Химия сквозь сердца

Зимнее утро. В городе, где большое количество промышленных заводов, стоит безумный холод. В окнах и без того жутких панелек не горит свет, а фонари тускло подают признаки жизни. В ней отсутствует тепло и умиротворение. Банановый йогурт, блины с клубничным джемом и зелёный чай. Занавески ещё закрыты — нет никакого смысла их открывать. А прохлада, даже в столь богатой квартире, передаётся неописуемым образом. В комнате горит свет, а на вешалке висит идеально выглаженная бежевая рубашка с белым вязанным жилетом. Зеркало давно видело данное отражение, но сегодня оно было особенно красивым. Лакированные туфли и идеальная кладка — спонсор хорошей самооценки и самоуважения последние 2 года. Родители уже давно ушли, а на соседей было абсолютно наплевать. В прихожей стоял большой шкаф виниловых пластинок. Дилемма была настолько велика, что пришлось, не глядя, брать первую попавшуюся. И видимо это было хорошим способом.        «My Special Angel» написана американской вокальной рок-н-рольной группой из Тертл-Крик, штат Пенсильвания, пригород Питтсбурга — The Vogues. Красота и преимущество девушек подчёркивается в песне, что с каждым разом получается войти в роль искусствоведа и персоны из высшего общества. Никакого репа, фанка — только лучшее из американской индустрии. Фильмы имели тоже жестокий отбор. Ян Флеминг, Квентин Тарантино и Уэс Андерсон — режиссёры, работы которых являются в приоритете.       Утончённые руки в темноте ищут духи фирмы «Chanel» и проводят неестественно нежные движения       Сегодняшний день обещает быть лучшим. Стопка учебников, тетрадей и сборников уже на столе, но никто не знает, что лежит в рядом стоящем праздничном пакете…       

***

      День казался обычном. Дорога. Учёба, да и в принципе всё. Но эта неделя будет особенной то ли из-за другого города, то ли из-за учителя под боком, который во время дороги постоянно, что-то рассказывал       -Ой, а это улица Лермонтова! Ты и сам, наверное, знаешь, кто он такой — слова проносились с шумом машин. Антон не мог ничего говорить — шарф закрывал рот, спасая от холода — Не знав коварную измену, Тебе я душу отдавал; Такой души ты знал ль цену? Ты знал — я тебя не знал! — с ничего начал говорить учитель       Строчки явно несли смысл, но он был неизвестен Антону. Но он уловил пару моментов, из-за чего, решил спросить:       -Это его стих? — будто хотелось узнать лишь одно, ли то, что это не о наболевшем       -Да, «Я не унижусь пред тобой”- утро таило в себе много тайн, которые оказывались на грани разумного       -И много ли вы стихов знаете?       -Ох, да. Когда с Окс общаешься и не такого вот узнаешь. Вот ты знал, что Есенин предпочитал папиросы «Сафо», некоторое время употреблял кокаин и гашиш? — факты были действительно важны перед учением химии       -И много вы общаетесь с Оксаной Александровной?       -Она — моё всё. Даже как-то о времени не думается. Всю жизнь будто       -Ясно       Одушевлённой разговор закончился коротким словом из четырёх букв. Покушаться на убийство не хотелось. И дорога была холодной и невыносимой, особенно с этой энциклопедией фактов и биографий

      ***

      Знакомые стены, знакомые люди, всё знакомое вокруг — обычная Воронежская школа. Учителя, как обычно, стоят у вахты, давят улыбки и здороваются. Понедельник — для кого-то этот день стал важным, для кого-то обычный серым и несчастным.       Хотелось войти в 286 кабинет, но он был закрыт. Странно, ведь сегодня в нём у них урок, важный урок. Не понятно почему он пуст…

      ***

      -Арсений, в этот раз, где вы будете? Опять уйдёте? — зимняя куртка уже висела в раздевалке       -Нет, Антош. Я с тобой пойду. Знаю, что и сопровождающим специализированным лицам можно тоже зайти в аудиторию — данные слова помогали расслабиться Антону- мне же как-то надо будет готовить людей к олимпиадам, да и для кругозора обычного       Антон как раз последовал, но за Арсением, а не за его словами. Аудитория была знакомой со вчерашнего дня. Люди уже собирались в кабинете, их не так много, но уже повсюду слышался гул.       -Я сяду сзади, чтобы тебя не отвлекать — его рука оказалась на плече, подбадривая Антона              Прошло уже минут 40, а мысли были забиты только одним… одним. И одной тетрадью, которая манила всё это время              

Когда ты уходишь вперёд, сложно вернуться,

Даже если там из звёзд млечный путь и мечта.

Мечта, в которую смог один раз окунуться,

Как в реку морского Бурятского хребта

      

Мы можем быть только на расстояние глубины

И невыносимого давления, открытое Паскалем.

Длина между нами, словно двести штук Итальянской раины.

А по итогу обвиним август и прикроем все ошибки флореалем

      Большое количество зачёркиваний и заумных терминов. Хотелось передать всю сущность того человека, из-за которого уже несколько месяцев Антон пишет стихи, из-за которого Антон поменялся, из-за которого Антон очутился в мире любви и нежности, хотя это всё очень пугало…              Арс, как никак, мой «Друг»       Неужели, самую лёгкую цепочку превращений ты решаешь с таким большим количеством ошибок, что аж там настолько много чёркаешь…?)       

      «Он смотрит на меня? А если повернусь? А если он до сих пор смотрит? Ладно, сделаю вид, что не увидел сообщение»

             Арс, как никак, мой «Друг»       Если что-то не понятно, я смогу это тебе объяснить       

      «Как хорошо, что он просто не заметил»

             Арс, как никак, мой «Друг»       Ха-ха смешно. Я же вижу, как у тебя в руках телефон лежит       Шастун, сиди, слушай!       Потом поотвлекаю тебя)

      «Какой же он… А какой?»

                    Жизнь — один большой перфоманс, а что если повернуть на неожиданную сторону и поменять стереотипы сознания?