Любовь сквозь маски дали

Мои личные часы начали тикать когда я направила ствол на группу школьников. Крики вырывающиеся из них заставляли голову болеть. — все закрыли рты! — сказала я стреляя в пол — если я услышу хоть звук, прострелю голову! Всё привели пленников в фае. Берлин начал свою успокаивающую речь. Я боковым зрением посмотрела на Денвера, он угрожающе ходил возле пленных. Меня немного напрягало поведение Берлина. Он как то постоянно лишний раз косался людей и говорил, так будто во время оргазма. Я старалась не обращать на это внимание и действовать по плану. Одела на людей маски, собрала телефоны. У нас ещё было несколько часов до начала. Я стояла в столовой и заваривал себе кофе. Дверь открылась и вошла Токио. — все в порядке? — спросила я — да, первый пункт выполнен. Мы успешно проникли и теперь дело за малым — сказала она садясь на стул. Я как всегда перед сном лежала читала книгу. Сегодня Денвер не прийдёт, мы немного повздорили и его характер не позволит ему извинится первым. Вдруг дверь в комнату тихо открылась и вошли две девушки. Они показали друг другу знак тихо, и рассмеялись. Найроби махнула рукой что бы я пошла за ними. И позже я поняла в чем дело. Они навальнули тэкилы. Мы вернулись в комнату Найроби и сначала я старалась просто сидеть в стороне. Но эти две взрывные девушки не позволили мне быть наблюдателем. В скором времени я тоже была пьяная. Мы веселились по настоящему. Тогда то я и наладила контакт с Токио. Но вскоре пришёл профессор и разогнал нас. На утро голова болела невыносимо, Токио была в таком же состоянии, а Найроби казалось вчера спала как убитая. У нас в наушниках раздался голос — до начала 10 мин — прозвучал голос профессора. — пошли — сказала я беря в руки оружие. До начала 5 мин. Мы выстроились в позе клина. Токио была первой, за ней я и Рио и за нами Денвер и Найроби. — осталось 2 мин — озвучил Берлин и обернулся. Он дернулся с места и подошёл к пленным. Я была сосредоточена. Это было очень опасно, выходить прямо под пули. В голове крутилось лишь одно " не стрелять в людей» Дверь начала открываться. Я почувствовала руку на плече и сразу поняла чья она. Я одела маску. Оставалось 30 секунд, но Токио бросилась а улицу. Рядом послышался крик парня — нет Токио! Ещё рано! — Рио кинулся за ней, я тоже бросилась за ней. Если она сейчас погибнет будет очень плохо. Я думаю вы знаете, что все воришки шребанные оптимисты, и если сейчас пуля попадет в Токио, это будет означать что план изначально пошел на смарку. Ведь мы не можем предугадать кто умрет. Я старалась не попадать в людей, просто защищаться. Но вдруг раздался крик Рио и он упал замертво. Я не знала что делать. Рио лежит, Токио побежала к нему, отстреливаюсь я одна. Паника прошла быстро потому что сбоку возле меня оказалась Найроби, а напротив Денвер. Мы прикрывали Токио и Рио. Когда они были внутри мы тоже начал заходить, но я почувствовала боль в бедре. Двери закрылись, а я подбежала к Рио и Токио. Когда Найроби осмотрела его, оказалось что все обошлось, но тогда она взялась и за меня, ведь вечно внимательная девушке не могла не заметить что я немного прихрамываю. Со мной все было в порядке, пуля лишь немного поцарапала. Но Денвер раздул из этого смертельное ранение. Хоть он, как и все мы, был закончены оптимистом, но когда ранена была его возлюбленная, он становился волком в логове зайцев. Мы находились в одном из кабинетов. — точно все в порядке? — в сотый раз спросил парень — точно, Найроби же подтвердила — а вдруг будет загноение — не будет — ты уверена? — ну если хочешь — сказала я утыкаясь пальцем в его грудь — можешь полечить меня сам, сеньор доктор. Он немного нахмурил брови и с ухмылкой прошептал мне на ухо — с удовольствием сеньорита С захвата здания прошло 24 часа Почему события одного дня, тянутся как будто месяц? Я должна была следить за пленными и помогать Найроби печатать деньги. Когда выпадала возможность я встречалась с Денвером. Но кое что заставляло меня жутко ревновать и усомниться в его чувствах. Я и Хельсинки должны были следить за девушками которым понадобились медикаменты. Мы с мажчиной играли в карты, пока все остальные пристально наблюдали за нами. — я выйграла — сказала я бросив ему козырного короля и затягивая дешёвую сигарету — 2:2, ты выйграла бой, но победа в войне за мной. — это мы посмотрим — можно…мне воды? — спросила одна из женщин, кажется Моника. Что то не так. Может ей плохо? Недавно она пересела на кресло поближе к нам, аргументируя тем, что ей жарко. — бери — кинула я тусуя новую партию. Когда она взяла воду, Хельсинки грозно смотрел на неё, руки её затряслись и она уронила бутылку. — простите — нервно сказала она, поднимая воду. В эту самую секунду вошёл Денвер, мы переглянулись и он раздал всем таблетки. — пошли выйдем — сказал он Монике. Я насторожилась. Что он хочет от неё. Я заметила что между ними какие то странные отношения. — н.нет — сказала она дрожащим голосом — иди — твердо сказала я Она кинула на меня взгляд наполненный страхом и слезами. Они вышли. С этого момента прошло минут 15. Я не могла сосредоточится на игре и проигрывала. Вдруг за дверями раздался плачь. Я схватила оружие и выбежала. Моника стояла и плакала, а Денвер и Берлин стояли немного дальше. Берлин ели слышно сказал, но я услышала. — ты должен убить её — я нахмурила брови Командир операции хитро посмотрел на меня и начал удалятся — Денвер — позвала я, он обернулся не сразу — на пару слов Пару минут он просто стоял, но потом подошёл. Я спросила шепотом — и что это было? — эта дура спрятала между ног телефон. Берлин сказал убить её Я несколько секунд переваривал информацию — но как же первое правило? — ему насрать на правила. Он грёбанный мудак Я закрыла глаза обдумывая ситуацию — хочешь.это сделаю я? — это было не первое моё убийство. В 15 лет, в целях самообороны я случайно убила своего отчима. Суд решил что это было в целях самообороны и рассказав ему что он насиловал меня, мне назначили работы. Но уже с того возраста я стояла на учёте полиции. Ещё одна ошибка и мне светит пожизненное. Но отчаянном человеку, которому терять нечего, пару ошибок сильно жизнь не испортит. И я получу свою чёртову долю ради сестры. — нет, ты не замараешь свои руки — ответил он на заданный мною вопрос — ты и сам знаешь, что мои руки уже по локоть в грязи. — все равно нет, Венеция Я посмотрела по сторонам и обнаружив что никого нет, толкнула его в слепую зону камер и поцеловала. Я мягко отстранилась — удачи, я люблю тебя, Дани И развернувшись я вернулась в комнату с женщинами. — что это было? — спросила одна из девушек — все в порядке, просто Монике стало немного плохо. Сейчас все хорошо. Хельсинки не задавал лишних вопросов. Думаю в е слышали эти 3 выстрела. Первый — это Токио, два других — Денвер… Моё сердце замерло когда прозвучали два других выстрела. Между пленными началась паника и сейчас моей задачей было всех успокоить. Почти вся наша «команда» двинулась в уже излюбленную нами столовую. Токио кричала в камеру профессора. Я давно поняла что между ней и Рио какая то связь и теперь о ней знают все. — ладно, с Рио мы разобрались. Но что ещё за выстрелы были? — Берлин приказал казнить одну из пленных — сказала я как отрезала Всё уставились на него — что ты блять сделал?! — сказала Найроби В дверях появился Москва — кто? Кто её убил?! — Денвер — промычала, зарываясь лицом в руки Он несколько минут стоял, но потом полетел куда то. Я побежала за ним. В тот самый момент, у Москвы, первого открылись глаза на все происходящее. Его оптимизм со временем пропадал. Но мы продолжали верить что выберимся от сюда живыми и при деньгах. Он остоновился перед туалетом, в котором был шум воды. Дверь распахнулась и нашему взору предстала комната вся в крови и мой парень, что смывал с себя кровь. — ты…убил её? — тихо спросил взволнованный отец. Скорее всего он уже миллионы раз пожалел что взял сына с собой. Какой, блять, нормальный отец возьмёт с собой сына на ограбление, где выжить шансы 50/50? Правильно, тот который отмотал не один срок ради благополучия своего сына и тот который желает помочь ему разобраться с долгами. Насколь бы сильно ему не хотелось бы быть нормальным, он относился ко второму. — да — сказал парень, после длительного молчания. Москва сильно прижал к себе сына и буквально через пару минут начал падать. — папа? Пап! — кричал парень, осторожно укладывая отца на пол — инсульт? Эй! Я подбежала к ним. Через пару секунд здесь были и остальные. Я вступила место Найроби, ведь она намного больше разбиралась в этом чем я. Денвер и Найроби раздавали всем указания и через пару некоторое время ему стало лучше. Всё пленные в красных костюмах выстроились в ряд. — слушаем меня внимательно! У вас появилась возможность подышать свежим воздухом, но вы должна четко следовать моим указаниям! — говорила я приказным тоном, с немного мягкими нотками, что бы никого не пугать. В толпе начались перешептывания, такие как «нас точно ведут на убой.», " они собираются сбежать, а нас принесут в жертву!» — мы не будем никого убивать! — крикнула что бы все услышали — я прошу вас не как вор, а как человек. Нашему напарнику стало плохо и ему нужен свежий воздух! Поэтому пожалуйста постройтесь в одну линию и мы все выйдем! — влез Денвер и вроде люди начали соглашаться, но как всегда нашелся один борец добра — почему ему стало плохо, из-за недавних выстрелов? — скептично спросил он — нет, у него случился приступ Он попытался ещё как то возразить, но все же все согласились. Мы все одели маски, раздали не настоящее оружие и пошли на крышу по пожарной лестнице. — дыши пап — послышался тихий голос возлюбленного. Мы всей кучей вышли на крышу. Казалось бы все наслаждаются свежим воздухом и умиротворённостью. В один момент, один из пленных взбунтовался — вы убили Монику?! Начались крики и неразбериха. Денвер кричал что бы всех опустились на колени и подняли руки, что бы снайпера не поняли кто есть кто. Мы все так и сделали, но этот озверевший не хотел нас слушать — ляг на пол, придурок! — крикнула я, но было поздно. Пуля пронзила его плечо. Он упал и маска слетела с его лицо. Я знала, что полиция сейчас в полном замешательстве и не знает что делать, ведь они ранили одного из пленных, что приведет к необратимым последствиям. Мы затащили раненого внутрь. — вот что случилось бы с вами если бы вы нас не слушали! — повысив голос, обратила внимание на пленных — они стреляют на поражение без разбора. Вам ещё повезло с нами — кинула, уходя за своим парнем. Сейчас возле раненого было достаточно наших людей, поэтому наше присутствие необязательно. Он вошёл в один из кабинетов, я же безмолвной тенью за ним. Денвер остановился у окна. Я обняла его со спины. — сколько это будет продолжаться? За час, крови было пролито больше, чем должно было за всю операцию — Ты не в чем не виноват, Дани. Ни один план не может быть идеальным на сто процентов — моя голова покоилась на его широкой спине, а руки обвивали горячую талию. — но ведь это единственное о чем просил профессор. Не проливать кровь, но в итоге в первые минуты начала, Токио ранила двух полицейских. — она испугалась за своего парня. Если бы на месте Рио был бы ты, я бы убила всех кто был в форме офицеров. Из его груди вырвался хриплый смешок и он развернулся ко мне лицом. Его сильные руки прижали меня к себе, а голова опустилась на макушку. Его тело было безумно горячим, это будоражило мою кровь. — обожаю горячих испанцев с именем — и я продолжила уже тише — Даниэль, а фамилией Рамос — думаешь, есть ещё какой нибудь горячий испанец с таким именем и фамилией? — надеюсь что нет, или это хотя бы не грязный бомж. Из него вырвался его фирменный, идиотский смех. — и я надеюсь