Жаркие летние ночи

— Первая любовь причиняет боль, а безответная разбивает сердце.

В самом доме было заметно прохладнее, чем на улице. От того «освежающая» майка Блэка стала причиной стаи мелких мурашек, что пробегали вдоль позвоночника, а затем рассыпались по каждому сантиметру его тела. Поднимаясь по мраморной лестнице, два друга наперебой заваливали друг друга вопросами, хотя не виделись всего, от силы, недели две. Неспокойное положение в стране и участившиеся нападения на магические учебные заведения стали основной причиной, почему профессор Дамблдор принял решение отпустить учащихся по домам на месяц раньше, поэтому уже 31 мая ученики всех четырёх факультетов ехали на «Хогвартс-Экспресс» в Лондон и радовались дополнительному месяцу каникул. — Скажи на милость, Сохатый, какого черта ты не рассказал мне о Шафик и ваших родственных связях?,— идя по светлому коридору второго этажа, параллельно смотря в большие окна и наблюдая, как девушка все ещё нежится на солнышке. — Мама и Габриель просили не рассказывать, сам понимаешь, они оба люди важные,— пожал плечами Джеймс и проследил за взглядом друга. Тот все ещё любовался Шафик. Он нахмурил брови и подтолкнул друга к двери в его комнату. Зайдя, Блэк увидел просторную спальню, окутанную светом. Это сильно разнилось с комнатой в его доме на Площади Гриммо, 12. Солнечные лучи без стеснений просачивались сквозь окна, обволакивая каждый уголок своим светом. На большой кровати лежал его чёрный чемодан, а по каждую сторону от постели стояла небольшая прикроватная тумбочка с ящиками. — Моя комната прямо соседняя с твоей,— сказал Поттер, ставя руки на бока,— ванная комната как выходишь направо, прямо, и затем сразу налево,— продолжал свой инструктаж Джеймс — Спасибо… Чтож, переодеваемся и купаться?— спросил Сириус — Нет, мы пойдём в библиотеку и будем начинать готовиться к экзаменам,—паясничал Поттер,— ну, конечно, Бродяга, что нам ещё делать? Лето ведь,— а когда дверь за ним захлопнулась, он добавил,— у тебя есть пять минут! Сириус прошёлся по комнате, подошел к кровати и открыв свой чемоданчик, взял оттуда нужные вещи. Стянул с себя неприятную мокрую футболку и ухмыльнулся, глядя на снятую ткань в руках, а затем взглянул в окно. Это, вероятно, его первое лето на своеобразной свободе. Раньше парень все два месяца торчал в своей мрачной комнатке, иногда пересекаясь с младшим братцем или родителями. Он поморщился. За окном светило солнце, чуть дальше, на побережье, группа из нескольких человек катались на досках. Блэк понятия не имел, что они делают, должно быть, какое то маггловское развлечение. Он прикрыл глаза и осознал, что его ждут незабываемые 3 месяца отдыха в компании его лучшего друга и… и его довольно характерной названной сестрицы. За тот небольшой разговор у бассейна он это прекрасно понял, хотя ему еще только предстоит узнать, что скрывается за миловидным личиком. Он тряхнул головой. Чужда ему забивать голову какой то стервозной девицей. Обычно даже самые самоуверенные дамы в его обществе становились беспамятства влюбленными дурочками. Он быстро переоделся и вышел из своей комнаты. Пройдясь по уже знакомому коридору, Блэк подошёл к громадным окнам, выходящим на задний двор. Лиззи отодвинула шезлонг так, что голова ее была в тени, а тело под палящим жарким солнцем. Даже летом, возле бассейна, она читала какую то книгу. Когтевранка… Сириус, закатил глаза, но взгляд все же устремил обратно на девушку. Смотрел, как она перелистывала страницу за страницей — Ты чего там застыл, Бродяга?— подлетел к другу Джеймс, тоже уже в плавках, который вышел из своей комнаты и положил руку Блэку на плечо, а потом проследил за его взглядом и стал серьезнее — Послушай, Бродяга… За этот год мы с Лиззи стали друг для друга словно настоящие брат и сестра. Она помогала мне в трудную минуту, а я помогал ей. Мы очень сблизились… Я просто хочу сказать, что…,— он помедлил, подбирая слова,— Вообщем, зная твои мимолетные увлечения девушками, как никто другой, ведь я все таки твой лучший друг,— он снова сделал паузу,— Короче, Бродяга, не смей использовать ее и разбить ей сердце, иначе я не посмотрю на наши с тобой взаимоотношения и мне прийдется хорошенько надрать тебе твой аристократичный зад — Не волнуйся, Когтевранские заучки не в моем вкусе,— отмахнулся парень и шлепнул друга по пятой точке,— а вот привлекательные Гриффиндорцы—это другое дело,— и он побежал по коридору к лестнице — Боюсь ранить твои чувства, но мое сердце принадлежит одной единственной,— захохотал Поттер и кинулся за другом *** Лиззи лежала на шезлонге и поочерёдно болтала ногами то вверх-вниз, то вправо-влево. Она дочитывала маггловский роман, который ей недавно посоветовала Лили Эванс. Это ученица школы Чародейства и Волшебства 6 курса факультета Гриффиндор, обладательница огненных, словно пожар, волос ( и сердца по уши влюблённого Джеймса Поттера), её очень близкая подруга еще с первого года обучения, а так же, по совместительству, ее коллега — староста своего факультета. Увлечённая книгой, она не сразу услышала приближающийся, со скоростью пули, топот и крики. Ее мозг не мог долго игнорировать внешние звуковые раздражители, но она отчаянно пыталась не обращать внимания на две, только пришедшие, ходячие катастрофы. Заметив тотальный игнор со стороны Шафик, парни приняли решение начать устраивать шалости прямо сейчас, «чтобы не терять хватку». Это будет и честно по отношению к Сириусу, который за свое недолгое пребывание здесь уже успел искупаться, и Джеймсу только за радость сотворить какую нибудь глупость со своим верным другом. Особенно, если нужно подшучивать над Лиззи, которая за несколько мгновений заводится и вспыхивает, как спичка. Они переглянулись и перешли к осуществлению зловещего плана. Сириус прошел чуть назад, на газон и пригнулся, прячась за высокими кустами вблизи нужного им шезлонга. Он ждал подходящего момента. Джеймс, убедившись, что друг на нужной позиции, кивнул ему и, разбежавшись, бомбочкой прыгнул возле того места, где расслаблялась Элизабет. Девушка тот час же вскочила от неожиданности и зло обернулась на бедолагу. Страницы ее книги были в воде; полотенце, на котором она лежала тоже было в воде и она сама вся была в воде. — Джеймс Флимонт Поттер! Какого черта ты творишь? Если это воздействие твоего придурочного дружка на твой и без того атрофированный мозг, то я сейчас же отправлю его обратно в Лондон!— кричала Шафик, а затем скрестила руки на груди, когда заметила лишь светящиеся от счастья глаза Джеймса и его заливистый смех. После этого она немного успокоилась и, выдохнув, покачала головой. Затем подошла к бортику и прищурила свои карамельные глаза: — Джим, кстати о придурочном, где это он? — Ты уже соскучилась по мне, милая? — послышалось за ее спиной. Девушка сразу обернулась и увидела перед собой Сириуса Блэка в одних только плавательных шортах. Она старалась не смотреть, но она была слишком любопытна, за что часто себя ругала. Так вот как раз ее любопытство взяло верх, и буквально на мгновение взгляд Шафик скользнул по нагой части тела парня. А именно по груди, далее прессу и затем ниже— по косым мышцам, которые уходили под резинку от плавок и наполовину прикрыты. Мгновение слегка затянулось, и это не скрылось от самого Блэка. — Нравится? — с типичной ему самодовольной ухмылкой поинтересовался он, вскинув брови вверх. Он рассчитывал увидеть резко появляющийся румянец на щеках, растерянность в глазах или хотя бы мимолетное смущение. Он ожидал типичной реакции на подобные действия. Элизабет же лишь подняла свои карамельные глаза на него и хмыкнула, как бы говоря «ничего особенного», чуть наклонив при этом голову и не прекращая зрительный контакт. Такая реакция слегка озадачила Блэка, ведь он привык, что девушки смущаются от одного только взгляда аристократа или его улыбки, что уж говорить о том, когда он полуголый стоит в довольно опасной близости. – Ты, кажется, перегрелась на солнце… Не хочешь освежиться? Она не успела ответить, ведь мгновением позже уже летела спиной назад. Его руки опустились к ней на плечи и толкнули точно так же, как и она его недавно. Шафик лишь успела схватиться за шею Сириуса, и они вместе полетели в воду. Вынырнув, Элизабет убрала мешающие ей волосы и устремила свой пылающий огнём взгляд на Блэка под хохот Джеймса. — Ну прости, милая, мне показалось, ты сказала, что очень хочешь искупаться,— он подплыл ближе, подмигнул Джеймсу, попутно растрепывая свои иссиня-чёрные длинные волосы. Девушка, что до этого была возле Поттера, начала плыть к объекту ее раздражения. — Тогда тебе следует прочистить уши, дед,— уже возле Блэка, который рукой проводил по своим намокшим волосам, она мило улыбнулась и, положив свои ладони на плечи парня, начала его топить. Он погрузился под воду, а затем схватил ее за запястье и потянул к себе. Бассейн в этой части был глубокий, и никто из подростков не доставал до дна, даже парни, которые были заметно выше Лиззи. Они ещё долго пытались утопить друг друга, а Джеймс лишь наблюдал за этими двумя и подмечал про себя, что его лучший друг и Лиззи точно смогут найти общий язык. Спустя некоторое время, когда солнце уже стремительно собиралось прятаться за горизонт, ребята вылезли из воды и направились переодеваться в свои комнаты. Пока парни плелись где то сзади, Элизабет быстро поднялась в свою комнату, при этом оставляя за собой дорожку от капель, что скатывались с неё. Она подошла к комоду, взяла комплект нижнего белья, чёрные шелковые штаны, майку на бретельках того же цвета и направилась в сторону ванной. Уже подходя, Шафик слышала, как напор воды из душа работает, а значит в ванной кто то есть. Постояв возле двери, ее отвлек голос с левой стороны: — Там Сириус, иди в нижнюю,— Поттер выглядывал из за двери своей спальни,— ну или можешь к нему присоединиться,— уже закрывая дверь крикнул он, очевидно, шутя… Лиззи по своему обыкновению закатила глаза, как всякий раз, когда Джеймс говорил подобное. Открыла дверь и: — Эй, я вообще то тут!— недовольный голос звучал из под струй холодной воды. Шафик не обращая внимания прошла мимо, к раковине, и на полу-пальцах опустилась на корточки. Перед ней было несколько полок с двумя полотенцами на каждой, и она взяла пару себе. Встала, и уже собиралась уйти, напевая мотивы какой то французской песенки — Милая, не хочешь выйти? Я вообще то голый — Поверь, ничем ты меня не удивишь, тем более я даже не смотрю,— ответила она, направляясь обратно к двери, но почему то остановилась и повернулась к парню, что был за слегка мутным стеклом. Блэк стоял с закрытыми глазами, приподняв голову, позволяя каплям воды окутать каждый участок кожи. Она смотрела на его слегка не четкую из за чуть мутного стекла фигуру и на острые скулы, что были хорошо видны за полностью прозрачной, верхней частью стекла. — Шафик, либо выходи, либо присоединяйся ко мне,— сказал он, и сделав шаг, чтобы выйти из под напора воды, повернул голову в ее сторону, - я не экспонат в музее, чтобы просто мной любоваться Она поморщила нос и отвернулась, взглянув в зеркало, а потом произнесла — Благодарю за столь щедрое предложение, павлин, точно не сегодня,— с двумя полотенцами в руках она вышла из ванной *** Вечер Элизабет провела на удивление спокойно. Джеймс и Блэк сидели в комнате первого и не выходили оттуда, за исключением одного раза, когда Шафик столкнулась с Сириусом в коридоре, пока шла на кухню за печеньем. — Я конечно безусловно рада, что мои нервные клетки могут выдохнуть спокойно, но что то слишком подозрительно тихо они себя ведут,— рассуждала Элизабет в своей комнате, сидя за письменным столом. На ней были все те же черные шелковые штаны, этого же материала майка на лямках, а волосы заколоты «крабиком» на затылке. Девушка написала Эванс, что к ней на все лето приехал еще один болван, а та в свою очередь принесла глубочайшие сожаления и пожелала крепких нервов. Очень мило с ее стороны. Рыжеволосая написала, что родители пока не хотят отпускать ее на такое расстояние, но уже не так категоричны, как раньше. Поэтому возможно, в скором времени их и удастся убедить. Девушки договорились пока не рассказывать об этом Поттеру, из разумных соображений… Сова вылетела с новым письмом для подруги и спустя секунд двенадцать скрылась во мраке ночи. Элизабет не была заучкой без друзей, нет. Это совершенно не про нее. У тех, кто не учится с ней в одной школе и мысли быть не может, что Элизабет Николь Шафик является одной из лучших учениц на всем своем потоке. Элизабет умела находить тонкую грань между двумя разными мирами. Миром учебы— которому она, конечно, уделяла не малую часть своего времени, но и мир веселья она не откладывала «в долгий ящик». Девушка любила шумные вечеринки, танцы, особенно в сопровождении дорогого и качественного алкоголя. Все ее местные друзья считают Элизабет обычной магглой, ведь о существовании магии не подозревают. Сейчас же Лиззи сидит и скучает одна в своей комнате лишь потому, что абсолютно вся ее компания друзей приедет с учебы лишь через три дня— 18 июня, в субботу. Она потянулась, выгибая спину и отводя руки назад, встала и подошла к окну. Села на подоконник, подгибая под себя ноги, небрежно схватила пачку тонких вишневых сигарет Gitanes и так же небрежно зажав зубами, закурила, чуть приоткрыв окно. Дурная привычка, от которой отец уже устал отучать дочь, и теперь его пост занял Джеймс. Как настоящий спортсмен и заботливый старший брат, Поттер нагло крал, ломал, выкидывал все ее заначки, что, несомненно, раздражало. Она глупо смотрела в окно и наблюдала, как уже убывающая луна ярко освещала побережье, где мелкие прибои один за другим набегали на песок, а затем утекали обратно. Из занимательного наблюдения ее вывел голос братца — Элизабет Николь, сейчас же выкинь эту дрянь,— он, стоя в проеме, сложил руки на груди — Отвянь, Поттер,— она закатила свои карамельные глаза и демонстративно сделала затяжку, а потом тонкой струйкой выпустила в щель окна. — Ужас, Элизабет, неужели ты не знаешь, что курильщицы не привлекают мужчин,— за спиной Джеймса показался его друг. Они оба прошли в ее комнату, чем заслужили недовольный взгляд от девушки, но та ничего так и не сказала. — Какая жалость,— как то скучающее махнула она рукой. Джеймс молчал, что ему обычно не свойственно, сел на кровать (все так же недовольный сигарете в руках у сестрицы). А Блэк подошел ближе и облокотился на подоконник поясницей. Он посмотрел сначала на Джеймса, что смотрел куда то в пустоту, потом на сигарету, что была зажата меж двумя тонкими пальцами девушки. Она увидела его пристальный взгляд и чуть протянула руку, предлагая. Он без и секунды раздумий нагло отобрал сигарету и затянулся, прикрывая глаза, а затем благодарственно кивнул — Бродяга, и ты туда же… Лиззи, ладно он, его не переубедить, но ты… Хотя, о чем это я,— устало сказал он, когда она в очередной раз отбирая свою сигарету, демонстративно выпустила дым сквозь приоткрытые губы. — Мы вообще то не просто так пришли,— начал Сириус — Ах, да, точно… Слушай, Лиззи…

***

— Что, прости!? Поттер, а не ты ли еще вчера говорил, что этот ублюдок тебе никакой не друг?— возмутилась Элизабет той новости, что сообщил ей братец, но чуть тише, чтобы только Джеймс услышал — Да брось, душа моя, не могу же я позвать его брата, но не позвать его…— кидал оправдания Поттер под стальной взгляд сестры. Она еще пару секунд посмотрела на брата, а потом лишь вздохнула и развела руки. — Знаешь, я тоже недолюбливаю Пруэттов…— вставил свои пять копеек Блэк, который выпал из разговора, когда этот диалог перерос в семейную разборку. Он понятия не имел о каком из двух Пруэттов идёт речь, ведь лишь украдкой слышал что то об отношениях Лиззи с одним из двоих братьев,— больше скажу, я тоже за то, чтобы Сохатый их не звал Джеймс возмущенно надул губы и посмотрел уже на друга. Вот это поддержка. — Знаешь, Джим, делай как считаешь нужным. В конце концов, не могу же я тебе запрещать… А раз отец дал разрешение на вечеринку, то почему нет? — И ты не будешь на меня сердиться или случайно не столкнешь его с балкона на кафель? — Интересная идея, я над этим подумаю…Но нет, на тебя я обижаться не буду. Особенно если мы заглянем в винный погреб родителей,— на последнем предложении она подмигнула брату,— чтож, а теперь— вон! Я хочу спать, мне завтра рано вставать,— не церемонясь ни мгновения больше, она выпроводила обоих за дверь и захлопнула ее прямо у них за спиной. — Куда это она завтра? — Да никуда,— отмахнулся он,— это был предлог поскорее нас выгнать