Осколки памяти

      Всё произошло как-то быстро: я и Хэди шли домой, уже переходили дорогу, вокруг было много людей, давка, а потом… кто-то, торопясь, задел её плечо, и она упала на асфальт, сильно приложившись головой. Конечно, как всегда в таких случаях рядом скопилась группа людей: кто-то снимал на телефон, кто-то пытался помочь, а кто-то уже вызывал скорую. Машина приехала быстро, мне, как сопровождающей, тоже разрешили поехать. Ещё бы не разрешили, я бы с ума сошла! Пока ехали, Хэди померили давление, посчитали несколько раз пульс, посмотрели на зрачки и ввели какой-то препарат внутривенно. Сознания нет. Оно улетучилось в момент соприкосновения головы с асфальтом. Пуф, и всё. Нет его. Двое суток в палате казались неделей, а то и двумя, но, как же я обрадовалась, когда её рука двинулась с места, а язык облизнул сухие губы. Голова раскалывается на части, я не понимаю, где я, чувствую, что рядом кто-то есть, очень хочется пить. - Воды… - голос будто бы был прямиком из загробного мира, что со мной? Кто-то поднёс мне стакан, немного отпив, я приоткрыла глаза, но тут же закрыла их – свет от белых стен больно режет. Скрипнула дверь, этот кто-то ушёл от меня, оставив без ответов на мои незаданные вопросы. Примерно через четыре минуты, дверь вновь открылась и ко мне вошёл пожилой дядька в белом халате, видимо, какой-то врач. Киндж попросили остаться в коридоре, чтобы не мешать беседе невролога с пациентом. Девушка была, как на иглах: то ходила, то садилась на стул, то вновь вставала и нарезала круги небольшого диаметра. Поправив спавшие вперёд белокурые локоны, она упёрлась лбом в ледяную стенку и закрыла глаза, мысленно надеясь на хорошие новости. Спустя целых полчаса, доктор покинул палату и подойдя к Киндж, пригласил её в свой кабинет. Слегка занервничав, она поспешила следом за специалистом. Заняв своё место за столом, на котором лежали истории болезней пациентов, какие-то направления и прочие документы, доктор указал на стул, который можно было занять. Киндж быстро опустилась на него и приготовилась внимательно слушать каждое слово. - Кем вы приходитесь фрау Брандт Хэди? - взяв ручку, она уже приготовился заполнять какую-то бумагу. - Дальняя родственница, приехала в гости, а потом, случилось это… - солгала Киндж. - Понимаю, это ужасно, но, не могли бы вы назвать мне своё имя и фамилию? - его кисть застыла в ожидании. - Шнайдер Киндж. - тут же ответила она. Положив ручку на стол, мужчина сцепил кисти в замок: - Фрау Киндж, вы знакомы с таким термином, как «амнезия»? - Чт… да, это потеря памяти. Погодите, вы хотите сказать, что Хэди… - сжав края юбки, она постепенно осознавала, что её надежда на лучшее только что разлетелась на тысячу осколков. - Ну-ну, не переживайте вы так, амнезии бывают разные. В данном случае, мы имеем дело с ретроградной амнезией, возникшей вследствие черепно-мозговой травмы. На данный момент фрау Брандт ничего не помнит, но, во всём прочем её состояние удовлетворительно. Я могу отпустить её прямо сейчас, но, при одном условии: если вы проводите её до дома. - невролог пристально наблюдал за реакцией фрау Шнайдер, мало ли что может произойти. - И как скоро память вернётся? - взглянув пожилому мужчине в глаза, спросила Киндж. - От нескольких минут, до нескольких месяцев – не дольше. - заверил он девушку. – Что ж, я думаю, вам пора. - вновь взяв ручку, доктор приготовился писать дальше. Ноги стали ватными, Киндж будто бы выплыла в коридор, прокручивая в голове одно и то же словосочетание: «ретроградная амнезия». Зайдя в палату, блондинка нашла в себе силы улыбнуться: - Привет, о, ты уже оделась? - Привет. Да, врач сказал тебя подождать. Ты, кстати, кто? - пристально рассматривая вошедшую, спросила я. - Давай для начала мы пойдём домой и уже там поговорим, хорошо? - услышанные слова достаточно больно кольнули её. Пожав плечами, я встала с койки, и мы пошли домой. А где он, кстати? Как выглядит? Стало даже интересно. Путь занял добрых сорок минут, мы зашли в подъезд и поднялись на четвёртый этаж. Она достала ключи и отварила дверь, хм… откуда у неё ключи от моей квартиры? Если она моя, конечно. Зайдя внутрь, я разулась и пошла по коридору вперёд. Закрыв входную дверь, Киндж застыла на месте, было невыносимо наблюдать за тем, как человек, проживший здесь почти три года, рассматривает всё с таким интересом и опаской, потому что теперь видит впервые. Взяв себя в руки, девушка положила свою сумку на декоративный железный столик в прихожей и пошла к Хэди, которая находилась на кухне. По пути её посетила гениальная мысль: любыми способами вернуть Хэди память. - Пошли. - Киндж взяла её за руку и потянула за собой в одну из комнат. Я, непонимающе зашагала за незнакомкой, мы остановились около шкафа, который был оформлен «под старину». - Смотри, это твои книги, ты очень любишь читать. Всё это ты уже прочла. - девушка провела пальцами левой руки по корешкам многочисленных книг. Взглянув сначала на блондинку, а потом на книги, я внимательно вчиталась в авторов: - Оливер Сакс, Дэниел Киз, Джордж Оруэлл… не знаю таких, они интересные? - Ну, тебе очень нравились. - понурив плечи ответила Киндж. – О! - вновь ухватившись за запястье, она уже было хотела направиться в другую комнату, чтобы показать коллекцию оружия, как вдруг, её рука оказалась пуста. - Хватит меня дёргать за собой! Я понимаю, что живу здесь, наверное, но, какого хрена тут делаешь ты? И кто ты, мать твою? Почему ты знаешь, где лежат вещи? Испугавшись внезапной смены настроения, Киндж попятилась назад, к двери, и съехала по ней на пол. Она прекрасно понимала, что сейчас Хэди в глубоких сомнениях по поводу всего происходящего вокруг, что это может растянуться надолго, но, всё-таки под это нужно приспособиться. - Мы живём здесь, в этой квартире, с тобой, уже почти три года. - вспомнив об упущенной детали, девушка исправилась. – Меня зовут Шнайдер Киндж. Всё, что я могу сейчас для тебя сделать, это полностью показать квартиру и рассказать о нашем прошлом, о твоём прошлом. - Живём, значит… Понятно. Только не вываливай гору информации сразу, а то мне сложновато это всё усвоить, ладно? - подойдя к блондинке, я протянула её руку, чтобы помочь подняться. – Только давай завтра, хорошо? Я спать хочу. - Конечно. - обойдя Хэди, она подошла к двуспальной кровати и откинула покрывало. – Чай сделать? - Эм… а тут, это, диван есть? - меня насторожило то, что она откинула покрывало сразу с двух сторон. Мы же соседи по квартире, да? Скорее всего, просто живём вместе, потому что так выгоднее. - Да, прямо по коридору и дверь направо, там есть диван, а что? - слегка склонив голову вправо, спросила она. - Пойду, лягу уже, а то и правда очень хочу спать. Спокойной ночи. - не дождавшись ответа, я улизнула в коридор и пошла к дивану. Устроившись по удобнее, уснула почти сразу. Оставшись в одиночестве, Киндж со всей силы отшвырнула покрывало на пол и плюхнулась на кровать, уткнувшись лицом в подушку, чтобы заглушить рвущийся из груди крик. «Почему? Почему? Почему?! Почему всё именно так?! Она меня не помнит, от слова совсем. Даже свои любимые вещи не признаёт!» - повернувшись на левый бок и скомкав одеяло в руках, девушка понемногу успокаивалась, но, уснуть ей удалось лишь через полтора часа. Проснувшись с утра пораньше, я выглянула в коридор – никого. Тихо добравшись до кухни, я поставила чайник и заглянула в холодильник. Взяв хлеб с сыром, вновь замерла, прислушиваясь – тишина. Заняв место рядом с плитой, я уже приготовилась резать хлеб, как вдруг под рёбрами сомкнулись руки той блондинки. Неожиданно. Я даже вздрогнула, потому что не слышала её. - С добрым утром, проголодалась? - Киндж попыталась поцеловать Хэди в шею. Вывернувшись, я несильно оттолкнула девушку: - Какого хрена ты делаешь?! - глядя на неё в упор, я швырнула нож в раковину, он приземлился с оглушительным грохотом. – Аппетит пропал. - почему-то накатил стыд, мне нужно было сейчас же уйти отсюда. Оказавшись уже в своей комнате, я села на диван и коснулась шеи, странные ощущения. «Она что, лесбиянка? Погоди… вчера она сказала, что мы живём тут вместе, то есть… Ой. Чёрт. Если это и так, то, сейчас, скорее всего, ей так больно. Ну а чего она так тихо со спины подходит? Тут любой напугается. Как бы хотелось вспомнить всё, но, я не могу. Блять, не могу я! Может, опять башкой стукнуться и, глядишь, всё вернётся на круги своя? Нет, бред. Хм… а она выглядела достаточно мило с этими растрёпанными волосами, в этой футболке и трусиках. Да, чёрт возьми… Будь проклят тот, по чьей вине это всё случилось, чтоб ты также навернулся, но в итоге потерял не память, а свернул себе шею нахрен. Курить хочу. О, а я курю? Ну, раз хочу, значит – да. А сигареты есть? Надо у Киндж спросить, хотя, это будет выглядеть так себе, типа, я её оттолкнула, а сейчас выйду и спрошу есть ли сигаретка? Да уж.» - уперев локти в колени, я морально готовилась выйти из комнаты. Составив огонный чайник с плиты, Киндж всё же сделала несколько бутербродов и убрала их в холодильник, мало ли, Хэди захочет поесть попозже. Налив себе чай, девушка села за кухонный стол, погрузившись в мысли о произошедшем только что. Больно. Очень больно. Надо потерпеть и всё будет хорошо, рано или поздно. Отвлёкшись на скрип двери, она смотрела на идущую сюда девушку. - Слушай, ты, это, извини. Я не знала, как на такое реагировать, так что… Кстати, а у нас есть сигареты? - заняв место напротив, я вновь начала пристально рассматривать блондинку. Кивнув, она повернулась к подоконнику и достала оттуда пепельницу с сигаретами. Прикурив, мне стало легче, будто бы я делаю это последние лет сто, странно, да? Дым приятно обволакивал мысли, будто бы немного притупляя их острые углы. - Ничего, я всё понимаю. - Киндж посмотрела в глаза, которые, казалось, уже не были такими родными. Почувствовав неловкость из-за молчания, я затушила бычок и вновь удалилась в комнату, где ночевала. Внутри бушевала странная гамма ощущений: «Всё далеко не так, как должно быть и я это чувствую. Что мне делать? Как мне быть? Что будет дальше? - обхватив голову руками, я закрыла глаза. – Вспомни. Вспоминай. Давай же!» - сильно сжав волосы на голове, я чуть ли не выдрала их. В попытках вспомнить вообще что-либо, не заметила, как пришла ночь. Время уже близилось к половине первого, поэтому, я решила лечь спать, без одеяла, без подушки, прямо так, на диван. Очнувшись на полу, я непонимающе окинула комнату взглядом: - Какого хрена я тут? Я спала на диване? Мы что, поругались с Киндж? Э? Что происходит? Так. - вскочив на ноги, я побежала к оружейному шкафчику. – Всё на месте, это хорошо. - на часах было двадцать минут третьего ночи. Выйдя в коридор, двинулась на кухню, невыносимо хотелось жрать. Сделав себе чай и набрав еды, я развалилась за столом. Меня не покидало чувство, будто бы случилась какая-то херня, причём очень серьёзная. После трапезы, я, как и всегда, взяла с подоконника сигареты и пепельницу. Чуть приоткрыв окно, прикурила. Услышав скрип кровати и шаги, я уже приготовилась извиняться, да, собственно, плевать за что. Если мне «посчастливилось» спать на диване, значит, есть за что. Киндж вышла ко мне, она выглядела так, будто бы вообще не спала несколько дней. - Чт… Извини. Блять, что бы я не сделала, извини. - затушив сигарету, я встала с места и подошла к девушке, чтобы обнять её. - Ты – это, ты? - вдруг спросила она. - В смысле? Ясен хрен, это я, ты чего? - обняв её, я жадно вдыхала запах белокурых волос. Киндж вцепилась в Хэди и заплакала, радуясь тому, что осколки памяти вновь собрались воедино. Я не выпускала её из своих рук, видимо, случилось что-то действительное серьёзное, но, думаю, что мы обсудим это позже. Остаток этой ночи был таким же, как и всегда: я в своей кровати, рядом мирно сопящая Киндж, тепло и уютно. В этой комнате царило умиротворение, которое потихоньку заставило уснуть и меня.