Смерть или новая жизнь.

      За прошедшие шесть лет, дни прожитые в лаборатории, протекали однообразно. Подъем был в семь, что-то похожее на завтрак, немного разговоров с Чифую и конечно же опыты. Когда наступал момент опыта, первые пару месяцев, его начинало трясти от страха, но постепенно он привык к этому, скапливая глубине души злость и ненависть к людям издевающимся над ним. Потихоньку, примерно через несколько лет общения с Таки, Чифу начал проявлять первые эмоции. Когда тот в первый раз улыбнулся Такемичи чуть не упал и набросился на старшего с объятиями. Потом этих эмоций стало гораздо больше.

~Но за эти шесть лет, один день изменил все.~

      Начинался он как обычно, но шестым чувством Такемичи понимал, что что-то не так. Разговор с Чифую помог немного расслабиться, не сильно, но помог. —Ты придурок, я же сказал у тебя тут ошибка. Вот тут! А не это! И не это! - Такемичи стал возмущаться, скрестив руки на груди и зло посматривая на волчонка. — Да нет здесь ошибки, тут так надо! Ты сам ничего не знаешь, а ещё на меня наезжаешь! И вообще слезь со стола! — Чифую, посмотрел на друга снизу вверх, прижимая пушистые ушки ближе к голове, показывая острые клыки. — Ну и ладно, делай как хочешь! Я тебе помогать больше не буду, — сказал парень обиженно надувшись, после чего отвернулся.       В этот момент дверь отворяется и входит человек которого мальчики дружненько ненавидели - доктор Норио. — Настало время веселиться, ты готов, малыш? — доктор зловеще усмехнулся, махнул рукой и в комнату вошли пятеро высоких мужчин. Двое занялись Такемичи, остальные трое - Чифую. Доктор достал пистолет и направил на пятнадцатого. Сорок седьмой закричал, а у Таки широко раскрылась глазки. В комнате послышался выстрел. Тело парня упало на пол, пачкая его кровью. Чифую упал на колени, всё тело предательски дрожало, а горло безумно болело. Откуда-то доносились душераздирающие крики, и вскоре, мальчик понял, горло разрывается потому, что кричит он сам. По щекам покатились горькие слёзы, его единственный друг умер. У него истерика. Подбежав к бездыханному телу, он вновь упал на колени. — Такемичи! Очнись, пожалуйста, умоляю тебя! — его оттащили. — Поздно, он мертв! Ребята, давайте в лабораторию его! — спокойным тоном произнес доктор.       Как и приказал Норио, тело притащили в лабораторию и положили на кушетку. Взяв с небольшого металлического столика шприц с какой-то жидкостью, вколол в труп. — Живо подготовить колбу! — скомандовал доктор.       В огромную трехметровую колбу залили жидкость кровавого цвета, на свету она переливалась и становилась малиновой. Вколов эту непонятнуя жидкость в тело, сам мальчик стал терять ощущения пространства и сознание. Чтобы узнать какое состояние у ребёнка, его подключили к металическим проводам. Все-таки тут ему предстоит провести ещё много времени.

~от лица Такемичи~

      Открывая глаза малыш начал осматривать все вокруг себя, но вдруг почувствовал сильный холод, что пробрал его до костей. — Мх…. Почему так больно? И холодно? — Возможно, потому что ты умер, а мне приказали тебя оживить, так сказать спасти от этого одиночества! — произнёс голос из пустоты. — Ты кто? - смотря прямо в глаза, мужчины напротив поинтересовался парень. — Сложно сказать кто я такой, все таки у меня много имён, - со смешком в глазах ответил парень. — Но, какое тебе нравится больше? — Не знаю. Все они одинаковы. Если хочешь можешь дать мне его. — Мм...Нокс! - с радостью воскликнул Такемичи смотря на того, - Нокс в переводе с латинского означает ночь! Твои глаза как ночное небо поэтому я и вспомнил. — Нокс, говоришь, да? Хорошо, мне нравиться, и даже очень. Пх, — послышалась усмешка со стороны мужчины.

~В тоже время в лаборатории~

      На мониторе начали проявляться новые колебания, зелёная строчка, что находилась в спокойном состоянии, начала то повышаться, то уменьшаться. Доктор, который все это время наблюдал за состоянием пятнадцатого, увидев изменения, очень обрадовался, ведь это значило, что эксперимент прошёл как надо, а это значит, что ничего не прийдется начинать сначала, хотя ему и было сказано, что это последний подопытный.       В тоже время, пока доктор прыгал по всей лаборатории, сорок седьмой из-за укромного места наблюдал за происходящем, которое ему не чуточку не нравилось. Тело его друга, постепенно начинало трясти, провода стучали по прозрачному стеклу. Вены стали очень заметными и их можно было рассмотреть невооруженным глазом, и казалось, будто они начинали очень болеть.       Чифую хотел подойти к другу, обнять и утешить, чтобы он не чувствовал всей этой боли. Ведь Такемичи единственный человек, который всегда поддерживал в трудных ситуациях, который показал, что такое эмоции и помог ими управлять сначала умер, а сейчас находится в какой-то колбе, к которой не подойти. Наверняка он страдал, изнывая от боли.       Но этого у Чифую не получилось. По помещению раздался скрежет открывающейся двери лифта. Оттуда вышел мужчина, одетый в дорогой костюм. Он, медленным, спокойным шагом прошел до места проведения экспериментов, оглянулся вокруг и остановил свой взгляд на стеклянной колбе. — Я так понимаю, эксперимент протекает нормально, без каких-то отклонений? — повернув голову к уже не прыгающему доктору, спросил мужчина.  — А, мой господин, как вы видите все протекает отлично! Тело начало реагировать на внутреннее вмешательство. Показатель пульса немного скачет, но в пределах нормы. Показатели мозга более менее стабильные за счёт подключённых проводов по которым протекают маленькие заряды тока, — Норио рассказывал это с таким удовольствием, как будто прочитал параграф по биологии и решил пересказать его перед всем классом.   — Ну, я надеюсь, что этот эксперимент наконец-то завершится благополучно и мне не прийдет позориться на выставке, а то прошлый прям на сцене сдох, захлебнувшись своей же кровью. Пх. Знатно ты меня тогда опозорил, — сказал владелец данного эксперимента, зло посмотрев на доктора.— Ты же меня не подведёшь, да, доктор Норио? — Д..да господин. На этот раз всё точно выйдет! Уверяю вас! Вы не пожалеете о том что дали мне ещё шанс! Всё показатели в норме, всё проходит просто идеально! — Ну что-ж я надеюсь на вас. Подведёте меня и на этот раз... Сами окажетесь в этой колбе, — ответил мужчина и развернувшись ушёл.       Волчонок, услышав какие планы были у этих падальщиков на его друга, прижал пушистые ушки к голове, а хвостом плотно обвил свою ногу. — Ч..что, н..но в него же выстрелили, как он может очнуться? И вообще про какую он выставку говорит? Что тут происходит?