Silent snow

Декабрьский снег валит хлопьями. Вечереет. Иногда поддувает ветер, поднимающий упавшие с неба снежинки снова в воздух, играясь с ними. На окнах, если приглядеться, можно заметить намечающиеся узоры. Люди спешат, стремясь скорее оказаться в теплоте и в объятиях родных. Мало кто замечает такую красоту на улице. Никита на самом деле и сам на неё не обращает внимания. Мальчик сидит на детской площадке, освещённый одним из трёх уличных фонарей в этом дворе. Он только недавно слез с качелей, на которых провёл последние полчаса. Никита качался бы и дальше, если бы они не скрипели так сильно и противно, что пробуждали тоску. Особенно в душе ребёнка. Временами он запрокидывает голову и высовывает язык, повторяя за последними ушедшими с этой площадки детьми. Его не волнуют в этот момент ни проблемы с экологией, ни возможность заболеть. Всё внимание Енисейского приковано к окну, выходящему на двор. К окну, в котором горит свет. Значит, он дома. Никита тоже хочет к нему, однако продолжает сидеть на той же лавочке. Несколько раз порывался, вставал, делал несколько шагов в сторону подъезда и обратно возвращался на своё место. Боится. По дороге уже никто, даже изредка, не проходит. Все давно разошлись по домам и другим местам. Опустевший город кажется призрачным. Иногда у Никиты пробегает мысль о том, что он остался один не только на улице, но он сразу же старается отмести её, забыть, не думать. У него дома сейчас тепло, да? В сердце ребёнка тоже, когда он задумывается о нём. Мальчик буквально выхватывает у своего же сознания те моменты, когда он был добр к Никите, не гнал от себя. Эти воспоминания греют душу маленького города, а потому ему кажется, что греется и его тело. Даже если это совсем не так. Пальцы на ногах давно замёрзли, да так сильно, что он не может их согнуть. Или может. Он не чувствует. " — Какая дивная зима в этом году. Смотришь в окно и ту историю вспоминаешь. А? Я тебе не рассказывал? Ну, тогда очень кратко. Я спешу". Никита поднимает голову и, прищурив глаза, смотрит на фонарь, на снежинки, продолжающие укрывать землю своими тельцами, пока не растают. Их короткая жизнь сопровождается тусклым оранжевым светом. " — Когда-то давно одна девушка поссорилась со своим возлюбленным, да так сильно, что они перестали общаться и не говорили ни слова друг другу в течение нескольких лет, а то и больше". Норильск переплетает свои ладошки и начинает на них дуть, пытаясь согреть. Он забыл перчатки дома. А ведь специально положил их перед зеркалом, чтобы взять с собой. И Вероника ему напоминала. " — Девушка переживала очень сильно из-за этого, была готова сама пойти и извиниться, но остатки гордости не позволяли". Мальчик интенсивно постукивает ногой, притаптывая снег и землю. Волнуется. " — Прошли те несколько лет, и эти двое случайно встречаются где-то ночью, на деревенской тропе. Не спрашивай, что они там делали в такое время, я не знаю. Стоят они и смотрят друг на друга. Представь: снег кружит над ними, полная луна, освещающая округу. Да такой яркий белый свет исходит от нее, что она "кажется волшебной", если цитировать того, кто рассказывал мне". Никита сейчас с удовольствием выпил бы чаю. Желательно того красненького, с гибискусом, вроде бы. С двумя ложечками сахара и в его любимой красно-синей кружке с медвежонком. И чтобы он сидел напротив и пил с ним. А что именно — без разницы: Никита даже на вино в его бокале согласен. " — Девчонка не выдерживает, подходит ближе и кричит своему, мол, давай всё вернем назад, вновь будем вместе! Какая-то романтика ей в голову ударила, и девчуля говорит ему: "давай пройдемся под этой дорожкой лунной, она подарит нам новую счастливую жизнь!". Ну, знаешь, эта вера в природу в древности, все дела". Норильск почему-то очень сильно любит эту легенду. Может, потому, что она рассказана им? Мальчик в какой-то степени понимает героиню. Он и сам готов на стенку лезть из-за холода со стороны важного для него человека. И сам готов сделать первый шаг. И второй. И третий. Сколько нужно. Взгляд Никиты падает на третий подъезд. " — И как ты думаешь, что он ей ответил? Не-ет, Никитк, ты ошибаешься: он её послал просто, сказав, что нашёл себе другую. Развернулся и ушёл куда-то в темноту, к себе домой. А девчонка постояла немного, протёрла глаза и пошла по той "волшебной" дороге в одиночестве". Сегодня они обязательно встретятся. Слишком долго мальчик мечтал встретиться с ним, в очередной раз услышать его (полный равнодушия) голос. Енисейский мёрзнет последние несколько часов здесь не просто так. " — Но-но, без слёз. Даже она не заплакала. Ты то чего воду разводишь? Хорошо у неё все закончилось, как минимум по меркам общества: прошла она под своей луной, да "новую счастливую жизнь" получила. Отхапала себе первого красавца на Руси, любимым делом занялась и прожила так весь свой век. А ее бывший вскоре помер. Вот и всё. И сложилось поверье, что если пройдешь в зимнюю снежную ночь, освещаемый лунным светом, то будешь счастлив". Дворник ещё не успел расчистить здесь дорожки, а потому снег уже который раз попадает к Норильску в маленькие сапожки. Ребёнок залезает на ступени и отряхивает обувь, чтобы ничего не запачкать. Поднимается. Он останавливается напротив входа, потупив глаза. Никита помнит код. У него даже ключ есть, в грудном кармашке лежит. Мальчик сжимается и отходит влево от двери к табличке с объявлениями. "Если сейчас никто не выйдет, то я пойду к нему", — загадывает про себя Енисейский, зажмуривая глаза до разноцветных кружков. Проходит секунда, две, три, минута, пять. Норильск готов ждать ещё, так как природная боязливость брала вверх. Но он такое не одобряет. Не любит, когда медлят. А потому олицетворение города выдыхает и тянется к домофону. Из подъезда выходит мужчина, чуть не впечатывая Никиту в стенку. Шатен не сразу замечает чудом не сбитого мальчишку. Енисейский начинает рассматривать вышедшего и понимает, кто стоит перед ним. Опускает глаза. Мужчина, посмотрев на мальчика ещё несколько секунд, дёрнулся, будто бы осознал что-то. Он отодвигается и, в последнее мгновение, вставляет свою ногу в проход, не давая двери закрыться. Ещё раз оглядев отвернувшегося ребёнка, сибиряк рукой приоткрывает дверь так, чтобы мальчик смог спокойно пролезть. Только сам Никита никаких действий не предпринимает. — Заходить будешь? Норильск вздрагивает от обращения к нему. Он начинает пялиться на мужчину с напуганным лицом. Во взгляде напротив читается только усталость. Енисейский, отвернувшись, делает несколько шагов назад, показывая тем самым, что дверь можно отпускать, он никуда не пойдёт. Мужчина хмыкает и убирает руку. Когда он отходит от места случайной встречи на три метра, сзади очень тихо раздаётся: — Только ему не говорите, пожалуйста. Иркутск ничего не отвечает, только хмыкает и продолжает идти. Он и не собирался. Только ему интересно: который раз он видит здесь этого ребенка, но ещё ни разу не слышал от него никакого упоминания об их встречах. Приходит, да не доходит, видать? Ну, тогда ему остаётся пожелать только удачи. Белая улица вновь опустела. Никита смотрит куда-то в пустоту. В его голове всё ещё крутится только что покинувший его мужчина. И не только его. Скорее всего, он позвал его к себе. И не было в их встречи того холода, который обычно ощущает Норильск. Наверняка шатен был желанным гостем. Старался ли он покинуть компанию Дугара так же быстро, как делал это с Никиткиной? Почему отец так относится к нему? Чем Никита заслужил такое отношение к себе? Мальчик просто мечтает о том, чтобы они с Русланом жили как настоящая семья. Чтобы они хотя бы разговаривали. Почему он каждый раз поступает с ним таким образом? Руслан правда не любит Никиту или просто хочет поиздеваться над ним? Мальчик начинает шмыгать носом и вытирать ещё не пролившиеся слезы. Он всегда смотрел на каждое своё действие через призму "Руслану бы это понравилось/не понравилось". И сейчас ребёнок не изменяет своим привычкам. Енисейский смотрит ещё раз на подъездную дверь. Вспоминает, как последний раз проходил через неё: года три назад, к нему на день рождения. Никиту впустили, конечно, и на том спасибо; приняли подарок, но всё остальное время не обращали на него никакого внимания. Видимо, "последний раз" во всех смыслах. Никита смирился? Он сам не понимает. Но если отцу действительно наплевать, он больше не будет навязываться. Спускается со ступеней. Сделав несколько шагов, он поворачивается и смотрит в окно. Занавеска дёрнулась или ему показалось? Свет горит, в течение ближайших десяти секунд ничего не изменилось. Показалось всё же. А жаль. Норильск передвигается медленно. Снега и до этого было много, а ботинки так и не высохли; сейчас же ещё больше нападало. Такими темпами он сможет выбраться отсюда через несколько минут, хотя двор маленький, за тридцать секунд обойдёшь. За спиной раздается пиликанье. Никита не оборачивается посмотреть на человека, решившего прогуляться в столь поздний час. На выходе из двора его застаёт фонарь, чей свет отличается от того, что стоял на площадке: красивый голубой, почти что белый. Его можно сравнить с лунным. Никита замирает и засматривается. Когда-то в его голове зрели глупые мечты. Снег, луна, мальчик и он. " — Знаешь, мне это кажется чушью, которая у народа на слуху. Когда у человека наступают дни, полные отчаяния, он готов поверить во что угодно. Пытается убедить себя, что что-то "мистическое" способно помочь ему, защитить от бед. Это же люди". "Ты прав, — думает Никита. — Как всегда прав. Только вот мы не отличаемся от них". Он не сразу слышит шаги за своей спиной. А когда все же замечает, то не верит своим глазам. Падающие снежинки обволакивают стоящий напротив силуэт. Никита широко распахивает глаза. Не успевает он сообразить, как из его уст вылетает: — Руслан? В ответ только ледяная тишина. Норильск думает, что он совсем замёрз, что ему уже всякое мерещится. Не зря же он так внезапно появился, не зря же он такой необычно красивый, словно Снежный Король, не зря же снег падает таким образом, чтобы его образ был ещё более сказочным, чем обычно? Находящийся здесь Руслан кажется ненастоящим. Только его недовольный зелёный взгляд выделяется из общей картины. Не услышав ответ, Никита повторяет тихим, почти что сорвавшимся голосом: — Руслан?.. В груди больно. Так чувствовала себя та девушка? Тот, кого ты так ждал, наконец-то стоит перед тобой. Ощущается как сон. Мальчик обхватывает себя руками, закусывая нижнюю губу, вновь обращая свой взор к освещению. Ему хочется сделать то, чего не смогла героиня легенды: пробежаться под этим белоснежным светом фонаря; чтобы эта лунная дорожка забрала всю печаль и все переживания; чтобы всё прекратилось. — Долго ты кривляться ещё будешь? Мы домой пойдем или так и продолжим здесь стоять? — привычно раздается. Руслан протягивает Никите ладонь. Резко ребёнок осознает, что между ним и отцом небольшое, равное нескольким шагам расстояние, хотя казалось, что тут минимум километр. Никита громко всхлипывает, преодолевает дистанцию в два метра, хватает родительскую руку и прижимается к его телу. Он удивляется, когда не слышит никаких ворчливых вздохов. Красноярск не отталкивает мальчика. Он отстраняется от Норильска через несколько минут и, не отпуская руку, тянет в сторону дома. Ребенок спотыкается, но идёт, крепко держа руку, боясь, что она исчезнет. Никита все же проходит в снежную ночь под лунным светом.