доверься мне

8 августа, суббота.

Тарталья заходит в квартиру и

вещает куртку на вешалку. Он проходит немного дальше: прямо по коридору и сворачивает к комнате. В доме тихо, скорее всего Скарамучча чем-то занят, раз не выглянул на звук поворота ключа. Но когда рыжеволосый заглядывает в комнату, то видит, что брюнет вовсе не занят чем-либо, а уснул, сидя за ноутбуком.

— Муша-а, — Немного трясёт парня

Чайльд, но когда не видит никакой реакции, то просто присаживается рядом на кровать.

Он аккуратно забирает из его рук

ноутбук и нормально кладёт его на кровать. Затем достаёт телефон и с усмешкой фотографирует спящего Скара.

— Удали. — Тихо говорит младший,

после щелчка.

— Ты чё не спишь, — Заметно испугался

Аякс, когда оказалось, что Скарамучча не спит. Он даже уже успел отпрыгнуть.

— Дак ты еще громче дыши, может

тогда не разбудишь, — Закатывает глаза Скара и отворачивается на другой бок, — не дают тут выспаться…

— Как я могу тише дышать?! —

Разводит руками рыжий, на что получает еще более недовольный взгляд младшего: «завались». Чайльд садиться ближе к своему парню и мямлит: — Ночью спать нужно.

— Ой да отстань, — Фыркает Скар,

когда Аякс обнимает его со спины.

— Какой зло- Ой! — Не успевает

договорить, как что-то вспоминает Рыжик: — Давай ты тот стих свой прочитаешь?

— Зачем? — Он вроде и удивился

резкой смене темы диалога, а вроде и не понимал к чему это.

— У тебя голос красивый, хочу

послушать. — Говорит Тарталья, даже не скрывая своей любви к голосу Скара, на что тот немного смущается, но всё же соглашается. Присаживаясь поудобнее он начинает чтение. Начиная немного медленно, но к середине ускоряясь, читает он. С выражением он четко проговаривает слова и показывает эмоциональную окраску каждой строчки.

Закончив читать стихотворение,

Скар кладёт телефон на кровать, выключая его. А Тарталья обвивает свои руки вокруг талии брюнета и тянет его к себе. Сам Зуши устало зевает и прикрывает глаза:

— Дай еще поспать.

— Спи. — Слышит над ухом он,

отчего по коже пробегают мурашки. — Сладких снов.

— Ты со мной спи, — Мямлит

Скарамучча, не открывая глаз, он дышит резко оттого, что нос Чайльда уткнулся ему прямиков в шею и тот дышит ему прямиком в кожу. Сердце забилось немного быстрее чем обычно, загоняя кровь к щекам и ушам. — не уходи.

— Не уйду, засыпай. — Он тянет его

сильнее к себе и тоже закрывает глаза. Младший ничего не говорит, только потихоньку начинает засыпать, попутно зевая и глубоко дыша.

Тарталья так-то не собирался спать,

но от такой уютной и комфортной обстановки веки сами начали закрываться и сновидения стали приходить к его очам. Так оба и уснули, но вот проснувшись один из них был явно не рад этому сну.

— Ай, да ну, опять что ли режим

сбил? — Ругался Чайльд на самого себя и упрекал в том, что всё-таки закрыл глаза и погрузился в царство Морфея, хоть и мог побороть себя и просто повтыкать в потолок.

— Да че ты мямлишь там, дай

доспать, — Фыркает младший и переворачивается на другой бок, закрывает лицо подушкой, надеясь, что это сделает звуки тише. Сделать то сделало, но вот неудобно так лежать, да и когда его начинают трясти лучше не становится.

— Да поспал уже, вставай давай,

то спишь, то не спишь, хер тебя поймёшь! — Будит его Тарталья, а тот недовольно ворочиться в постели, но в итоге сдаётся и садиться на нее, тут же подушка падает с его головы, и он недовольно зевает и также смотрит на Аякса. — Да что? Надрыхся уже.

— Ой, да отстань, — Закатывает

глаза брюнет.

— А до сна ты другое говорил, —

Хихикает рыжеволосый, но замечает, что Скарамучча быстро меняется в лице и выглядит слегка взволнованным. Это самое волнение за долю секунды успевает скрыться из виду нахмуренными глазами Зуши. — кошмар снился?

— Нет. Не было у меня больше

кошмаров. — Разводит руками Скар и потягивается.

— Да врешь как дышишь, видно же,

давай выкладывай, я беспокоюсь. — Выглядит расстроенно Аякс, он вроде и рассердился слегка, но виду не подал.

— Да всё нормально, сонный был.

— Зуши цокнул и очень недовольно покосился на своего парня, но затем снова отвёл взгляд, когда заметил, насколько у Аякса серьёзное лицо.

— Ну-Ну, а почему же ты спишь так

ужасно? Только и делаешь, как ворочаешься, да просыпаешься. — Фыркает старший. Сразу он ловит опять же таки непонимающий и каплю испуганный взгляд:

— Ты не спал? — Резко спрашивает

Скара.

— Спал, вот только что подловил

тебя, — Складывает руки на груди парень и встаёт с постели. Брюнет выглядит растерянно, но не отступает:

— Да всё нормально! Неспокойно

спалось денёк, да уже всё? Устал я просто, У-СТА-Л! Понимаешь?!

— Я хочу помочь, — Но не успевает

договорить, как его перебивают:

— Да кто тебя об этом про… — резко

останавливается Скарамучча. Он молчит, но в итоге виновато кусает губы и говорит: — Забудь.

Тарталья долго прожигает его

взглядом, но затем, когда понимает, что это бесполезно, вздыхает. Рыжеволосый присаживается рядом с ним и тихо говорит что-то на подобии: «Ну что ж такое?». Он начинает поглаживать брюнета по макушке и прижимает его к себе. Тот молчит, не сопротивляется, хотя поначалу лицо его было явно недовольное.

— Давай поговорим? Пожалуйста.

— Не хочу. — Скарамучча еще

немного молчит, но затем вздыхает: — Ну что ты хочешь?

— Чтобы мы наконец поговорили.

Тишина еще недолго висела между

ними, но брюнет выдохнул, наконец сказал, то что так долго ждал Чайльд:

— Ладно. Давай поговорим.

Эти слова так резко проехали по

языку, как будто лезвие ножа, они заставили политься кровь, которая была так сладка и приятна, но вместе с этим и боль разливалась по всему телу и вместо успокоения стало лишь более горько, более грустно. Скарамучче немного не по себе, он стискивает пальцами край своей футболки и мнётся. Он глубоко вдыхает:

— Ну не смотри ты на меня так.

— Я просто хочу понять, как могу

тебе помочь. — Нервно говорит Аякс. Видно, что он тоже совсем не готов к этому разговору, хоть тысячи раз прокручивал его в своей голове. Всё казалось ему слишком волнительным, теперь это не его мысли, не его сны, где всё могло идти по его сценарию, это — реальная жизнь, и он совсем не знает чего от неё ожидать.

— Я боюсь тебя потерять. Ты стал

для меня всем. — Судорожно перебирая пальцами, начинает Скарамучча. Он робко проглатывает вздух и никак не может набраться смелости произнести следующую фразу: — Я невольно сравниваю тебя с Кацураге. Я знаю, что это неправильно, но мне так страшно, — На имени погбшего друга, Скарамучча снижает громкость на несколько тонов, он неприятно щурится, произнося болезненное имя, вспоминая прошлое. Оно было как осколки, которые впились в сердце, они стали его частью, вросли туда, их не сумели вытащить вовремя. — страшно себя лишиться. — Заканчивает брюнет. Он закрывает руками лицо и сжимает в ком, не хотя ничего слышать. Он боится слышать. Он не хочет думать о том, что будет дальше: что скажет Тарталья, какие эмоции будут на его лице, что тот будет чувствовать. Он не хочет знать.

Но он ничего не видит и не

слышит, он только чувствует, как тёплые руки рыжеволосого обвивают его и прижимают к себе. Скар сначала нервно дергается, но быстро успокаивается, молчит и обнимает парня.

— Котёнок, — Тихо произносит

Чайльд, — вспомни, когда я впервые тебя так назвал.

— Давно, очень давно. — Хмыкает

Скарамучча, непонимая, к чему подводит рыжеволосый.

— Именно с того момента я понял,

что ты действительно особенный, что ты мне нравишься, даже если не в плане романтическом, а дружбы, но тогда я это осознал. — Произносит тот на одном дыхании. Младший заворожённо слушает его и боится вздохнуть, прервать атмосферу. Он чувствует, как его сердце забилось чаще: — Тогда я понял, что мы действительно дополняем друг друга. Знаешь, как инь и янь, вот это мы! Не сможем друг без друга.

— Звучит хуёво. — Горько усмехается

брюнет с глазами полными слёз.

— Зато будем вместе до конца.

— Какой ты идиот. Боже мой, я

ненавижу тебя, — Крепко обнимает брюнет Тарталью, начинаю громко реветь. Тот также сильнее прижимает Скара к себе и улыбается:

— Ну-у, коть, не плачь, — Вытирает

слезу с щеки парня Аякс, от чего получает ещё более громкий плачь. — ты чего?

— Заткнись, просто замолчи! —

Кричит тот на него, — Блять, я не достоин тебя.

— Ты достоин всего мира, Муша.

* * *

Хэйдзо довольно часто думает о

том дне, когда он так и не погулял со Скарамуччей. Ему было действительно жалко, что они так и не смогли хорошо погулять и провести время. Что он ушёл. И он даже не извинился! Он чувствовал сильную вину за это. Шинобу часто говорила ему о том, что не стоит так переживать, если что, то он всегда сможет поговорить с Скарамуччей и решить этот вопрос. Но ему было стыдно.

— Ну и что ты хочешь сделать? —

Вздыхает девушка, попутно листая ленту новостей в какой-то социальной сети.

— Я не знаю, Куки, не знаю, —

Повторят Хэйдзо, ходя кругами по комнате, изредка останавливаясь у окна.

— Ты слишком себя накручиваешь.

— А вот это я уже знаю. Отвали,

ну. — Фыркает старший, а его подруга закатывает глаза:

— Ты только что совета просил.

— Она откладывает телефон и смотрит на него таким взглядом, что невозможно не расколоться.

— Ладно… Я нервничаю об этом

уже не один день. Боже, это было так давно, а я не могу выкинуть это из головы. Я даже не переписывался с ним после этого!

— Хэйдзо, успокойся. Посмотри на

меня, ты драматизируешь, — Девушка пытается положить ему руку на плечо, тот даже сначала непротив.

— Да-да, Куки, я знаю, но… — Он

задумывается, когда Куки поглаживает его по плечу.

— Но? — Спрашивает он, но тут он

снова срывается и кричит:

— Я не знаю! — У него уже на языке

вертится одно только «не знаю», хоть ответ он может и знает, он лежит на поверхности.

— Ты слишком зациклился на нём.

— Да, я знаю! — Топает тот ногой.

Сиканоин впивается пальцами себя в кожу головы и болезненно мычит, пытаясь хоть что-то осмыслить, Шинобу сразу его прерывает:

— Тебе стоит успокоиться.

— Да! Но как! — Снова он дёргается,

когда его пытаются тронуть, но тут девушка выдыхает:

— Заткнись. — Шинобу схватила

того за рубашку и бросила на кровать, на которой ранее сидела. Тот был немного в шоке. Зеленоволосая ушла, а Хэйдзо остался один. Он успел присесть и потереть виски в надежде на то, что это ему поможет привести себя в порядок. Но вот не успевает он успокоится, как на голову льётся что-то холодное.

— Что ты делаешь?! — В непонимании

кричит парень.

— Освежающий душ. Полегчало?

— Вроде это должно заучать с сарказмом, но с её губ это слетело очень заботливо и нежно, так, что Хэйдзо вздыхает:

— Да… — Он добавляет в конце тихое:

— Спасибо.

— Не переживай. — Улыбается

Шинобу, та смотрит ему прямо в глаза, тот раскалываться:

— Легко сказать. Как я могу не

переживать, когда я впервые за долгое время смог искренне полюбить человека, а у него есть другой. Я… Я боюсь, что всё повторится. Повториться с тем, кто мне нравится сейчас.

— Хэйдзо, я понимаю, но тебе

следует легче смотреть на вещи, не переживай так, тебе же ясно сказал врач: не нервничай, — Он не любит, когда она заводит речь об этом, но он правда должен беречь своё здоровье, так что недолго думая соглашается:

— Да… Да… Я правда погорячился.

— Просто напиши ему, давай, прямо

сейчас. <cen7ter>— Хорошо. — Коротко отвечает он и </center>открывает переписку с Скарамуччей. Начинает печатать тому сообщение.

— А что ты там говорил про

человека, который тебе нравится сейчас, если это не Скар, то кто?

— Я не уверен… — Комкано говорит

он.

— Да ну? — Хихикает его подруга.

Но решает не отвекать парня от переписки, видно было, что он жуть как волнуется. Кажется, что он даже и вправду вспотел.

* * *

Heizou: мы с тобой долго не общались: ( [19:22]

И ответа нет. За две минуты

Хэйдзо успел себе столько всего напридумывать, что даже не заметил, как ему ответили, он сразу же принялся печатать. Scaramoushe: привет [19:24] Heizou: мне пиздец стыдно за нашу последнюю «прогулку» [19:24] Scaramoushe: не переживай об этом [19:24] Heizou: всё в порядке??? [19:25] Scaramoushe: не обращай внимания [19:25] я просто уставший [19:25]

«…После того, как полтора часа

ревел из-за Аякса, м-да. Я ненавижу этого, идиота. Что можно придумает еще хуже, чем «сто причин почему тебя стоит любить». — Думает Скар. Он действительно считает это милым и благодарит Тарталью, но тут он не смог сдержать слёз». Heizou: я рад, что всё в порядке....... [19:25] Heizou: я чувствую себя ужасно из-за этого [19:26] Scaramoushe: я уже почти забыл об этом, не стоит тебе так накручивать себя [19:26] я верю, что ты каешься, честно:) [19:26] Heizou: Боже!!! Спасибо тебе:) [19:26] Heizou: хочешь встретиться в воскресенье?;) [19:26] можем устроить тебе фотосессию: 3 [19:26] Scaramoushe: возможно (?) [19:27] Scaramoushe: точнее: я хочу, обязательно встретимся [19:27] если буду не занят [19:27] Heizou: тогда я буду надеяться, что ты свободен;) [19:28] Scaramoushe: БОЖЕ, ЧАЙЛЬД УБЬЁТ ТЕБЯ ЗА ТАКИЕ ШУТКИ [19:28] Heizou: я думал мы уже с ним кенты: (( [19:28] Scaramoushe: но это было неплохо [19:29] Heizou: я рад, что ты оценил:) [19:29]

* * *

— Оказалось всё не так страшно?

— Смеётся Куки рядом с Сиканоином. Та выглядит правда счастливой за друга, ведь тот уже который день ходил кислый из-за этого случая, это было ей очень неприятно. Она действительно очень любила и заботилась о Хэйдзо.

— Спасибо, Боже, я тебя обожаю!

Что бы я без тебя делал? — Он обнимает свою подругу и расцеловывает в щеки, та хихикает и закатывая глаза говориь:

— Продолжал загоняться?

— Очень смешно. — Не оценил

шутку Хэйдзо. Он попутно отправлял сообщения другу и говорил с сожительницой.

— Лично мне — да. — Она смеётся.

— О чём болтаете хоть? – Она пытается украдкой взглянуть в переписку, но Сиканоин уводит экран в сторону со словами:

— Конфиденциальная информация,

ну-ну! — Показывает язык фотограф, отчего хозяйка квыртиры злиться:

— А ну дай сюда телефон!

— Только попробуй! — Изо всех сил

пытался увернуться от нее парень.

— Не уж то обсуждаете твою новую

симпатию, — Делая на последнем слове акцент, произносит девушка. Сиканоин молчит. — Угадала что ли?

— Нет. Я ещё ни с кем не говорил о

ней…

— Значит она? И кто же? — Хихикат

Шинобу, она резко выхватывает телефон из рук парня, пока тот сидел в недоумении:

— Верни! Что ты делаешь?! –

Восклицает парень, у которого нагло отбирают его собственность, – Ты вкурсе, что это незаконно? Верни телефон! – Но та ни на что не реагирует, а продолдает занимается своими очень интересными делами (в телефоне Хэйдзо!).

— Просто листаю твои чаты, кому

ты там мог что-нибудь взболтнуть… — Куки сначала выглядела воодушевляюще, но уже к концу лицо у нее было незаинтересованное и печальное. Видимо, она не нашла то, что искала. Довольно грустно.

— Довольна? — Фыркает Хэйдзо

спустя минут десять, — Дай мне уже Скару ответить. — он берет свой телефон в руки, начинает печатать. Шинобу даже не стала сопротивляться в том, чтобы вернуть гаджет владельцу.

— Ну кто она? — Улыбается

девушка, — Давай я тебе с ней помогу! – Это слегка жжёт в груди. Хэйдзо смотрит на неё грустно, разочарованно, но спустя мгновение снова приходит в себя и сдвигает брови к переносице:

— Отвали! Куки, ну не скажу я!

— Хмуриться фотограф. Он выглядит правда сердитым, но это совсем не останавливает Шинобу, которая знает, что если Хэйдзо начинает так злиться, то в скором времени расколется. Это, кстати, случается через пару секунд.

— Да ладно, по секрету, ну? –

Строит «щенячьи глазки» Сиканоину девушка. Но тот всё пытается отпереться. Но как только понимает, что это уже невозможно, то он глубоко вздыхает и произносит:

— Это ты. — На вздохе произносит

Сиканоин. Лицо девушки напротив резко меняется и она больше не выглядит такой игривой и смеющейся, теперь она выглядит ошарашенной и неловко спрашивает только одно:

— Что? — Она моргает пару раз, а

Сиканоин молчит.

Извинения Хэйдзо как-то очень

странно повлияли на день Скарамуччи. Они вроде как и были не нужны ему сегодня, потому что он вроде и про это забыл, да и лишнее давление на него оказали. Но с другой стороны: ему стало легче; то, из-за чего он переживал, ушло, этот день он запомнит как «день отпущения прошлого».

Звучит довольно глупо, но после

того, как он вдоволь поплакал, покричал на Тарталью, с ним же пообнимался, он всё еще чувствовал себя недостаточно усталым для сна, хоть пару часов назад он это и делал. Кстати Аякс решил скрасить этот день отличным фильмом, поэтому в другой комнате искал какой-то хороший и качественный фильм. Также он заказал какую-то не самую полезную, но конечно вкусную еду, которая также скоро должна приехать.

В общем этот день не был плохим.

Он стал тем самым, в который он смог поговорит о себе с Тартальей. Он благодарен ему.

Но больше всего тяжело ему

далась вторая часть их разговора:

— Иногда я думаю, что мне стоит

умереть. Стоит умереть вместо Кацу, – Признаётся Скарамучча. Это последнее о чём он хотел рассказать Чайльду. Он ненавидит об этом думать и говорить. Эту тему они реже всего осуждали с Альбедо, потому что он дрожит от одного упоминания об этом. Это очень сильно шатает его нервы.

— Не говори так. Никто не достоин

смерти, то, что Кацураге умер — не твоя вина, хорошо? — На глазах снова начали наворачиваться слёзы. Это звучало так правдиво, так горько. Скарамучча знает это, но ему так тяжело. Тяжело понимать то, что он не виновен. И сколько бы раз он не говорил об этом с Альбедо, ему не хватало разговора с Тартальей, ведь тот даже не знал до сих пор, что тот продолжает винить себя во всех бедах мира.

— Я привык видеть себя виноватым,

из-за этого мне грустно. Мне очень грустно, Аякс. — Уткнувшись ему в грудь, бубнит младший. Сам Тарталья половину не услышал, но суть понял, так что быстро ответил:

— Хочешь просто пообниматься?

– Прочувствовав обстановку, решает спросить рыжеволосый, он очень быстро получает немногомлоаный ответ:

— Хочу, очень, — Совсем расклеивается

Куникудзуши от таких нежностей. Они лежат около пятнадцати минут, и единственное, что слышно, так это плачь Скара и их бьение сердца.

— Ты достоин лучшего, никак не

смерти. — Резко обрывает «тишину» Чайльд. Отчего у Скарамуччи наворачивается ещё больше слёз. Ему грустно от этого, грустно, что он снова думает, что он не достоин этого. Но Тарталья, как будто читает его мысли, говорит: – И ты достоин этого, ты достоин этих слов.

– Это ужасно мило. – Шмыгает он.

Ему даже кажется, что это необычайно мило даже для Тартальи, но не говорит это. Он даже мысленно усмехается тому, что его Аякса подменили на «поддельного».

– И это правда, Муша, – Обнял его

кречпче. – помни это, пожалуйста.

– Я очень хочу надеяться, что это так.

– Вытирает слёзы рукавом Скарамучча. Он выглядит удасно уставшим, у него даже опухли глаза от слёз, а Тарталья всё продолжает его держать под сердцем, прижимая ближе.

– Это так. – Твердо и уверенно

произносит старший, он ни секунды, ни капли не сомневался в своих словах. У него это на лице написанно, прям на глазах...

– Я верю, я правда верю тебе, Аякс.