нить.

Большие железные ворота, что когда-то для Андрея были всего лишь мечтой — теперь реальность. Их развели в разные стороны, видимо охранник, что сидел в небольшом здании, прикрепленном к воротам. А как плавно они открывались, медленно раздвигались в разные стороны, а дальше — белый, снежный лес с проблесками красных крыш корпусов. Всё это было похоже больше на сказку, чем на реальность. Андрею то ли мерещилось, то ли действительно их встречало ржание лошадей, оно было так близко, что некоторые ребята из отряда, начали подниматься на "цыпочки" и сквозь толпу пытаться разглядеть виновника ржания. Отряд Андрея должен был быть образцовым. Самые старшие ребята, значит самые прилежные, они должны были показать младшим отрядам как правильно себя вести, но кажется Андрея это мало волновало. Он рассматривал всё вокруг словно завороженный. Наблюдал как с крупных веток ели и сосен клубами валиться шапочка снега. "Побеспокоили" — подумал Андрей, медленно ступая по снегу, что отвечал на прикосновения к нему подошвой — скрипом. Солнце пыталось пробиться сквозь массивные ветви сосен, что словно ковёр, накрывали сверху лес. Некоторые лучи, всё же пробившись, рисовали на снегу узоры, прыгали и переливались, словно заигрывали с путниками. Андрею от чего-то стало так весело, что он невольно улыбнулся. Крыши корпусов действительно привлекали к себе внимание. Красные — такие яркие и блестящие, что Андрей слегка зажмурился. На счастье любителя лошадей, конюшня была всего в двухстах метрах от из корпуса, так как здание было последним корпусом. Прежде чем войти в корпус и выбрать себе кровать в общем блоке, вожатый снова остановил их. И опять техника безопасности, ну разве это хоть кому-то было интересно..? Оглядев всех с ног до головы, Андрей понял, что никого не интересует безопасность. Выслушав слишком длинную лекцию о том, что "надо быть предельно осторожными с огнём, не выходить на лёд, потому что никто не знает насколько он крепкий.. ". Дальше Андрей не слушал, смотрел тупо перед собой и ждал, когда наконец нога его ступит в тёплое помещение. Весь оставшийся день ребята готовились к дискотеке по случаю начала первой смены зимнего лагеря. Андрея привлекли к музыке, он тянул провода вдоль стен, что-то крутил, проверяя звук и громкость. Ругался себе под нос, когда ничего не получалось и начинал всё заново, пока наконец его вожатая Ксения не показала большой палец вверх. Глеба он больше не видел, потому что они всё время были заняты разным. Пока Андрей возился с музыкой, Макаров расписывал ватман, украшая зал рисунками и надписями в стиле тематики лагеря. Через несколько часов в зале для танцев уже никого не было, всё убежали собираться. Девочки — малевали себя косметикой, одевали тучные, но красивые по мнению Андрея платья, ну а мальчики особо не задумывались, надевали что-то приличнее, чем домашняя одежда и шушукались словно девчёнки. Андрей же, валялся на кровати и листал свой журнал. Он не любил дискотеки, да и зачем ему это надо было. Комфортнее было бы остаться в корпусе или прогуляться по территории. Про распорядок дня, Кравцов узнал, когда услышал нечто похожее на звонок. Этот звонок значил очень много вещей тут — завтрак, обед, ужин, тихий час и даже зарядку. Ну а ещё звонок был предназначен для всяких экстренных ситуаций. Мало помалу Андрей начал привыкать к этому звонку, ведь он бренчал уже третий раз за время их пребывания, но теперь он не звал на обед или полдник, он приглашал на дискотеку. Когда все вышли, Андрей медленно поднялся с кровати, что словно не хотела отпускать его, тихо проскрипела. Он медленно пошёл в самый конец комнаты, рассматривая прикроватные тумбочки своих соотрядников. Один уже успел повесить плакат какой-то неизвестной Андрею группы у которого стояла фигурка из какого-то мультика, а у третьего, на кровати были разбросаны комиксы "Черепашки ниндзя". Он весело улыбнулся и опустился на очередную скрипучую кровать, вбирая в свои ладони журналы с матовыми страницами. А как от них пахло... Кравцов вдохнул запах журнала и прикрыв глаза, улыбнулся снова. — Вот это да.. у меня таких ещё нет.. — он начал судорожно листать страницы, быстро читая реплики главных героев. — Ничего себе... Вдруг уже знакомый голос прервал его. Андрей вздрогнул и быстро обернулся. В дверном проёме стоял Глеб, сложив руки перед собой. — Роешься в чужих вещах? — его бровь выгнулась и если, минуту назад Андрей подумал, что тот злится, то уже сейчас понял, он шутит. — Вот это да.. Андрей. Они оба рассмеялись, а Глеб тем временем подошёл к Андрею и сел рядом. Глеб был выше Андрея, прилично выше. "На одну голову" — подумал про себя Андрей, так чаще говорила его мама, чем он сам. Листая журнал, Андрея вдруг осенило, почему Глеб здесь. Почему не на дискотеке. Почему сидит здесь и вместе с Кравцовым роется в чужих журналах. — А ты почему не танцуешь? — вдруг повернулся мальчишка к Глебу. — Девченки бы облепили тебя. Не оставили бы без белого танца. Парень с пшеничными волосами вдруг рассмеялся, хватаясь за живот, но посмотрев на серьёзного Глеба, тут же успокоился. Его это кажется задело или наоборот.. Андрей не понял. Понял лишь то, что так лучше не шутить. — Ты правда думаешь, что девочки стали бы приглашать меня на танец? — вдруг подал свой голос Глеб, но в этом вопросе не было ни злости, ни обиды. Кравцов слегка помялся, но всё же ответил на поставленный вопрос. — Ну да.. я слышал, как они шептались, несколько раз твоё имя назвали и всё сильнее мазали себе лицо этими разноцветными красками.. — Андрею снова стало так весело, что он еле сдержал свой смешок, закрывая рот ладонью. — Глеб, а ты не хочешь сходить к конюшне? Брюнет сразу оживился и кивнув головой начал натягивать на себя куртку, повязал шапку по последней моде и вышел. Андрей тоже оделся и выбежал следом. Так ему понравилась куртка Глеба, что всю дорогу до конюшни, тот бесстыдно пялился на неё, пытаясь рассмотреть марку или хотя бы эмблему, но все попытки были тщетны. Его новый друг остановился и резко посмотрел на Андрея, от чего тот оторопел. Неужели почувствовал на себе взгляд, что изучал его всю дорогу или просто хотел что-то сказать. — Это американская куртка, дядька привёз. А ты почему без шапки, Андрей, разве тебе разрешено? А если вожатая прознает? — Андрей виновато повесил голову, но не потому что его отчитали за то, что он без шапки, а потому, что Глеб всё же заметил на себе его изучающий взгляд. — Да не нравится мне эта шапка.. ты вообще видел её? — с тоской и нарастающей яростью внутри пролепетал Кравцов. — И вообще, чего бы это тебя волновало, что мне попадёт? — Да меня и не волнует.. — смущённо протянул Глеб, почесав свой затылок. — И вообще, заболеешь — домой отправят, маме позвонят, а тебе это разве надо? Ты же так хотел попасть сюда, думай головой. Андрей потупил взгляд, разметая носком собственного ботинка снег, словно вырывая яму, в которую готов был закопаться заживо. Всю оставшуюся дорогу ребята шли молча, смотря под ноги, иногда перекидывались парой фраз, вроде: далеко ещё? скоро придём? Кравцов почти всё время молчал, он не понимал, почему так вспыхнула эта ярость внутри, да и чего тут смущаться, это же его товарищ, какой никакой друг в конце концов. Все его мысли прервал лишь один взгляд на лошадь. Она стояла в загоне, отдельно от всех лошадей и склонив голову лакомилась сеном. Её грива красиво блестела в свете фонаря, а длинные ресницы были опущены. Андрей так и застыл на месте, казалось он влюбился в эту лошадь, у неё был красивый пятнистый окрас и массивные мохнатые копытца. Он даже забыл о том, что пришёл сюда не один и оставив Глеба позади, побежал к лошади, та не приняла его порыва и отступила назад, мотая головой. Кравцов поджал губы, как же так, почему она не потянулась к нему навстречу, разве от него не исходит любовь и тепло.. он вздохнул и схватился руками за ограду, вспомнив, что сзади стоит Глеб. Обернувшись, мальчишка грустно вздохнул и с досадой, махнув рукой выпалил. — Пойдём отсюда, Глеб.. я то думал.. а она.. — и слов не было, чтобы описать свои эмоции, но Глеб, положив ладонь на его плечо, заставил посмотреть на себя. — Тоже мне.. фанат лошадей, разве так к ним подход ищут? Пугают их своими действиями? Ты же сам мне столько всего рассказал, а теперь идешь против своих же слов. — он словно пытался привести Андрея в чувство, чтобы тот не отчаивался и всё же попробовал снова. Андрей вздохнул так глубоко, что казалось ноздри его раздулись от злости. Он пнул ногой комок снега и вернувшись к ограде, протянул ладонь к лошади, что уже стояла в паре метров от ограды. Но лошадь не подходила, стояла в стороне, склонив голову. — Держи. — Глеб протянул Андрею алое, поблескивающее от мороза яблоко. — Угости её. Всё ещё молча, Андрей забрал из рук товарища яблоко и медленно протянул его на ладони. Лошадь заинтересованно подняла голову и неуверенно, медленно подошла к мальчишкам. Принюхавшись, стянула с ладони яблоко, касаясь своим носом холодной ладони. Андрей улыбнулся, ему сейчас так хотелось закричать от счастья. И хоть он видел раньше лошадей, так близко никогда не был. Никогда не трогал и даже не катался. Внутри всё так разрывалось, так хотелось прыгать и радоваться, повиснуть на шее Глеба, крича ему в ухо о том, что его руку тронула лошадь. Он развернулся к Глебу и сам не понял, как обнял его. Когда отпрянул, смущённо отвернулся, смотря за лошадью. Глеб, всё ещё ошарашенный, стоял рядом. "Переизбыток эмоций, наверное" — сделал заключение Андрей.