Пушистое счастье

— Хан Джисон, вынужден забрать у тебя Феликса. Верну его после выходных. Ах да, будь аккуратнее, удачи. — сказав это он показал пальцем за спину Хана и подхватив опешившего Феликса, ушёл из поля зрения оцепеневшего Джисона. "Блять, только не это, они же это устроили не из-за того, что мы тогда сбежали. Ну мы ведь половину точно написали...пусть его не будет за моей спиной, пожаааааалуйста..." Обхватив руками хвост, растерявшийся Джисон медленно обернулся, замечая, вошедшего на этаж Ли. Код, блять, красный! Альфа достал телефон и после трёх секунд тишины у Хана в кормане завибрировал телефон. Проведя по экрану, он отвечает на звонок. — Да?— неуверенно ответил Джисон. — Привет, Хани. — Привет, ты что-то хотел?— задал вопрос омега, попутно делая шаги назад к двери, что не остаётся незамеченным. Но, стоявший спереди альфа, даже не двинулся, только запустил свободную руку в карман чёрных брюк. — Вообще-то да, хотел. Найти тебя, что удалось мне очень даже быстро.— шаг вперёд. — Ну вот смотри как хорошо, а теперь мне пора бежать, пока. — поспешно сбросив звонок, Джисон подбежал к двери. Казалось бы осталось всего-то дёрнуть за ручку и дверь откроется. Ну так он и дёргает, только дверь не открывается - закрыта на замок со стороны лестницы. " Чан блять вот же, блохастая скотина! Всё! Цель достигнута, приключения на задницу найдены. Оххх...пизда мне." — Ой, чтож это? Наверное дверь заклинило. Но ничего страшного другая работает хорошо, не хочешь пройтись к ней. — с улыбкой на лице произнёс Ли, показывая большим пальцем себе за спину. И всё так же медленно шаг за шагом приближается к омеге. " Вот засранец, ещё и смеётся надо мной!" Подойдя вплотную к своей цели, Минхо, притягивает Джисона к себе и быстро заходит в ближайшую аудиторию, закрывая дверь на замок. — Ты чего? Не то, чтобы Джисон не понимал, но спросить-то всё равно нужно. — У тебя есть несколько минут для того, чтобы я так пологаю, выдумывать себе очень хорошее оправдание. И время пошло. — сказал Ли, предварительно глянув на большие настенные часы. — Я ничего не делал. — не единственная мысль в голове, но единственная, которую Джисон способен был озвучить. — Да?! А вот мне кажется обратное. Вы не дописали термины и ушли. Это получается, что задание ты не сделал. — Мы писали и написали больше половины, это может быть что угодно, но точно не "не сделал". И вообще эту, берём твои слова эту "половину" мы писали целых два с лишним часа! — вот тут-то Хан начал закипать. Вот это да, половина - это уже не ничто, так они ещё на эту половину почти три часа потратили, ну, что за неуважение к труду. — Но наказание-то ты своё в итоге не выполнил. И что же мне с тобой прикажешь делать? — взгляд тёмный, хитрый - точно что-то задумал. — Я ничего плохого не сделал и вооб...мгх... Заткнув возмущённого Хана поцелуем, Ли посадил его на преподовательским стол, обвивая хвостом чужое бедро. Руки привычно легли на талию, сам же он расположился между раздвинутых ног Джисона. — Интересно, а это вообще можно считать наказанием? — если, Ли имел ввиду такое наказание, то Джисон готов ради этого и напакостить, в пределах разумного конечно. — Увы, твоё наказание переноситься, но ты не расслабляся, потому что сегодня оно тебя ещё настигнет. А пока...— И губы альфы нежно обхватывают нижнюю губу напротив, слегка прикусывая и сразу зализывая. С каждой секундой Джисону казалось, что в помещении работает минимум десять печек, а то и больше. Поцелуй становился всё более и более страстным, переполненным чувствами. Касания отдавали приятным теплом, вызывающим мурашки и приятное тягучее ощущение в области живота, стремящееся вот-вот сорваться вниз. Скользнув рукой от подбородка до плеча, Хо отодвинул вязаный свитер Джисона. Мгновение и губы альфы переместились на нежную кожу шеи омеги, медленно засасывая и кусая. А воображение Минхо уже подкидывало ему картинки его белочки с прекрасными бордовым пятнышками на шее и не только... Только от таких мыслей возбуждение плавно начинает растекаться по телу. — Что же ты со мной делаешь, Хани? — и снова целует, срывая с губ стон наслаждения. Он хотел познать счастье, найти своё единственное. То, что ему предназначено. Того, кто ему предназначен. Проведя линию языком от челюсти до ключицы, Ли остановился, вдыхая насыщенный природный запах, который дурманил разум похлеще любого наркотика. — Бельчонок, ты будешь против, если я поставлю тебе временную метку? — голос серьезный, Ли важно готов ли к этому Джисон, потому и отрывается от манящей шеи, всматриваясь в глаза, ища в них неуверенность, может быть срах. Но замечает лишь два полумесяца из-за улыбки до ушей и безграничную любовь во взгляде. — Я не против и настоящей, ведь это ты. — руки аккуратно обвивают шею Ли — И я готов прожить с тобой всю оставшуюся жизнь. Я тебя люблю. Правда, очень и очень сильно. Ты даже не представляешь насколько...— сказав это Хан наклонился к кадыку альфы, принявшись его посасывать. После чего он поставил рядом с пахучей железой небольшой, но довольно яркий засос. Пусть все видят, что этот альфа занят. Подняв свой взгляд Джи наткнулся на пару глаз, смотрящих так преданно, так искренне, с такой же любовью. — Спасибо тебе... Заправив, волосы Джисона за ухо, и чмокнув того в мягкую щёку, Минхо снова припал к шее, на сей раз, ставя метку. Зализав укус, альфа поднял взгляд на своего омегу. — Как же я благодарен судьбе за встречу с тобой. Ты знаешь, что ради тебя я буквально растоптал свой принцип не заводить никаких отношений со студентами, особенно романтических? — Ого, так вот на что я способен, сокрушил самого грозного из преподавателей универа...мощно. — вспоминает Джисон разговоры других студентов о строгости преподавателя Ли, не такой уж он оказывается "миленький". — Хаха, а ещё думаю у нас будут очень красивые дети. Подаришь мне ещё одно, пушистое счастье? — у старшего скоро треснет лицо от улыбки, которая к слову и не думала его покидать. А сердце в груди приятно отозволось от мысли о дальнейшей семейной жизни. — Подарю, что захочешь, то и подарю, а теперь поцелуй меня уже...— Хан почти коснулся губ напротив, но Ли оперативно отошёл на шаг назад. — А вот нет, поехали домой. — Минхо начинает тянуть Джисона к выходу, но сталкивается с сопротивлением. — Это, что ещё за "возбудим и не дадим", Ли Минхо, я жду объяснений? — скрестив руки, Хан продолжал восседать на преподавательском столе, всем видом показывая своё возмущение. — Я же сказал не расслабляться, это начало твоего наказания, но не переживай, ты ещё всё успеешь, не забывай, что у тебя вся ночь впереди. А как же прекрасно, что за ней следует выходной день, а потом и ещё один...— оставляя заключительный поцелуй на виске, Ли двинулся в выходу из аудитории. — Догоняй, белочка.