Они оба любили исскуство

      Казалось бы, счастья уже не             найти,       Цветочки давно перестали             цвести,       Но солнца луч приходит в жизнь,       И на него ты положись. Этим самым лучиком солнца в жизни Шастуна стал Арсений Сергеевич Попов — его, так скажем, преподаватель гитары. Занятия были назначены два раза в неделю. Во вторник и в пятницу — эти два дня были единственные легкие, ну или просто менее занятые, чем остальные у Шаста. Сейчас же Антона ждали выходные, пускай они максимально быстро пройдут, но они есть и на том спасибо. Планы на субботу, что у Шастуна, что у Позова были одинаковые — выполнение всех домашних заданий на неделю, которые уже есть. А воскресенье — день полного отдыха. По-моему идеально придумано. Наступила суббота. Парни выпили по кружке зеленого, теплого, ароматного чая с манго, а затем пошли за уроки. Спустя несколько часов мучения были закончены и друзья включили какой-то фильм-детектив. Антон уснул на плече Димы, а второй как всегда досмотрел все до конца, выключил телевизор и накрыл их мягким серым пушистым пледом, на котором, кстати, были нарисованы милые ежики с грибами и яблочками. Воскресенье пролетело ну очень, очень быстро.Вот прям максимально быстро. Конечно, это же не какие-то «увлекательные» уроки чтобы растянуться до бесконечности. Начало недели было как всегда хреновое. Понедельники Антон с самого детства не любил. Их вообще кто-то любит? Вот пятница — это совершенно другое дело. Можно придти с учебы и начать отдыхать, а там дальше выходные. А так… Начало недели - начало мучений.Когда все страдания были закончены, Шастун вернулся домой еле-еле живой. Он сразу же сел за уроки, за ними же и уснул. Просыпаться от будильника — норма, а вот просыпаться от того, что тебя обливают холодной водой… Позов просто по-другому не мог никак заставить парня проснуться. Антон слишком крепко спал, медведь хренов. Успев выпить чай с бутербродами и поговорить, друзья разъехались в свои учебные заведения. Ну, а дальше все как обычно. Только вот вечер отличался. Вторник… Первое занятие по гитаре. Как оно пройдет? Что скажут Шасту? Эти вопросы волновали подростка все больше с приближением пяти часов — именно в пять вечера он должен был приехать к Арсению Сергеевичу… 17.00 Парень стоит возле черной двери и думает над тем, как собраться с силами и постучать. Он успел изучить все, что там было. Подъезд был самый обычный, серых цветов. Двери на втором этаже, где как раз жил Арсений, были в более менее нормальном состоянии, хотя если сравнить с дверью Попова, то их можно спокойно называть полнейшим дерьмом. Спустя четыре, а может и пять минут Шастун робко постучал 3 раза. Послышались шаги и вот, дверь открылась. — Здравствуйте. — голос Антона немного дрожал, ну а что, страшно вообще-то. Может Арсений маньяк или педофил. — Здравствуй, Антон, верно? — спросил мужчина открывший дверь. Попов был красивый, сексуальный мужчина, ростом чуть ниже самого парня. Его глаза… Это отдельный вид исскуства. Они были небесно-голубые. Парень кивнул. — Ну проходи, Антон. Шастун зашел в квартиру, Попов сразу же закрыл дверь на замок. На полу был крутой зеленый ковер с надписью на английском, вроде было написано «добро пожаловать», хотя зная английский Шастуна это могло быть и «счастливой смерти». Ладно, Шаст не был совсем дурак, добро от смерти отличить мог. На стенах висели различные картины пейзажей и несколько натюрмортов. На полке рядом с вешалкой стояли разные духи. Старший показал парню куда он может повесить куртку. — Иди за мной, — Антон послушно пошел за мужчиной, заодно рассматривая квартиру. Они пришли в уютную комнату, где стоял достаточно большой бежевый диван, на котором лежали мягкие подушки. — Садись, — пока младший сел на край дивана и достал свою гитару, Попов пошел в другую комнату и вернулся со своим музыкальным инструментом. — Так. Ну для начала покажи, что умеешь, а я решу, что с тобой делать, — у Арсения голос был приятный, с виду он, конечно, был строг, но пока по нему это сказать было нельзя. Антон начал играть разные песни, которые помнил с соревнований. Когда юноша закончил, Арсений Сергеевич грустно вздохнул. — Неплохая игра, но судьи на конкурсах либо все играть не умели, либо они были хреновые, раз такое смогло победить хоть раз. Мда уж. Много работы нас ждет. Если хочешь научиться нормально играть — слушай меня и делай всё также, как я показываю. Шаст думал, что разревется от обиды. Вот это его унизили за каких-то несчастных пять минут. Единственное, что делал парень, так это кивал, боясь сказать что-то лишнее. А то мало ли. Занимались они 2 часа. Многое выслушал Антон, но все-таки сыграл не так плохо. Ушел домой он максимально убитый. У него дико болели пальцы, да и кому будет радостно после того, как его маленько засрали. Шастун лег на кровать, упав лицом в подушку. — Тох, ты чё? — спросил Дима, стоящий в дверном проеме с кружкой чая в руке. — Это жопа. Во-первых, он мне столько всего наговорил, что ты ахуеешь, во-вторых, у меня сейчас пальцы отвалятся, а, в-третьих, слушай мои жалобы в сотый раз. И парень начал рассказывать Дмитрию красочное описание того, как прошло его первое занятие. Дима смог сказать нужные для Антона слова. Позов всегда знал, что сказать другу. Он вообще гениальный философ какой-то. Шли дни. Учеба, отдых, учеба, сон… Одно и тоже. И лишь по вторникам и пятницам Шастун мучался у Попова дома. Арсений явно сомневался в способностях парня, он часто делал ему замечания и ни разу не хвалил его....