В ожидании чуда

Второе испытание за день. И именно на нем рухнули все выстроенные до этого надежды. Юля просто не могла понять что пришло в голову тем, кто это придумал. Казалось, что девочек пустили не на испытания, а на прямые пытки. Голубоглазая же знала — привязав палку к креветке её позвоночник не исправится, а сломается к чертям. Опять над нею издевается судьба? С момента первого испытания прошёл от силы час, и за этот час Кира с Юлей не обменялись даже словом. Они были более погружены в свои команды, что-либо обсуждая и думая как быть дальше. Да и просто каждый был со своими мыслями. У голубоглазой конечно иногда проскакивали периоды хорошего настроения, но видя каменное выражение лица Киры, девушка отступала от неё назад. И это делал тот человек, что буквально день назад сказал себе двигаться только вперёд. Стыд, но страх успешно его перекрывал. Само испытание прошло нервозно, не только Юле было в не кайф как засохшей в одной позе гусенице бегать от одного стола к другому, попутно разбираясь что, куда и зачем надо. На самом деле, голубоглазой хотелось опустить руки сразу. Камень, теснивший душу, тянул вниз, а добавлялось к нему полное осознание провала. Идее стало плохо, соответственно, двое человек. И так же соответственно, в два раза меньше шансов выиграть, учитывая то, что они и так были мизерные. Нет, Юля не винила человека в том, что его организм дал сбой, было просто обидно. В особенности за то, что всю воду что была у Идеи благополучно вылили, будто бы наплевав на неожиданные обстоятельства. Но это были только мысли Юли, цепь которых она решила сомкнуть, дабы не отвлекать себя от работы. По идее, это испытание тоже можно было так назвать. И вот, настал момент итогов. Без объяснений было понятно за кого мысленно болела Юля — раз она уже проиграла, будет искренне надеяться на победу того, кому хоть раз она была нужна. Но так не вышло. И случилось самое неприятное — от победы команду Киры отделяли всего лишь пара крупинок. Вмиг, будто бы на некоторое время засиявшая, аура Киры вновь потускнела. Юле она просто была видна. Пусть в лице блондинки не произошло никаких изменений, но всем своим телом она излучала невидимый свет, в точности описывающий её состояние и эмоции. Юля бы могла задуматься о своём здоровье, вот только мысли сейчас были привинчены к другому. На этот раз голубоглазая вновь решила действовать - дальше отступать нельзя. Дождавшись пока все девочки начнут выходить, Юля проникла в самую гущу, что постепенно собралась у двери. Глаза стали бегать меж всех голов и тел, как вдруг заметили цель. Вперёд. Сжав кулак, голубоглазая свободной ладонью схватила Киру за запястье, чувствуя как в тот же миг её сердце замирает. Девушка приоткрыла рот чтобы сопроводить свои действия словами, но не успела произнести и звука, как блондинка резко одернула свою руку, даже не обернувшись. — Свали нахер. Не до тебя. — зло произнесла она, выходя в коридор. Что? Молчание. Ступор. Провал. Мир, что так тщательно строился Юлей долгое время, рухнул в тот же миг. Девушка просто остановилась, оставаясь одна в белой комнате, в белом халате, с белым шумом в голове. Голову заполнило непонимание, тонкой леской пронизывая мозг сквозь уши. Она сделала что-то не так? Но что? Почему её помощь так грубо отвергли? И тут голова начала забиваться ещё сотнями вопросов и непониманий, голубоглазая перематывала каждое воспоминание этого дня, дабы понять в чем может быть причина. Ничего. Они говорили только утром, перекинулись парой слов на первом испытании, всё. Юля чувствовала как её тело заполняет танго пламени и льда — одновременно и холодно и жарко. Лёгкие окутало паутиной. Страшно? Да. Когда ты надеешься на лучшее будущее, но тебя так посылают, резко обрывается тот ненадежный мост, что казалось мог выдержать обоих. И честно признаться, узнавать в чем Юлина проблема тоже было страшно. Что если её отошьют так вновь? Слышать подобное от Киры, той, кому Юля хотела доверить всю себя, было до жути больно. Третье испытание началось во главе с Любовью Розенберг. Основой его и стала тема психологии — доверие лидеров своей команде. Казалось, это не те жуткие пытки что были до, но сейчас, когда время уходило за два часа дня, а у девочек не было перерыва с самого утра, даже начало далось им тяжело. Все устали. Юля тоже устала. И морально, и физически. Но хоть и было уже тяжко думать о Кире и её резком ответе, всегда взгляд девушки был прикован только к ней. Всё было так, как голубоглазая и рассуждала раньше — как бы не ответил ей дорогой человек, она от него не отвернётся. Она будет надеяться до последнего. А Кира правда старалась. Видно было что прежний настрой безвозвратно рассыпан, но она до последнего не давала себе опустить руки. Блондинка увлечённо слушала Любовь, выполняла все её задания, касающиеся команды, с неизведанным спокойствием шагая вперёд. Кира была похожа одинокого танцора, за спиной которого бушевало дикое пламя, пожирающее каждый кусочек пространства на своём пути. Оно разъедало небо как книжные страницы, зайцем бегало по крышам одиноких домишек, заволочило землю алым заревом, а главного героя окружило острым, огненным кольцом. Но танец продолжался. Как могучая скала, вода и зелень в тихом, безлюдном месте, Кира продолжала двигаться. Ей были и неважны уставшие девочки, что постепенно стали заполнять выстроенный в мыслях зал. Их напряжение росло, недовольный говор начал доноситься с мягких зрительских кресел, а Кира продолжала. Но «зрители» решили не молчать. Первой подтолкнула девочек Юля Михайлова, за ней подтянулись ещё пара человек, слова звучали всё чаще. Кира пыталась это игнорировать. Она шла на победную, полностью понимая это задание. Нельзя было отбрасывать Леру, что упорно пыталась нагнать блондинку, вот только её команда отвлекалась больше. У Киры же вся надежда была на Лизу, что всеми силами пыталась помочь команде победить. Ведь Настя подключилась к тем, кто желал отдыха во всё чаще звучавших словах. И получалось. Несмотря на то, что Кира с Лизой те люди, которым доверять сложнее вдвойне, они выходили вперёд. Хороший настрой Киры появлялся вновь, во всеобщем хаосе всё шло как по маслу. Но это продлилось недолго. Девочки расселись по своим командам, Любовь стала задавать вопросы перед выполнением главного задания. Некоторые нехотя, но отвечали. Пока что, всеобщий говор приглушило то, что до конца испытания осталось немного. Беседа продолжалась хорошо, хоть и кратко. Но в один момент стала рушиться вся выстроенная сцена. Кто-то захотел выговориться. Но другие не захотели его слушать. В этот же миг в зале, где Кира была главным танцором, поднялся целый шквал голосов и возгласов. Всё пространство начало заполняться смоляными силуэтами, плач, крики, каждый звук заставлял огонь разрастаться всё сильнее, всё беспощаднее хватать за плечи. Пол и потолок расщеплялись на мелкие кусочки, мир рушился. Недовольные говоры настигли всех тех, кто решил сдерживаться, завлекая их в общую суматоху. Испытание было сорвано. Испытание, в котором у Киры начало получаться справляться со всей шумихой внутри. Именно тогда, когда девушка решила взять себя в руки и заставить поверить в то, что шансы ещё есть, весь мир развернулся к ней спиной. Она понимала проблему, но не могла принять исхода. Юля наблюдала за разраставшейся суматохой. Больше никто не сдерживался, большинство указало на свои проблемы. Все стали подходить к операторам, отказываться от дальнейшего прохождения, разбираться меж и вокруг себя. И средь всех спин, мелькавших в белых стенах, вновь обозначила она ту самую одну, что хмурым взглядом, внимая то, что сцена потерпела крах, пронзала пустоту. Огнём взросли все окружающие её люди, вот только прежнего спокойствия, увы, уже не будет. И в один момент, принимая поражение уже внутри себя, Кира просто направилась к выходу из комнаты. Молча, без лишних эмоций, девушка решила оставить свою роль.