Сколько стоит любовь?

      Ульяна не любила пить. Вернее, ей нравился вкус алкоголя, ей нравилось его пробовать, смаковать, дегустировать, но ей никогда не нравилось напиваться. Это отвратительное чувство, когда ты не можешь себя контролировать, несёшь откровенный бред, буянишь, а потом ещё и пытаешься справиться с похмельем, головной болью и тошнотой. Поэтому Стива она порой откровенно не понимала. Хотя Стива она вообще очень редко понимала.       Впрочем, сейчас она явно перебрала. Что уж говорить, коктейли в этом баре делают действительно офигенными, но пить их много не следовало. Конечно, Рейнбоу всё ещё прекрасно контролировала ситуацию и полностью осознавала реальность и происходящее вокруг, но вот головную боль на утро ей никто отменять не собирался.       Группа, приглашённая сегодня, играла какой-то джаз. В целом, это звучало неплохо, атмосфера «Дома Совы» сегодня была на уровне и располагала к себе. И располагала к ещё одному коктейлю, конечно же. Но вот его ей выпить не дали. Ева забрала его буквально из-под носа своей теперь девушки, качая головой. Ульяна попыталась забрать своё по праву, но в итоге сдалась, не желая вставать с насиженного места.       — Так-с, моя дорогая, хандру развела, тоже мне. — Тон Евы в такие моменты был особенно схож с её детскими нотациями и наставлениями. — Вставай, твой водитель подъедет минут через десять, мне было очень приятно повидаться со Стивом, но пора домой.       — Иди нахер, Ев… Я просто поверить не могу, что ты согласилась на его мерзкую затею! Он же… Он же блять творит абсолютную хуйню! Я думала, что хоть ты меня понимаешь…       — Я прекрасно тебя понимаю, я также хорошо понимаю, почему ты так волнуешься, но что мы можешь предоставить Стиву? Если мы начнём играть в его игры, то у нас будет больше шансов вернуть твои драгоценные бумажки. Чем больше ты противишься, тем больше Стив прячет от тебя чемодан, будто ты его не знаешь.       Ульяне было очень неприятно признавать, что Ева как бы то абсолютно права. Стива не убедишь словесно, его игре придётся подчиниться. Она тяжело вздохнула, поднимаясь из-за стойки. Вместо тёплого прощания с Оувелом, она лишь показала ему средний палец, игнорируя подзатыльник от Евы, и вышла на свежий воздух.       Ева похлопала девушку по плечу, как бы пытаясь сказать, что мол всё нормально, всё скоро наладится. Рейнбоу в это почему-то не верилось, хотя Стив обещал обеспечить чемодану безопасность. С другой стороны, если всё это время чемодан хранился у старого скряги, и никто ничего с бумажками в чемодане не сделал, то уж у Стива… Всё пойдёт как всегда не по плану… Не хотелось бы.       — Кстати, Ульяш, а мой срок работы твоей проституткой кончился. — Ева попыталась разрядить атмосферу, подмигивая.       — М? А, поняла…       Прежде чем Ева успела бы возразить, Ульяна ловко перевела ей ещё денег. На счету стали красоваться семьсот двадцать миллионов. Крошкина открыла рот в изумлении, пытаясь подобрать слова.       — Прости, но… Блять сколько?! За раз?! Столько перевести за один раз?! Ты мультимиллиардер или что?!       — Тип того. Скорее, я не прям столько трачу. Это, конечно, относительно, но содержание моего дома выходит дёшево для моих-то заработков. Переведённые мною деньги это так… Из накоплений так сказать.       — Well… Я… Так непривычно…       — Не волнуйся, поживёшь со мной, поймёшь хоть, чего я добилась.       Перед клубом затормозила шикарная машина. Ева довольно ахнула, а Ульяна просто завалилась на сиденье, потирая виски. Из мини бара она достала ещё бутылочку, чего первого под руку попалось. Ева в ту же секунду выдернула алкоголь, качая головой.       — Нет, нет и ещё раз нет, Ульяна. Тебе на сегодня хватит.       — Мгм… Да… Ты права. Хватит. Эт, Пашка! — обратилась она к водителю.       — Я Пабло, мисс…       — Поехали домой.       — Как скажите, мисс.       И машина тронулась, заставив непрестешнувшуюся Еву чуть ли не влететь в переднее кресло. Рейнбоу взяла её за плечи, прижимая к себе и утыкаясь носом в шевелюру теперь своей «девушки».       — М-м-м… Бесит всё. Хочу чего-нибудь… Чего-нибудь, не знаю чего! Вот. Надо как-то развлечься…       — Я могу рассказать, чего тебе не хватает, моя милая. — Усмехнулась Крошкина, хихикая.       — И чего же?       — Любви.       Рейнбоу драматично, зло и устало закатила глаза, хмуря брови и недовольно выдыхая. Ева в ответ на это улеглась ей на колени, чуть высовывая язык.       — И ты туда же?.. Этот придурок тебе все мозги промыл, да?       — Я должен согласиться с юной леди, мисс, — неожиданно вмешался Пабло. — Вы даже не представляете, как легко любовь меняет людей. Вам надо отвлечься от всего этого и просто уделить внимание своим чувствам, понимаете? — Ева закивала, соглашаясь с водителем.       — Да вы блять сговорились!.. — она закрыла собственные глаза рукой, потирая переносицу двумя пальцами.       Рейнбоу запустила ладонь в мягкие, густые волосы Евы, накручивая одну из прядей её волос. На секунду ей даже показалось, что эти двое, а если считать Стива, то трое, правы. Может, ей и правда стоит хоть немного времени подумать о чём-то более прекрасном и возвышенном? Боже, что за чушь…       У неё и без этого всё прекрасно и замечательно, зачем ей вся эта ересь с отношениями и любовью? Вот серьёзно, вся любовь это просто трата денег вникуда. Потом вы расходитесь, так ещё и может возникнуть побочка в виде чувства одиночества и опустошенности. Ей такого счастья не надо.       — Нет, не надо мне всего этого, определённо не надо, — в слух вынесла вердикт девушка, вызывая у Пабло и Евы обречённый вздох.       — Иногда мне кажется, что вы неисправимы, мисс.       — Как в детстве была упёртой, будто баран, так и во взрослой жизни такой осталась…       Тем временем машина начала постепенно тормозить. Они давно уже были за чертой города. Ева неохотно поднялась с чужих колен, а Ульяна потерла глаза руками до покраснения. Что уж говорить, но ей нравилось просто ездить на машине. Пабло часто возил её без какой-либо конкретной цели по городу, чтобы она могла посидеть, подумать, покумекать…       — Мы на месте, мисс. Стоит ли заехать внутрь или вы сегодня предпочитаете пройтись сами?       — Мгм… Нет, надо воздухом подышать, думаю, Ева не будет против пройтись по моему садику.       — Ещё бы я блять была против…       Ульяна чуть ли не вывалилась наружу, кое-как устояв на ногах. Ну точно перебрала… Впрочем, таблетки от головной боли должны были бы помочь. Взгляд Евы выражал не столько удивление, сколько что-то более глубокое, более цепляющее, будто она вспомнила кое-что важное.       — Ты в порядке?       — Это… Это твой особняк?       — Угу. Мне нравится. Удобно, не слишком большой, не слишком маленький, территория вокруг вообще отличная. Озеро просто шедевральное!       — Ага…       Особняк действительно выглядел роскошным. Чем-то напоминал готическую культуру, вперемешку с барокко и классицизмом. Тёмно-коричневый большой кирпич, тёмная черепица, достаточно простые окна. Забор по всему периметру со шпилями, широкие ворота.       Ульяна пыталась понять, о чём думает Ева, почему так долго и задумчиво смотрит. Неужели ей не нравится? Кажется, ей в детстве были очень интересны истории про мрачные дома с привидениями. Также она любила читать книжки про замки и рыцарей, но не истории-выдумки, а вполне реальные реконструкции, научные статьи и прочая ерунда, которая тогда Рейнбоу интересовала мало.       — Помнишь… Мы как-то зависали в библиотеке?       — Мы делали это каждую неделю. По несколько раз в неделю, если уточнять. Библиотека была единственным местом, где можно было спокойно посидеть. Ну и библиотекарь всегда вкусные булочки приносила, которые раздавала просто если полки протереть… Кхм! Если ты о какой-то конкретной посиделке, то утоняйте, мисс.       — Крис тогда откопал с верхней полки журнальчик, в котором показывались дорогущие дома, их интерьер, двор… Я помню, как мы начали выбирать, кто какой дом купит в будущем. Я помню, что ты выбрала какой-то жутко современный и навороченный, а я… Я выбрала этот.       Ульяна с удивлением уставилась на собственный же дом, будто видит его впервые. Из груди вырвался лишь приглушённый стон, она пыталась подобрать хоть какие-то слова и объяснения.       То, что сказала Крошкина, было абсолютной правдой. Теперь Рейнбоу припомнила тот до тоскливого дождливый день. И тот журнал предстал перед ней прямо таким, каким он был. С одной вырванной страницей, весь помятый, полуразвалившийся, но картинки в нём сохранились до особенного хорошо.       Теперь провал в памяти наконец заделался. Вот, что ей всё это время напоминал этот дом, вот почему она в конечном итоге выбрала именно его. Ох, чёрт подери, прошлое, как бы она не старалась отпустить его, не отпускало её в ответ, держа за самое горло.       — Просто совпадение. — Наконец вынесла вердикт девушка, негромко хмыкая и потирая переносицу. В какой период её жизни привычка потирать эту несчастную переносицу так укоренилась в ней?       — Ты сама-то в свои слова веришь? — усмехнулась Ева под недовольный вздох подруги. — Ладно, давай уже зайдём наконец.       Ворота с тихим скрипом медленно открылись. Непойми откуда Ульяна вытащила трость и шляпу, эффектно надевая второе на голову, а тростью она звучно стукнула об мощённую дорожку. Ева приподняла брови со странным непониманием в глазах. Лицо её выражало то особенное выражение, когда ты видишь перед собой человека, делающего откровенную хуйню и испытываешь за него стыд.       — И что это блять было?       — Кхм! Позвольте мне, мисс Ева, показать вам ваш новый дом. — После этого она стукнула тростью об особенно большой камень, на территории в тот же миг зажёгся свет. — Добро пожаловать в вашу новую жизнь, Ева!