Meant to be Yours

В мире, где у омег чуть больше прав, чем у рабов, Ханне Уилсон повезло родиться в семье маркиза. Она могла почти свободно передвигаться в пределах города, не боясь, что её затащат в первую попавшуюся подворотню, посещала всевозможные выставки, ярмарки и концерты, заводила разговор со всеми, с кем ей было угодно. Но всегда есть это одно-единственное «но». И заключалось оно в её скорой женитьбе на отпрыске герцогского рода, что должна состояться уже через месяц. Что ж, они хотя бы ровесники, кому-то приходится выходить за человека, старше его на несколько десятков лет. Вот только мнение самой Ханны по поводу этого замужества, разумеется, никого не интересовало. Омега в очередной раз прогуливалась по улицам города, пытаясь лавировать среди множества людей, но кринолин не упрощал эту и без того нелёгкую задачу. Жутко хотелось выкинуть его куда подальше вместе с корсетом и надеть что-то по-настоящему удобное. Но Ханна не тот человек, что может просто взять и наплевать на устои общества, на слова родителей, поэтому она продолжает стягивать талию корсетом до сломанных рёбер и невозможности сделать полноценный вздох и натягивать кринолин, борясь с желанием упасть плашмя от его веса. Сегодня в порт прибыл очередной торговый корабль, так что Ханна была просто обязана посмотреть, что нового появилось на прилавках. Спустя несколько пестрящих товарами магазинчиков взгляд девушки зацепился за лавочку, прямо позади которой и пришвартовался очередной парусник. Рядом с прилавком стояла черноволосая альфа в свободной рубашке, пышной юбке без кринолина и высоких сапогах, Ханна невольно поджала губы, понимая, что самой ей одеваться так никогда не светит. Девушка приветливо улыбнулась, обнажая зубы, её большие серьги с гранатами немного звенели, поблёскивая на солнце. – Госпожа, не желаете чего-нибудь прикупить? - махнула рукой в сторону лавки она. – Для Вас подберём всё самое лучшее. – И что же вы продаёте? - вздёрнула подбородок Ханна, пытаясь заглянуть в глаза альфы, что оказалась выше её на целую голову. – Украшения с далёких берегов Номы, самоцветы из гор Ольте, - перечисляла девушка, подводя Ханну с рыцарями, что её сопровождали, ближе к прилавку, – и прочие безделушки с разных краёв света. И, самое главное, цена приятная. Омега окинула товар взглядом, любуясь всевозможными ювелирными изделиями и пытаясь подобрать что-то для себя. – Думаю, у меня есть кое-что специально для Вас, - обворожительно улыбнулась торговка, копошась в ящиках, кажется, дольше необходимого и выуживая оттуда коробочку, протянула ту аристократке. Открыв её, Ханна увидела кулон с нежно-голубым камнем. – Это аквамарин, - пояснила альфа. – Символ свободы, искренней любви, чистоты и волшебства. А ещё, думаю, он подходит к Вашим глазам, - подмигнула она, не убирая улыбки с лица. – Сколько с меня? – вновь подняла взгляд на торговку омега, захлопнув коробочку с украшением. – Для Вас, госпожа, так уж и быть, сделаю скидку, - пожала плечами та. – Всего пятнадцать золотых. – Что ж, цена действительно приятная, - кивнула Ханна, улыбаясь уголком губ, махнув одному из рыцарей, чтобы тот расплатился с торговкой. – Приходите ещё, - подбросила мешочек с монетами девушка. – Мы будем здесь ещё месяц. Ханна лишь махнула рукой на прощание, даже не оборачиваясь. Уже стоя перед зеркалом в своих покоях, примеряя только приобретённый кулон, омега заметила записку на дне коробочки.

Госпожа, я была поражена вашей красотой в самое сердце.

Если судьба благосклонна ко мне, надеюсь, увидеть Вас сегодня на пристани в полночь.

Буду с нетерпением ждать нашей встречи.

Всегда Ваша Линда Винд

– Можно подумать, я приду туда, - фыркнула омега, бросая записку в камин, переводя взгляд на отражение и кулон на шее. – Линда, значит, да?

***

– И как я должна догадаться, где именно она «будет ждать»? - закатила глаза Ханна, поднимая подолы платья, под которой на этот раз не было кринолина, повыше, дабы не намочить морской водой. – Вы всё же пришли, - послышался голос позади, из-за чего омега резко развернулась на каблуках, сталкиваясь лицом к лицу с торговкой, что поклонилась, беря руку аристократки и целуя её тыльную сторону. – Знали бы Вы, чего мне это стоило, - нахмурилась Уилсон, смотря на Линду сверху вниз, вспоминая, как пробиралась через вход для прислуги, и покачала головой. – Оу, раз уж вы прошли такой сложный путь, - вновь встала ровно альфа, ухмыляясь, – могу я хотя бы узнать ваше имя? Девушка несколько секунд смотрела на Винд, не сводя взгляда, а после всё же тихо произнесла: – Ханна Уилсон. – Рада познакомиться с Вами, - вновь улыбнулась Линда, делая шаг навстречу. – Зачем Вы хотели встретиться? - в свою очередь делает шаг назад аристократка. – Конечно же, чтобы познакомиться, - ещё один шаг вперёд. Ещё один шаг назад, – и высказать своё восхищение Вашей красотой, – делает резкий рывок в сторону омеги торговка, хватая её за руки. – Я вижу, Вы надели кулон, что я вам продала. Ханна делает глубокий вдох, желая разразиться гневной тирадой о нарушении своих личных границ, и задыхается от давления корсета и сильного запаха моря, что исходил не сзади, откуда должен был, а спереди. Исходил от Линды. Она тут же шипит от неприятного чувства сдавливания и пытается оттолкнуть альфу, но та, наоборот, притягивает к себе, утыкаясь носом в светловолосую макушку и вдыхает её собственный запах. Но буквально через секунду понимает, что делает, широко распахивает глаза и сама отскакивает на шаг назад, нервно потирая шею. – Прошу простить меня за произошедшее, - отводит взгляд в сторону она. – Я подумаю над этим, - прищуривается Ханна, вновь подбирая подолы платья и направляясь прочь от пристани. – Я могу рассчитывать увидеть Вас здесь завтра? – нервно усмехается Линда, протягивая руку в сторону удаляющейся омеги, но не смея схватить её. – Ну разумеется, нет, - фыркнула та и ушла, оставив лишь лёгкий запах дождя. И вернулась на следующий день. – Кулон, как я погляжу, всё ещё при Вас, - ухмыляется Линда, разглядывая украшение. – Не воспринимайте это на свой счёт, - фыркает Ханна, взмахивая волосами, не собранными в высокую причёску. И через день. – Вы выглядите так же прекрасно, как и всегда, - кланяется альфа, целуя руку омеги, – но не проще ли сбегать из дома без корсета? – Не Вам мне советовать, что надевать, - закатывает глаза та, но руку не одёргивает. И каждый день в течение недели. – Могу я обращаться к Вам на ты? – схлоняет голову к плечу торговка, обнимая аристократку со спины. – Можешь попробовать, - задирает голову девушка, ухмыляясь и получая поцелуй в лоб. И снова, и снова. – Почему ты никогда не снимаешь его? – перебирает волосы омеги Линда. – Это же ужасно неудобно. – Я не могу пойти против устоев общества, - вздыхает та, поудобнее размещая голову на коленях девушки. – Плевать на общество, - возражает торговка. – Нет, - закрывает глаза Ханна, слегка качая головой. И так они встречаются каждую ночь, забывая обо всех проблемах в объятиях друг друга. И вот, через два дня пройдёт ровно месяц с тех пор, как они с Линдой встретились. Это значит, что через три дня альфа сядет на свой корабль и уплывёт куда-то далеко-далеко. А Ханна останется здесь. Её ждёт свадьба и долгая жизнь в компании наследника герцогского рода. Ханна мечтает убежать подальше от жизни аристократки, которая никак не может повлиять на свою судьбу, но не может себе этого позволить. – Мы гордимся тобой, Ханна, - говорит маркиза Уилсон, когда они возвращаются домой из поместья герцога, где проходил бал. – Уверена, ты понравилась Его Светлости. Ханна улыбается, а внутри кричит, что есть мочи, и падает в объятия Линды, вдыхая её успокаивающий морской запах. – Не хочешь уплыть вместе с нами? - спрашивает Линда, сидя на пристани, и переплетает свои пальцы с пальцами Ханны. – Это невозможно, - произносит омега, мягко улыбаясь и смотря на морскую гладь, которая сейчас почему-то не успокаивает, а наоборот, пугает. Вернувшись в поместье, Ханна зажигает свечу и достаёт бумагу с пером. Ей нужно покончить с этим сейчас, потому что, когда Линда снова предложит убежать, она не сможет отказать. Ханна постукивает пером по столу, нужные слова никак не хотят приходить в голову. Дорогая Линда – Она скажет, что это звучит слишком официально, - усмехается омега, комкая листок и кидая его в незажжённый камин. Линда, ты знаешь, что я дорожу тобой. Но совсем скоро ты уплывёшь к новым берегам. И, думаю, я буду скучать по тебе. За свою жизнь Ханна написала уже сотни писем, но именно сейчас перо никак не хочет поддаваться, а рука мелко дрожит. Писать о своих чувствах смущает, но это проще, чем сказать всё это Линде в лицо. Я бы действительно хотела остаться с тобой и жить так, как мы привыкли. И, хотя всё кажется таким правильным, я должна сказать, что так не может продолжаться. Ханна трёт рукой глаза, мешая слезам течь, и сильнее сжимает в руке перо. Я никогда не забуду этот месяц, что мы провели вместе. Я мечтала провести так целую вечность, но сейчас эта надежда испарилась, и я ничего не могу с этим сделать. В памяти всплывает лицо её жениха, из-за чего Ханна хмурится. Будущий герцог действительно был не плох собой, он всегда общался уважительно с самой омегой. Но это совсем не успокаивает Уилсон сейчас. Она никогда не хотела выходить за него и никогда не захочет. Ханна отдала бы что угодно, чтобы не испытывать это чувство страха перед будущим, что она никак не может предсказать. Возможность навсегда потерять Линду пугает, но сама мысль о побеге пугает не меньше. Море больше не кажется аристократке таким же спокойным, как раньше, а корсет на талии напоминает о словах матушки, которую она не хочет расстроить. С каждым днём сделать выбор становится всё сложнее. Ханна не уверена, что сама Линда думает насчёт их отношений, поэтому поджимает губы, смотрит на пламя свечи, немного успокаиваясь, и продолжает писать. Ты наверняка скажешь, что это неправда, но мне больше не нужны эти отношения. Прощай. Ханна делает судорожный вздох, несколько раз моргая, чтобы окончательно прогнать слёзы, и складывает письмо в конверт. – Прочитай это после того, как мы разойдёмся, - протягивает письмо Линде аристократка. – Почему не сейчас? - поднимает бровь Винд, уже вытягивая лист из конверта. – Это слишком смущает, - резко отворачивает голову Ханна, не замечая, что торговка уже пробегается глазами по строчкам. – Что значит «Мне не нужны эти отношения»? - удивлённо поднимает взгляд на Уилсон Линда, на что та вздрагивает, тут же поворачиваясь обратно к альфе. – Я же говорила прочитать это потом! - вскрикивает она, отходя на шаг назад, но Винд ловит её за руку, не дав сбежать. – Ну уж нет, - хмурится альфа. – Скажи это вслух. – Что ты хочешь, чтобы я сказала? - дёргается в попытке освободиться из хватки Ханна. – Что у меня нет выбора? Никогда его не было? - всё-таки вырывает руку она. – Это совсем неважно. Я просто делаю то, что должна. Уилсон подходит ближе к морю и моргает несколько раз, прогоняя слёзы. – Это конец, - обречённо произносит девушка, глядя на море пустым взглядом. – Ты завтра уплываешь, а я выхожу замуж. – Или ты можешь сбежать со мной, - аккуратно сжимает её руку подошедшая Линда. – Команда точно не будет против, - пожимает плечами она. – Да и для тебя так будет лучше, - поворачивает омегу к себе лицом торговка. – Ну же, почувствуй наконец вкус свободы, - мягко улыбается она, смотря прямо в глаза. – Нет, - вздыхает Ханна, зажмуриваясь на несколько секунд и выдёргивая руку, прижимая её к груди, – Я дочь маркиза и обязана выйти замуж за влиятельного человека, а не за простую торговку, - качает головой она. –Так будет лучше. – Да брось! Ты сама то в это веришь? - фыркает альфа, взмахивая руками. – Ты не любишь этого человека. – Это не имеет значения, - делает небольшой шаг назад Уилсон. – Ещё как имеет! – подступает к ней девушка, обхватывая её щёки руками, заставляя смотреть на себя. – Он просто заточит тебя в золотой клетке, не заботясь о твоём счастье. – Всё в порядке, - хмурится аристократка, убирая чужие руки, и разворачивается, намереваясь уйти. – Нет, не в порядке, - хватает её за руку Винд. – Я не понимаю. Этот побег поможет тебе почувствовать себя живой, прекратить прятать свои истинные чувства за маской благородной дочери маркиза, - переходит на повышенный тон она, крепко держа руку омеги. – Так в чём тогда проблема? – Я боюсь, ясно тебе? - резко поворачивается Ханна. – Боюсь сбегать, боюсь оставаться, - теперь слёзы открыто текут по щекам, пока она смотрит прямо на девушку. – Я не знаю, чего я хочу, не знаю, что я чувствую к тебе. – Зато я знаю, что я чувствую, - делает решительный шаг навстречу Линда, притягивая омегу к себе и нежно целуя. Морской запах обволакивает её и, смешиваясь с запахом дождя, успокаивает. – Я люблю тебя, - смотрит прямо в глаза цвета аквамарина альфа, прислонившись лбом к лбу девушки. – Давай убежим, вместе. Я обещаю, что больше ничто не заставит тебя бояться. На этот раз Ханна целует торговку, хватаясь за её плечи, как за доску на поверхности воды во время шторма, шепчет «Люблю тебя» и зажмуривается покрепче, молясь, чтобы это всё не оказалось просто сном. До рассвета они проникают в поместье Уилсонов, забирая только самые важные вещи, вроде кулона с аквамарином, что, по словам Линды, должен защитить носителя в море. А с первыми лучами солнца они стоят на носу корабля, держась за руки. Ветер развевает волосы, не удерживаемые тоннами пудры, Ханна поправляет юбку, под которой больше никогда не будет кринолина и впервые делает вдох полной грудью, не затруднённый давлением корсета.