Он Ушел

      Шан Цинхуа смотрит на лицо Шень Цинцю и не хочет верить, что его друг (лучший друг. единственный друг. черт возьми, просто верните его) мертв. Заменен кем-то фальшивым, с другими манерами, с другим выражением лица, кем-то, кто отчаянно пытается походить на его друга, но никогда не сможет.       Шень Юань никогда не будет Шень Цзю.       Это видно в более легком взмахе руки. Шень Цзю всегда двигался так, чтобы каждый мог видеть его. Делал движения плавными и изящными, следил за всем и сразу. У подделки они просто легкие, сделанные будто по памяти, где-то ломкие, где-то слишком резкие. Цинхуа не может на это смотреть.       Это видно по выражению лица. Цзю прищуривал глаза по привычке, прятал взгляд, держал перед лицом веер, чтобы больше не слышать приторных похвал своему лицу (Шан Цинхуа жалеет, что так и не услышал от Шень Цинцю информации о том ублюдке. Но теперь, когда его нет, он может не прятать свои знания, верно?). Шень Цинцю был без веера лишь перед Цинхуа и это то, во что он все еще не может поверить. Не мог. Шень Юань же гордится этим лицом. Достает веер лишь при эмоциях, смотрит открыто и любопытно. Шан Цинхуа еле удается прятать свою злость и разочарование.       Это видно по словам. По голосу. По…       — Что-то не так, Шан-шиди? — голос мягкий, с долей насмешки (смотри, он мертв. Смотри, он бросил тебя. Смотри, ты ничего не можешь сделать. Смотри-смотри-смотри), и Цинхуа сжимает кулаки, отводя взгляд. Ло Бинхэ сидит рядом красивой статуей, с невинным взглядом и танцующими внутри демонами на дне радужки. Шень Цзю никогда бы не позволил ему сидеть здесь. Шень Цзю не позволил бы никому входить в его покои. Даже Шан Цинхуа не был здесь до сегодняшнего дня. Но Шень Цзю здесь нет. Есть лишь самозванец с его телом. Но может быть…       Шан Цинхуа выпрямляется, скрывая расширенные глаза. Эта идея...       — Ничего, Шень-шисюн, — горло болит, и руки чешутся. — Я пойду, больше не стану занимать ваше время. Удачного выздоровления, — поспешно попрощавшись, Цинхуа быстрым шагом покидает пик, не бросая последнего взгляда. Взгляды жгут ему спину, но Цинхуа не оборачивается.       Он больше не вернется туда.       Нефритовый кулон нагревается на его коже.       Может быть, в библиотеке его Короля найдутся нужные книги.       Шан Цинхуа отказывается сдаваться. И если ему придется поторопить события… Что ж, Система первая решила пойти против него.       И Шан Цинхуа сделает все, чтобы мир узнал об этом.

Здравствуйте, Игрок №1!

Игрок №2 подключен к сети.

Сюжетные задания исправлены в соответствии с новыми переменными.

Пожалуйста, дождитесь окончания технического обслуживания.

Всего доброго.

Администрация.