Red Lights

      Хосок озадаченно смотрел на подпись под иконкой Руби: «набирает сообщение». Он понятия не имел, почему эта надпись висела так долго, но факт оставался фактом: девушка что-то очень долго и упорно ему строчит. На электронных часах горело 5 утра, а он, вместо того, чтобы спать дальше, пялился в яркий экран телефона. Кто-то вдруг отогнул край одеяла и забрался к нему в постель.       — Ой, кто-то втюрился, — усмехнулся Чонгук, в наглую подсмотрев в телефон брата. — Ты пялишься на диалог с ней уже час.       — А я виноват, что она уже час, как я проснулся, строчит мне сообщение? — возмущённо вздохнул мужчина. Как думаешь, что она там пишет?       — Какие-то милые вещи? — предположил Чонгук, пожав плечами.       — Руби не милая, она... — Хосок задумчиво поднял взгляд. А какая она? Красивая, как раз во вкусе Хо. Немного вредная, курит, но, если закрыть на это глаза, она очень даже милая. Крохотная, всего 160 ростом. Она добрая, беззащитная, хотя хочет казаться сильной...       — Хватит лыбиться, у тебя на лице всё написано, — фыркнул Чонгук. — Просто скажи ей, что она тебе нравится. И побрейся, девчонки не любят неухоженных парней...       Чон Чонгук, эксперт по девчонкам, у самого никогда девушки не было, зато знаний и опыта хоть отбавляй. Однако он был прав. Хосок слишком много работал в последние дни. И всё же... Что там так долго пишет ему Руби?

***

      Чимин очнулся засветло. Парень понятия не имел, когда именно отключился, но вряд ли он собирался спать, точно бы не уснул, пока не убедился, что Руби успешно покинула дом... И сейчас, когда он подхватился на ноги и поспешил открыть шкаф, девушки там уже не было. Тусклый свет от рассветного солнца постепенно заливал комнату. Чимин натянул на бёдра шорты и отправился в коридор. Он прошмыгнул ко входной двери, та была небрежно закрыта на большой механический замок. Видимо, Тэхён успел поставить... Но выбралась ли Руби или всё ещё прячется в доме?       Чимин причесал лохматые тёмные волосы и отправился осматривать каждый угол дома. Ким Тэхёна почему-то нет. На часах 5 утра, а Тэ не с ним в постели и даже не в соседней комнате. Кругом лишь пустота. Парень шёл по коридору, пока не почувствовал под ногами что-то мокрое. Он испуганно опустил взгляд, пытаясь разглядеть в тени то, на что наступил. Здесь не видно, выключатель на стенке, увы, не работает, кажется, электричество Тэ ещё не включил обратно... Чимину нужно на свет, чтобы разглядеть. Парень присел, пытаясь ощупать «нечто» пальцами. Неприятно липнет... И... Что-то твёрдое. Это телефон? Пак схватил находку и поспешил в сторону ближайшей комнаты с окном. Когда он выбрался на свет, то едва не выронил смартфон из рук. Его пальцы были измазаны в красном — это точно была кровь. В глазах читался ужас. Парень начал задыхаться, медленно терять рассудок. Он разблокировал экран телефона. На заставке стояло их с Руби совместное фото.       — Нет... — мотал головой Чимин.       Он знает пароль, это же как дважды два... Её день рождения. Так банально. Пак дрожащими руками держал мобильный, он тянулся пальцем к неотправленному кому-то аудиофайлу и понимал, что там, должно быть, что-то важное. И ему страшно узнать, что именно записала Руби.       Кнопка «play» была нажата. Ближайшие минуты три для него были как в тумане. Ноги подкашивались, взгляд опустошался, глаза краснели. Парень соскользнул на пол и стянул волосы на голове в пальцах, желая те вырвать с корнем. Если бы он согласился уйти, если бы не думал только о себе, если бы знал, что такое может случиться... Его трясло. Он смотрел на экран телефона, его взгляд расплывался. У него нет сил, ему невероятно больно сейчас. Куда больнее, чем во время насилия над ним. Тэхён не мог так поступить, он не такой... Тэхён не такой. Не такой! ОН НЕ МОГ ТАК ПОСТУПИТЬ!       — ААААААААААА! — Чимин в сердцах крикнул, крепко сжав в ладони телефон, чтобы со всей силы тот разбить. Но рука дрогнула. Он не сделает этого. — Крошка-мишка, засыпай... — сиплым еле слышным голосом напевал он, чистой стороной ладони протирая мокрые глаза. — Рядом мама... мама-мишка... — Пак медленно тянулся пальцем к экрану телефона. Если он удалит эту запись, никто не узнает о том, что здесь случилось. — Мама-мишка шьёт тебе ма... шьёт... тебе маниш-ш-ш... мама-мишка...       Чимин шумно шмыгнул носом и поднял голову вверх, пытаясь осушить глаза. Его губы дрожали. Какой он идиот... Пак поднял телефон на уровне лица и ткнул пальцем на отправку сообщения. Руби хотела, чтобы оно дошло до этого человека. Пусть уйдёт по назначению.       — Чимин? — послышался тихий низкий голос со стороны входа в комнату. Тэхён ошарашенно смотрел на парня, измазанного в крови, он подходил медленно. Тэ лишь сейчас заметил в его руках телефон. Кажется, он принадлежал Руби. И кровь, значит, тоже её... — Послушай, Чимин... Я не... Я не хотел... Я лишь хотел её припугнуть, но не более... — Пак в ответ молчал, даже не смотрел в его сторону. — Она не должна была сюда приходить. Её здесь быть не должно... Всё потому, что она пришла... Я не убийца...       Тэхён подобрался ближе и, сев рядом с парнем на колени, аккуратно хотел забрать у того смартфон и стереть кровь с рук, но Чимин резко подхватился на ноги и швырнул телефон девушки в стену. Тот с треском разлетелся, экран смяло, а Тэхён вздрогнул. Его даже не интересовало сейчас, что именно с этого телефона отправил Чимин. Сейчас беспокоило только его состояние. Пак с силой сцеплял зубы, он не смотрел на него, даже не плакал, лишь дышал тяжело и, почти не моргая, сверлил обозлённым взглядом пустоту.

***

      Хосок услышал уведомление о сообщении. Рука быстро разблокировала экран телефона. Его глаза сияли. Чонгук сразу смекнул, что это от Руби и, про себя улыбнувшись, вышел из комнаты, чтобы не смущать горе-любовника. Он аккуратно складывал вещи в своём шкафу, краем уха подслушивая притихшего брата за стенкой. И он готов был услышать его глупый смех, довольное верещание — да что угодно, но никак не громкий мат и тяжёлые быстрые шаги.

***

      — Пожалуйста, посмотри на меня, — умолял Тэхён, обеспокоенным взглядом сверля безэмоционального парня. Чимин ни разу не поднял взгляд. Он замкнулся в себе, словно бы не понимал ни слова из тех, что говорил ему Тэ. — Я люблю тебя, Чимин... Посмотри мне в глаза... Я говорю чистую правду, я сильно тебя люблю...       Тэхён обхватил лицо парня ладонями и поднял то, пытаясь поймать зрительный контакт.       — Я не люблю тебя, — сухо пробормотал Чимин.       — Разве нет? — Тэхён почти плакал, он давил улыбку через слезящиеся глаза. — Я вот тебя больше жизни... Я не хочу тебя терять, слышишь?       — Тогда отпусти... — Пак поднял взгляд на парня. Тот ожидаемо мотнул головой. Чимин усмехнулся. Он резко поднялся на ноги и схватил первый попавшийся нож со стола, приставив тот к собственному горлу. — Тогда это будет лучше?       Тэхён поднялся на ноги и резко схватил парня за запястье, одёрнув то. Нож со звоном отлетел в сторону. В глазах плескался ужас вперемешку со злостью. Это была самая мерзкая мысль со стороны Чимина! Пак смерил Тэ сердитым взглядом исподлобья, не собираясь на этом останавливаться. Ножей на столе ещё много... Но в следующую секунду губы Чимина захватили жадным поцелуем. Пак сопротивлялся, пытался вырваться. Его голову держали. Тэхён срывал его шорты вниз, разворачивал к себе спиной, игнорируя протестующие стоны.       — Только силой и умеешь, да? — ядовитой змеёй шипел Чимин.       Тэ с силой зажал рот парня ладонью, со спины толкнувшись внутрь. Чимин шумно дышал через нос, упираясь грудью в стенку, он извивался, но его заламывали и снова больно шлёпались бёдрами. Тэхён ускорялся. И ни капли нежных чувств в этом насилии не было: это было грубо, обозлённо, совершенно бесчеловечно, до вымученных криков. Чимин хныкал и сжимал пальцы в кулак, чувствуя, как его руки до посинения сжимают. Последний толчок был уже мокрым. Пак вымученно ахнул, по ноге вниз потекло что-то ужасно липкое и тёплое. Тэ сжал бёдра парня сильнее и сделал ещё один довольно жёсткий толчок. Рядом потекла вторая дорожка. Тэхён не собирался останавливаться. Каждое движение сопровождалось хлюпаньем, Пак чувствовал себя грязным, но эта мысль постепенно отходила на второй план. Что ему нужно было сделать, чтобы Тэ отпустил его? Чтобы поверил ему? Сколько ему нужно было быть послушным, чтобы заслужить его доверие? Год? Пять? Десять? А была ли вообще где-то эта обещанная свобода?       Тэ чувствовал, как тело в его руках трясётся, ощущения были потрясающие... Ровно до того момента, пока он не осознал, что человек в его руках смеётся. Пак хохотал заливисто, громко, он улыбался. Это было странно, ненормально. Тэхён вдруг остановился. Его охватил ужас.