Химия сквозь сердца

Укутанный в мире пространства, убийства, незнаний,

Пытается кричать и доносить всем на свете,

Что он один и, что в его голове слов состраданий

Нет и не будет, а лишь только тень на паркете.

В окнах в Европу нет карты мира и песни,

В них нет чайки, летящей над морем солёным.

А только уныние, страх и симптомы болезни,

Которая заставит жалеть, что ты когда-то был кем-то рождённым.

В поезде вроде никого толком не было. Путь составлял примерно 10,5 часов. В это время погода сотни раз поменяло своё настроение и желание оставаться тёплым. Снежинки также крутились в вальсе, а Антон продолжал застывать взглядом на одной точке. «В такие моменты очень легко пишутся стихи, словно ты остаёшься один. Тем более этот спит”- думал Антон с какой-то ненавистью, ведь учитель его разбудил ради «решения задач», а сам заснул… Наушники, подаренные отцом, смогли заглушать окружающий мир, даже, если в них нет музыки. В такое холодное время года нужно было согреваться только теплом своего сердца, которое явно у Шаста было замороженным -Молодой человек, вы что-то будете? — нежный женский голос вынул из изоляции собственных мыслей -Ой, простите… Я? Нет-нет — почему-то разговор с проводницей был каким-то волнительным, словно это та самая его мечта всей своей жизни -А вашему другу? — «Другу? Он учитель! Нет. Не друг. Точно не друг» -Нет, это мой учитель, не подумайте. Он спит, значит всё самое интересное пропускает -Ну ладно, если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне — девушка расплылась в улыбке, оставив Антона со спящим телом «Да. Можно ли его назвать моим другом? Мы много проводим время, и он ко мне относится совершенно по-другому. Никак к той же Ирке, которая надумала сдавать химию и у неё оказывается, даже, есть хорошие знания. Мне это Арсений рассказывал ведь? Я его не могу сравнить с Димой и Серёжей, с которыми я с первого класса. Он более снисходительно со мной, более нежнее. Но он учитель и это можно понять. Тем более у него есть Оксана Александровна. Она красивая, миниатюрная и всегда смеётся с шуток Попова. Единственное, что меня смущает, так это его глаза. Они как море. Его всегда заглушает разум и окунает в подводный мир, даже, если ты на суше. В них столько любви… Хотел бы я ощутить её на себе…? Странный вопрос для самого себя. У меня толком не было девушки, а мать всегда говорила, что важнее всего карьера. А девушки? А девушки потом. То, как будто Арсений Сергеевич за эти 3,5 месяца стал для меня спокойствием и таблеткой от перенапряжения. Но считает ли он меня важным? Смотрят ли на меня эти 2 прекрасных глаза с точки зрения душевной близости?» -Анто-он, доброе утро! — Шаст словил себя на мысли, что с момента ухода девушки прошло минут 20 и всё это время он смотрел на это сонное божество -Время 17:45, очень доброе утро -Ты двадцать первую решил? -Д.да — глаза забегали в поисках помощи от его новой тетради с большим количеством стихов за этот учебный год -Как я понимаю, ты ничего не сделал, так? — улыбка явно скрывала ту пелену, которая вот-вот на меня осядет -Простите, звук мешает сосредоточиться -Как я понимаю не только звук? — скрывающий манёвр, потерял свою хватку и не хотелось думать о том, что этот вопрос действительно сидел где-то глубоко -Вы про что? -Та самая красивая проводница, подходящая минут 40 назад. Это тебе помешало -Вы что? Нет, нет конечно -Да я всё понимаю. Увидел девушку и сразу начал что-то писать в своей тетрадке, которую я постоянно в последнее время вижу. Что у тебя там? — Руки направились в сторону собственности Антона и, гипнотизируя глазами, попытки не получались -Арсений Сергеевич, не надо. Не дам я вам -Во-первых, ладно, раз не хочешь, как хочешь, а во-вторых — тот энтузиазм пропал и перешёл на медленные движение и соображения мозга — я хочу, чтобы я был твоим другом… Можешь называть меня просто Арсений или Арс, как тебе будет комфортно «Другом? Неужели он услышал тот разговор» Мысли затянули, и Антон понял, что так и не ответил на предложение, но его перебили -Ты ничего не подумай, просто думаю и тебе, и мне будет комфортно. Но я тебя не заставляю, просто предлагаю. Если ты не против — количество слов в секунду превышает скорости на дорогах. Волнение и какое-то переживание способствует для этого. Но всё уходит со следующими словами: -Хорошо, Арсений Сергеевич. Ой… Арс Люди становится ещё красивее, когда улыбаются. А особенно, когда у них ещё и голубые глаза. А особенно, когда это не Арсений Сергеевич, а, уже, Арсений…

***

Москва. Столица самой огромной страны на планете Земля, находится в топ десятке мегаполисов мира. В столице проживает 12,6 миллионов людей. И больше сотни тысяч туристов приезжают в Москву, чтобы посмотреть на данный город воочию. Город принимает каждого. Как и принял пассажиров поезда №739Ж -Посмотри, тут даже пахнет по-другому -Да, но вот холодно, просто жуть — метр девяносто с кепкой в семь сантиметров вжался в себя, как мокрый воробушек -Ищи плюсы и представляй, что каждая проблема решаема -Вы, что, — поэт? -Иногда бываю таким. Я превосходен во всём! — города меняются, погода ухудшилась, а Арсений Сергеевич, а.… ой… простите… Арсений остаётся не изменым Парни не знали город, не знали толком, что вообще происходит за границами Воронежа, а тут такой масштаб… Время переходило за восемь часов вечера. Темнеет зимой намного раньше и городские фонари привыкли к данному режиму и всегда ожидали своего «звёздного» часа. Они освещали лица каждого, кто в предновогодней суете бежал по своим делам, и новоиспеченные друзья не стали исключением. Морозец не давал медленному и вальяжному шагу. Оба двигались по мокрому снегу, как на катке, направляясь в сторону отеля -Смотри, как там красиво. Мы обязательно должны там побывать за эти 10 дней! — пробивались возгласы учителя сквозь шум машин -Уже почти 9, сегодня не в счёт. Да, и двадцать девятого мы в двенадцать уезжаем -Шаст, мысли позитивно. Тебе это как никому нужно, завтра сбор. Ты готов? -Давайте мы хотя бы соберёмся нормально в отель, а там уже посмотрим -Неужели Шастун переживает — траектория Арса поменялась. Он шёл задом, но лицом к собеседнику. Смеялся, а глаза сверкали. Это было отчетливо видно, даже в темноте вечернего города. -Ничего я не переживаю, а просто хочу в тепло — оправдываясь заворчал парень -Самый гениальный химик своего возраста переживает! Вы слышали — смех переплетется с комплиментами, а с ними и ноги, которые вот-вот подведут их хозяина -Не смешно, я не переживаю, правда -Он переживает, вы слышали? — спрашивая, Арсений меняет своё положение и хочет пойти просто прямо, не смотря в глаза. Но снег — это прекрасный помощник, но только для Антона. Снег помогает перевести диалог и даёт «ловушку» для ног учителя. Он летит просто в низ. Кажется, судьба тоже не хотела, чтобы он поднимал тему личного беспокойства Шаста -С вами всё хорошо? — Антон переживает. Антон приседает, чтобы быть ближе к пострадавшему. Антон не понимает, что произошло Вся паника в глазах уходит, когда слышится смех -Боже, ладно-ладно, переведу тему — отряхивая себя, тот встаёт и поворачивается к парню, который до сих пор сидит на корточках — Назвал меня на «Вы» и сидит. В отель хочешь? — парень с облегчением кивнул — ну, тогда вставай — перчатка показалась перед лицом, которая хотела бы помочь. Но Антон этого не заметил и встал без помощи. Владелец своей руки, на которой была перчатка, поджал губы и пожалел о своих действиях. Видимо, это ещё рано. Видимо, Антон ещё не готов