Токийское похищение

      Постояв немного на пороге, пока машина не скрылась за поворотом, Акихико направился домой, погрузившись в размышления. Такано — высокий, красивый, статный мужчина и невысокий, зеленоглазый, вспыльчивый Онодера напомнили писателю период начала их с Мисаки отношений, от чего по сердцу мужчины разлилось приятное тепло и появилось жгучее желание писать роман для которого пока ещё катастрофически не хватает данных. Поэтому, сейчас остаётся только терпеливо ждать, когда Онодера скинет файл с недостающей информацией, что крайне печалит.       Тем не менее настроение писателя было отличным, пока он не открыл дверь своей квартиры, где стояла непривычная, давящая тишина, прерываемая лишь шуршанием стрелок часов, висевших на стене. — Мисаки, я дома! Никто не ответил и, сбросив обувь, мужчина забежал в гостиную, спокойно выдыхая. Парень, ставший невольной причиной волнения писателя, всё это время сидел на диване и, с увлечением, читал. — Мисаки… — Усаги сан? Ты так быстро? — Быстро? Меня не было полчаса. — Правда? — Я тебя звал, ты не слышал? — Нет, прости. Но, Усаги сан, твой последний роман великолепен! Да, в чём-то ты сущий демон, но, при этом, гений. Прости, что называл тебя никчёмным, я был неправ. — Тебе нравится? — Очень! Ты знаешь, я далёк от книг, но тут оторваться не могу. — Сочту за комплимент. Сев на диван, писатель притянул парня к себе, который сначала привычно побрыкался, а потом отложил книгу в сторону и прижался к плечу мужчины. — Как твоя рука? — Нормально, больше не болит. — Вот и славно, а то я переживал. Повернув голову, Мисаки внимательно посмотрел в глаза мужчины. — Усаги сан, что-то случилось? — Нет, всё хорошо. — Я же вижу, что это не так. Вздохнув, писатель развернул парня к себе. — Скажи, тебе ещё интересно, что мы делали с Онодерой наверху? — Думаю, у меня нет причин для беспокойства. — Верно, но я всё равно скажу. Он рассказал мне свою историю с Такано, позволив написать роман про них. — Что он сделал?! — Не поверишь, но я тоже удивился и высказал своё сомнение. Но он повторил, что не против. — Псих ненормальный! Ничего не ответив, мужчина задумчиво провёл рукой по волосам парня. — Нет, ты не прав, он несчастный человек. Хотя, Такано тоже… — Правда? — А, как иначе? Они начали встречаться ещё в старших классах, когда Ритцу было всего пятнадцать, а потом, из-за мелкого недоразумения, он всё бросил и уехал в Англию, где и закончил обучение. И только спустя долгие десять лет, судьба вновь столкнула их с Такано в «Марукаве», куда Ритцу перевёлся из издательства отца. Но и после встречи их отношения были крайне напряжёнными, да и сейчас, насколько знаю, есть проблемы. И тут я задумался: «А смог бы я прожить без тебя так долго?». Наверное нет. Я бы уже через пару месяцев сошёл с ума, а тут десять лет… — Думаю, я тоже. Помнишь ту мою поездку к брату? Не было ни дня, чтобы я не думал о тебе, мечтая поскорее увидеть. — Это, когда мы потом поехали в Хоккайдо? — Верно! — Да, мне тоже нелегко далась эта поездка. Придвинувшись ближе, писатель крепко обнял парня. — Мисаки, пообещай, что никогда не исчезнешь из моей жизни. — Усаги сан, вот опять ты забиваешь свою голову ерундой! Отстранившись, парень посмотрел в глаза мужчины, положив руки ему на плечи. — Я рассказал о наших отношениях брату и сестрёнке, какие ещё тебе нужны доказательства? — Мисаки, я… — Помнишь наши желания на шариках? Я тогда не сказал, но наши последние желания совпали. Усаги сан, я пожелал всегда быть с тобой! — Правда? — Мне незачем тебе врать, и исчезать я тоже не планирую. — Прости, если обидел, но я просто очень тебя люблю и боюсь потерять. — А я тебя. Улыбнувшись, писатель опрокинул парня на диван и впился в его губы сладким поцелуем, постепенно спускаясь губами на чувствительную шею, срывая с губ Мисаки восхитительные стоны. — Усаааги, прошу, не здесь. — То есть наверху, я могу продолжить? — Чёрт! Да! — Отлично! Взяв парня на руки, Акихико поднялся на второй этаж и положил Мисаки на кровать, тут же нависая над ним. — Ну, продолжим! Красивые, длинные пальцы писателя быстро избавили парня от одежды, открывая столь желанное тело. Окинув взглядом обнажённого любовника, Акихико глубоко вздохнул и вновь вовлёк Мисаки в сладкий поцелуй, параллельно избавляясь и от своей одежды. Когда на мужчине осталась только белая, расстёгнутая рубашка, он оторвался от манящих губ и стал спускаться поцелуями всё ниже, не забывая оставлять яркие засосы на молочной коже. Обведя языком сосок, Акихико слегка прикусил нежную кожу, от чего парень выгнулся и громко застонал. Улыбнувшись, писатель продолжил сладкую пытку, наслаждаясь реакцией возлюбленного на его действия.       Добравшись до жаждущего внимания члена, он пощекотал головку языком, заставляя парня выгнуться ещё сильнее и громко застонать. — Усааааги я хочу… — Что хочешь? — Это смущает! — Я ничего не буду делать, пока не скажешь. Так, что ты хочешь? — Т-тебя… Улыбнувшись, мужчина обхватил губами член парня и стал скользить по нему вверх-вниз, каждый раз вбирая его целиком. Мисаки бессознательно прижимал Акихико ближе к себе и слегка поддавался бёдрами вперёд, стараясь усилить наслаждение, и не чувствовал, как увлажненные смазкой длинные пальцы растягивают его изнутри. Отстранившись, мужчина вновь припал к родным губам и, откинув рубашку в сторону, аккуратно вошёл в податливое тело на всю длину, быстро начав двигаться. Мисаки запрокинул голову, не сдерживая всё более громкие стоны наслаждения, и обхватил мужчину ногами, притягивая его максимально близко. Ещё несколько толчков и Акихико изливается в тело парня, которого тоже сотрясает оглушительный оргазм. Улыбнувшись, писатель вышел из тела возлюбленного и лёг рядом, накрывая их обоих одеялом. — Ты сегодня такой податливый, мне понравилось. — Замолчи! Это смущает. Засмеявшись, мужчина оставил на губах парня быстрый поцелуй и прижал его к себе, нежно обнимая. — Мисаки, я так сильно тебя люблю, что готов ради тебя на всё. — А я тебя. — Правда! Я даже готов избавиться от части своих игрушек. — Не сходи с ума. — Я серьёзно! Давай отдадим железную дорогу Махеро и другие игрушки тоже. Мисаки в шоке смотрел на писателя, не веря ему. — Ты серьёзно? — Мне кажется, Сузуки-сана вполне достаточно. И маримо, их слишком много. С ними тоже нужно что-то сделать. — А медвежьи комнаты? — Нет! Мишек не трогай. — Ты же туда не заходишь! — И что? — Усаги сан, эта лавина из мишек постоянно сбивает меня с ног. — Я предлагал купить квартиру больше! Ну хорошо! Редких оставь, остальных можешь продать или отдать кому-нибудь. Всё ещё находясь в состоянии шока, Мисаки приложил руку ко лбу писателя, проверяя температуру. — Температуры вроде нет. Тогда, что с тобой? — Я в порядке, наверное, просто повзрослел. — Если ты скажешь, что хочешь детей, я умру от шока. — Нет, делить тебя с кем-то я ещё не готов. — Слава Богу! Всё не так плохо. Засмеявшись, Акихико нежно поцеловал Мисаки и притянул его к себе, вскоре засыпая. Немного полюбовавшись спящим возлюбленным, парень оставил на щеке мужчины лёгкий поцелуй и тоже провалился в сон.