэ чешет затылок, вынимания из уха наушник. — Не знаю… Я… просто понял, что влюблён, вот и всё. Как только мы познакомились. Мне было очень хорошо с ним, и я сразу… ну… и он тоже. — А как именно? Можешь вспомнить? Я понимаю, это было давно… — Субин осекается, видя, как Тэ опускает голову и снова отводит взгляд. — Только если хочешь! Если тебе как-то некомфортно, то не надо. Тэхён кивает, и Чхве решает воздержаться от дальнейших расспросов. — Извини, пожалуйста. — Всё нормально, я просто… Младший так и не заканчивает, и Субин ободряюще улыбается. — Всё хорошо, не нужно ничего объяснять. — Если хочешь узнать, как люди влюбляются — погугли, — советует Тэ, и Чхве кивает. — Так и сделаю. Кан возвращает наушник в ухо, вопросительно глядя на Субина. — Мы… продолжаем? — Давай. Они идут по светлым улицам, зажатые со всех сторон высотками, и Субин пытается расслабиться и отвлечься от своих скомканных рассуждений разглядыванием города. Постепенно ему это удаётся, и музыка вытесняет мысли, заливая всё изнутри, словно целебный раствор. Только недавно прошло время обеда, и Чхве почти ничего не сделал за день, но отчего-то чувствует себя уставшим. Впрочем, он чувствует себя так с самого начала года, каждый день подкармливая усталость стрессом и тревожностью, вызванной учёбой, слишком уж неопределённым будущим, скрытом в далёком сером тумане, и переживаниями о затерянном где-то среди бесконечных многоэтажек и улиц своём соулмейте — любви всей его жизни. Ну, будущей. Хочется просто лечь и долго-долго спать — так, чтобы не ворочаться полночи в плену собственных тревог, так, чтобы впервые за последние пару лет выспаться и проснуться бодрым и счастливым. И, может, не одиноким… Небо постепенно заполняют тёмные облака, и поднимается ветер, который нетерпеливо кружит по улицам и следует за Тэ и Субином, зарываясь в волосы и забираясь под рукава толстовки. — Кажется, будет дождь, — говорит младший, поглядывая наверх, где густые тучи почти съели солнце, и Чхве вертит головой, надеясь, что местность окажется хоть немного знакомой. Но они, видимо, прошли довольно большой путь, и теперь ему предстоит вернуться домой мокрым. Субин морщится. — Не повезло мне. — Извини. — Тэ виновато улыбается, и Чхве качает головой. — Всё в порядке, просто не люблю гулять под дождём. — А мне нравится, это очень… атмосферно. У меня есть площадка возле дома, там классно качаться на качелях, пока идёт дождь. — Мечтательная улыбка на губах Тэхёна становится шире. — Это тоже вдохновляет. Особенно ливень. Субин ёжится. — Я предпочитаю во время ливня лежать под одеялом и смотреть фильмы. Тэ пожимает плечами. — Это тоже здорово. Я уже месяц хочу посмотреть дораму, но никак не соберусь со всей этой учёбой. Я так устал, закопайте меня в клумбе, пожалуйста. Субин хмыкает. — А что за дорама? — Детективчик, мой любимый жанр. — Тэхён с интересом поворачивает голову и смотрит на Бина. — А ты какие любишь? — Исторические, — Чхве вздыхает, — но из моего окружения их никто не любит, так что смотреть не с кем. Тэ улыбается. — Я тоже не особо большой фанат, но, если вдруг нужна будет компания, можешь… ну… позвать меня? Я думаю, с тобой интересно смотреть даже документалки. — Что плохого в документалках? — смущаясь от неожиданного комплимента, спрашивает Субин, и Тэхён тихо хихикает. — Ничего, но я на них всегда засыпаю. Просто не могу заставить себя смотреть. Но, может, исторические могут мне понравиться? — Буду иметь в виду. Кстати, давно хочу глянуть одну… — Чхве прерывается, потому что прямо на кончик его носа приземляется маленькая капелька. Он удивлённо смотрит вверх и понимает, что заболтался о дорамах и напрочь забыл о дожде. — Ой… — только и говорит Тэ и негромко смеётся, глядя на удивлённое лицо Субина. — Ты выглядишь мило. Бин не знает, как реагировать на внезапный комплимент ещё и потому, что за первой каплей следует и вторая, и третья, и вот под ногами шустро пробегает кошка, до этого дремавшая на скамейке, но потревоженная дождём, который шумит и тянется к земле, словно живой. — Наверное, мне пора бежать. — Субин достаёт из уха наушник и отдаёт его Тэхёну, который смотрит на него с беспокойством в глазах, утягивая старшего в подъезд ближайшего дома, чтобы спрятаться от многочисленных капель. — Тебе далеко идти, может, такси вызовешь? Боже, и зачем он тратился на тот чизкейк в кофейне? — Не вариант, — Чхве качает головой, и Тэ опускает взгляд, неловко ковыряя пальцами лямку рюкзака. — Если… ну… если ты не против, можешь… зайти ко мне? Субин переводит на Тэхёна удивлённый и неуверенный взгляд. — Даже не знаю… Ты сам уверен? Тэ смущённо смотрит под ноги. — Извини, это странно выглядит? Не подумай ничего такого, я просто… просто рад был бы помочь. — Да нет, я просто… думал, ты не особо любишь гостей. Кан поднимает уголки губ. — То, что я нечасто общаюсь с людьми, не значит, что я не гостеприимный. — А твой сосед не будет против? — обеспокоенно спрашивает Субин, сразу же думая о Ли. Её, бедняжку, ведь нужно покормить. — Он постоянно приводит друзей. Так почему я не могу… ну, то есть… я не настаиваю… Чхве колеблется. Немного неудобно; всё-таки они едва знакомы, а дома ждёт голодная кошка... С другой стороны, Тэ сам предложил, а идти домой под ливнем — развлечение на любителя. — Подожди секунду, пожалуйста. — он достаёт телефон и торопливо заходит в чат с Каем.

Хюкаааа

А ты сможешь через часик +- прийти ко мне домой и покормить Ли?

Если не сможешь, то ничего

Не переживай, я всё сделаю💪🏼

Спасибо большое

Только оденься, а то заболеешь как в прошлый раз

Ладно, мама

Не смешно

Ладно, ты правда не мама Ты бабушка

!!

Старушка Субин усмехается и качает головой: Хюка в своём репертуаре. — А далеко твой дом? До подъезда Тэ они добегают мокрые с головы до ног, но Чхве это почему-то совсем не напрягает. Кан ищет в сумке ключи и тихо смеётся над видом запыхавшегося Субина, пытающегося отдышаться. — Ты похож на водяную крысу, — заявляет Тэ, и старший хочет возмутиться, но представляет, как выглядит со стороны, и сам хихикает. — Ты тоже, вообще-то. В лифте Субин щупает почти насквозь мокрые волосы и качает головой. — Ставлю тысячу вон, что у меня завтра начнётся насморк. — Я дам тебе полотенце, а вот насчёт одежды даже не знаю, у нас с тобой явно не один размер, — с сомнением говорит Тэ, и Субин пожимает плечами. — Да не парься, всё не настолько плохо. — Если что, попрошу что-нибудь у Джисона, у него куча оверсайза, на тебя наверняка налезет. Тэхён выходит из лифта и подходит к одной из квартир, отпирая дверь. — Сони-и, я дома. Он разувается, и Субин следует его примеру, опуская сумку на пол. — Привет, Диего. — в коридоре показывается парень невысокого роста с чуть вьющимися тёмными волосами, небольшими круглыми очками, перекинутой через плечо сумкой и до ужаса взволнованным видом. Тэ чуть морщится. — Я же просил не называть меня так… — Прости. — Джисон (это ведь он, верно?) окидывает Субина быстрым взглядом и снова смотрит на Тэхёна. — Слушай, я, наверное, поздно вернусь. — Ты же собирался свой проект доделывать, разве нет? — удивлённо спрашивает Кан, и его сосед отводит взгляд. — Джинни написал… — Понятно, — коротко отвечает Тэ и неуверенно улыбается. — Ты уже идёшь? Джисон растерянно мнётся на месте. — По идее, ещё рано, но… Боже, я умру, пока буду ждать. — Сони, попытайся успокоиться. Выпей чаю хотя бы. — Я бы лучше чего-нибудь покрепче, — признаётся Джисон, тяжело вздыхая. — Ладно, подожду немного. Тэ кивает и поворачивается к Субину, указывая на одну из дверей. — Там ванная, в шкафчике есть фен, если хочешь высушить голову, а дальше по коридору кухня. Я сейчас подойду. Ванная выглядит очень ухоженно и уютно в каких-то нежно-серых тонах, и хотя Субин понятия не имеет, что это за цвет, ему даже нравится. Он моет руки, вытирает их мягким полотенцем и находит в настенном шкафчике небольшой фен. Бин отыскивает розетку и принимается сушить голову, и именно за этим занятием его застаёт вошедший Тэ, уже переодетый в сухое и держащий в руках домашние футболку и штаны. — Джисон сказал, что ты можешь взять его одежду, если нужно будет переодеться. Будешь чай, кстати? — А кофе нет? — интересуется Субин, и Тэхён улыбается. — Ты реально только им питаешься? Чхве усмехается. — На самом деле в моих венах течёт кофе. Тэ притворно изумляется. — Ты — кофемэн? — Кофеман, — Субин хихикает, и младший тихо вторит ему. — Хорошо, я тебе сварю. Субин благодарно кивает и проводит рукой по ещё влажным волосам. Ладно, кое-как подсушил, остальное и само высохнет. Тэхён уходит на кухню, и Бин переодевается в большую, явно на пару размеров больше довольно худому и невысокому на вид Джисону футболку, которая очень мягкая и приятная на ощупь, как и свободные штаны с каким-то замысловатым принтом, состоящим из самых разнообразных узоров. Он оглядывает себя в зеркало и остаётся довольным, так что, быстро пригладив волосы, спешит на кухню, где Тэ стоит с туркой в руке и увлечённо ищет что-то в настенных шкафчиках. Кухня совсем небольшая, но что-то в ней вызывает спокойствие и чувство уюта. Неясно, что именно, — может, стены, выкрашенные в какой-то мягкий цвет; может, длинная гирлянда, светящаяся таким же мягким приглушённым светом. Может, полки, на которых перемешались контейнеры с леденцами, какой-то крупой или мукой и баночки краски, а из пустого стакана, соседствующего с каким-то растением, торчат кисточки. На столе, стоящем в левом углу комнаты, царит настоящий хаос из нагромождений книг, скомканных бумажек, карандашей и фантиков от конфет, полупустых чашек с явно остывшим чаем и грязными блюдцами. На самом верху этой самодельной Пизанской башни, держащейся только на честном слове, красуется обклеенный очень вызывающими стикерами ноутбук, — непонятно, с помощью каких сил стоящий и не падающий. Джисон сидит за столом на небольшом диванчике с полной чашкой явно только что налитого чая, горячо рассуждающий о чём-то. Субин выхватывает лишь фразу «по-моему, он меня вообще не понимает!», но сосед Тэхёна обрывает свой рассказ, когда видит Бина. — Привет. А тебе идёт, — дружелюбно говорит он, и Субин кивает, чуть смутившись. — Спасибо. — Извини, что не поздоровался там, в прихожей, я сегодня весь день как в тумане. — Всё в порядке, не переживай. — Бин присаживается на краешек дивана, и на лице парня появляется слабая улыбка. — Я Хан Джисон. — Чхве Субин. — Он приподнимает уголки губ, и улыбка Джисона становится чуть шире. — Ты милый, прямо как Диего и говорил. — Эй! — Тэ с туркой в руках смущённо поджимает губы. — Я всего разок так сказал. — Ой, — Субин смущается не меньше, — спасибо… Он переводит на Тэхёна заинтересованный взгляд. — А почему Диего? — Моё прозвище. — младший наконец достаёт с полки почти пустую баночку с кофе и недовольно хмурится. — Блин, почти закончился… — Так зовут его любимого художника, — поясняет Джисон, помешивая свой чай ложечкой. — А что за художник? Тэ вздыхает, ставя турку на плиту. — Диего Ривера, это мексиканский живописец. Муж Фриды Кало, может, слышал? Субин был знаком с этим именем только из недавно просмотренного мультфильма «Тайна Коко», но постеснялся сказать об этом, боясь показаться невеждой. — Это довольно известная мексиканская художница. Я… её тоже очень люблю. Будешь рис? Чхве кивает, вспоминая, что ещё не обедал, хотя уже прошло время чая. — Так, ладно, я побегу, наверное. Джисон торопливо поднимается, и Тэ едва слышно вздыхает. — Удачи. — Спасибо. — Хан кивает. — Надеюсь, хоть сейчас всё пройдёт хорошо. — Я тоже. Парень покидает кухню, оставив на столе нетронутый чай, от которого ещё идёт прозрачный дымок, и Тэхён качает головой, но ничего не говорит по этому поводу. — Так ты любишь мексиканских художников? — Не то чтобы… Вот мой папа ужасно их любил. Наверное, потому что полдетства прожил в Мексике. Когда мне было лет десять, мы даже вдвоём летали в Мехико и смотрели дом-музей Фриды Кало и картины Диего Ривера…Они меня просто чем-то зацепили, вот и всё. У папы даже была репродукция его «Человека на распутье», но потом он её продал. — Ого, жалко, — Субин понятия не имел, что это за «Человек на распутье», но на всякий случай решил посочувствовать. Тэхён поморщился. — Он кучу вещей продал, когда родилась моя вторая сестра. Нет чтобы на нормальную работу устроиться и накопить денег прежде, чем опять заводить ребёнка… — он повысил было голос, но тут же умолк и тяжело вздохнул. — Извини, у нас с семьёй натянутые отношения. — Сочувствую, — Субин понятия не имел, что сказать в такой ситуации, так что виновато опустил голову, словно это он завёл разговор о семье. Тэ тихо усмехнулся. — Всё нормально. Я съехал, и мы иногда даже переписываемся. Правда, мама до сих пор говорит, что я их кинул, — он фыркнул. — Ма, похоже, реально считает, что я обязан нянчиться с братом и сёстрами вместо неё. Тэхён замолчал и сжал губы, наливая готовый кофе в кружку. Ставя её перед Субином, он тихо извинился: — Прости, что опять начинаю ныть. Мне, наверное, просто некому выговориться. Мы с Джисоном не настолько близки… Бин ободряюще улыбнулся. — Всё хорошо, не переживай. Если что, я всегда могу тебя выслушать, правда… поддерживать особо не умею. — Спасибо, — Тэ ответил смущённой улыбкой, показав очаровательную одинокую ямочку. — Но мы как-то много говорим обо мне. — О… — Субин задумчиво почесал затылок, — ну, у меня мама с папой и старший брат. Они в Пусане, а он здесь, только живёт на другом конце города, ужас просто. Я успеваю половину плейлиста послушать, пока еду к нему. — Ого, это здорово. Тэ делает глоток кофе и рассеянно оглядывает бардак на столе. — Извини за это, в последнее время сил на уборку вообще нет. — Всё нормально, — отвечает Субин, хотя и косится на кучу немытых кружек с опаской. Тэхён тихо смеётся, и Бин не уверен, что именно стало этому причиной, но и сам не удерживается от улыбки. На несколько секунд в комнате повисает тишина, и Субин боится, что станет неловко, но Тэ спокойно пьёт кофе и смотрит в окно, чуть прикрытое шторой с рисунком подушечек кошачьих лапок, так что Бин расслабляется. — Как твои портреты? — тема для разговора рождается сама, и Тэхён пожимает плечами. — Джисон уже заебался мне позировать, говорит, я отвлекаю его от работы. — Вдохновение вернулось? — интересуется Субин, и младший чуть морщится. — Ну так… частично. Чхве открывает рот, но так и не задаёт вопрос, который, на самом деле, его очень интересует, но спрашивать он отчего-то стесняется. Но Тэхён это сразу замечает, и из тёмной глубины его глаз выныривает явное любопытство. Субин не сразу ловит себя на мысли, что откровенно залип, пытаясь понять, на что же именно они похожи. На ночное небо, которым они любовались на мосту несколько дней назад — определённо, но сейчас ему кажется, что ещё больше глаза Тэхёна напоминают какой-то тёмный, чуть мутный пруд где-то в чаще леса, глубокий и завораживающий, прячущий на дне покрытые илом секреты, а может, несметные сокровища, увидеть которые дозволено далеко не каждому. — Хочешь что-то спросить? Субин мнёт пальцы и несколько секунд набирается храбрости. —Можно посмотреть твои… картины? — он едва не говорит «рисунки», но боится, что это прозвучит как-то неуважительно. — О… — только и отвечает Тэ, смотря удивлённым котёнком, — ну… Он задумчиво отводит взгляд и, кажется, на автомате подносит к лицу руку, принимаясь грызть ноготь большого пальца. Это длится буквально секунды две, после чего его смущённая улыбка приобретает хитрый оттенок, а в глазах поблёскивает интерес сильнее прежнего. — Если дашь почитать твои стихи. Субин хлопает ресницами и непонимающе сводит брови. — Чего? Зачем? Тэ склоняет голову набок. — Ну, я люблю поэзию, хотя совсем в ней не разбираюсь. Я пробовал пару раз что-то написать, но у меня совсем ничего не вышло, так что я, если честно, восхищаюсь теми, у кого это выходит, так что когда ты сказал, что пишешь их, мне… мне стало очень любопытно. — щёки Бина становятся горячее от прилипшей в смущении крови, и чужая улыбка становится почти озорной. — Ну, там… там ерунда. У меня давно ничего нормального не получается. Тэ щурит глаза и улыбается ещё шире, но ничего не говорит. Всё и так понятно, и Субин не может сопротивляться этому взгляду. Тем более что такой искренний интерес ему невероятно льстит. Недавно сказанные слова о том, что он обычно не показывает своих стихотворения, испаряются где-то в воздухе прямо между ними. — Только не смейся. Он находит одну из папок в заметках и быстро нажимает на то, что искал, после чего протягивает Тэхёну телефон, отводя взгляд и против воли робко улыбаясь. — В последнее время выходит отстойно, если честно, так что не воодушевляйся особо… Тэхён не отвечает, с широко распахнутыми глазами читая пятистишие под названием «Туман», которое Субин помнит наизусть.

В сером тумане, в громком бреду,

Кажется, я далеко не уйду.

Бессмысленно оглядываясь,

Даже не догадываюсь,

Когда же тебя обниму.

В данный момент от мысли, что Тэ читает эту ерунду прямо сейчас, стихотворение начинает казаться постыдным и просто ужасным. Зачем он его вообще показал, боже? Тэхён молча глотает глазами строчки, после чего поднимает на Субина взгляд, полный… восторга? — Вау… — едва слышно выдыхает он и снова смотрит на пятистишие, кажется, читая заново? Он возвращает телефон спустя пару секунд с горящими глазами. — Мне очень нравится! — Субин чувствует, как тает от комплимента, он наверняка уже весь красный, особенно уши, которые горят огнём. — Спасибо… — едва выговаривает он, не поднимая взгляда, пока Тэ рассказывает, как ему нравится стихотворение. — Хотелось бы и мне уметь так писать, — уважительно говорит Кан, и Бину хочется выть. — Да ты чего, оно не настолько хорошее. — от смущения Чхве жмурится, а Тэхён снова тихо смеётся. — Мне нравится. — А мне нет. — Ты чего! Оно крутое, — Тэ откидывает спадающую на глаза тёмную чёлку и спрашивает: — Это посвящено твоему истинному? Субину по привычке хочется начать лекцию о том, что стоит разделять автора и лирического героя, но Тэхён вообще-то прав, так что он просто кивает, пытаясь понять, то ли тонсен так проницателен, то ли вышло действительно настолько очевидно. — А почему именно туман? Тэ смотрит с неподдельным интересом, и Бин думает, что до ужаса польщён этим; правда, объяснять своё стихотворение оказывается очень смущающе. — Ну… у меня ощущение, что мой истинный где-то совсем рядом, как будто… знаешь, стоит только руку протянуть, но я не вижу, куда именно её протягивать… как будто в тумане, где тоже дальше своей руки ничего не видно. Я подумал, что туман — хороший символ неведения и… какой-то беспомощности. Как-то так. — О-о-о, как здорово! А почему «громкий бред»? — Это сложнее объяснить… — Субин задумчиво чешет затылок, — ну, я выбрал такое состояние… знаешь, как говорят: «я был как в бреду» — вот и я как будто в бреду без своей половинки. Ну, фигурально. А ещё как будто без неё мир какой-то неправильный и бредовый, вот. А громкий, потому что мне шум всегда мешает сосредоточиться, и вот тут так же. Прости, не знаю, насколько понятно я объясняю. Тэ улыбается. — Вроде понятно. То есть ты как будто в тумане, при этом всё вокруг бредовое, а ещё тебя отвлекает шум, и это мешает тебе найти свою половинку? — Ну, не мне, а лирическому герою, и это всё фигурально, — Субину почему-то кажется важным это уточнить, и Тэхён кивает. — Здорово… А ты… то есть, твой герой «бессмысленно оглядывается», потому что, что бы он ни делал — ничего не поможет, и он никогда не найдёт свою любовь? — Ну, я бы так не сказал. Может, ему так кажется на данный момент… — отчего-то хочется верить, что персонаж обязательно найдёт своего возлюбленного или возлюбленную — словно Субин и правда видит в нём себя. А может, так и есть. — А когда ты его написал? Бин задумывается. — Года два назад, наверное? Может, чуть меньше. Но, вообще, оно не дописано, просто… никак не получается закончить. Тэ выдаёт удивлённое «о-о-о». — А что будет с героем? Он найдёт свою любовь или так и останется бродить в тумане? — Я не знаю. — Субин делает глоток чуть остывшего кофе, и почему-то от этих слов ему становится грустно. Очень хочется верить, что встретит, и как можно быстрее. Но по-другому же не бывает, правда? Полминуты они молчат, похоже, погружённые каждый в свои мысли, после чего Тэ вдруг поднимается и жестом зовёт покинуть кухню вместе с ним. Заинтригованный и немного растерянный Субин берёт кружку с кофе и следует за младшим по узкому коридору. Тэхён открывает дверь в одну из комнат, и Бин словно оказывается в другой реальности. Повсюду искусственные цветы и лозы, свисающие с многочисленных постеров фильмов или каких-то музыкальных групп, разноцветные гирлянды и, конечно, рисунки. Рисунки повсюду. Незамысловатые наброски карандашом на выдранных откуда-то страницах, маленькие акварельные пейзажи и большие листы с самыми разными изображениями. Где-то на одном из таких, кажется, даже виднеется чьё-то обнажённое тело, но Субин торопливо отводит взгляд. — Блин, тут так душно, извини. — Тэ пробирается через завалы всякой всячины к большому окну, прикрытому светло-серыми шторами, и разводит их в стороны, распахивая его и впуская в комнату тёплый солнечный свет. Субин оглядывается по сторонам и поражается тому, что комната вроде совсем небольшая, но тут столько всяких вещей, которые хочется рассмотреть, что, кажется, одной парой глаз попросту не обойтись. В углу заваленная одеждой кровать с кое-как заправленным, видимо, вообще зимним (а ведь уже весна, и за окном почти не холодно) одеялом в клеточку. Прутья изголовья увиты той же искусственной лозой, которую Субин успел заметить на стенах, а вместо одной подушки лежит целая куча, среди которой одиноко ютится маленький плюшевый кролик — единственная мягкая игрушка во всей комнате. Во всяким случае, других Субин не видит, сразу вспоминая свою гору надаренных Хюнином плюшевых пушистиков. Стол с ноутбуком заставлен фотографиями в маленьких рамочках, а из-под него грозно глядит на Субина большая гипсовая голова. Бин присаживается в милое кресло с подушечкой в виде кошачьей головы и залипает на разрисованные диски и виниловые пластинки, неровной стопкой стоящие на краю стола. — Жалко, что нельзя их на стену повесить, — проследив его взгляд, со вздохом говорит Тэ, — и рисовать тоже нельзя: хозяйка квартиры не разрешает. А мне так бы хотелось разрисовать тут всё, даже потолок. Тем более что обои на стенах просто отвратные, пытаюсь завесить их постерами и всякими фотками. А вот, над чем я сейчас работаю… ну, пытаюсь. Тэхён разворачивает к Субину мольберт, на котором покоится большой лист какой-то плотной бумаги с почти законченным портретом, судя по всему, Джисона. — Ого… — пришёл черёд Бина восхищаться, разглядывая бережно нанесённые мазки краски, образующие лицо соседа Тэ, которое выглядит очень похожим на свой оригинал. Ну, во всяком случае, так кажется Субину, который, правда, видел Джисона всего пару минут. Жаль только, что он не может оценить красочность этого портрета. — Как красиво. Тэхён грустно качает головой. — Как бы странно это ни прозвучало — он тут совсем не живой. У меня не получается… как сказать… добавить искорку в работу. Это всё чёртово вдохновение, — он вздыхает, — ну, точнее, его отсутствие. Субин глядит на тщательно прорисованные кудряшки, на тонкие стёкла очков, что выглядят почти настоящими, на тёмные глаза; совсем не как у него, обладателя серых глаз — первого признака того, что ты неудачник, всё ещё не нашедший своего соулмейта. — Он очень похож на Джисона. — Бин поднимается с места и приближается, с интересом рассматривая портрет. — Их прямо не отличишь. — Это да, но всё равно не то. Тут нет искры. Тэ разочарованно оглядывает собственную работу, и Субину вдруг до ужаса хочется обнять его и как-то утешить, доказать, что он действительно восхищён его работой, что на холсте словно и не рисунок вовсе, а настоящий Джисон задумчиво глядит на него сквозь очки, но он не решается, говоря только: — Мне правда очень нравится. Тэхён грустно улыбается. — Я рад. — Нет, это правда потрясающе. Я бы что угодно отдал за такой портрет. Тэ бросает на него неожиданно серьёзный взгляд, явно размышляя о чём-то, но ничего не говорит. Субин оглядывается по сторонам. — А можно ещё что-нибудь посмотреть? Тэхён поднимает брови. — Ты серьёзно? — Ну конечно. — Бин с интересом смотрит на акварельный рисунок белой сирени, торчащий из какого-то романа. — О, ну, если хочешь… — Тэ щурится и улыбается, — и если ты покажешь мне ещё пару стихов… — Стихотворений, вообще-то, стих — это одна строчка, — нравоучительно произносит Субин, и Тэхён тихо смеётся. — Простите, учитель, я исправлюсь. Так вы позволите мне прочесть ещё что-нибудь? Если вы не против, конечно. — Хорошо-хорошо, я найду что-нибудь не слишком постыдное. Субин понял, что совсем не следил за временем, только когда вернулся Джисон и из коридора крикнул, что не будет ужинать и идёт спать. Судя по всему, его встреча прошло совсем не так, как ему хотелось. — Ужинать? — Тэ зевает и удивлённо смотрит в окно. Бин поворачивается туда же и изумляется, потому что над крышами соседних высоток нависает совсем тёмное небо. За несколько часов они успели обсудить огромное количество всего: учёбу, курсовые работы, учителей, вкусы в еде, любимые цветы (у Тэхёна, оказывается, это белая сирень, а Субин скромно предпочитает ромашки), питомицу старшего, лучшие, по их мнению, песни и ещё много-много всего. Тонсен каким-то образом даже умудрился прочесть практически все стихотворения, которые Бину не стыдно было показать, и восхищённо обсуждал чуть ли не каждую строчку, пытаясь найти везде глубокий смысл, даже если изначально его там не было. Старший краснел и отмахивался от комплиментов, а когда Тэ попросил прислать ему текст «Тумана», Субин готов был растаять прямо на месте. Кажется, никто ещё не относился к его творчеству с таким восторгом. Нет, Хюка и старший брат всегда рады был прочесть то, что Бин иногда скидывал им, и говорили, что им очень нравится и у него прекрасно получается, но сами никогда не просили показать им и не спрашивали, не появилась ли в любимой папке Субина, на которой всегда стоит пароль, новая заметка. А Тэхён читал каждое по нескольку раз, не забывая комментировать и выделять то, что ему особенно понравилось. Сам он за всё время успел показать кучу своих работ и позволил понаблюдать за работой над портретом Джисона, явно очень смущённый и довольный комплиментами Бина, и даже подарил несколько набросков и так понравившийся старшему акварельный рисунок сирени, который Чхве осторожно положил между страниц тетради и убрал в сумку. Сейчас же Тэ обескураженно хлопает ресницами, пытаясь подавить зевок. Не слишком успешно, впрочем. — Уже так поздно? — Кажется, да. Субин прислушивается. За окном больше не шумит дождь, а Сеул уже тонет в вечерней темноте — явные признаки того, что ему пора домой. Тэхён неуверенно смотрит на него, и от Бина не укрывается этот взгляд из-под тёмной чёлки, которую тонсен спешит убрать за ухо настолько, насколько это вообще возможно. — Что-то не так? — Я просто думаю о том, что даже не предложил тебе поужинать… — Тэ неловко разводит руками, а стоит Субину подумать о еде, как живот призывно урчит. — Я бы поел, на самом деле, — честно говорит он, и младший улыбается. — Пойдём, только… ты не имеешь ничего против рамёна быстрого приготовления? Я не очень лажу с готовкой, — виновато произносит Тэхён, и Бин успокаивающе машет руками. — Всё в порядке, я обычно во время сессий только им и питаюсь. Они перемещаются на кухню и оба вовсю клюют носом, вяло обсуждая какую-то дораму со сложным названием, которое Субин сразу же забывает. Рамён обжигающий, и Бин запивает его чаем и заедает приготовленными на скорую руку бутербродами. Тэхён садится рядом, зевая уже раз двадцатый, и обеспокоенно глядит в окно. — Там совсем темно. Субин чешет затылок, неуверенно смотря на тёмные улицы внизу. — Как-нибудь доберусь. — Прости, что так тебя задержал, — Тэ звучит ещё более виновато, и Бин спешит успокоить его: — Всё хорошо, я ни о чём не жалею. Мне было весело и очень интересно. Тэхён улыбается, после чего отводит взгляд и тихо произносит: — Если… если что, можешь остаться на ночь. Я поставлю будильник на пораньше, чтобы ты успел доехать до дома перед универом. — О, — Субин поначалу хочет отказаться, но вдруг понимает, как же ему лень тащиться домой по тёмным улицам, несмотря на всю его любовь к ночным прогулкам. — Если я тебя не стесню… — Нет-нет, ты чего! Всё хорошо! Тэхён мило улыбается, и Бин отвечает тем же. Он ложится в кровати Тэ, который занял кухонный диван, не слушая возражения хёна, которому было ужасно неловко занимать чужую постель. Младший выдал ему тонкое одеяло вместо своего, как оказалось, ужасно тёплого, говоря, что постоянно мёрзнет даже летом, и пожелал сладких снов. Засыпая, Субин думал о том, что день сегодня выдался просто удивительным.